Подборка книг по тегу: "бывшие"
– Нет, – качаю я головой так резко, что в шее стреляет болью. – Нет, я не буду... Это мой ребенок!
– Это проблема, которую нужно решить, – поправляет она ледяным тоном. – И решить немедленно.
– Я не дам вам убить моего ребенка! – кричу я, и голос срывается на визг.
– Видишь ли, дорогая, – говорит она, глядя на ночную Москву за окном, – у меня есть связи. Очень много связей. И влияние. Больше, чем ты можешь себе представить.
***
Десять лет назад мне пришлось бросить единственного мужчину, которого любила. Бросила, будучи беременной от него. Исчезла без объяснений, чтобы он никогда меня не нашел.
Спустя десять лет судьба приготовила для нас встречу. Он успешный врач, я — мать девятилетнего мальчика, о существовании которого Артем не подозревает.
Как объяснить, что когда-то у меня не было выбора? Как рассказать ему правду? Может, это наш шанс исправить ошибки прошлого?
– Это проблема, которую нужно решить, – поправляет она ледяным тоном. – И решить немедленно.
– Я не дам вам убить моего ребенка! – кричу я, и голос срывается на визг.
– Видишь ли, дорогая, – говорит она, глядя на ночную Москву за окном, – у меня есть связи. Очень много связей. И влияние. Больше, чем ты можешь себе представить.
***
Десять лет назад мне пришлось бросить единственного мужчину, которого любила. Бросила, будучи беременной от него. Исчезла без объяснений, чтобы он никогда меня не нашел.
Спустя десять лет судьба приготовила для нас встречу. Он успешный врач, я — мать девятилетнего мальчика, о существовании которого Артем не подозревает.
Как объяснить, что когда-то у меня не было выбора? Как рассказать ему правду? Может, это наш шанс исправить ошибки прошлого?
-Максимка?— слышится мужской голос и, мальчуган по соседству, бросив машинку пулей, несётся к родителям.
- Папа! Мама!
Отец поднимает его на руки и что-то говорит, а тот, в свою очередь, весело смеётся.
- Повезло ему…,— бросает с ноткой зависти Костя,— у него есть папа…
- Вот бы и у нас с тобой был,— вздыхая, соглашается Славик.
- Наверное, где-то есть,— Костя садится на стульчик и берёт в руки чистый лист.
Вдруг в голову ему приходит отличная идея.
- «Эвлика»! - восклицает малыш и поднимает палец вверх.
Это умное слово он слышал в какой-то жутко скучной передаче и запомнил его.
- Давай напишем письмо дедушке морозу?
- Попросим папу!
***
Говорят, под Новый год, что ни пожелается! Все всегда произойдут! Всё всегда сбывается!
Вот и мальчики загадали самое заветное желание — обрести папу!
- Папа! Мама!
Отец поднимает его на руки и что-то говорит, а тот, в свою очередь, весело смеётся.
- Повезло ему…,— бросает с ноткой зависти Костя,— у него есть папа…
- Вот бы и у нас с тобой был,— вздыхая, соглашается Славик.
- Наверное, где-то есть,— Костя садится на стульчик и берёт в руки чистый лист.
Вдруг в голову ему приходит отличная идея.
- «Эвлика»! - восклицает малыш и поднимает палец вверх.
Это умное слово он слышал в какой-то жутко скучной передаче и запомнил его.
- Давай напишем письмо дедушке морозу?
- Попросим папу!
***
Говорят, под Новый год, что ни пожелается! Все всегда произойдут! Всё всегда сбывается!
Вот и мальчики загадали самое заветное желание — обрести папу!
— Помогите!
Мою размеренную прогулку по лесу нарушает детский крик.
Меньше всего, приехав на отдых к другу, я ожидал услышать такое.
— Помогите! — снова звонко, надрывно.
— Стоп! — ловлю кучерявую, голубоглазую девчонку. — Ты откуда? Потерялась?
— Дядя, ты кто?
— Волк! — выпаливаю свое служебное прозвище на автомате.
— Отлично! Ты-то мне и нужен!
И, не дав мне даже нормально испугаться, добавляет самое страшное слово, какое мужчина может услышать зимой в лесу:
— Будешь моим папой!
Ну, Волков, ты попал! Отвожу девчонку матери и понимаю, что это мое приключение не закончилось, а только началось. Потому что у матери самые настоящие неприятности. Реальные. Неразрешимые. Мне они по плечу, а ей явно нет. Бандиты пытаются лишить ее единственного дома, потому что им очень нужен участок.
А еще эти глаза… Мне кажется, я уже видел эти глаза… Лет семь назад…
Или нет?
Мою размеренную прогулку по лесу нарушает детский крик.
Меньше всего, приехав на отдых к другу, я ожидал услышать такое.
— Помогите! — снова звонко, надрывно.
— Стоп! — ловлю кучерявую, голубоглазую девчонку. — Ты откуда? Потерялась?
— Дядя, ты кто?
— Волк! — выпаливаю свое служебное прозвище на автомате.
— Отлично! Ты-то мне и нужен!
И, не дав мне даже нормально испугаться, добавляет самое страшное слово, какое мужчина может услышать зимой в лесу:
— Будешь моим папой!
Ну, Волков, ты попал! Отвожу девчонку матери и понимаю, что это мое приключение не закончилось, а только началось. Потому что у матери самые настоящие неприятности. Реальные. Неразрешимые. Мне они по плечу, а ей явно нет. Бандиты пытаются лишить ее единственного дома, потому что им очень нужен участок.
А еще эти глаза… Мне кажется, я уже видел эти глаза… Лет семь назад…
Или нет?
— Арина! Подожди, это не то, что ты думаешь! — выдохнул он, шаря по полу в поисках одежды. — Я... Мы просто... Это было один раз! Она сама пришла, я не мог устоять. Пожалуйста, солнышко, прости! Ты же знаешь, я люблю тебя! Это ошибка, безумие! Давай забудем, никто не узнает!
Он шагнул ко мне, протягивая руки и умоляя взглядом о пощаде. Женщина молчала, съежившись в углу кровати. А его слова звучали так жалко и лживо, что не было сил и дальше терпеть этот фарс.
Я ничего не ответила, не смогла в тот момент и слова сказать. Только развернулась и вышла, захлопнув дверь квартиры. Без куртки и обуви, в домашних тапках и с сумкой в руках, которую не успела поставить на место.
Он шагнул ко мне, протягивая руки и умоляя взглядом о пощаде. Женщина молчала, съежившись в углу кровати. А его слова звучали так жалко и лживо, что не было сил и дальше терпеть этот фарс.
Я ничего не ответила, не смогла в тот момент и слова сказать. Только развернулась и вышла, захлопнув дверь квартиры. Без куртки и обуви, в домашних тапках и с сумкой в руках, которую не успела поставить на место.
- Не надо… - испуганно шепчу я, выставив руки перед собой. Однако бывший будто не слышит меня.
- Думаешь, я поверю в твой спектакль?
- Отпусти… - шепчу я.
- Ты - моя, Даша. Запомни это раз и навсегда.
- Нет! - повторяю я опять. - Нет! Зачем ты вернулся?!
Он, усмехнувшись, проводит большим пальцем по моим губам, а я отворачиваюсь в сторону. У меня мурашки по коже от этой ласки.
- Зачем вообще ты вернулся?!
- За тобой, родная.
Три года назад Макс предал меня, разбил мне сердце. А теперь, когда другой мужчина сделал мне предложение, Макс вновь ворвался в мою жизнь…
Ярко и эмоционально!
ХЭ!
- Думаешь, я поверю в твой спектакль?
- Отпусти… - шепчу я.
- Ты - моя, Даша. Запомни это раз и навсегда.
- Нет! - повторяю я опять. - Нет! Зачем ты вернулся?!
Он, усмехнувшись, проводит большим пальцем по моим губам, а я отворачиваюсь в сторону. У меня мурашки по коже от этой ласки.
- Зачем вообще ты вернулся?!
- За тобой, родная.
Три года назад Макс предал меня, разбил мне сердце. А теперь, когда другой мужчина сделал мне предложение, Макс вновь ворвался в мою жизнь…
Ярко и эмоционально!
ХЭ!
– Оля… – выдыхает мой бывший жених. Тот, кого я любила больше жизни. Отец моих дочек.
– Ольга Юрьевна, – вырывается у меня. – Стас… Станислав Игоревич, вы хотели меня видеть.
– Да, я… Ольга… Юрьевна. Я не знал, что вы работаете здесь.
– Теперь знаете.
– Я не думал, что мы встретимся при таких обстоятельствах, – кажется, Стас взял себя в руки. – Теперь я ваш непосредственный начальник.
– Вы для этого меня вызвали?
– Я просто хотел внести ясность. Я разделяю работу и личное. То, что мы с вами были помолвлены, никак не повлияет на работу.
– Да, я и не сомневалась в вашем профессионализме, – держусь холодно. – Это всё, Станислав Игоревич?
– Да.
– Тогда я пойду.
– Да… Нет. Нет, Оля, постой! – маска безразличия спадает с его лица. – Как ты поживаешь?
Как я поживаю, после того, как ты меня бросил с тремя дочками в животе? О, просто прекрасно! Без тебя. И ты никогда о них не узнаешь!
– Ольга Юрьевна, – вырывается у меня. – Стас… Станислав Игоревич, вы хотели меня видеть.
– Да, я… Ольга… Юрьевна. Я не знал, что вы работаете здесь.
– Теперь знаете.
– Я не думал, что мы встретимся при таких обстоятельствах, – кажется, Стас взял себя в руки. – Теперь я ваш непосредственный начальник.
– Вы для этого меня вызвали?
– Я просто хотел внести ясность. Я разделяю работу и личное. То, что мы с вами были помолвлены, никак не повлияет на работу.
– Да, я и не сомневалась в вашем профессионализме, – держусь холодно. – Это всё, Станислав Игоревич?
– Да.
– Тогда я пойду.
– Да… Нет. Нет, Оля, постой! – маска безразличия спадает с его лица. – Как ты поживаешь?
Как я поживаю, после того, как ты меня бросил с тремя дочками в животе? О, просто прекрасно! Без тебя. И ты никогда о них не узнаешь!
– Тут, если верить анализам, – Славка скривившись смотрит в карту, – ты беременна?
– Тебя это не касается! – шиплю из последних сил.
И вдруг все равнодушие слетает с его лица, в глазах вспыхивает яростное пламя, а улыбка превращается в оскал!
– Ошибаешься, девочка, – он нависает надо мной, – Очень сильно ошибаешься! И если это мой ребенок, то я тебе не завидую!
Моя любовь, моя страсть, свет в моем окне, мой бывший… Тот, кому я сделала очень больно. Тот, чьего ребенка я ношу под сердцем. Сейчас от него зависит моя жизнь. Потому что он – мой доктор.
– Тебя это не касается! – шиплю из последних сил.
И вдруг все равнодушие слетает с его лица, в глазах вспыхивает яростное пламя, а улыбка превращается в оскал!
– Ошибаешься, девочка, – он нависает надо мной, – Очень сильно ошибаешься! И если это мой ребенок, то я тебе не завидую!
Моя любовь, моя страсть, свет в моем окне, мой бывший… Тот, кому я сделала очень больно. Тот, чьего ребенка я ношу под сердцем. Сейчас от него зависит моя жизнь. Потому что он – мой доктор.
Я едва оправилась после смерти матери, когда судьба наносит новый удар. Совершенно случайно я сталкиваюсь с мужчиной, который когда-то разбил мне сердце.
Наша страсть вспыхивает вновь. Одна ночь, после которой остаётся лишь стыд и…
Две полоски на тесте.
А у моего бывшего уже есть невеста, которая не намерена ни с кем делиться своим мужчиной.
Наша страсть вспыхивает вновь. Одна ночь, после которой остаётся лишь стыд и…
Две полоски на тесте.
А у моего бывшего уже есть невеста, которая не намерена ни с кем делиться своим мужчиной.
*** тебе, Лизавета! - прилетает мне в спину ругательство.
А мне даже не обидно. Мне - некогда. Потому что Морозов - здоровый, до предела разозленный мною мужик.
И я как раз в этот момент перескакиваю через шезлонг.
В банном халате... В жару... В такую - хорошую, турецкую жару.
- Стой! - несется мне вслед.
- Ага! Нашел дуру! - огрызаюсь я.
- Ко-о-о- оти-и-и-ик! - раздается передо мной изумленный возглас.
Я едва не врезаюсь в брюнетку в белом, но делаю маневр и проскакиваю между нею и её спутником. Солидным мужчиной сильно за пятьдесят.
- Это что?! - спрашивает он, пристально разглядывая Морозова.
Посмотреть там есть на что... Я старалась. На лбу у Морозова красуется мишень, нарисованная зеленкой, а его каштановые раньше волосы завязаны в мелкие хвостики, выкрашенные всеми цветами радуги...
- Тимофей Дмитриевич, пожалуй, о вашей свадьбе с Викой рано говорить... - следующая фраза мужчины повергает меня в шок.
Свадьбе? С Викой? А я?!
- Он - не котик! Он - кобель! - заявляю я
А мне даже не обидно. Мне - некогда. Потому что Морозов - здоровый, до предела разозленный мною мужик.
И я как раз в этот момент перескакиваю через шезлонг.
В банном халате... В жару... В такую - хорошую, турецкую жару.
- Стой! - несется мне вслед.
- Ага! Нашел дуру! - огрызаюсь я.
- Ко-о-о- оти-и-и-ик! - раздается передо мной изумленный возглас.
Я едва не врезаюсь в брюнетку в белом, но делаю маневр и проскакиваю между нею и её спутником. Солидным мужчиной сильно за пятьдесят.
- Это что?! - спрашивает он, пристально разглядывая Морозова.
Посмотреть там есть на что... Я старалась. На лбу у Морозова красуется мишень, нарисованная зеленкой, а его каштановые раньше волосы завязаны в мелкие хвостики, выкрашенные всеми цветами радуги...
- Тимофей Дмитриевич, пожалуй, о вашей свадьбе с Викой рано говорить... - следующая фраза мужчины повергает меня в шок.
Свадьбе? С Викой? А я?!
- Он - не котик! Он - кобель! - заявляю я
— Это Ирма. В твоих интересах не бросать трубку!
Нервный возглас останавливает меня за полсекунды до нажатия на красный кружок. Помощница изменника-мужа переходит на шёпот:
— Лика, я беременна. Ты должна понимать, что любовницу на час Фрол никогда не привёл бы в свой дом. Наша связь длится полгода. Жаль, что Фрол мужчина порядочный и никогда сам не скажет этого.
Сердце падает вниз. Вот он — знак, что ничего уже не вернётся.
— Что ты от меня хочешь? — желудок заполняет холод, чувствую, как к горлу подкатывает тошнота.
— А что ты можешь мне дать? Как сделать Фрола счастливым — я сама знаю. На тебе он не женился за пять лет. А мы подали заявление в ЗАГС две недели назад. Просто не мешай нам!
Я поверю в сказанное и исчезну из жизни предателя на семь долгих лет. Но однажды....
Нервный возглас останавливает меня за полсекунды до нажатия на красный кружок. Помощница изменника-мужа переходит на шёпот:
— Лика, я беременна. Ты должна понимать, что любовницу на час Фрол никогда не привёл бы в свой дом. Наша связь длится полгода. Жаль, что Фрол мужчина порядочный и никогда сам не скажет этого.
Сердце падает вниз. Вот он — знак, что ничего уже не вернётся.
— Что ты от меня хочешь? — желудок заполняет холод, чувствую, как к горлу подкатывает тошнота.
— А что ты можешь мне дать? Как сделать Фрола счастливым — я сама знаю. На тебе он не женился за пять лет. А мы подали заявление в ЗАГС две недели назад. Просто не мешай нам!
Я поверю в сказанное и исчезну из жизни предателя на семь долгих лет. Но однажды....
Выберите полку для книги