Книги по тегу «властный герой»: ""
Говорят, Верховный Инквизитор не способен на чувства. Триста лет он был ледяной статуей — безжалостной, безупречной, одинокой. Я не собиралась ничего менять. Я всего лишь хотела сдать экзамен.
Но мой дар решил иначе. Одна случайная иллюзия — и вот я уже работаю на него сенсором. Одно совместное расследование — и его маска даёт трещину. Одно прикосновение — и я понимаю: подо льдом горит огонь. И он хочет меня так же сильно, как я его. Его ревность сжигает всё вокруг. А его поцелуи... о, его поцелуи нарушают все протоколы Инквизиции.
Вот только есть одна проблема. Он убеждён, что проклят. Что каждый, кого он полюбит, обречён. Но он ещё не знает, с кем связался. Я — рыжая катастрофа. Я не умираю. Я переписываю протоколы.
Но мой дар решил иначе. Одна случайная иллюзия — и вот я уже работаю на него сенсором. Одно совместное расследование — и его маска даёт трещину. Одно прикосновение — и я понимаю: подо льдом горит огонь. И он хочет меня так же сильно, как я его. Его ревность сжигает всё вокруг. А его поцелуи... о, его поцелуи нарушают все протоколы Инквизиции.
Вот только есть одна проблема. Он убеждён, что проклят. Что каждый, кого он полюбит, обречён. Но он ещё не знает, с кем связался. Я — рыжая катастрофа. Я не умираю. Я переписываю протоколы.
Меня похитили за долг отца и бросили в дом, где старший из трёх братьев объявил обычай: три ночи, три испытания — и только потом выбор. Не мой выбор. Их.
— Ты мой жених?
— Нет. Пока нет.
Я поклялась не сломаться. Смотреть в глаза каждому, кто решит, что я вещь, а не человек. Первый брал силой. Второй — грубостью. А третий — единственный из троих — вместо приказа спросил разрешения.
Три брата. Один жестокий обычай. Я должна была стать наградой старшему. Вместо этого стала той, кто выбирает сама — и это выбор, который перевернёт весь дом рода.
— Ты мой жених?
— Нет. Пока нет.
Я поклялась не сломаться. Смотреть в глаза каждому, кто решит, что я вещь, а не человек. Первый брал силой. Второй — грубостью. А третий — единственный из троих — вместо приказа спросил разрешения.
Три брата. Один жестокий обычай. Я должна была стать наградой старшему. Вместо этого стала той, кто выбирает сама — и это выбор, который перевернёт весь дом рода.
Я перевелась в новый университет, чтобы начать жизнь с чистого листа.
Никакого макияжа. Огромная толстовка. Безобразные очки. Здесь я обычная серая мышка, и никто не должен узнать, кто скрывается за этой маской.
Но уже в первый день самый опасный парень университета объявил перед всеми:
— Теперь ты моя личная прислуга.
Я поклялась, что никогда не подчинюсь этому самоуверенному мажору.
Главное — не позволить ему снять с меня маску. И ни за что не влюбиться в человека, который способен разрушить всю мою жизнь.
Никакого макияжа. Огромная толстовка. Безобразные очки. Здесь я обычная серая мышка, и никто не должен узнать, кто скрывается за этой маской.
Но уже в первый день самый опасный парень университета объявил перед всеми:
— Теперь ты моя личная прислуга.
Я поклялась, что никогда не подчинюсь этому самоуверенному мажору.
Главное — не позволить ему снять с меня маску. И ни за что не влюбиться в человека, который способен разрушить всю мою жизнь.
Я думала, что худшее в моей жизни – это сибирская глушь, комары и неотесанный тракторист. Как же я ошибалась! Настоящий кошмар начался, когда восточный шейх решил, что я – женщина его мечты, и украл меня прямо из торгового центра. Он думал, что купит меня золотом и шелками? Ха! Он еще не знает, на что способна обиженная московская девушка. Держись, Аладдин, твои нефтяные вышки скоро пойдут с молотка за мои нервные клетки!
Я всего лишь спасла умирающего эльфа, которого нашла в лесу.
Не знала, что впущу в свой дом изгнанного лорда, за которым охотятся его же сородичи.
Не знала, что моё сердце выберет мужчину, ради которого придётся оставить всё, что было моей жизнью.
Теперь за ним идут убийцы. А значит — и за мной.
Не знала, что впущу в свой дом изгнанного лорда, за которым охотятся его же сородичи.
Не знала, что моё сердце выберет мужчину, ради которого придётся оставить всё, что было моей жизнью.
Теперь за ним идут убийцы. А значит — и за мной.
— Как вы справляетесь с нагрузкой... с вашей конституцией? — холодно спросил мой новый начальник.
В тот момент я поклялась доказать ему, что талант врача не зависит от размера одежды. Но я и представить не могла, что самый высокомерный мужчина в моей жизни однажды будет смотреть на меня так, будто я — его единственная слабость.
Он — главный врач элитной клиники, привыкший всё контролировать.
Я — кардиолог, которую слишком многие судят по внешности.
Между нами — постоянные столкновения, запретное притяжение и чувство, которому не место в стенах клиники.
Главное — не влюбиться в человека, который однажды назвал тебя ошибкой.
В тот момент я поклялась доказать ему, что талант врача не зависит от размера одежды. Но я и представить не могла, что самый высокомерный мужчина в моей жизни однажды будет смотреть на меня так, будто я — его единственная слабость.
Он — главный врач элитной клиники, привыкший всё контролировать.
Я — кардиолог, которую слишком многие судят по внешности.
Между нами — постоянные столкновения, запретное притяжение и чувство, которому не место в стенах клиники.
Главное — не влюбиться в человека, который однажды назвал тебя ошибкой.
Когда-то шестеро братьев были готовы сражаться за одну женщину — теперь каждый ищет собственное счастье.
Кассиан открывает шахматный клуб и встречает девушку, которая умеет проигрывать с достоинством.
Лукиан находит истину не в древней книге, а в объятиях прекрасной жрицы.
Себастьян исцеляет любовью тело, которое ненавидит себя.
Адриан уходит в горы и находит женщину, которая не боится его размера.
Максимилиан выходит из тени, но за свою помощь берёт плату страстью.
Леонард принимает дерзкий вызов — и проигрывает своё сердце.
Шесть новелл о любви, которая приходит, когда её меньше всего ждёшь.
О страсти, которая не знает границ.
О мужчинах, которые умеют брать своё — и отдавать без остатка.
Кассиан открывает шахматный клуб и встречает девушку, которая умеет проигрывать с достоинством.
Лукиан находит истину не в древней книге, а в объятиях прекрасной жрицы.
Себастьян исцеляет любовью тело, которое ненавидит себя.
Адриан уходит в горы и находит женщину, которая не боится его размера.
Максимилиан выходит из тени, но за свою помощь берёт плату страстью.
Леонард принимает дерзкий вызов — и проигрывает своё сердце.
Шесть новелл о любви, которая приходит, когда её меньше всего ждёшь.
О страсти, которая не знает границ.
О мужчинах, которые умеют брать своё — и отдавать без остатка.
Тот кошмарный вечер разрушил мою жизнь. Меня пытались похитить, а когда я отчаянно защищала свою честь, подонок изуродовал мое лицо ножом. Теперь для всего села я — испорченный товар со страшным шрамом на щеке, который приходится прятать под плотным платком. Единственным шансом выжить и заработать стала работа сиделкой у Мурата — богатого, невыносимо жестокого горца, который ослеп после аварии.
Он буйный, вспыльчивый и ненавидит весь мир за свою беспомощность. Он презирает меня и верит грязным сплетням слуг о моем «позоре». Но он слеп и не видит моего уродства.
Он буйный, вспыльчивый и ненавидит весь мир за свою беспомощность. Он презирает меня и верит грязным сплетням слуг о моем «позоре». Но он слеп и не видит моего уродства.
– Что все это значит? – вперился в меня своими льдистыми глазами господин Ковалевский. – Как вы смеете так нагло врываться в мой кабинет?
– Вы не оставили мне выбора, – вздернув голову, я смело встретила его взгляд.
Никогда, ни при каких других обстоятельствах я не смогла бы вести себя так, как сейчас. Просто терять мне уже было нечего. Ведь самое дорогое на свете я уже потеряла. И потеряла именно по вине сидящего напротив человека.
– Вы хоть понимаете, с кем сейчас разговариваете? – поинтересовался Ковалевский таким тоном, от которого нормальный человек уже покрылся бы холодным потом.
– О, да. Прекрасно понимаю, – горько усмехнулась я. – Я разговариваю с человеком, у которого очень красивый фасад. Жаль только, что за этим фасадом скрывается одна сплошная гниль.
После моих слов Ковалевский словно замер. Он смотрел на меня в упор. Не моргая. И его льдистый взгляд не сулил мне ничего хорошего.
– Повтори! – перестав соблюдать все формальности, потребовал он.
*****
– Вы не оставили мне выбора, – вздернув голову, я смело встретила его взгляд.
Никогда, ни при каких других обстоятельствах я не смогла бы вести себя так, как сейчас. Просто терять мне уже было нечего. Ведь самое дорогое на свете я уже потеряла. И потеряла именно по вине сидящего напротив человека.
– Вы хоть понимаете, с кем сейчас разговариваете? – поинтересовался Ковалевский таким тоном, от которого нормальный человек уже покрылся бы холодным потом.
– О, да. Прекрасно понимаю, – горько усмехнулась я. – Я разговариваю с человеком, у которого очень красивый фасад. Жаль только, что за этим фасадом скрывается одна сплошная гниль.
После моих слов Ковалевский словно замер. Он смотрел на меня в упор. Не моргая. И его льдистый взгляд не сулил мне ничего хорошего.
– Повтори! – перестав соблюдать все формальности, потребовал он.
*****
Мы были в кабинете одни. И Максим Сергеевич был так близко, что перехватывало дыхание.
Его колено касалось моей ноги, пока я сидела на краю стола, а затем…
Он схватил меня за затылок, притянул к себе и нагло усмехнулся.
— Вы же мой преподаватель… — пискнула испуганно я.
— Я знаю, — перебил он дерзко. — Но меня это не остановит. Ничто меня не остановит, когда я чего-то хочу…
Совсем не этого я ждала на пересдаче. От этого наглого, самоуверенного мажора, которому приходилось преподавать, чтобы отец не лишил его всех денег. Не ждала этого, но… хотела. Безумно сильно хотела.
Его колено касалось моей ноги, пока я сидела на краю стола, а затем…
Он схватил меня за затылок, притянул к себе и нагло усмехнулся.
— Вы же мой преподаватель… — пискнула испуганно я.
— Я знаю, — перебил он дерзко. — Но меня это не остановит. Ничто меня не остановит, когда я чего-то хочу…
Совсем не этого я ждала на пересдаче. От этого наглого, самоуверенного мажора, которому приходилось преподавать, чтобы отец не лишил его всех денег. Не ждала этого, но… хотела. Безумно сильно хотела.
Выберите полку для книги