Книги по тегу «беременность»: ""
— А что ты думала? С тобой в постели, как с бревном — тяжесть есть, а жизни нет.
Муж сказал это так спокойно, словно мы обсуждали, что хлеб закончился, а не его измену.
— Ты стала… серой. Тяжелой. Неинтересной, — продолжил он ровно, без единой эмоции. Как будто перечислял факты из инструкции. — Ты даже беременность свою носишь так, будто это подвиг.
Он усмехнулся — коротко, обидно:
— А Эвелина сияет. Понимаешь? Сияет. Я не хочу жить с тенью.
Мне показалось, что это худшее, что я могу услышать. Но нет — он продолжил, еще холоднее:
— Ты родишь его, конечно. Но воспитывать будет Эвелина.
Я инстинктивно прикрыла живот. Малыш внутри замер, будто прислушивался, боясь пошевелиться.
— Ты не можешь забрать у меня ребенка.
— Могу, — спокойно ответил он. — Ты все равно одна ничего не вывезешь. Тебя от беременности плющит. Ты всегда уставшая. Вечно… никакая.
Он взглянул на меня пусто, как на чужого человека:
— Ты не мать, Лиза. Отдай ребенка тем, кто справится лучше.
Муж сказал это так спокойно, словно мы обсуждали, что хлеб закончился, а не его измену.
— Ты стала… серой. Тяжелой. Неинтересной, — продолжил он ровно, без единой эмоции. Как будто перечислял факты из инструкции. — Ты даже беременность свою носишь так, будто это подвиг.
Он усмехнулся — коротко, обидно:
— А Эвелина сияет. Понимаешь? Сияет. Я не хочу жить с тенью.
Мне показалось, что это худшее, что я могу услышать. Но нет — он продолжил, еще холоднее:
— Ты родишь его, конечно. Но воспитывать будет Эвелина.
Я инстинктивно прикрыла живот. Малыш внутри замер, будто прислушивался, боясь пошевелиться.
— Ты не можешь забрать у меня ребенка.
— Могу, — спокойно ответил он. — Ты все равно одна ничего не вывезешь. Тебя от беременности плющит. Ты всегда уставшая. Вечно… никакая.
Он взглянул на меня пусто, как на чужого человека:
— Ты не мать, Лиза. Отдай ребенка тем, кто справится лучше.
Сашка рассорилась с мажором Стёпой, и он решил жёстко наказать её за строптивость...
Наказал.
Урок усвоила...
Наказал.
Урок усвоила...
– Ты? – скользит по мне взглядом Давид. – Разве мы не все обсудили?
– Нет, – отвечаю чуть слышно.
Зачем я, дура пришла? Ладони мокрые. Сжимаю тест на беременность…
– Говори, Аля… То есть Алина Михайловна.
– Я беременна, Давид. И этот ребенок…
Давид не дает договорить. Смеется громко и насмешливо. Его смех, как удары топора по сырому дереву…
– Я слишком много раз слышал это от таких, как ты. Если решила в моем лице найти своему ребенку отца, то… Мимо. Вали к своему мужу и живите счастливо. Мне это все не нужно… Ребенок и… – цедит он сквозь зубы.
И я тоже, понимаю… Морщусь, ожидая новую порцию боли… А она стрелой летит в сердце с его фразой:
– И ты, Алин. Не нужна.
***
Между нами с мужем давно нет любви и уважения, а кабальные условия брачного договора лишают шанса развестись и стать счастливой…
Для всех я – плохая жена, но все меняется, когда в моей жизни появляется Давид.
Он богат, красив и порочен. И за счастье быть с ним я готова поставить на кон все, что имею…
– Нет, – отвечаю чуть слышно.
Зачем я, дура пришла? Ладони мокрые. Сжимаю тест на беременность…
– Говори, Аля… То есть Алина Михайловна.
– Я беременна, Давид. И этот ребенок…
Давид не дает договорить. Смеется громко и насмешливо. Его смех, как удары топора по сырому дереву…
– Я слишком много раз слышал это от таких, как ты. Если решила в моем лице найти своему ребенку отца, то… Мимо. Вали к своему мужу и живите счастливо. Мне это все не нужно… Ребенок и… – цедит он сквозь зубы.
И я тоже, понимаю… Морщусь, ожидая новую порцию боли… А она стрелой летит в сердце с его фразой:
– И ты, Алин. Не нужна.
***
Между нами с мужем давно нет любви и уважения, а кабальные условия брачного договора лишают шанса развестись и стать счастливой…
Для всех я – плохая жена, но все меняется, когда в моей жизни появляется Давид.
Он богат, красив и порочен. И за счастье быть с ним я готова поставить на кон все, что имею…
— Документы. С кем поступаете? — его голос был ледяным, протокольным.
— Одна.
Он не поверил. Взгляд скользнул по её округлившимся формам под больничным халатом.
— Отец ребёнка на связи? Нужно экстренно оперировать.
— Не нужно ему… — она сжала челюсть, пытаясь подавить новую волну боли.
— Софья, это не время для обид! — в его тоне впервые сорвалась металлическая пластинка равнодушия. — Ему принимать решение!
— Ты! — выдохнула она, суя ему в руки смятый листок. — Только ты. Посмотри…
На снимке УЗИ кривыми буквами было выведено: «Папа, с Новым годом! Твой сын».
— Одна.
Он не поверил. Взгляд скользнул по её округлившимся формам под больничным халатом.
— Отец ребёнка на связи? Нужно экстренно оперировать.
— Не нужно ему… — она сжала челюсть, пытаясь подавить новую волну боли.
— Софья, это не время для обид! — в его тоне впервые сорвалась металлическая пластинка равнодушия. — Ему принимать решение!
— Ты! — выдохнула она, суя ему в руки смятый листок. — Только ты. Посмотри…
На снимке УЗИ кривыми буквами было выведено: «Папа, с Новым годом! Твой сын».
Мила забеременела на вечеринке от первого-встречного...
Мама не приняла её беременность...
И Мила научилась выживать одна...
Мама не приняла её беременность...
И Мила научилась выживать одна...
Что пережила спальня их нового дома за девять лет?
Неделю они прожили вместе в новом, самом обычном доме, над землёй и с большими окнами в каждой комнате. Лишь спустя неделю Эрик робко предложил девушке выйти за него, боясь отказа. Но Кристина согласилась. Он плакал от счастья, упав на колени, и, сквозь платье, целовал её маленькие ножки. Девушка молча гладила его по спине.
Призрак Оперы
Эрик/Кристина
Неделю они прожили вместе в новом, самом обычном доме, над землёй и с большими окнами в каждой комнате. Лишь спустя неделю Эрик робко предложил девушке выйти за него, боясь отказа. Но Кристина согласилась. Он плакал от счастья, упав на колени, и, сквозь платье, целовал её маленькие ножки. Девушка молча гладила его по спине.
Призрак Оперы
Эрик/Кристина
🖤🔥Моя подруга заставила меня зарегистрироваться на сайте знакомств, там я познакомилась с молодым парнем Максом — смазливым, молодым 26-летним красавцем, пахнущим кожей и опасностью. А я — просто пышка прожившая всю жизнь в бесформенном свитере, вечно прячущаяся от чужих взглядов.
Наш роман развивался стремительно: ночные прогулки, его дерзкие шутки, пальцы, запутанные в моих волосах, и чувство, что наконец-то я жива. Он казался огнём, а я — мотыльком, готовым сгореть.
Пока его бывшая, худая и ядовитая как оса, не заявила, что беременна. От него...🫢🔥
Наш роман развивался стремительно: ночные прогулки, его дерзкие шутки, пальцы, запутанные в моих волосах, и чувство, что наконец-то я жива. Он казался огнём, а я — мотыльком, готовым сгореть.
Пока его бывшая, худая и ядовитая как оса, не заявила, что беременна. От него...🫢🔥
🫢🔥Дерзкая пышка стала игрушкой мажора? Всё не так просто!
Булочка просто вытирала полы в клубе, пока мажор проматывал состояния, не обращая внимания на всех вокруг. Никита Яров — циничный наследник, которому по завещанию срочно нужна жена. Софья Миронова — колкая пышка с железной волей и долгами, которой плевать на его миллионы. Он сделал ей шокирующее предложение: фиктивный брак на год в обмен на решение всех её проблем. Она согласилась. Казалось бы, типичная сделка.
Но что, если игра зайдёт слишком далеко? Когда для наследства понадобится не поддельная свадьба, а настоящий ребёнок, а её прошлое в лице бывшего начнёт угрожать всему, что ей дорого... Сможет ли он защитить её по-настоящему? И что сильнее: холодный расчёт мажора или живое чувство к девушке, которую все считали неподходящей?🔥💔
Булочка просто вытирала полы в клубе, пока мажор проматывал состояния, не обращая внимания на всех вокруг. Никита Яров — циничный наследник, которому по завещанию срочно нужна жена. Софья Миронова — колкая пышка с железной волей и долгами, которой плевать на его миллионы. Он сделал ей шокирующее предложение: фиктивный брак на год в обмен на решение всех её проблем. Она согласилась. Казалось бы, типичная сделка.
Но что, если игра зайдёт слишком далеко? Когда для наследства понадобится не поддельная свадьба, а настоящий ребёнок, а её прошлое в лице бывшего начнёт угрожать всему, что ей дорого... Сможет ли он защитить её по-настоящему? И что сильнее: холодный расчёт мажора или живое чувство к девушке, которую все считали неподходящей?🔥💔
– Ты понимаешь, на что подписываешься? – спросил он.
– Понимаю, – ответила я. – Я подписываюсь на выход из тупика.
Моя мать и сестра загнали меня в долги и решили, что я должна расплатиться собой.
Мой начальник Антон предложил сделку: деньги взамен на ребёнка.
Без семьи. Без обязательств. По договору.
Я согласилась не потому, что хотела, а потому что была на грани.
Но беременность меняет правила.
И однажды я говорю ему то, чего не было в контракте:
– Я не отдам этого ребёнка.
– Ты нарушаешь договор, – ответил Антон.
– И что ты сделаешь?
Антон привык контролировать всё. А я впервые в жизни перестала соглашаться.
– Понимаю, – ответила я. – Я подписываюсь на выход из тупика.
Моя мать и сестра загнали меня в долги и решили, что я должна расплатиться собой.
Мой начальник Антон предложил сделку: деньги взамен на ребёнка.
Без семьи. Без обязательств. По договору.
Я согласилась не потому, что хотела, а потому что была на грани.
Но беременность меняет правила.
И однажды я говорю ему то, чего не было в контракте:
– Я не отдам этого ребёнка.
– Ты нарушаешь договор, – ответил Антон.
– И что ты сделаешь?
Антон привык контролировать всё. А я впервые в жизни перестала соглашаться.
Выберите полку для книги