Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»
— Ну ты видел ее, пап! Она классная! Я тебе сразу сказал — твоя любовница огонь!
— Да, симпатичная, — слышу я голос мужа.
— Какая там симпатичная! Я видел ее рядом с тобой, наша мама и рядом не стоит! Она дает тебе то, чего мама никогда не даст, — продолжает Сережа, и в его голосе слышится жар и восторг. — Я все понимаю, пап. И я на твоей стороне.
— Спасибо, сынок.
— Да брось. Главное — будь счастлив. А мама... переживет как-нибудь.
— Да, симпатичная, — слышу я голос мужа.
— Какая там симпатичная! Я видел ее рядом с тобой, наша мама и рядом не стоит! Она дает тебе то, чего мама никогда не даст, — продолжает Сережа, и в его голосе слышится жар и восторг. — Я все понимаю, пап. И я на твоей стороне.
— Спасибо, сынок.
— Да брось. Главное — будь счастлив. А мама... переживет как-нибудь.
Я прожила двадцать три года в браке, где всё было «правильно» — дом, ребенок, статусный муж. Но однажды поняла: правильное не значит счастливое. Теперь у меня есть только небольшой домик на окраине элитного посёлка и право решать за себя. Свобода пугает, но в то же время пьянит.
И тут появляется он - сосед Артём. Сначала он кажется обычным мастером «на все руки», но чем ближе я узнаю его, тем яснее: за его молчаливой улыбкой скрывается нечто большее.
Я хотела просто выжить после развода.
Но придётся научиться жить заново.
Любить заново.
И, возможно, гореть — впервые по-настоящему.
Развод — это конец.
Или начало?
И тут появляется он - сосед Артём. Сначала он кажется обычным мастером «на все руки», но чем ближе я узнаю его, тем яснее: за его молчаливой улыбкой скрывается нечто большее.
Я хотела просто выжить после развода.
Но придётся научиться жить заново.
Любить заново.
И, возможно, гореть — впервые по-настоящему.
Развод — это конец.
Или начало?
- Не молчи. Рассказывай! Тосковала по мне? Во сне, наверно, каждую ночь видела… Не поверю, если скажешь, что ни разу не вспоминала наши кувыркания в кроватке, – в глазах Ника заплясало тёмное пламя, я невольно поёжилась, - Так вот он я! Поехали, вспомним былое…
Пребывая в некотором шоке от такой наглости, я стояла столбом посреди оживлённой улицы и хлопала глазами.
- Что молчишь? - продолжил он. – Разве я неправду говорю? По глазам вижу – скучала. Ладно. Признаюсь. Я по тебе тоже немного скучал, - скорчил рожу Ник.
Пользуясь моей растерянностью, он крепко обхватил меня рукою за талию, и мы оказались вплотную друг к другу.
Меня окутал его аромат, чудесная смесь туалетной воды и молодого мужского тела. Всё вместе это было так непередаваемо, так волшебно… Это был только его запах, такой обворожительный, манящий. Мне ударило в голову, захотелось закрыть глаза и уткнуться лицом в широкую мужскую грудь.
Пребывая в некотором шоке от такой наглости, я стояла столбом посреди оживлённой улицы и хлопала глазами.
- Что молчишь? - продолжил он. – Разве я неправду говорю? По глазам вижу – скучала. Ладно. Признаюсь. Я по тебе тоже немного скучал, - скорчил рожу Ник.
Пользуясь моей растерянностью, он крепко обхватил меня рукою за талию, и мы оказались вплотную друг к другу.
Меня окутал его аромат, чудесная смесь туалетной воды и молодого мужского тела. Всё вместе это было так непередаваемо, так волшебно… Это был только его запах, такой обворожительный, манящий. Мне ударило в голову, захотелось закрыть глаза и уткнуться лицом в широкую мужскую грудь.
— Я хочу на выходных сказать Арине, что развожусь.
Что? Воздух вырывается из легких со свистом, как будто кто-то безжалостно ударил в солнечное сплетение.
— Зачем? — звучит второй голос. Он низкий, властный и… знакомый до боли.
Мне снова плохо.
Ведь это не просто голос!
Это голос моей матери!
Надеясь, что у меня слуховая галлюцинация от нехватки кислорода, прижимаюсь к дверному проему, чтобы в щелку увидеть, что происходит в комнате.
Картинка поражает меня, словно разряд молнии. Женщина, родившая меня, положив руки на голую грудь моего мужа, заглядывает ему в глаза.
— Надоела она мне, — кривясь, жалуется предатель.
По мне проходится волна гнева и унижения.
Как так?! В глаза он говорил мне совсем другое!
Сглатываю огромный обидный ком.
— Не смей делать этого!
— Почему? — в голосе Марата слышно неподдельное удивление.
Я тоже очень хочу услышать ответ на этот вопрос и, кажется, перестаю дышать.
Что? Воздух вырывается из легких со свистом, как будто кто-то безжалостно ударил в солнечное сплетение.
— Зачем? — звучит второй голос. Он низкий, властный и… знакомый до боли.
Мне снова плохо.
Ведь это не просто голос!
Это голос моей матери!
Надеясь, что у меня слуховая галлюцинация от нехватки кислорода, прижимаюсь к дверному проему, чтобы в щелку увидеть, что происходит в комнате.
Картинка поражает меня, словно разряд молнии. Женщина, родившая меня, положив руки на голую грудь моего мужа, заглядывает ему в глаза.
— Надоела она мне, — кривясь, жалуется предатель.
По мне проходится волна гнева и унижения.
Как так?! В глаза он говорил мне совсем другое!
Сглатываю огромный обидный ком.
— Не смей делать этого!
— Почему? — в голосе Марата слышно неподдельное удивление.
Я тоже очень хочу услышать ответ на этот вопрос и, кажется, перестаю дышать.
– Геночка! – вскрикнула радостно моя клиентка Оксана. – Вот и ты, мой щедрый мужчина!
И в следующее мгновение буквально повисла на шее у вошедшего мужчины, звонко поцеловала в губы, оставив на них след ярко-алой помады.
Мир перед глазами ощутимо поплыл.
Гена стоял, не двигаясь. Его руки обвисли вдоль тела, челюсти сжались так, что по скулам проступили желваки. Он смотрел только на меня.
– А вот и мой Гена! – хихикнула Оксана, прижимаясь к нему. – Знакомьтесь. Мой мужчина, который покупает мне эту шикарную квартиру! Щедрый, заботливый…
Я сделала шаг вперёд. Голос дрожал, но я всё-таки смогла говорить.
– А мы уже знакомы, – сказала я, глядя прямо ему в глаза. – Кто бы мог подумать, что ваш Гена и мой муж Гена – это один и тот же человек.
И в следующее мгновение буквально повисла на шее у вошедшего мужчины, звонко поцеловала в губы, оставив на них след ярко-алой помады.
Мир перед глазами ощутимо поплыл.
Гена стоял, не двигаясь. Его руки обвисли вдоль тела, челюсти сжались так, что по скулам проступили желваки. Он смотрел только на меня.
– А вот и мой Гена! – хихикнула Оксана, прижимаясь к нему. – Знакомьтесь. Мой мужчина, который покупает мне эту шикарную квартиру! Щедрый, заботливый…
Я сделала шаг вперёд. Голос дрожал, но я всё-таки смогла говорить.
– А мы уже знакомы, – сказала я, глядя прямо ему в глаза. – Кто бы мог подумать, что ваш Гена и мой муж Гена – это один и тот же человек.
Я стучу тихо, потом громче. Тишина. Стучу еще раз, уже настойчиво.
— Что такое? — доносится раздраженный голос мужа. — Я же просил не беспокоить!
— Это я, Сереж... Обед тебе принесла...
Спустя минуты три, дверь всё же открывается. Муж стоит на пороге, рубашка помятая, волосы растрепанные. За ним - Катя стройная, в облегающей блузке и юбке.
Я замираю, контейнер с котлетами тяжелеет в руках.
— Что... здесь происходит?! — вырывается у меня, голос дрожит от шока.
— Именно то, о чем ты подумала, Света! — отвечает муж с какой-то издевательской ноткой. — Пришла с обедом? Как мило. Наверно, шмат сала притащила? Или картошечки жаренной?
— Я... Нет! Я... — зачем-то открываю рот, но горло сводит от желания разрыдаться.
— Свет, я думал, ты и сама понимаешь. Я мужчина, мне женщина нужна! А ты... Ты меня не возбуждаешь уже давно. Я устал притворяться. Мне противно с тобой на одной кровати спать. Иди домой, Света. Или куда хочешь. А мы с Катей... продолжим наш "переучет".
— Что такое? — доносится раздраженный голос мужа. — Я же просил не беспокоить!
— Это я, Сереж... Обед тебе принесла...
Спустя минуты три, дверь всё же открывается. Муж стоит на пороге, рубашка помятая, волосы растрепанные. За ним - Катя стройная, в облегающей блузке и юбке.
Я замираю, контейнер с котлетами тяжелеет в руках.
— Что... здесь происходит?! — вырывается у меня, голос дрожит от шока.
— Именно то, о чем ты подумала, Света! — отвечает муж с какой-то издевательской ноткой. — Пришла с обедом? Как мило. Наверно, шмат сала притащила? Или картошечки жаренной?
— Я... Нет! Я... — зачем-то открываю рот, но горло сводит от желания разрыдаться.
— Свет, я думал, ты и сама понимаешь. Я мужчина, мне женщина нужна! А ты... Ты меня не возбуждаешь уже давно. Я устал притворяться. Мне противно с тобой на одной кровати спать. Иди домой, Света. Или куда хочешь. А мы с Катей... продолжим наш "переучет".
— Твоя мачеха сама отдала тебя мне на утеху, девочка. Так что привыкай, теперь ты моя.
Эти жестокие слова Юсуфа растоптали мою честь и разрушили жизнь. Моя мачеха решила избавиться от меня, узнав, что я стала свидетельницей её позора. Я оказалась в руках безжалостного мужчины, который теперь вершит мою судьбу. Он враг, похититель, мучитель… Но почему тогда моё сердце замирает рядом с ним, и почему мне всё сложнее сопротивляться запретному влечению к тому, кто безжалостно отнял у меня всё?
Эти жестокие слова Юсуфа растоптали мою честь и разрушили жизнь. Моя мачеха решила избавиться от меня, узнав, что я стала свидетельницей её позора. Я оказалась в руках безжалостного мужчины, который теперь вершит мою судьбу. Он враг, похититель, мучитель… Но почему тогда моё сердце замирает рядом с ним, и почему мне всё сложнее сопротивляться запретному влечению к тому, кто безжалостно отнял у меня всё?
— Вы врач?
— Гинеколог. Чем могу помочь?
— Я беременна… у меня один вопрос. Как сказать жене мужчины, что она лишняя?
Я ещё не знала, кто она. Просто пациентка. Просто очередная женщина с красивой помадой и холодными глазами.
А вечером я увидела её снова — она держала за руку моего мужа.
— Гинеколог. Чем могу помочь?
— Я беременна… у меня один вопрос. Как сказать жене мужчины, что она лишняя?
Я ещё не знала, кто она. Просто пациентка. Просто очередная женщина с красивой помадой и холодными глазами.
А вечером я увидела её снова — она держала за руку моего мужа.
После измены мужа я сбежала с сыном на старую дачу — лечить нервы тишиной и запахом сосен. Но покой закончился в тот момент, когда я узнала, кто живёт по соседству — мой главный кошмар детства, парень, который когда-то доводил меня до слёз. Теперь он косит траву в семь утра и доводит до безумия уже другим способом. Мы по-прежнему не можем друг друга терпеть… хотя наши ссоры всё чаще искрят и превращаются в опасно притягательный флирт.
– Да, папуль, она у тебя красотка, вы очень хорошо смотритесь друг с другом. Где я вас видела? Позавчера. Вы выходили из ресторана. Ты, как самый настоящий джентльмен, вёл её за ручку до машины.
Губы дрожат, дыхание перехватывает.
Дочь видела, что отец изменяет, разрушая нашу семью, и ничего мне не сказала?!
– Я маме ничего не говорила, но это пока что, – тем временем продолжает дочь, не замечая моего присутствия за дверью. – Я буду молчать об этом, если ты поможешь мне. Купи мне квартиру, пап, и мама ничего не узнает. Это достойная цена, чтобы сохранить ваш брак, не так ли?
Двое детей, большой дом и двадцать лет, как я думала, крепкого брака…
Сегодня я случайно услышала разговор дочери, в котором она пообещала поддержать отца и скрыть от меня его походы к другой женщине…
– Так и быть, сегодня тоже тебя прикрою, пап. Спокойно отдыхай со своей длинноногой моделью. Напиши маме, что у тебя внеочередное собрание директоров, я поддержу эту ложь.
Губы дрожат, дыхание перехватывает.
Дочь видела, что отец изменяет, разрушая нашу семью, и ничего мне не сказала?!
– Я маме ничего не говорила, но это пока что, – тем временем продолжает дочь, не замечая моего присутствия за дверью. – Я буду молчать об этом, если ты поможешь мне. Купи мне квартиру, пап, и мама ничего не узнает. Это достойная цена, чтобы сохранить ваш брак, не так ли?
Двое детей, большой дом и двадцать лет, как я думала, крепкого брака…
Сегодня я случайно услышала разговор дочери, в котором она пообещала поддержать отца и скрыть от меня его походы к другой женщине…
– Так и быть, сегодня тоже тебя прикрою, пап. Спокойно отдыхай со своей длинноногой моделью. Напиши маме, что у тебя внеочередное собрание директоров, я поддержу эту ложь.
Русские романы
Выберите полку для книги