Книги по тегу «военные»: ""

– Годовщину будешь праздновать одна. Меня отправляют за ленточку, – голос мужа-полковника доносится из динамика телефона.
– Но… – шепчу я, прикладывая ладонь к животу. – Как же так?
Неделю назад я узнала о беременности, и хотела сообщить любимому эту новость. Хотела подарить мужу положительный тест и увидеть, как он будет счастлив.
– Серёженька, я устала тебя ждать! – чужой женский голос доносится в трубке, и я сглатываю.
– Кто там у тебя? – спрашиваю не своим голосом, но вместо ответа муж закашливается и бросает трубку.

Я решила поехать в часть сама, чтобы сделать супругу сюрприз, однако он меня опередил. Стоило мне зайти к нему в кабинет, как я увидела его в объятиях любовницы. Моя лучшая подруга, которая работает в части медицинской сестрой, беременна от моего мужа…

🔥ЗАВЕРШЕНО🔥ОЧЕНЬ ЭМОЦИОНАЛЬНО🔥ХЭ🔥

– Если ты едешь на передний край – я еду с тобой! Второй раз я тебя одного не отпущу.

Я бросила всё и поехала за мужем в прифронтовой госпиталь. Мечтала спасать жизни рука об руку с любимым, быть его надежным тылом, растить четырехлетнюю дочку под его защитой. Я верила, что мы одна команда.

Пока случайный снимок на чужом телефоне не разрушил мой мир.
С экрана на меня смотрел мой муж. Мой Ярослав – в обнимку с моей новой подругой. А её полуторагодовалый сын оказался тем самым долгожданным наследником, которого от меня так жадно ждала его семья...

– Что на подводной лодке делает женщина?
Максим смотрит на меня так, будто за пятнадцать лет успел забыть мое лицо.
– Работает, представляете? – Складываю руки на груди.
– Бойко С.Н. вы?
– Да.
Фамилию я сменила. Не на его.
– Слышали когда-нибудь примету? Женщина на корабле – к беде.
– Слышала. А еще слышала: плохому командиру всегда кто-нибудь мешает.
– Она с нами не идет. – Максим переводит взгляд на старпома. – Всплываем. Возвращаемся в базу.
– Товарищ командир, специалист допущен. Замена вами согласована. Для прекращения испытаний потребуется подтверждение с берега.
– Придется потерпеть женщину. И свои личные претензии вместе с флотской женоненавистнической мифологией держите при себе.
– Так что решаем, капитан?
– Отставить всплытие. Работаем по программе.
Пятнадцать лет назад он не поверил мне.
Сегодня над нами несколько сотен метров воды.
И ближайшие двадцать пять суток нам некуда друг от друга деться.

— Я воевал, ты гуляла. Я на тебя молился, а ты…
Муж с ненавистью смотрит на фото, присланные ему на телефон.
Я бледнею:
— Я всё тебе объясню, это…
— Это не то, что я думаю, да? Думал, только в анекдотах так говорят.
Он тяжело дышит и швыряет в меня кольцо.
— Подавись.
Потом резко тормозит на обочине.
— Пошла вон. Сейчас же!
— Но как я доеду…
— Автостопом. Подмахнёшь, как выяснилось, это ты хорошо делать умеешь.
***
Он бросил меня на обочине, не зная, что судьба приготовила расплату...

— Соня не донор, Арсений. Она твоя дочь.
— А Тимофей мой сын. И я спасу его любой ценой.
— Даже если для этого пришлось обмануть нас обеих?
— Ты жена генерала, Инга. Должна понимать: иногда приказ важнее правды.
Я узнала, что муж годами скрывал другую женщину и больного мальчика, которого назвал своим сыном. Но хуже измены оказалось другое: ради спасения этого ребёнка генерал уже проверил нашу дочь как донора — без правды, без честного согласия, через чужие подписи.
Он думал, я промолчу.
Зря.
Теперь я не просто развожусь. Я раскрою такой генеральский секрет, после которого предателям уже не спрятаться за погонами.

– Твой ребёнок мне не нужен! Свадьбы не будет! Проваливай! – орёт мой жених-офицер, стоя на пороге служебной квартиры.
Ничего не понимаю…
Я приехала к любимому в часть, чтобы сообщить о беременности, но я и подумать не могла, что мой будущий муж отреагирует так зло и жестоко.
– Женя… – плачу в три ручья и не могу сказать ни слова.
– Не ной! Может ты пришла ко мне за деньгами на аборт? – рычит мерзавец и кидает мне в ноги пачку денег. – Этой суммы хватит!
– За что ты так со мной? – реву белугой.
– За то, что я тебя не люблю! Через три месяца я женюсь на дочери генерала. Кстати, она на четвёртом месяце беременности. Её ребёнка я буду воспитывать! Проваливай!

Прошло двадцать три года. Я – хирург в воинской части. Мой сын после окончания медицинского подписал контракт и приехал ко мне в госпиталь. По случайности, здесь же оказался и он – мой бывший жених, разрушивший мою жизнь.

– Это наводка! Они били по наводке! Посмотрите, точно по складам!
Бешеный от ярости взгляд Корнева мечется по лицам, и вдруг замирает на Зое. На моей Зое.
– Она! – вскидывает он резко руку, – Это же она! На нее только что пришла бумага, убрать с передовой! Она шпионка! – орет он на весь разбомбленный лагерь! – В изолятор ее!
И у меня внутри все леденеет.

- София, ну ты же у меня умная баба, а? София, значит мудрость, помнишь? Вот и будь мудрой. Прими всё как есть. Это нормально! Это данность нашего мира.
- Нормально изменять? Нормально таскаться по разным и в дом грязь нести?
- Я всегда предохранялся.
- Поэтому твоя молодуха беременна?
- Соня, не начинай. Подумаешь, беременна? Что я еще одного сопляка не потяну? Всё будет хорошо!
Но хорошо не будет.
На нашу дочь нападают, её спасает генерал, а потом мои близкие совершают дикую, чудовищную подлость отправляя за решётку не преступника, а спасителя.
А через несколько месяцев этот самый спаситель, разжалованный генерал становится моим пациентом.
- Красивая ты женщина, София, жалко, что гнилая, такая же как…
- Я не виновата, я…
- Убирайся. Пошла вон, чтобы я тебя больше не видел…
- А вот никуда я не пойду, Оболенский!

— Хватит! — резко перебивает он, в его глазах ненависть и неприятие. — Я пять лет тащу на себе тебя и чужого ребенка. Мне надоело!
Мне кажется, если мы сейчас не выйдем, он выдернет нас за шкирятники насильно.
— Слушай, ну вывези ты нас хотя бы из города, докинь до пункта эвакуации, дальше мы сами… Артём, умоляю, не бросай нас здесь.
— Не могу. Выходите.
— Артём, я прошу тебя, будь человеком. Не бросай нас… Тут… страшно…
— Вышли обе. Живо!
Я слышу, как всхлипывает Лиза. Ей хоть и пять, но она все понимает.
Господи...
Я молча открываю дверь и выхожу. Помогаю выбраться дочке.
Артём, раздражённый нашей медлительностью, сам выходит и вытаскивает багаж из машины, бросает наши сумки прямо на асфальт.
— Папа! Папочка! — кричит Лиза.
— Угомони её! — рявкает Артём. — Сил нет ваше нытьё слушать!
Так я осталась одна на трассе с ребёнком, совершенно не понимания, что делать, пока из дыма и пепла прошлого не вышел он... мой Эмир...

Я принесла заказ в его дом, а он запер меня в снежной ловушке. Алекс — военный, который привык командовать и ничего не чувствовать. А я — курьер, которая не умеет молчать, даже когда страшно.

— Оставайся на ночь или топай двадцать километров, — бросил он холодно.
— Ты издеваешься? — огрызнулась я.
— Решай свои проблемы сама, девочка.

Я решила остаться. А потом он предложил сделку: я бешу его — он платит. Но когда маски пали и я увидела его настоящего — сломленного, боящегося даже собственного сердца, — стало ясно