Книги по тегу «властный герой»: ""
Она устраивается секретаршей в крупную компанию, не зная, что у фирмы три совладельца, которые делят не только бизнес, но и женщин. Первый — её бывший, с которым она рассталась год назад. Второй — его отчим, который всегда смотрел на неё слишком внимательно. Третий — новый партнёр, идеальный, холодный, который никогда не смешивает работу и pleasure — пока не видит её. Каждый из троих хочет её себе. Но они привыкли делить всё — и не умеют уступать. Когда выясняется, что у компании проблемы с законом и все трое оказываются в одном номере отеля с ней на ночь, правила игры меняются окончательно.
«— Как мы её поделим? — спросил один. — Решим во время переговоров, — ответил второй. — Я уверен, что она останется со мной, — вставил третий. А она молчала. Потому что впервые в жизни не знала, что сказать»...
«— Как мы её поделим? — спросил один. — Решим во время переговоров, — ответил второй. — Я уверен, что она останется со мной, — вставил третий. А она молчала. Потому что впервые в жизни не знала, что сказать»...
Алессия мечтает только об одном — отомстить. И она уверена: если придёт время, она нажмёт на курок без колебаний.
Но месть — это всегда не только про того, кого хочешь убить. Иногда она первым делом убивает того, кто держит пистолет.
Но месть — это всегда не только про того, кого хочешь убить. Иногда она первым делом убивает того, кто держит пистолет.
Двое мужчин и одна девушка. Грубые руки, горячие губы, запретные ночи. Она пришла как жертва - осталась как их женщина. История, от которой невозможно оторваться. И которую вы не забудете.
Новую книгу серии можно читать здесь: https://litmarket.ru/books/trofey-gorca
Новую книгу серии можно читать здесь: https://litmarket.ru/books/trofey-gorca
Семнадцать лет брака. Двое прекрасных детей. Настоящая любовь. Идиллия, которая рушится, когда Тая находит в ванной подруги часы своего мужа и слушает её нелепые оправдания о том, как они там оказались.
Измена налицо. Нужно бежать. Только вот дети встают на сторону отца, муж даже слышать не хочет о разводе, а сама Тая оказывается беременной.
Жизнь делится на «до» и «после». Карты вскрыты, и теперь ей предстоит выбрать: уйти или остаться.
Измена налицо. Нужно бежать. Только вот дети встают на сторону отца, муж даже слышать не хочет о разводе, а сама Тая оказывается беременной.
Жизнь делится на «до» и «после». Карты вскрыты, и теперь ей предстоит выбрать: уйти или остаться.
Они просто взяли и передали меня третьему! Своему заместителю. Как вещь! Предали меня и мое доверие!
Он не берёт силой — он забирает волю. Он запретил мне танцевать, потому что сцена — моя свобода. Теперь я их общая игрушка. Но внутри что-то меняется. Я перестаю бояться. Я начинаю понимать их язык — язык власти и желания.
Я больше не хочу бежать. Я хочу играть. Я хочу, чтобы они поняли: я не наследство. Я — та, кто унаследует всё.
🍓 СТРОГО 18+ 🍓
Он не берёт силой — он забирает волю. Он запретил мне танцевать, потому что сцена — моя свобода. Теперь я их общая игрушка. Но внутри что-то меняется. Я перестаю бояться. Я начинаю понимать их язык — язык власти и желания.
Я больше не хочу бежать. Я хочу играть. Я хочу, чтобы они поняли: я не наследство. Я — та, кто унаследует всё.
🍓 СТРОГО 18+ 🍓
Я пришла в частную клинику на плановый осмотр, но вместо одного врача меня встретили трое, которые превратили медицинскую процедуру в систему тотального контроля над моим телом и волей. С каждым новым инструментом, каждым прикосновением и приказом они стирали мои границы, пока я не перестала сопротивляться и не начала жаждать их внимания. Теперь я полностью принадлежу им — и я сама выбрала эту зависимость.
- Меня зовут Шумов, - начинаю я. - Но, думаю, вы и так знаете, кто я такой. Я назначен вашим защитником.
Тишина. Абсолютная, звенящая. Только её дыхание - ровное, пугающе ровное для человека, который только что разрушил свою жизнь.
- Знаю, что вы отказались от встреч. Знаю, что откажетесь и от меня. Это ваше право. Но пока я числюсь вашим защитником - я буду приходить. Даже если завтра вы наймёте другого. Я буду здесь.
Дверь закрывается за мной с коротким лязгом.
И только тогда, боковым зрением, я вижу: она поворачивается. К двери, за которой меня уже нет.
Тишина. Абсолютная, звенящая. Только её дыхание - ровное, пугающе ровное для человека, который только что разрушил свою жизнь.
- Знаю, что вы отказались от встреч. Знаю, что откажетесь и от меня. Это ваше право. Но пока я числюсь вашим защитником - я буду приходить. Даже если завтра вы наймёте другого. Я буду здесь.
Дверь закрывается за мной с коротким лязгом.
И только тогда, боковым зрением, я вижу: она поворачивается. К двери, за которой меня уже нет.
Незнакомец, который кстати выглядел лет так на сорок с плюсом, с большим интересом окинул меня взглядом с головы до ног, чуть склонил голову набок и произнес, слегка хрипловатым голосом:
— Красивая, как тебя зовут?
Я закатила глаза и снова принялась отчаянно махать руками, пытаясь донести до его заторможенного мозга мысль о погоне. Но он смотрел на меня с этакой снисходительной улыбкой, совершенно не улавливая суть моих пантомим. Поняв, что язык жестов бессилен перед лицом мужского тугодумия, я решительно оглянулась, заметила на журнальном столике блокнот и ручку, схватила их и размашисто написала:
«Меня зовут Полина, за мной хвост из непонятных субъектов. Помоги мне».
— Красивая, как тебя зовут?
Я закатила глаза и снова принялась отчаянно махать руками, пытаясь донести до его заторможенного мозга мысль о погоне. Но он смотрел на меня с этакой снисходительной улыбкой, совершенно не улавливая суть моих пантомим. Поняв, что язык жестов бессилен перед лицом мужского тугодумия, я решительно оглянулась, заметила на журнальном столике блокнот и ручку, схватила их и размашисто написала:
«Меня зовут Полина, за мной хвост из непонятных субъектов. Помоги мне».
Я стала вдовой за один вечер — и той же ночью оказалась в доме его отца.
Радомир не утешает. Он не спрашивает, как я. Он просто решает за меня — где мне спать, что мне знать, кому верить.
— Ты останешься здесь.
— Я хочу домой.
— Дома у тебя больше нет.
Он старше меня на двадцать пять лет. Он опасен. Возможно, он виновен в смерти моего мужа. И я хочу его так, что сводит рёбра.
В этом доме не прощают и не отпускают. Я узнаю, кто нажал на курок. Узнаю, кому верила зря. И пойму, что самое страшное — не выбрать между правдой и ложью, а остаться с тем, кто солгал.
Радомир не утешает. Он не спрашивает, как я. Он просто решает за меня — где мне спать, что мне знать, кому верить.
— Ты останешься здесь.
— Я хочу домой.
— Дома у тебя больше нет.
Он старше меня на двадцать пять лет. Он опасен. Возможно, он виновен в смерти моего мужа. И я хочу его так, что сводит рёбра.
В этом доме не прощают и не отпускают. Я узнаю, кто нажал на курок. Узнаю, кому верила зря. И пойму, что самое страшное — не выбрать между правдой и ложью, а остаться с тем, кто солгал.
— Ты меряешь чужую жизнь своими армейскими линейками и русановскими подачками! Думаешь, я полгода Митькины сопли вытирала и ночами над его кроватью выла из-за оклада в одиннадцать тысяч рублей? Да подавись ты своими деньгами!
— Я его отец, Лиза! В городе нормальная медицина, школа, бассейн! А здесь что? Что ты ему дашь в этой дыре?
— Будущее — это не место, куда ребёнка увозят, Андрей! Это люди, которые возвращаются и держат слово! А ты опять бежишь туда, где проще!
— Я три года из-под земли к нему полз! Я не виноват, что меня из кусков собрали, когда Оксана уже в гробу лежала! Но он поедет со мной! Даже если ты против!
— Для тебя он — долг и победа в суде, а для него твоя форма — это проклятие!
— Я его отец, Лиза! В городе нормальная медицина, школа, бассейн! А здесь что? Что ты ему дашь в этой дыре?
— Будущее — это не место, куда ребёнка увозят, Андрей! Это люди, которые возвращаются и держат слово! А ты опять бежишь туда, где проще!
— Я три года из-под земли к нему полз! Я не виноват, что меня из кусков собрали, когда Оксана уже в гробу лежала! Но он поедет со мной! Даже если ты против!
— Для тебя он — долг и победа в суде, а для него твоя форма — это проклятие!
Выберите полку для книги