Книги по тегу «военные»: ""

— Ты, Веточка, ошибка его юности. Он слаб рядом с тобой. Смотри… был бы он со мной, его бы никто не тронул. Статусная жена — это надёжный тыл и нужные связи... А ты… без роду и племени, делаешь его слабым.
Он не уходит только потому, что ему жалко тебя оставить одну с сыном. Потому что он хороший человек. Он слишком честный, чтобы бросить женщину, которая ничего не умеет, кроме как переставлять книги с полочки на полочку.
Но он никогда не был по-настоящему счастлив с тобой. Ты просто удобная, понятная, безопасная. А насчёт сына не беспокойся, кстати, мы заберём его с собой, я дам ему достойную карьеру баскетболиста. У него будет контракт в лучшие клубы не то что страны, а мира. Я позабочусь и о Мироне.
Я чувствую, как руки начинают дрожать. Хочется ударить её. Схватить за волосы и вышвырнуть вон. Но я сдерживаюсь.
— Ты не имеешь права… — начинаю я. — И… и даже не трогай моего сына.
— Имею, — обрубает она. — К тому же Руслан сам этого хочет. Мы давно вместе.

— Как тебя зовут?
— Екатерина, можно просто Катя, — она почему-то смущается, и мне это смущение очень заходит.
Снова окидываю взглядом хрупкую, донельзя ладную фигурку и вздыхаю. Эх, Катя-Катя, откуда же ты такая на мою голову взялась?
— Катя, значит, — улыбаюсь и напеваю слова одной старой песни: — Катя-Катерина, маков цвет. Без тебя мне сказки в жизни нет. Катя-Катерина, эх, душа. До чего ж ты, Катя, хороша…
Щеки девушки тут же становятся красными, как те самые маки. А я получаю от этого странное удовольствие…

***
Он — офицер, для которого служение Родине — цель и смысл всей жизни. Хороший боец и преданный друг, балагур и закоренелый холостяк.
Она очаровательная красотка, на которую неприятности сыпятся как из рога изобилия.
У него шрамы на теле, а у нее шрамами расчерчена душа.
Сумеют ли они разглядеть друг в друге свою судьбу? Или груз прошлого, обид и недопониманий окажется непреодолимым?

Она открывает дверь спальни и видит их.
Он — полуголый, с бокалом. Она — длинноногая блондинка в его рубашке, развалилась на их кровати.
— Ой, Кирюш, а твоя пришла, — лениво тянет блондинка. — Неловко выходит.
Алиса стоит на пороге. В руках — коробочка с тестом. Она хотела сделать сюрприз. Сказать, что будет ребёнок.
— Кирилл... я... я беременна.
Он медленно ставит бокал. Подходит. Вырывает коробочку, открывает, смотрит на две полоски. Усмехается.
— Серьёзно? И что ты хочешь? Чтобы я бросил всё и бегал за тобой с соками?
— Это наш ребёнок...
— Наш? — он смеётся ей в лицо.

— Почему ты в парке ночью с тремя детьми?
— Потому что нам некуда идти, — честно говорю я.
— Где ты живешь сейчас?
— Пару дней ночевала у знакомых, но… нас слишком много для однушки. Сейчас моя подруга должна прилететь из отпуска в Турции. Часа в два ночи, я жду ее.
— А что отец детей думает обо всем этом?
— Я у них одна, — сердце сжимается, когда отвечаю Камилю, который и не подозревает, что он и есть папа мальчиков…
— Поехали, — наконец говорит он.
— Куда?
— Ко мне, — звучит набатом в ночи.

Катя со страхом смотрела на большого мужчину в военной форме, который заполнял собой почти всю прихожую. Нет, он был не просто большим, а огромным, почти монументальным. Девушке показалось, что гость затылком гладит потолок, а спина у него широченная, как крыша у «Жигулей». Он медленно повернул голову, светло-голубые глаза пригвоздили ее к полу. Огромный, мощный, в зеленой форме, вылитый танк. Даже его движение головы напоминало поворот танковой башни, плавное, неторопливое, будто механическое.
Катя пялилась на мужчину широко распахнутыми глазами, а в голове почему-то мелькнула мысль: «Страшно, очень страшно, мы не знаем, что это такое, если бы мы знали, что это такое, но мы не знаем, что это такое».

— Мне очень жаль, — произносит врач сухо, будто читает по бумажке. — Ребёнок не выжил. Осложнения при родах, сердце не выдержало.
— Нет, — говорю я тихо. Потом громче: — Нет!
— Такое, к сожалению, случается...
— Я СЛЫШАЛА, КАК ОНА ПЛАКАЛА! — кричу я так, что срывается голос, кричу так, что, кажется, стены роддома вздрагивают. — Я слышала её! Она кричала, она была живая, я слышала!
Врач резко дергает меня за рукав ночнушки:
— Анна, Ваша дочь не выжила при родах, матку мы удалили, осложнения и не устраивайте здесь истерику, это вам не кабинет психолога!

Пятнадцать лет назад мой муж-генерал выгнал меня из дома беременную, подумав, что я изменила ему. Моя дочь родилась мертвой, а я осталась абсолютно бесплодной. Так я думала все эти долгие пятнадцать лет, пока в отделение хирургии не вбежал мой бывший муж с ребенком от чужой женщины на руках:
— Спасите мою дочь! Кто-нибудь! Спасите мою дочь! Мы попали в аварию!

Враги мужа похищают моего сына. Мой муж бессилен, полиция бездействует. У меня остается только один выход – обратиться за помощью к единственному человеку, который может помочь.
– Его похитили. Они требуют выкуп, но дело не в деньгах. Его убьют, Саша! Помоги!
– Это не моя война, Лиза. И решать проблемы твоего мужа я не собираюсь. 
– Нет, Саша. Теперь это и твоя проблема, потому что похищенный мальчик – твой сын.

АЛЕКСАНДР. Я прибыл в северный город, чтобы разобраться с местной мафией. Моя главная цель – всесильный хозяин края Князев. Я готов к войне, но я не был готов к тому, что в его доме меня встретит Лиза – моя первая и единственная любовь и женщина, предавшая меня пятнадцать лет назад. 

ЛИЗА: В наш город возвращается мужчина из прошлой жизни, кого я должна была ненавидеть, но так и не смогла забыть. Теперь он – влиятельный и опасный полковник, и он приехал уничтожить моего мужа. Я боюсь, что следующей его целью стану я. Или наш сын, о ком он не знает…

Пьяный сосед ломился в нашу дверь, а я прятала твоих детей в ванной. Катя зажимала Свете рот ладошкой. Костя шептал: «Папа сейчас приедет». Он верил. Они все верили.
Ты — мужчина. Ты обещал, что мы в безопасности.
А теперь ты стоишь передо мной, пахнешь её духами и говоришь, что «задержался на работе». Не утруждайся. Я уже видела её имя на твоём экране.
Ты можешь купить новую квартиру. Приставить охрану. Завалить детей подарками. Но скажи мне только одно…
Где ты был, когда мы звали тебя на помощь?

🔥СЕГОДНЯ САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА
— Ну что, как назовём моего брата? — улыбаюсь я, передавая мачехе новорождённого мальчика. Роды были утомительными.

Она морщится и крепче прижимает ребёнка к груди.

— Он тебе не брат, Оля!

Дверь родильной палаты распахивается. Внутрь врывается мой муж, бросается к мачехе и целует её в мокрый висок.

— Как ты? С нашим сыном всё хорошо? — заметив меня, он равнодушно спрашивает, — Неужели в этой больнице не нашлось нормальной акушерки?

— Почему с ней? — спрашиваю, задыхаясь от боли, — Почему ребёнка ты захотел от неё, а со мной годами просил подождать?

— Потому что с тобой я детей не хотел, — спокойно чеканит муж, — Ты была удобной женой, а Лерочка стала моей семьёй. Я подаю на развод. Собери вещи и освободи квартиру до её выписки.

Полгода назад я хоронила отца и даже не догадывалась, что его молодая вдова беременна.

Сердце колотилось где‑то в горле, в висках стучала кровь, мысли путались, но одна сверлила мозг, как раскалённый гвоздь, что его маленькая, нежная доченька беременна от какого-то подонка. Он резко распахнул дверь, так что та ударилась о стену.
— Ксюша, это что такое? — голос Михаила прозвучал жёстко, командно, как на плацу. — Это твой тест? Отвечай немедленно!
Девушка побледнела, губы задрожали. Растерянно заморгала, не понимая, что происходит, а потом взгляд её упал на тот самый тест на беременность в руке отца.
— Папа, я… — начала лепетать она, голос дрожал, срывался.
— Кто он? Кто этот человек? Он старше тебя? Он принудил тебя к чему‑то? Отвечай! — требовал ответа, чеканя каждое слово. — Ты несовершеннолетняя. Это преступление, — подполковник сделал ещё шаг, нависая над дочерью.
— Назови имя этого смертника, — прошипел он, сжимая кулаки, — или я сам найду. А когда я его найду… Ему будет очень плохо. Очень. Я не просто сломаю ему кости — я сотру его в порошок.