Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «russkie-romany»
В этом мире соулмейты сияют друг для друга, и только они видят это сияние. Но как быть с теми, кто лишён всех чувств? А если кто-то видит сияющими вообще всех? А если эти двое предназначены друг другу судьбой, но не видят этого, хотя работают в одном кабинете? Соулмейта лишённые сверхспособностей, смогут ли они "узнать" друг друга?
Задумывались ли вы когда-нибудь, кто такие настоящие Султаны? Похожи ли они на обычных людей? С какой великой целью пришли они в этот мир? Какова их роль в земной жизни? Именно эта история расскажет поистине увлекательную жизнь Султана!
Даниял Джалил - самый известный, но скрытый от мира султан Бахрейна. Почему скрытый?! Потому что и по сей день никто не знает, что он настоящий Султан, а всего лишь известен он тем, что является наследником и владельцем сетевой империи «Black Gold Empire». Он прекрасен внешне, но человек высокомерный и не имеющий души. Однажды, не отказав своему лучшему другу в очередной услуге, он получил взамен ЕЁ. Амина Амиева, именно она сестра его лучшего друга, которая о нем даже и не знала, но уже смогла покорить сердце Джалила.
На что способен Султан, чтобы в очередной раз доказать всему миру свое любимое кредо: « ВСЁ, ЧТО Я ПОЖЕЛАЮ, БУДЕТ МОИМ».
Даниял Джалил - самый известный, но скрытый от мира султан Бахрейна. Почему скрытый?! Потому что и по сей день никто не знает, что он настоящий Султан, а всего лишь известен он тем, что является наследником и владельцем сетевой империи «Black Gold Empire». Он прекрасен внешне, но человек высокомерный и не имеющий души. Однажды, не отказав своему лучшему другу в очередной услуге, он получил взамен ЕЁ. Амина Амиева, именно она сестра его лучшего друга, которая о нем даже и не знала, но уже смогла покорить сердце Джалила.
На что способен Султан, чтобы в очередной раз доказать всему миру свое любимое кредо: « ВСЁ, ЧТО Я ПОЖЕЛАЮ, БУДЕТ МОИМ».
— Если вы курьер, то почему до сих пор здесь? Почему так долго? У вас нет работы?
Строгий и холодный баритон прозвучал, казалось, прямо у её уха. Анжелика возмущённо обернулась, сразу оказавшись под воздействием изучающего и придирчивого взгляда тёмных глаз. Мужчине было лет тридцать с небольшим, однако высокомерия и чувства собственного превосходства хватило бы на все сто. И процентов, и лет.
— Я?
— Вы, вы! — напирал незнакомец.
— Я не...
— Это не курьер, Олег Валерьевич! — из-за стеллажа показалась спасительница Анжелики, Любовь Юрьевна. В руках женщина держала небольшую коробку с канцтоварами. — Это Анжелика Валентиновна, наша новая сотрудница. Пришла в экономический вместо Яны Дмитриевны.
— Вот оно что! — чёрные брови мужчины поползли вверх.
Он в течение нескольких секунд изучающе оглядывал Анжелику с головы до ног, а потом с ног до головы. Девушка, которая уже смекнула, кто перед ней, поняла две вещи: кажется, ей хана, и работу потерять она сейчас не может...
Строгий и холодный баритон прозвучал, казалось, прямо у её уха. Анжелика возмущённо обернулась, сразу оказавшись под воздействием изучающего и придирчивого взгляда тёмных глаз. Мужчине было лет тридцать с небольшим, однако высокомерия и чувства собственного превосходства хватило бы на все сто. И процентов, и лет.
— Я?
— Вы, вы! — напирал незнакомец.
— Я не...
— Это не курьер, Олег Валерьевич! — из-за стеллажа показалась спасительница Анжелики, Любовь Юрьевна. В руках женщина держала небольшую коробку с канцтоварами. — Это Анжелика Валентиновна, наша новая сотрудница. Пришла в экономический вместо Яны Дмитриевны.
— Вот оно что! — чёрные брови мужчины поползли вверх.
Он в течение нескольких секунд изучающе оглядывал Анжелику с головы до ног, а потом с ног до головы. Девушка, которая уже смекнула, кто перед ней, поняла две вещи: кажется, ей хана, и работу потерять она сейчас не может...
— Так вот что, Владислав Юрьевич, вашей малышке нужно объяснить, что не все в жизни можно купить. Я понимаю, что вам будет сложно это сделать, но вы уж постарайтесь.
— Не хочешь, значит?
— А мы, кажется, не переходили с вами на ты.
— Учти, я настойчив. Ты будешь у меня работать. Так и знай. Вот моя визитка. Звони в любое время, если передумаешь.
Пренебрежительно провожаю его взглядом. Даже прикасаться не хочу к этой карточке золотистого цвета, что он оставил на столе. В душе какой-то холод. А вдруг он мне будет мстить за отказ?
— Не хочешь, значит?
— А мы, кажется, не переходили с вами на ты.
— Учти, я настойчив. Ты будешь у меня работать. Так и знай. Вот моя визитка. Звони в любое время, если передумаешь.
Пренебрежительно провожаю его взглядом. Даже прикасаться не хочу к этой карточке золотистого цвета, что он оставил на столе. В душе какой-то холод. А вдруг он мне будет мстить за отказ?
Наташа: сначала я думала, что меня с любимой дачки пытается выселить какой-то старый самодур-олигарх. А потом оказалось, что хозяин соседнего особняка – мой бывший парень, с которым мы были знакомы с детского сада! Я разозлилась еще больше! Столько сил вложила в этот участок… И главное – меня тянет к Егору. Чувства мешают отстаивать свой клочок земли! Чем дело закончится, не знаю. Но противостояние нарастает с каждым днем!
Егор: сначала я думал, что с соседнего с моим особняком участка не желает съезжать старенькая бабуля. А потом оказалось, что хозяйка – моя бывшая подруга, которую я еще в садике за косички дергал! И упрямая, как ослица! Чего ей сдался этот участок… Самое паршивое – Наташка мне нравится. Вместо того, чтобы отправлять к ней помощников, я прусь сам. Прям, как магнитом притягивает!
Коржик: мою хозяйку обижают! Что может сделать преданный корги? Правильно, написать на ботинок врага, облаять и потаскать за штанину. А что? Достойный ответ, по-моему!
Егор: сначала я думал, что с соседнего с моим особняком участка не желает съезжать старенькая бабуля. А потом оказалось, что хозяйка – моя бывшая подруга, которую я еще в садике за косички дергал! И упрямая, как ослица! Чего ей сдался этот участок… Самое паршивое – Наташка мне нравится. Вместо того, чтобы отправлять к ней помощников, я прусь сам. Прям, как магнитом притягивает!
Коржик: мою хозяйку обижают! Что может сделать преданный корги? Правильно, написать на ботинок врага, облаять и потаскать за штанину. А что? Достойный ответ, по-моему!
— Вы меня не знаете... Меня зовут Алина. — Судя по голосу, девушка взволнована. — Дело в том, что я беременна. От Бориса…
До меня не доходит смысл этих слов. Все по отдельности знакомые и понятные, а вместе никак не складываются.
Она продолжает торопливо:
— Я знаю, вы не хотите давать ему развод и вообще тяжело болеете, но ведь можно нанять сиделку! Отпустите его, пожалуйста. Ребенок не должен расти без отца.
Телефон выскальзывает из пальцев, со стуком падает на пол. А я жадно глотаю воздух, потому что его внезапно стало мало.
До меня не доходит смысл этих слов. Все по отдельности знакомые и понятные, а вместе никак не складываются.
Она продолжает торопливо:
— Я знаю, вы не хотите давать ему развод и вообще тяжело болеете, но ведь можно нанять сиделку! Отпустите его, пожалуйста. Ребенок не должен расти без отца.
Телефон выскальзывает из пальцев, со стуком падает на пол. А я жадно глотаю воздух, потому что его внезапно стало мало.
— Ты просто молчал. Просто приходил домой, ел, спал в нашей постели, улыбался мне — и молчал.
— Я не хотел тебя ранить, Юль. Всё же столько лет…
— Ой, спасибо, какое благородство! Просто имел другую женщину, но из лучших побуждений молчал об этом, да?
Муж морщится, будто я сказала что-то неприличное.
— Не говори так.
— А как мне говорить? Как правильно назвать твоё предательство? Просвети меня!
— Это была ошибка. Слабость минутная. Как помутнение, понимаешь? Я же сказал тебе уже.
— Ошибка? Ошибка — это оставить утюг включенным, сахар с солью спутать или ещё черт знает что. А ты изменял мне, Дамир!
— Я пытался прекратить всё. Хватит истерить.
— А, ну раз пытался, тогда ладно! Тогда давай я тоже «попытаюсь» изменить тебе, а потом посмотрим, что ты скажешь!
Он смотрит на меня, но словно не узнает.
Потому что та женщина, которую он предал, больше не будет прежней.
— Я не хотел тебя ранить, Юль. Всё же столько лет…
— Ой, спасибо, какое благородство! Просто имел другую женщину, но из лучших побуждений молчал об этом, да?
Муж морщится, будто я сказала что-то неприличное.
— Не говори так.
— А как мне говорить? Как правильно назвать твоё предательство? Просвети меня!
— Это была ошибка. Слабость минутная. Как помутнение, понимаешь? Я же сказал тебе уже.
— Ошибка? Ошибка — это оставить утюг включенным, сахар с солью спутать или ещё черт знает что. А ты изменял мне, Дамир!
— Я пытался прекратить всё. Хватит истерить.
— А, ну раз пытался, тогда ладно! Тогда давай я тоже «попытаюсь» изменить тебе, а потом посмотрим, что ты скажешь!
Он смотрит на меня, но словно не узнает.
Потому что та женщина, которую он предал, больше не будет прежней.
– Я родила сына от вашего мужа, – дрожащим голосом произносит моя пациентка.
– Не может быть… – шепчу я, всматриваясь в лицо мальчика и с ужасом понимаю, что ребёнок чудовищно похож на моего мужа.
– Как? Когда? – спрашиваю я, пытаясь унять разбушевавшееся в груди сердце.
– Шесть лет назад, – произносит мать.
Громко сглотнув, отрываю взгляд от мальчика и на мгновение застываю на женщине.
С болью осознаю, что, судя по срокам, предатель зачал своего сына незадолго до нашей с ним свадьбы.
Муж говорил, что бесплоден. Однако я узнала, что у него есть шестилетний сын. Я не знаю, как простить ему это предательство и как жить дальше. Ведь я беременна.
– Не может быть… – шепчу я, всматриваясь в лицо мальчика и с ужасом понимаю, что ребёнок чудовищно похож на моего мужа.
– Как? Когда? – спрашиваю я, пытаясь унять разбушевавшееся в груди сердце.
– Шесть лет назад, – произносит мать.
Громко сглотнув, отрываю взгляд от мальчика и на мгновение застываю на женщине.
С болью осознаю, что, судя по срокам, предатель зачал своего сына незадолго до нашей с ним свадьбы.
Муж говорил, что бесплоден. Однако я узнала, что у него есть шестилетний сын. Я не знаю, как простить ему это предательство и как жить дальше. Ведь я беременна.
— Лена, срочно, там пациентке плохо.
— В смысле плохо, кому? — спросила я, на бегу натягивая халат. — Случайно, не Лещинской?
— Да, вроде.
— Тогда всё понятно. Иди пока приготовь кресло, а я зайду в палату её осмотрю.
— Ну что, всё-таки добились своего?
— Давай делай что-нибудь, я сейчас с ума сойду от боли, — прохрипела Ирина.
— Не сойдёшь. Сейчас я тебя осмотрю. Схватки давно начались?
— Давно. Я терпела. Я просто не хочу этого ребёнка, понимаете? Я хочу, чтобы вы сделали мне аборт. Я никогда не хотела ребёнка, а муж просто повернулся на том, как ему нужен наследник. Я думала, что потерплю как-нибудь, но я его уже ненавижу. Сначала меня тошнило три месяца, потом стал расти живот, я не могу смотреть на себя в зеркало, теперь он толкается там. Я не могу больше, избавьте меня.
— Это уже не аборт, на таком сроке — это настоящее убийство!
Я осмотрела пациентку и повела её в родильный зал. Через двадцать минут всё было закончено. Ребёнок родился, но признаков жизни не подавал.
— В смысле плохо, кому? — спросила я, на бегу натягивая халат. — Случайно, не Лещинской?
— Да, вроде.
— Тогда всё понятно. Иди пока приготовь кресло, а я зайду в палату её осмотрю.
— Ну что, всё-таки добились своего?
— Давай делай что-нибудь, я сейчас с ума сойду от боли, — прохрипела Ирина.
— Не сойдёшь. Сейчас я тебя осмотрю. Схватки давно начались?
— Давно. Я терпела. Я просто не хочу этого ребёнка, понимаете? Я хочу, чтобы вы сделали мне аборт. Я никогда не хотела ребёнка, а муж просто повернулся на том, как ему нужен наследник. Я думала, что потерплю как-нибудь, но я его уже ненавижу. Сначала меня тошнило три месяца, потом стал расти живот, я не могу смотреть на себя в зеркало, теперь он толкается там. Я не могу больше, избавьте меня.
— Это уже не аборт, на таком сроке — это настоящее убийство!
Я осмотрела пациентку и повела её в родильный зал. Через двадцать минут всё было закончено. Ребёнок родился, но признаков жизни не подавал.
Катя всегда была интровертом, но после предательства жениха она замкнулась в себе. Даже многолетние походы к психологу не смогли помочь ей справиться с этой проблемой. Привыкнув к одиночеству, она даже не представляла, как переход по ссылке, которую ей прислала коллега, может навсегда изменить её жизнь.
Реальность или виртуальность? Что выберет Катя?
Реальность или виртуальность? Что выберет Катя?
Русские романы
Выберите полку для книги