Книги по тегу «беременность героини»: ""
Наш дом сгорел дотла, и мы с младшей сестрой остались без крыши над головой, без денег, без документов. А случайный приезжий, приехавший в наши места отдохнуть, протянул руку помощи и не оставил в беде. Он взрослый, влиятельный, а его магнетический взгляд заставляет мое сердце бешено стучать в груди... И нет ни единого шанса остаться равнодушной.
ОДНОТОМНИК. ХЭ.
Противостояние разума и чувств.
Сильное влечение и страсть.
Романтика и любовь.
Семейные ценности.
ОДНОТОМНИК. ХЭ.
Противостояние разума и чувств.
Сильное влечение и страсть.
Романтика и любовь.
Семейные ценности.
На что вы готовы ради достижения своей цели? Даже если вам немного за тридцать есть надежда и желание стать мамой? Тогда срочно нужен отчаянный шаг. Притвориться девушкой лёгкого поведения и отправиться на вызов. Казалось бы что тут сложного? Кто же знал кем окажется мой « клиент » и при каких обстоятельствах случится наша встреча
– Ты родишь мне сына, – цедит Адриан. – Макриса. Моего наследника.
– Зачем тебе сын? – выплевываю с обидой. – У тебя есть дочери. Младшей по виду чуть больше года.
Зеленые глаза чернеют, пугают. Отворачиваюсь, чтобы предатель не увидел моих слёз. Если бы не третий месяц беременности, ни за что бы не показала ему своей слабости.
– Откуда ты знаешь? – спрашивает он.
– Видела вас.
– Моя семья тебя не касается, Вера.
Вздрагиваю, словно от пощечины. Боль прорывается сквозь плотину из гордости и отрешенности.
– Родишь мне сына… А дальше я посмотрю, что с тобой делать.
– Зачем тебе сын? – выплевываю с обидой. – У тебя есть дочери. Младшей по виду чуть больше года.
Зеленые глаза чернеют, пугают. Отворачиваюсь, чтобы предатель не увидел моих слёз. Если бы не третий месяц беременности, ни за что бы не показала ему своей слабости.
– Откуда ты знаешь? – спрашивает он.
– Видела вас.
– Моя семья тебя не касается, Вера.
Вздрагиваю, словно от пощечины. Боль прорывается сквозь плотину из гордости и отрешенности.
– Родишь мне сына… А дальше я посмотрю, что с тобой делать.
Если бы ещё пару недель назад кто-нибудь сказал, что моя жизнь станет такой, я бы не поверила. Образцовая учительница, верная девушка, ждущая любимого из армии, лучшая выпускница балетной школы... Теперь я вынуждена работать танцовщицей в ночном клубе, чтобы погасить долги непутёвого братца. В душе кровоточит рана от предательства: я застала того, кому была готова подарить своё сердце, руку и девственность в постели с лучшей подругой.
А ещё и красавчики-боссы открыли на меня охоту, ведь им известен мой секрет. Кажется, что надежды на будущее нет! Или есть? В глазах одного из этих хищников я вижу искреннее чувство.
А ещё и красавчики-боссы открыли на меня охоту, ведь им известен мой секрет. Кажется, что надежды на будущее нет! Или есть? В глазах одного из этих хищников я вижу искреннее чувство.
— Кстати, Анфиса, — Лев отпил воды. — В нашей семье радость, у меня будет еще ребенок.
Сначала я не поняла. Словно он сказал это на неизвестном языке.
— Что?
— Я сказал, у меня будет ребенок. И не один. Близнецы.
— У… у тебя? — мой голос, хриплый и дрожащий, словно принадлежал кому-то другому. — Не у нас? У тебя есть... любовница?
Муж наконец поднял на меня глаза. В них не было ни капли смущения. Лишь холодная, отстраненная ясность.
— Лика уже на сносях. Но не переживай, — он произнес это с такой леденящей душу искренностью, что меня затрясло мелкой дрожью. — Степа наш первенец, любимый сын. А ты… ты всегда будешь с нами, считай, что это будут как твои внуки, будем вместе их растить!
Сначала я не поняла. Словно он сказал это на неизвестном языке.
— Что?
— Я сказал, у меня будет ребенок. И не один. Близнецы.
— У… у тебя? — мой голос, хриплый и дрожащий, словно принадлежал кому-то другому. — Не у нас? У тебя есть... любовница?
Муж наконец поднял на меня глаза. В них не было ни капли смущения. Лишь холодная, отстраненная ясность.
— Лика уже на сносях. Но не переживай, — он произнес это с такой леденящей душу искренностью, что меня затрясло мелкой дрожью. — Степа наш первенец, любимый сын. А ты… ты всегда будешь с нами, считай, что это будут как твои внуки, будем вместе их растить!
Пятнадцать лет брака и всё летит в тартарары из-за дурацкой мечты о наследнике.
Мой муж, Арсений, осчастливил меня ночью страсти, а утром объявил, что уходит к молодой и, конечно же, «плодовитой» сотруднице.
Мой ответ ему – дорогая ваза ему в голову и пожелание, чтобы молодуха наставила такие ему рога, чтобы его тупая башка к земле клонилась!
Казалось, точка поставлена.
Но судьба, видимо, обожает чёрный юмор. Я беременна. И меня новый мужчина. И кто же… отец?
Мой муж, Арсений, осчастливил меня ночью страсти, а утром объявил, что уходит к молодой и, конечно же, «плодовитой» сотруднице.
Мой ответ ему – дорогая ваза ему в голову и пожелание, чтобы молодуха наставила такие ему рога, чтобы его тупая башка к земле клонилась!
Казалось, точка поставлена.
Но судьба, видимо, обожает чёрный юмор. Я беременна. И меня новый мужчина. И кто же… отец?
Элина поймала мужа на измене. Снова. На этот раз она не плачет и не кричит. Она методично забирает у него бизнес, деньги и дом. В разгар их ледяной войны судьба делает неожиданный ход: Элина беременна. Это её тайное оружие и её крепость.
Когда Марк, наконец, прозревает и бросается возвращать её, он сталкивается с неприступной стеной. Его любовь, его мольбы, его попытки всё исправить разбиваются о её стальную волю. Но узнав о ребёнке, он объявляет новую войну — войну за свою семью. Готов ли этот гордый мужчина стать другим, чтобы завоевать женщину, которую сам же и потерял?
Когда Марк, наконец, прозревает и бросается возвращать её, он сталкивается с неприступной стеной. Его любовь, его мольбы, его попытки всё исправить разбиваются о её стальную волю. Но узнав о ребёнке, он объявляет новую войну — войну за свою семью. Готов ли этот гордый мужчина стать другим, чтобы завоевать женщину, которую сам же и потерял?
— Ника? Постой! Это не то, что ты подумала! Я просто ошибся! Перепутал!
— Перепутал? Мы женаты три года, Влад. Ты знаешь каждую мою родинку. Как можно перепутать жену с её сестрой?
— Но вы же близнецы! В комнате было темно… Я думал, это ты…
— Скажи ей правду, Владусик, не унижайся, — перебивает мужа моя сестра-близнец, в глазах которой сейчас торжество. — Можешь забирать свои манатки, сестричка. Влад теперь останется со мной. Потому что я не пустышка, как ты, я беременна!
Мой мир рухнул, когда застала мужа со своей сестрой в нашей постели.
Единственным убежищем стал пустой ночной офис. Но там меня ждал он.
Кирилл Горчаков — мой босс, мужчина из стали, не знающий жалости.
Однако, именно он спас меня от козней сестры и бывшего мужа.
Но какую цену потребует босс за мое спасение? И что делать, если одна случайная ночь обернется чудом, в которое я давно перестала верить?
— Перепутал? Мы женаты три года, Влад. Ты знаешь каждую мою родинку. Как можно перепутать жену с её сестрой?
— Но вы же близнецы! В комнате было темно… Я думал, это ты…
— Скажи ей правду, Владусик, не унижайся, — перебивает мужа моя сестра-близнец, в глазах которой сейчас торжество. — Можешь забирать свои манатки, сестричка. Влад теперь останется со мной. Потому что я не пустышка, как ты, я беременна!
Мой мир рухнул, когда застала мужа со своей сестрой в нашей постели.
Единственным убежищем стал пустой ночной офис. Но там меня ждал он.
Кирилл Горчаков — мой босс, мужчина из стали, не знающий жалости.
Однако, именно он спас меня от козней сестры и бывшего мужа.
Но какую цену потребует босс за мое спасение? И что делать, если одна случайная ночь обернется чудом, в которое я давно перестала верить?
— Да как ты смеешь? — я вскочила, едва не опрокинув стол. — После всего, что между нами было!
— Ксюша, успокойся, люди смотрят.
— Пусть смотрят! — закричала я во все горло. — Пусть смотрят! Пусть видят, что я для тебя просто игрушка!
— Ксюша… — Марк потянулся, чтобы взять меня за запястье, но я вырвала руку. — Все совсем не так, прошу тебя, давай сбавим тон…
— Сам сбавляй! Зачем ты вообще закрутил со мной, если собирался бросить? Я жду от тебя ребенка, гад!
Марк побледнел, но тут же его губы растянулись в какой-то судорожной, глуповатой даже улыбке.
- Ксюша, это правда? Ты правда беременна?
- Правда! Но не смей ко мне больше подходить! Я справлюсь сама!
Я вскочила, подхватив куртку и сумочку и побежала.
Да, я сказала ему, что беременна, но он меня больше не увидит никогда!
— Ксюша, успокойся, люди смотрят.
— Пусть смотрят! — закричала я во все горло. — Пусть смотрят! Пусть видят, что я для тебя просто игрушка!
— Ксюша… — Марк потянулся, чтобы взять меня за запястье, но я вырвала руку. — Все совсем не так, прошу тебя, давай сбавим тон…
— Сам сбавляй! Зачем ты вообще закрутил со мной, если собирался бросить? Я жду от тебя ребенка, гад!
Марк побледнел, но тут же его губы растянулись в какой-то судорожной, глуповатой даже улыбке.
- Ксюша, это правда? Ты правда беременна?
- Правда! Но не смей ко мне больше подходить! Я справлюсь сама!
Я вскочила, подхватив куртку и сумочку и побежала.
Да, я сказала ему, что беременна, но он меня больше не увидит никогда!
Лианейн Арзеви в одночасье потеряла все: свое состояние, семью, положение в обществе. У нее остался лишь единственный шанс на спасение — забеременеть за крупное вознаграждение от представителя другой расы. Иными словами — стать живым инкубатором для детенышей монстра... у которого есть щупальца
В тексте есть:
# настоящая любовь
# тентакли
# беременность
# горячие сцены
В тексте есть:
# настоящая любовь
# тентакли
# беременность
# горячие сцены
Выберите полку для книги