Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»
Алиса Снежинская ненавидела Новый год и планировала встретить его в одиночестве. Но таинственный квест, проведший её по самым дорогим местам студенческой юности, заставил взглянуть на прошлое иначе. Оказалось, что лучший друг Никита всё это время готовил для неё самое необычное и важное признание. А новогодняя ночь превратилась в начало новой истории.
- Нам нужно, чтобы она подписала все документы до конца праздников, - говорил басом юрист.
- Подпишет, куда она денется, - муж отвечал вальяжно.
- Она может заартачиться, - парировал юрист.
- Тогда я сломаю ей пальцы на руке и оставлю только два, чтобы ручку держали, - заржал муж, вместе с ним звонко засмеялась любовница.
Она должна сесть в тюрьму за то, что не совершала, а они останутся с деньгами.Они готовились не просто растоптать её, это давно сделал её муж. Они готовились свалить на неё все свои грехи, чтобы выйти чистыми из этой игры.
Она не даст им этого сделать. У неё остался один шанс на побег.
- Подпишет, куда она денется, - муж отвечал вальяжно.
- Она может заартачиться, - парировал юрист.
- Тогда я сломаю ей пальцы на руке и оставлю только два, чтобы ручку держали, - заржал муж, вместе с ним звонко засмеялась любовница.
Она должна сесть в тюрьму за то, что не совершала, а они останутся с деньгами.Они готовились не просто растоптать её, это давно сделал её муж. Они готовились свалить на неё все свои грехи, чтобы выйти чистыми из этой игры.
Она не даст им этого сделать. У неё остался один шанс на побег.
Они наряжают к Рождеству две ёлки. Одну, большую, чтобы занимала едва ли не половину гостиной, Валентин приносит в дом. Вторая, пока ещё маленькая, за окном.
— Тебя не смущает, что наш ребёнок растёт среди вампиров?
— Среди покойников. Говорите правильно, детектив. К тому же, Молли жива. Никакой проблемы.
Линдси усмехается с горчинкой, качает головой.
Ей всё ещё больно слышать это слово — «детектив».
Вечная жизнь с привкусом смерти, уютно устроенная на пороховой бочке. С бомбой замедленного действия в руках.
Валентин никогда не спрашивает, куда она идёт, просто знает: Батлер
вернётся.
Телефонный звонок — как привет из прошлой жизни, в которой не нужно было оглядываться ни на кого, кроме себя.
— Телевизор включи, — Покойник не здоровается, не прячет иронию в голосе. — Насладись лучшим реалити-шоу в прямом эфире.
— Тебя не смущает, что наш ребёнок растёт среди вампиров?
— Среди покойников. Говорите правильно, детектив. К тому же, Молли жива. Никакой проблемы.
Линдси усмехается с горчинкой, качает головой.
Ей всё ещё больно слышать это слово — «детектив».
Вечная жизнь с привкусом смерти, уютно устроенная на пороховой бочке. С бомбой замедленного действия в руках.
Валентин никогда не спрашивает, куда она идёт, просто знает: Батлер
вернётся.
Телефонный звонок — как привет из прошлой жизни, в которой не нужно было оглядываться ни на кого, кроме себя.
— Телевизор включи, — Покойник не здоровается, не прячет иронию в голосе. — Насладись лучшим реалити-шоу в прямом эфире.
После возвращения из Питера Анна оказывается на грани — между давлением мужа, осуждением коллег и первой в жизни поддержкой от Элиаса. В Ярославле она находит не только работу, но и себя. Сквозь скандалы, командировки и ночные разговоры она учится быть собой.
Его душа была холодна и пуста, любовь казалась ему нелепой фантазией. Но случайный спор, подстроенный приятелем, стал поворотным моментом, перевернувшим его мир. Теперь она — его единственная реальность и смысл существования.
Он тот, кто не знает, как прибить гвоздь, чтобы вернуть жизнь старой скамейке. Но, несмотря на это, нас неудержимо тянет друг к другу. Вопрос в том, смогу ли я принять его таким, какой он есть, когда узнаю всю правду?
Он тот, кто не знает, как прибить гвоздь, чтобы вернуть жизнь старой скамейке. Но, несмотря на это, нас неудержимо тянет друг к другу. Вопрос в том, смогу ли я принять его таким, какой он есть, когда узнаю всю правду?
— Пошли, — в приказном тоне говорит бандит.
— Куда? — подозрительно кошусь на него.
— К тебе или ко мне. Можешь выбрать в первый раз, потом я сам все буду решать.
— Нет. Посмотри, вокруг много женщин, и все хотели бы быть с тобой. Выбирай любую.
Руслан сканирует тяжелым взглядом присутствующих. И у меня появляется надежда, что он переключится на кого-нибудь.
— Я хочу только тебя, — встает, подхватывает меня и закидывает на плечо.
— Нет, помогите, пожалуйста. Меня похищают, — мои крики слышны на весь ресторан, но никто не реагирует.
Я ненавижу день, когда мы познакомились.
Несколько месяцев назад он заявился в офис, провел по всем сотрудникам безразличным взглядом. А потом кивнул в мою сторону и сказал:
— Ее хочу.
Моего согласия никто не спрашивал.
С того момента моя жизнь пошла кувырком. И все благодаря наглому мужчине, который не привык получать отказы.
— Куда? — подозрительно кошусь на него.
— К тебе или ко мне. Можешь выбрать в первый раз, потом я сам все буду решать.
— Нет. Посмотри, вокруг много женщин, и все хотели бы быть с тобой. Выбирай любую.
Руслан сканирует тяжелым взглядом присутствующих. И у меня появляется надежда, что он переключится на кого-нибудь.
— Я хочу только тебя, — встает, подхватывает меня и закидывает на плечо.
— Нет, помогите, пожалуйста. Меня похищают, — мои крики слышны на весь ресторан, но никто не реагирует.
Я ненавижу день, когда мы познакомились.
Несколько месяцев назад он заявился в офис, провел по всем сотрудникам безразличным взглядом. А потом кивнул в мою сторону и сказал:
— Ее хочу.
Моего согласия никто не спрашивал.
С того момента моя жизнь пошла кувырком. И все благодаря наглому мужчине, который не привык получать отказы.
Новогодняя ночь. Время волшебства и исполнения желаний.
Идеальный дом, любимый муж, весёлые гости, смех детей — всё, о чём я мечтала, собранное в одну сияющую картину.
Но это все было до той секунды, пока я… не увидела мужа со своей сестрой в нашей спальне.
В одну ночь рушится всё: любовь, доверие, семья. Новогодние огни гирлянд теперь освещают лишь лицемерие и боль. Но когда мир рассыпается на осколки, появляется выбор: сломаться под тяжестью предательства или собрать себя заново.
Идеальный дом, любимый муж, весёлые гости, смех детей — всё, о чём я мечтала, собранное в одну сияющую картину.
Но это все было до той секунды, пока я… не увидела мужа со своей сестрой в нашей спальне.
В одну ночь рушится всё: любовь, доверие, семья. Новогодние огни гирлянд теперь освещают лишь лицемерие и боль. Но когда мир рассыпается на осколки, появляется выбор: сломаться под тяжестью предательства или собрать себя заново.
В канун Нового года Кейт обнаружила мужа в объятиях своей злейшей соперницы. В ту же ночь ее глянцевый мир рассыпался, как хрустальная игрушка. Спасаясь от предательства, она бежала в метель, не разбирая дороги. И застряла в сугробе посреди пустынной трассы.
Единственным, кто откликнулся на ее отчаяние, стал он — Николай. Он предложил не помощь, а побег. И увез ее в тишину заснеженной деревни, где нет инстаграма, но есть вкус настоящего чая, треск дров в печи и разговоры, после которых на душе становится тепло.
Но ее прошлое не отпускает. Бывший муж готов на все, чтобы вернуть «свой» актив. А в ее сердце уже живет новый страх: Николай смотрит на нее так, словно видит насквозь. Он спасает ее жизнь, но он же — самая большая угроза всему, во что она верила. Потому что с ним невозможно лгать. Даже себе.
Что же страшнее — вернуться в ад, к которому привыкла, или рискнуть всем ради рая, который может оказаться миражом? Кейт или всё же Катя...
Единственным, кто откликнулся на ее отчаяние, стал он — Николай. Он предложил не помощь, а побег. И увез ее в тишину заснеженной деревни, где нет инстаграма, но есть вкус настоящего чая, треск дров в печи и разговоры, после которых на душе становится тепло.
Но ее прошлое не отпускает. Бывший муж готов на все, чтобы вернуть «свой» актив. А в ее сердце уже живет новый страх: Николай смотрит на нее так, словно видит насквозь. Он спасает ее жизнь, но он же — самая большая угроза всему, во что она верила. Потому что с ним невозможно лгать. Даже себе.
Что же страшнее — вернуться в ад, к которому привыкла, или рискнуть всем ради рая, который может оказаться миражом? Кейт или всё же Катя...
— Ой, а тут мило! — она заглядывает в гостиную. — Елочка какая! Ванечка, смотри, какая елочка красивая! С игрушками!
Я наконец обретаю голос:
— Подождите. Кто вы? Что происходит?
Женщина оборачивается и смотрит на меня как на дурочку.
— Так Вадим не предупредил? Типично. Вечно он так. — Она закатывает глаза. — Я Люба. Мы с Ванечкой приехали Новый год встречать. По-семейному.
— По-семейному? — эхом повторяю я.
— Ну да. Ребенок тоже конфет хочет, елку хочет, подарки от папы хочет!
— Какого... папы? — выдавливаю наконец.
— Ну как какого? Вадима, конечно. Ванечка — его сын. Пять лет скоро. А ты что, правда не знала?
Я загадала желание: пусть любовь меня найдет.
А нашла меня Люба — любовница моего мужа.
Это и есть моя "любовь"?
Или та, в которую я влечу на полной скорости...
Я наконец обретаю голос:
— Подождите. Кто вы? Что происходит?
Женщина оборачивается и смотрит на меня как на дурочку.
— Так Вадим не предупредил? Типично. Вечно он так. — Она закатывает глаза. — Я Люба. Мы с Ванечкой приехали Новый год встречать. По-семейному.
— По-семейному? — эхом повторяю я.
— Ну да. Ребенок тоже конфет хочет, елку хочет, подарки от папы хочет!
— Какого... папы? — выдавливаю наконец.
— Ну как какого? Вадима, конечно. Ванечка — его сын. Пять лет скоро. А ты что, правда не знала?
Я загадала желание: пусть любовь меня найдет.
А нашла меня Люба — любовница моего мужа.
Это и есть моя "любовь"?
Или та, в которую я влечу на полной скорости...
С работы уволили, а подруга уезжает на Новый год, я остаюсь одна. Со скуки же помереть можно!
Но получилось так, что устраиваюсь горничной, и проливаю кофе на незнакомца... потом пришла к нему, чтобы убраться. Но, похоже, у этого мужчины на меня совсем другие планы...
— Раздевайся, малышка, тут слишком жарко, — произносит он низким голосом, прожигая меня своим тёмным взглядом. — Ты моя на три дня, всё давно оплачено.
Вот это поворот... На такое я точно не подписывалась!
Но получилось так, что устраиваюсь горничной, и проливаю кофе на незнакомца... потом пришла к нему, чтобы убраться. Но, похоже, у этого мужчины на меня совсем другие планы...
— Раздевайся, малышка, тут слишком жарко, — произносит он низким голосом, прожигая меня своим тёмным взглядом. — Ты моя на три дня, всё давно оплачено.
Вот это поворот... На такое я точно не подписывалась!
Русские романы
Выберите полку для книги