Книги по тегу «взрослые герои»: ""
– Ты всю жизнь мне испортила! – муж с ненавистью смотрит на меня. – Но теперь я буду делать, что захочу. Всё, что не мог все эти годы. Отрываться по полной.
Его рубашка выпущена из штанов, глаза горят. На улице воет его девка.
– А поговорить со мной? – слова царапают горло. Это нереально, невозможно. – Решить проблему.
– Чтобы ты выела мне мозг чайной ложкой? – усмехается. – Хватит, Лер. Пожила хорошо и ладно. Теперь моя очередь. Я с тобой развожусь.
Нет, дорогой. Это я с тобой развожусь!
На юбилее в честь двадцати лет брака я сняла мужа с молодой любовницы.
Но он не просит прощения. И хочет оставить меня ни с чем после развода.
А наша дочь просто обожает новую «подружку».
Но я возьму своё. И заодно выясню, с чего это у моего мужа сорвало крышу? Ведь измена – только верхушка айсберга…
Его рубашка выпущена из штанов, глаза горят. На улице воет его девка.
– А поговорить со мной? – слова царапают горло. Это нереально, невозможно. – Решить проблему.
– Чтобы ты выела мне мозг чайной ложкой? – усмехается. – Хватит, Лер. Пожила хорошо и ладно. Теперь моя очередь. Я с тобой развожусь.
Нет, дорогой. Это я с тобой развожусь!
На юбилее в честь двадцати лет брака я сняла мужа с молодой любовницы.
Но он не просит прощения. И хочет оставить меня ни с чем после развода.
А наша дочь просто обожает новую «подружку».
Но я возьму своё. И заодно выясню, с чего это у моего мужа сорвало крышу? Ведь измена – только верхушка айсберга…
На нашей кровати лежит обнаженная девица, а рядом с ней – мой муж. Между ними стоит тарелка с клубникой, которой Витя кормит девушку.
Боже, сколько ей лет? Двадцать?
Голая девица поворачивается в мою сторону. Усмехается.
– Так это твоя жена? Ты говорил, что она старая и страшная, – с обидой говорит она.
Ее слова приводят меня в чувства.
– Пошла вон! – кричу, бросаясь на нее, – вон из моей спальни! Вон! Вон из моего дома!
Она пятится назад.
– Витюш, – говорит она обиженным тоном.
Муж вскакивает, грубо хватает меня за руку и выталкивает за дверь.
– Ты охренела? – орет он, – че творишь, дура?
– Витя, это ты охренел! Привел любовницу в наш дом…
Он цинично усмехается.
– Это теперь ее дом. А ты, Катя, проваливай.
***
Я – счастливая домохозяйка, положившая жизнь ради мужа и сыновей. Но это вчера.
Сегодня – я брошенка без гроша в кармане, без работы и опыта. Никому не нужная.
Так будет ли у меня завтра?..
Боже, сколько ей лет? Двадцать?
Голая девица поворачивается в мою сторону. Усмехается.
– Так это твоя жена? Ты говорил, что она старая и страшная, – с обидой говорит она.
Ее слова приводят меня в чувства.
– Пошла вон! – кричу, бросаясь на нее, – вон из моей спальни! Вон! Вон из моего дома!
Она пятится назад.
– Витюш, – говорит она обиженным тоном.
Муж вскакивает, грубо хватает меня за руку и выталкивает за дверь.
– Ты охренела? – орет он, – че творишь, дура?
– Витя, это ты охренел! Привел любовницу в наш дом…
Он цинично усмехается.
– Это теперь ее дом. А ты, Катя, проваливай.
***
Я – счастливая домохозяйка, положившая жизнь ради мужа и сыновей. Но это вчера.
Сегодня – я брошенка без гроша в кармане, без работы и опыта. Никому не нужная.
Так будет ли у меня завтра?..
Мне не повезло попасться на глаза влиятельному подонку. В надежде заполучить меня, он методично, шаг за шагом, разрушает мою жизнь. Подруга нашла того, кто сможет мне помочь. Соглашаясь на ее предложение, я не подозревала, что окажусь во власти еще более опасного мужчины, от которого едва сбежала всего несколько месяцев назад.
*****
В шоке распахиваю глаза, пока мое сердце мгновенно проваливается куда-то вниз. И встречаю удивленный взгляд, в котором тут же что-то жарко вспыхивает.
Мужские губы изгибаются в довольной усмешке. А тот самый хрипловатый голос, который слышала всего один раз, но так и не смогла забыть, произносит:
— Ого! Вот ты и попалась, моя беглянка…
Вздрагиваю и прямо на ступенях крыльца четко осознаю, что спасаясь от одной проблемы, заимела себе другую. Этот хищник явно опаснее преследующего меня урода. И теперь он знает мое имя.
*****
В шоке распахиваю глаза, пока мое сердце мгновенно проваливается куда-то вниз. И встречаю удивленный взгляд, в котором тут же что-то жарко вспыхивает.
Мужские губы изгибаются в довольной усмешке. А тот самый хрипловатый голос, который слышала всего один раз, но так и не смогла забыть, произносит:
— Ого! Вот ты и попалась, моя беглянка…
Вздрагиваю и прямо на ступенях крыльца четко осознаю, что спасаясь от одной проблемы, заимела себе другую. Этот хищник явно опаснее преследующего меня урода. И теперь он знает мое имя.
Сорок пять лет рядом с одним человеком — целая жизнь. И одно горькое открытие способно перевернуть всё с ног на голову. Вера Семёновна узнаёт, что муж снова её предал. Развод в 65 лет кажется не свободой, а пропастью — но именно с этого края героиня начинает осторожно, шаг за шагом, карабкаться к себе настоящей.
Она учится заново чувствовать вкус жизни — в смехе внуков, в тёплом молчании рядом с дочерью, в праве просто побыть собой и не оправдываться.
Она учится заново чувствовать вкус жизни — в смехе внуков, в тёплом молчании рядом с дочерью, в праве просто побыть собой и не оправдываться.
В ночную смену акушеру-гинекологу привозят редчайший интимный случай… и одним из двух пациентов оказывается её собственный муж.
Ещё несколько часов назад Олег написал Марине: «Люблю».
Теперь он перед ней в такой ситуации, которую уже невозможно ни скрыть, ни объяснить случайностью. Марина натягивает привычную маску профессионала и спокойно говорит:
— Сначала вас расцепим, Олег. С разводом разберёмся потом.
Только вот поставить диагноз измене оказалось куда проще, чем решить, что делать с двадцатью годами брака.
Редкий случай закончится к утру. А вот последствия — только начинаются.
Ещё несколько часов назад Олег написал Марине: «Люблю».
Теперь он перед ней в такой ситуации, которую уже невозможно ни скрыть, ни объяснить случайностью. Марина натягивает привычную маску профессионала и спокойно говорит:
— Сначала вас расцепим, Олег. С разводом разберёмся потом.
Только вот поставить диагноз измене оказалось куда проще, чем решить, что делать с двадцатью годами брака.
Редкий случай закончится к утру. А вот последствия — только начинаются.
Отправилась развеяться в поход с друзьями, да зашла не в ту дверь!
Теперь я новый врач на учениях военных!
Из напарников - угрюмый генерал, из неприятностей - браконьеры с тигрятами.
Что за голодные игры? Я на такое не подписывалась!
***
– Таня, ты сейчас занята? – прошептала я в динамик сотового.
– Занята, – честно призналась она. – У тебя что-то случилось?
– Да, я только что узнала, что Стёпа… Что Стёпа мне изменял, – всхлипнув, произнесла я.
– Ну… – протянула Таня, немного замявшись. – Это неудивительно. Прости, но я давно подозревала, что он водит тебя за нос.
– А мне тогда почему ничего не сказала? – уточнила я.
– А толку тебе что-то говорить? Ты ведь дальше своего носа ничего не видишь.
– Таня, а можно я к тебе приеду? Тут свекровь собралась жить со мной целых две недели…
– Даша! – воскликнула подруга. – Ты в своём уме? Гони эту ведьму в шею! Собери вещи своего Стёпы и отправь их доставкой на адрес матушки! И сама собери вещи! Со мной отправишь! В поход!
Теперь я новый врач на учениях военных!
Из напарников - угрюмый генерал, из неприятностей - браконьеры с тигрятами.
Что за голодные игры? Я на такое не подписывалась!
***
– Таня, ты сейчас занята? – прошептала я в динамик сотового.
– Занята, – честно призналась она. – У тебя что-то случилось?
– Да, я только что узнала, что Стёпа… Что Стёпа мне изменял, – всхлипнув, произнесла я.
– Ну… – протянула Таня, немного замявшись. – Это неудивительно. Прости, но я давно подозревала, что он водит тебя за нос.
– А мне тогда почему ничего не сказала? – уточнила я.
– А толку тебе что-то говорить? Ты ведь дальше своего носа ничего не видишь.
– Таня, а можно я к тебе приеду? Тут свекровь собралась жить со мной целых две недели…
– Даша! – воскликнула подруга. – Ты в своём уме? Гони эту ведьму в шею! Собери вещи своего Стёпы и отправь их доставкой на адрес матушки! И сама собери вещи! Со мной отправишь! В поход!
Планировала сделать парочку красивых селфи для своего профиля в кабинете зама генерального, но неожиданное появление хозяина спутало все карты.
***
- Ягодкина! Какого чёрта?! – крик Глазова едва не доводит меня до инфаркта.
- Иннокентий Борисович, уже ухожу! Всё хорошо! Вот папка с отчётом, – свешиваю ноги со стола.
- Стоять, Ягодкина! То есть, сидеть на жопке ровно!
- Иннокентий Борисович, я приношу свои извинения и исчезаю из поля вашего зрения, как минимум, до понедельника.
Но Иннокеша ураганом с безумным взглядом налетает на меня, а в руках зама огромный букет алых роз.
- Ягодкина, всё потом объясню! – тихо рыкает на меня и властно впивается в мои губы.
***
- Ягодкина! Какого чёрта?! – крик Глазова едва не доводит меня до инфаркта.
- Иннокентий Борисович, уже ухожу! Всё хорошо! Вот папка с отчётом, – свешиваю ноги со стола.
- Стоять, Ягодкина! То есть, сидеть на жопке ровно!
- Иннокентий Борисович, я приношу свои извинения и исчезаю из поля вашего зрения, как минимум, до понедельника.
Но Иннокеша ураганом с безумным взглядом налетает на меня, а в руках зама огромный букет алых роз.
- Ягодкина, всё потом объясню! – тихо рыкает на меня и властно впивается в мои губы.
— Опять ты? — охнула я, пялясь на ухмыляющегося Князева.
— Не ты, а вы, — поправил он и, встав, начал приближаться, рассуждая с ехидной улыбочкой на небритой морде: — Катя, теперь я твой босс. Смирись. К тому же я ответственный гражданин и не могу пройти мимо твоей проблемы, не оказав поддержку и кхм-м… посильную помощь.
— Ну ты и гад, — прошипела я и, насупившись, уточнила: — И как же ты… ой, то есть вы, собрались решать мою проблему?
— Кардинально, — отозвался этот махинатор. — Изучим объект, соберём анамнез, выберем тактику устранения и углубимся в…
— Вот туда и иди!
Желай осторожно и не спеши недооценивать резкие повороты судьбы. Всё это про меня! Восполняя пробелы личной жизни и годы одиночества, жизнь подогнала мне целый грузовик весьма сомнительного счастья.
Одним из «подарочков» оказался бывший муж, решивший вернуть меня. Его мотивы далеки от чувств и романтики, но входить в эту реку дважды я итак не собиралась.
Кто второй? Гад, наглец, манипулятор и бронелобый кобель!
— Не ты, а вы, — поправил он и, встав, начал приближаться, рассуждая с ехидной улыбочкой на небритой морде: — Катя, теперь я твой босс. Смирись. К тому же я ответственный гражданин и не могу пройти мимо твоей проблемы, не оказав поддержку и кхм-м… посильную помощь.
— Ну ты и гад, — прошипела я и, насупившись, уточнила: — И как же ты… ой, то есть вы, собрались решать мою проблему?
— Кардинально, — отозвался этот махинатор. — Изучим объект, соберём анамнез, выберем тактику устранения и углубимся в…
— Вот туда и иди!
Желай осторожно и не спеши недооценивать резкие повороты судьбы. Всё это про меня! Восполняя пробелы личной жизни и годы одиночества, жизнь подогнала мне целый грузовик весьма сомнительного счастья.
Одним из «подарочков» оказался бывший муж, решивший вернуть меня. Его мотивы далеки от чувств и романтики, но входить в эту реку дважды я итак не собиралась.
Кто второй? Гад, наглец, манипулятор и бронелобый кобель!
У меня ресторан в центре, ноги, на которые оборачиваются студенты, и муж, который в четверг поставил на кухню собранный чемодан и сказал: «Лара, сядь. Я встретил другую».
Я даже почти выдохнула. Ну, классика. Пятьдесят лет, седина в бороду.
– И сколько ей? Двадцать пять?
– Ей... шестьдесят пять.
Ее зовут Регина Аркадьевна. Бывшая прима оперетты. Три подтяжки, четыре покойных мужа, леопардовый тюрбан и сорок тысяч подписчиков. Она называет моего мужа «мой котик», не пускает его есть после шести и возит на пилатес вместе с собачкой.
Проиграть двадцатилетней я бы пережила. Но это – ЧТО?!
Мне никто не верит. Мама требует признаться, кто она на самом деле. Подруги просят показать фото и потом полчаса не могут говорить. А котик тем временем прислал мне бумагу: он хочет половину моего ресторана.
Зато у меня появился союзник – ее сын. Кардиолог, сорок три, спит по четыре часа и уверен, что моя семья разводит его мать на квартиру. Мы придумали план..
Я даже почти выдохнула. Ну, классика. Пятьдесят лет, седина в бороду.
– И сколько ей? Двадцать пять?
– Ей... шестьдесят пять.
Ее зовут Регина Аркадьевна. Бывшая прима оперетты. Три подтяжки, четыре покойных мужа, леопардовый тюрбан и сорок тысяч подписчиков. Она называет моего мужа «мой котик», не пускает его есть после шести и возит на пилатес вместе с собачкой.
Проиграть двадцатилетней я бы пережила. Но это – ЧТО?!
Мне никто не верит. Мама требует признаться, кто она на самом деле. Подруги просят показать фото и потом полчаса не могут говорить. А котик тем временем прислал мне бумагу: он хочет половину моего ресторана.
Зато у меня появился союзник – ее сын. Кардиолог, сорок три, спит по четыре часа и уверен, что моя семья разводит его мать на квартиру. Мы придумали план..
– Улыбнись, Елена. И в последний раз будь полезной.
Через семь минут мы должны выйти к пятистам гостям и изобразить идеальную семью. А за закрытой дверью мой муж только что сообщил, что его любовница беременна.
После двадцати лет брака Андрей хочет просто спокойный развод. Мне – квартира и деньги за молчание. Ему – двенадцать отелей, бренд, который придумала я, и ещё три года права пользоваться моим лицом, моим именем и историей нашей «счастливой семьи».
Он уверен, что я подпишу документы. Как подписывала всё, что он приносил мне раньше.
Но среди бумаг для инвесторов я нахожу согласие со своей подписью, которого никогда не давала. А Роман Карелин – мужчина, которого Андрей когда-то выбросил из нашей компании, – оказывается единственным, кто помнит, кому на самом деле принадлежала «Тихая гавань».
Муж решил оставить мне квартиру за молчание.
Но... забыл, что его империя началась с моего дома.
Через семь минут мы должны выйти к пятистам гостям и изобразить идеальную семью. А за закрытой дверью мой муж только что сообщил, что его любовница беременна.
После двадцати лет брака Андрей хочет просто спокойный развод. Мне – квартира и деньги за молчание. Ему – двенадцать отелей, бренд, который придумала я, и ещё три года права пользоваться моим лицом, моим именем и историей нашей «счастливой семьи».
Он уверен, что я подпишу документы. Как подписывала всё, что он приносил мне раньше.
Но среди бумаг для инвесторов я нахожу согласие со своей подписью, которого никогда не давала. А Роман Карелин – мужчина, которого Андрей когда-то выбросил из нашей компании, – оказывается единственным, кто помнит, кому на самом деле принадлежала «Тихая гавань».
Муж решил оставить мне квартиру за молчание.
Но... забыл, что его империя началась с моего дома.
Выберите полку для книги