Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «predatelstvo»
- Меня зовут Ева. Пожалуйста, помогите. Спасите мою дочь!
С такими словами на пороге моего дома появилась какая-то незнакомая девушка.
- Ей нужен врач? Ребёнку плохо? - уточнила я, глядя на крохотную девочку в люльке.
- Да, ей плохо, но врачи говорят, что она здорова. А у вас же связи, я знаю…
Я нахмурилась, не понимая, что это за Ева и откуда она что-то про меня выяснила.
- Отец ребёнка знает, что вы здесь? - задала вопрос, начиная подозревать неладное.
- Нет, - выдохнула она, помотав головой. - Я ему не говорила… Её отец - ваш муж, Демид.
Пока Дем просил у меня пойти на всё, чтобы родить ему наследника, оказалось, что он без дела не сидел. И у него на стороне появилась дочь, которую, по мнению матери малышки, я должна немедленно спасти.
С такими словами на пороге моего дома появилась какая-то незнакомая девушка.
- Ей нужен врач? Ребёнку плохо? - уточнила я, глядя на крохотную девочку в люльке.
- Да, ей плохо, но врачи говорят, что она здорова. А у вас же связи, я знаю…
Я нахмурилась, не понимая, что это за Ева и откуда она что-то про меня выяснила.
- Отец ребёнка знает, что вы здесь? - задала вопрос, начиная подозревать неладное.
- Нет, - выдохнула она, помотав головой. - Я ему не говорила… Её отец - ваш муж, Демид.
Пока Дем просил у меня пойти на всё, чтобы родить ему наследника, оказалось, что он без дела не сидел. И у него на стороне появилась дочь, которую, по мнению матери малышки, я должна немедленно спасти.
🩷🤍🩷 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🩷🤍🩷
— Папа! — радостно кричит девочка и бросается к моему мужу.
Одно слово — и весь мой мир рушится в пропасть. Мужчина, которого я считала родным, оказался чужим. Дом, женщина, дети, ипотека — чужая жизнь, в которой мне не нашлось места.
Я всего лишь хотела прибраться на его рабочем столе, а вместо этого нашла правду, после которой невозможно жить как прежде.
Теперь мне предстоит узнать самое болезненное: как долго он смотрел мне в глаза и лгал, и есть ли жизнь после того, как у тебя украли мечту о счастье.
— Папа! — радостно кричит девочка и бросается к моему мужу.
Одно слово — и весь мой мир рушится в пропасть. Мужчина, которого я считала родным, оказался чужим. Дом, женщина, дети, ипотека — чужая жизнь, в которой мне не нашлось места.
Я всего лишь хотела прибраться на его рабочем столе, а вместо этого нашла правду, после которой невозможно жить как прежде.
Теперь мне предстоит узнать самое болезненное: как долго он смотрел мне в глаза и лгал, и есть ли жизнь после того, как у тебя украли мечту о счастье.
- Мам, а почему папа с тётей Машей целуется? – меня током прошибло до самого низа.
- Паш, ну что ты такое выдумываешь? – забрала сегодня сына из школы, закончила работу пораньше и отпросилась у Лены, мы так давно с ним в кафе-мороженное не ходили, вот решила пробел восполнить, тем более что сегодня пятница, конец недели… – Ты, наверное, всё не так понял.
Говорю, а внутри всё неприятно так трясётся.
- Я сам видел, мам, они и на диване целовались, и на кухне, и в спальне твоей.
Мне как будто нож в сердце вогнали… да ну, не может такого быть… она же сестра моя, пусть и не по крови, но мы же вместе выросли, мы семья!
Но с другой стороны Пашка тоже не несмышлёныш, уже восьмой год пошёл, а дети сейчас развиты не по годам… мамочки, у меня, кажется, давление поднялось.
Когда казалось, что жизнь закончилась, нашла в себе силы жить и бороться... ради сына, ради себя, а предатели пусть горят в аду! Ненавижу! Назло им счастливой стану!
- Паш, ну что ты такое выдумываешь? – забрала сегодня сына из школы, закончила работу пораньше и отпросилась у Лены, мы так давно с ним в кафе-мороженное не ходили, вот решила пробел восполнить, тем более что сегодня пятница, конец недели… – Ты, наверное, всё не так понял.
Говорю, а внутри всё неприятно так трясётся.
- Я сам видел, мам, они и на диване целовались, и на кухне, и в спальне твоей.
Мне как будто нож в сердце вогнали… да ну, не может такого быть… она же сестра моя, пусть и не по крови, но мы же вместе выросли, мы семья!
Но с другой стороны Пашка тоже не несмышлёныш, уже восьмой год пошёл, а дети сейчас развиты не по годам… мамочки, у меня, кажется, давление поднялось.
Когда казалось, что жизнь закончилась, нашла в себе силы жить и бороться... ради сына, ради себя, а предатели пусть горят в аду! Ненавижу! Назло им счастливой стану!
– Какое красивое! - восхищается медсестра Маша, разглядывая журнал со свадебными платьями.
– У кого свадьба намечается? - подхожу с улыбкой к девушкам.
– У Анжелы, - Маша тычет в мою подругу.
– Как? - выдыхаю. - Лучшая подруга, и молчишь!
– Ну, а чего хвастаться. Ты все равно на нашу свадьбу с Борисом не попадешь.
Внутри все леденеет.
– С кем?
Анжела поднимает на меня свои бесстыжие глаза и ухмыляется.
– Не доживешь, дорогая. Последние недели тебе остались. А мы с Борисом давно уже вместе. Да и устала я быть любовницей твоего мужа. Теперь хоть больше скрываться не придется. И, кстати, вот, - она кладет передо мной снимок УЗИ. - Ты не смогла ему родить, а я практически сразу.
– У кого свадьба намечается? - подхожу с улыбкой к девушкам.
– У Анжелы, - Маша тычет в мою подругу.
– Как? - выдыхаю. - Лучшая подруга, и молчишь!
– Ну, а чего хвастаться. Ты все равно на нашу свадьбу с Борисом не попадешь.
Внутри все леденеет.
– С кем?
Анжела поднимает на меня свои бесстыжие глаза и ухмыляется.
– Не доживешь, дорогая. Последние недели тебе остались. А мы с Борисом давно уже вместе. Да и устала я быть любовницей твоего мужа. Теперь хоть больше скрываться не придется. И, кстати, вот, - она кладет передо мной снимок УЗИ. - Ты не смогла ему родить, а я практически сразу.
– Иди к своей подружке! – выпаливаю разгоряченно. – Она уже соскучилась!
– Ты не уйдешь, бросив чертову фразу про чувства и развод, – сжимает мои плечи. – И я никогда не съеду из нашего дома!
– Тогда я уеду. Да, – киваю уверенно, – вернусь к родителям на время. Папа будет рад. Мама так вообще в восторге. Вот только не знаю, сколько смогу скрывать твои измены. Неделю? Месяц? Рано или поздно отец догадается и…
– И что? Перекроет мне дыхалку? Я уже самостоятельный мальчик, на твердом фундаменте.
– Мальчик, – хочу освободиться, но увы, – какое подходящее определение. Мальчик, который не наигрался в куклы и не пресытился вольной жизнью.
– Да пойми ты уже, – обхватывает мое лицо, – мне просто нужно было немного расслабиться!
– Ты не уйдешь, бросив чертову фразу про чувства и развод, – сжимает мои плечи. – И я никогда не съеду из нашего дома!
– Тогда я уеду. Да, – киваю уверенно, – вернусь к родителям на время. Папа будет рад. Мама так вообще в восторге. Вот только не знаю, сколько смогу скрывать твои измены. Неделю? Месяц? Рано или поздно отец догадается и…
– И что? Перекроет мне дыхалку? Я уже самостоятельный мальчик, на твердом фундаменте.
– Мальчик, – хочу освободиться, но увы, – какое подходящее определение. Мальчик, который не наигрался в куклы и не пресытился вольной жизнью.
– Да пойми ты уже, – обхватывает мое лицо, – мне просто нужно было немного расслабиться!
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА!
— Я беременна, — говорю я, еще не видя результата, но уже зная. Чувствуя. Телом, кожей, каждой клеткой.
— Пока не увидишь, не говори, — Лера берет меня за руку. Ее пальцы холодные, но сжимают крепко.
Смотрю, как появляется одна полоска, и следом начинает проступать розовая, нечеткая, но уже явная вторая.
— Есть, — выдыхаю я.
Лера берет тест, смотрит, молчит.
— Да, ты беременна.
Сажусь на край ванны, утыкаюсь лицом в ладони. Внутри — пустота и огромный страх, заполняющий все мое существо, не оставляющий места ни для чего другого.
Беременна.
Я беременна от мужчины, который обещал позвонить и исчез. От мужчины, которого, возможно, никогда больше не увижу.
— И что теперь делать?
— Я беременна, — говорю я, еще не видя результата, но уже зная. Чувствуя. Телом, кожей, каждой клеткой.
— Пока не увидишь, не говори, — Лера берет меня за руку. Ее пальцы холодные, но сжимают крепко.
Смотрю, как появляется одна полоска, и следом начинает проступать розовая, нечеткая, но уже явная вторая.
— Есть, — выдыхаю я.
Лера берет тест, смотрит, молчит.
— Да, ты беременна.
Сажусь на край ванны, утыкаюсь лицом в ладони. Внутри — пустота и огромный страх, заполняющий все мое существо, не оставляющий места ни для чего другого.
Беременна.
Я беременна от мужчины, который обещал позвонить и исчез. От мужчины, которого, возможно, никогда больше не увижу.
— И что теперь делать?
– Саш, прости, – улыбается Эдик. – Твоя сестра – женщина, в которую хочется вкладываться.
– А ты сдюжишь? – усмехаюсь. – Ада у нас принцесса. Смотри не надорвись!
Эдик хватает меня за плечи и разворачивает к зеркалу.
– Не надорвусь! – выплёвывает. – Посмотри на себя. Вот что здесь можно любить? – он стискивает пальцами складку на моём животе.
Сердце разрывается.
Я толкаю мужа и бью его рюкзаком.
– Ты сама виновата! – Эдик закрывается от ударов. – Разжирела, как корова! Гормоны хотела колоть для ЭКО. Ты весишь тонну! Я давал тебе шанс, но ты его упустила. А Ада скоро родит от меня!
– Ты пустышка, – добавляет сестра. – В твоём животе никогда не будет ребёнка! Только жир!
Полгода после развода я живу в старом доме, который оставила мне бабушка.
А потом дядя продаёт свою половину.
Но я узнаю об этом только, когда ночью нахожу в ванной постороннего мужчину!..
– А ты сдюжишь? – усмехаюсь. – Ада у нас принцесса. Смотри не надорвись!
Эдик хватает меня за плечи и разворачивает к зеркалу.
– Не надорвусь! – выплёвывает. – Посмотри на себя. Вот что здесь можно любить? – он стискивает пальцами складку на моём животе.
Сердце разрывается.
Я толкаю мужа и бью его рюкзаком.
– Ты сама виновата! – Эдик закрывается от ударов. – Разжирела, как корова! Гормоны хотела колоть для ЭКО. Ты весишь тонну! Я давал тебе шанс, но ты его упустила. А Ада скоро родит от меня!
– Ты пустышка, – добавляет сестра. – В твоём животе никогда не будет ребёнка! Только жир!
Полгода после развода я живу в старом доме, который оставила мне бабушка.
А потом дядя продаёт свою половину.
Но я узнаю об этом только, когда ночью нахожу в ванной постороннего мужчину!..
— Я ребёнка потеряла, — сказала я, держась за край стола. — А теперь узнаю, что у тебя любовница и ты решил украсть мои деньги.
Он отвёл взгляд.
— Ты сейчас не в состоянии всё понять.
Дверь открылась.
Она вошла спокойно, остановилась рядом с ним и посмотрела на меня без стеснения.
— Подпишешь — всем будет проще.
Я не устроила сцену. Просто поняла: меня уже списали. Пока я лежала в больнице, он жил с ней, крутил мои деньги в своих делах и уже делил нашу жизнь без меня.
Он думал, я сломаюсь. А я собираюсь в суд. Подниму всё, что он прятал. И заставлю его ответить — за каждую подпись, за каждую ложь, за всё.
Он отвёл взгляд.
— Ты сейчас не в состоянии всё понять.
Дверь открылась.
Она вошла спокойно, остановилась рядом с ним и посмотрела на меня без стеснения.
— Подпишешь — всем будет проще.
Я не устроила сцену. Просто поняла: меня уже списали. Пока я лежала в больнице, он жил с ней, крутил мои деньги в своих делах и уже делил нашу жизнь без меня.
Он думал, я сломаюсь. А я собираюсь в суд. Подниму всё, что он прятал. И заставлю его ответить — за каждую подпись, за каждую ложь, за всё.
— Значит, вот так? — я шагнула в кухню. — За моей спиной — с ней.
— Хватит, — резко сказал он. — Я устал это скрывать.
Скрывать.
Я коротко усмехнулась и опёрлась рукой о стол, потому что в груди всё сдавило. Рядом с ней я особенно остро чувствовала себя — тяжёлой, неудобной, слишком большой для этой кухни, для этого разговора, для него. Той, которую он когда-то обнимал и уверял, что ему всё равно. А сейчас стоял и молчал.
Пока я жила нашей жизнью, верила, тянула на себе всё, он просто… устал скрывать. А я, по его мнению, должна была молча принять.
Я посмотрела на них двоих — на него, чужого, и на неё, наглую, уверенную, уже занявшую моё место. И в этот момент стало ясно: меня не просто предали. Меня списали.
Только он просчитался. Я не исчезну. И он ещё пожалеет, что решил избавиться от меня так легко.
— Хватит, — резко сказал он. — Я устал это скрывать.
Скрывать.
Я коротко усмехнулась и опёрлась рукой о стол, потому что в груди всё сдавило. Рядом с ней я особенно остро чувствовала себя — тяжёлой, неудобной, слишком большой для этой кухни, для этого разговора, для него. Той, которую он когда-то обнимал и уверял, что ему всё равно. А сейчас стоял и молчал.
Пока я жила нашей жизнью, верила, тянула на себе всё, он просто… устал скрывать. А я, по его мнению, должна была молча принять.
Я посмотрела на них двоих — на него, чужого, и на неё, наглую, уверенную, уже занявшую моё место. И в этот момент стало ясно: меня не просто предали. Меня списали.
Только он просчитался. Я не исчезну. И он ещё пожалеет, что решил избавиться от меня так легко.
💜🤍💜 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 💜🤍💜
— Папа… а это кто?
Детский голосок звучит громко, отчетливо, будто звонок, вырывающий меня из сна, который длился десять лет.
Я стою посреди парковки и смотрю, как мой муж растерянно оборачивается к мальчику на заднем сиденье. К ребёнку, которого у нас никогда не могло быть.
Десять лет брака.
Десять лет попыток стать матерью.
И маленький браслет с чужим именем — как приговор.
У моего мужа есть другая жизнь.
Другая женщина.
Дети.
Семья, о которой я не должна была узнать.
Теперь мне предстоит решить:
собрать себя заново из осколков…
или позволить этой боли окончательно меня сломать.
— Папа… а это кто?
Детский голосок звучит громко, отчетливо, будто звонок, вырывающий меня из сна, который длился десять лет.
Я стою посреди парковки и смотрю, как мой муж растерянно оборачивается к мальчику на заднем сиденье. К ребёнку, которого у нас никогда не могло быть.
Десять лет брака.
Десять лет попыток стать матерью.
И маленький браслет с чужим именем — как приговор.
У моего мужа есть другая жизнь.
Другая женщина.
Дети.
Семья, о которой я не должна была узнать.
Теперь мне предстоит решить:
собрать себя заново из осколков…
или позволить этой боли окончательно меня сломать.
Подборка коротких любовных романов о предательстве
Выберите полку для книги