Книги по тегу «восточный мужчина»: ""
— Что вы делаете… — вырвалось у меня, но моё тело предательски откликалось на его грубость, на его силу.— Это… это ошибка…
— Это не похоже на ошибку. Это похоже на чётко спланированную диверсию. Неужели, ты добивалась не этого?
Я замотала головой и попыталась вырваться, но его тело было несокрушимой стеной.
— Я… я не это имела в виду… — попыталась сказать хоть что-то, объясниться, голос сорвался, когда его бедро сильнее вжалось между моих ног. — Отпустите… — пробормотала я, в моём голосе не было убедительности. Была только неуверенность, предательство собственного тела, которое рвалось навстречу, а не прочь.
— Не могу, — прошептал он, и его губы оказались в сантиметре от моих. Его дыхание, тёплое и неровное, смешалось с моим. — Ты же сама сказала. «Вы можете воспользоваться им прямо сейчас, если захотите»... И я хочу.
Все пошло не по плану. Абсолютно ВСЕ.
Я планировала сдать зачёт своему преподу по психологии.
Но сдалась сама.
В его власть.
В его порочные руки.
— Это не похоже на ошибку. Это похоже на чётко спланированную диверсию. Неужели, ты добивалась не этого?
Я замотала головой и попыталась вырваться, но его тело было несокрушимой стеной.
— Я… я не это имела в виду… — попыталась сказать хоть что-то, объясниться, голос сорвался, когда его бедро сильнее вжалось между моих ног. — Отпустите… — пробормотала я, в моём голосе не было убедительности. Была только неуверенность, предательство собственного тела, которое рвалось навстречу, а не прочь.
— Не могу, — прошептал он, и его губы оказались в сантиметре от моих. Его дыхание, тёплое и неровное, смешалось с моим. — Ты же сама сказала. «Вы можете воспользоваться им прямо сейчас, если захотите»... И я хочу.
Все пошло не по плану. Абсолютно ВСЕ.
Я планировала сдать зачёт своему преподу по психологии.
Но сдалась сама.
В его власть.
В его порочные руки.
Ибрагим входит в комнату, как обычно недовольный.
— Беру третью жену. Молодую, здоровую. А тебе даю год, - отчеканивает каждое слово муж, скользя по мне злобным взглядом.
— Год на что?
— На ребенка. Родишь — останешься. Не родишь — вали к отцу. Объясняй ему, почему мужа не устроила.
—Но… может, нам обоим нужно к врачу? Нужно провериться….
Он бьет кулаком по столу, не дав закончить мысль.
— Мне?! Да я здоров, как бык! Это ты бесплодная! Пустая! Первую я не трону, она старая, стыдно будет перед людьми. А тебя... тебя выброшу и не вспомню. Содержать двух бесполезных баб я не намерен.
Пять лет брака. Пять лет я вторая жена. Пять лет без детей.
Поэтому сегодня я делаю немыслимое. Втайне от мужа записываюсь к гинекологу в частную клинику. Ибрагим всегда запрещал врачей.
Трясущимися руками открываю дверь кабинета — и застываю.
Передо мной стоит мужчина. Кавказец. Врач-гинеколог.
— Беру третью жену. Молодую, здоровую. А тебе даю год, - отчеканивает каждое слово муж, скользя по мне злобным взглядом.
— Год на что?
— На ребенка. Родишь — останешься. Не родишь — вали к отцу. Объясняй ему, почему мужа не устроила.
—Но… может, нам обоим нужно к врачу? Нужно провериться….
Он бьет кулаком по столу, не дав закончить мысль.
— Мне?! Да я здоров, как бык! Это ты бесплодная! Пустая! Первую я не трону, она старая, стыдно будет перед людьми. А тебя... тебя выброшу и не вспомню. Содержать двух бесполезных баб я не намерен.
Пять лет брака. Пять лет я вторая жена. Пять лет без детей.
Поэтому сегодня я делаю немыслимое. Втайне от мужа записываюсь к гинекологу в частную клинику. Ибрагим всегда запрещал врачей.
Трясущимися руками открываю дверь кабинета — и застываю.
Передо мной стоит мужчина. Кавказец. Врач-гинеколог.
🎄ЗАВЕРШЕНО! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!🎄
Под елкой сидит ребенок, месяцев шести или восьми.
— Ты кто? — хрипло спрашиваю я.
Малыш улыбается и тянет ко мне ручки.
Вдруг за спиной раздается:
— Пожалуйста, отдайте!
Я медленно поворачиваюсь. В дверях стоит моя бывшая жена.
— Злата? — мой голос звучит чужим. — Что ты здесь делаешь? И... чей это ребенок?
— Отдай мне сына, Давид, — шепчет она. — Просто отдай и забудь, что видел нас.
— Сына? — переспрашиваю я, глядя на младенца. — Твоего сына? Ему полгода, Злата. Ты...
Перед глазами плывет красный туман.
— Я его не отдам, — говорю я тихо, и от этого тона она вздрагивает. — Дверь закрой. Быстро. Нам надо поговорить.
Под елкой сидит ребенок, месяцев шести или восьми.
— Ты кто? — хрипло спрашиваю я.
Малыш улыбается и тянет ко мне ручки.
Вдруг за спиной раздается:
— Пожалуйста, отдайте!
Я медленно поворачиваюсь. В дверях стоит моя бывшая жена.
— Злата? — мой голос звучит чужим. — Что ты здесь делаешь? И... чей это ребенок?
— Отдай мне сына, Давид, — шепчет она. — Просто отдай и забудь, что видел нас.
— Сына? — переспрашиваю я, глядя на младенца. — Твоего сына? Ему полгода, Злата. Ты...
Перед глазами плывет красный туман.
— Я его не отдам, — говорю я тихо, и от этого тона она вздрагивает. — Дверь закрой. Быстро. Нам надо поговорить.
— Ты… ты серьёзно?
— Абсолютно, — спокойно ответил муж. — Нам ребёнок не нужен сейчас.
У меня перед глазами вспыхнули белые стены клиники, тёмная точка на экране и голос врача.
— Это… наш ребёнок, — сказала и мне стало трудно дышать. — Я не нагуляла его.
Артур поморщился.
— Не начинай. У меня в бизнесе сложности. Сделки встали. Партнёры нервные. И ещё этого мне тут не хватало.
Он сделал шаг назад, будто ему неприятно находиться рядом. Интересно…
— Вообще, — продолжил, будто внезапно придумал «умное решение», — лучше пусть родит русская. Нормальная. Без этих твоих… особенностей.
У меня онемели пальцы.
— Что ты сказал?..
— То, что слышала, — Артур говорил так же ровно. — Родит русская — а мы возьмём ребёнка и воспитаем вместе. Ты ему матерью будешь по документам. Красиво же. И без твоих истерик.
Я смотрела на него и не могла понять: это шутка? Человек не может так говорить всерьёз.
Если бы только знала тогда, что спасет меня тот, кого я так жестоко бросила перед свадьбой
— Абсолютно, — спокойно ответил муж. — Нам ребёнок не нужен сейчас.
У меня перед глазами вспыхнули белые стены клиники, тёмная точка на экране и голос врача.
— Это… наш ребёнок, — сказала и мне стало трудно дышать. — Я не нагуляла его.
Артур поморщился.
— Не начинай. У меня в бизнесе сложности. Сделки встали. Партнёры нервные. И ещё этого мне тут не хватало.
Он сделал шаг назад, будто ему неприятно находиться рядом. Интересно…
— Вообще, — продолжил, будто внезапно придумал «умное решение», — лучше пусть родит русская. Нормальная. Без этих твоих… особенностей.
У меня онемели пальцы.
— Что ты сказал?..
— То, что слышала, — Артур говорил так же ровно. — Родит русская — а мы возьмём ребёнка и воспитаем вместе. Ты ему матерью будешь по документам. Красиво же. И без твоих истерик.
Я смотрела на него и не могла понять: это шутка? Человек не может так говорить всерьёз.
Если бы только знала тогда, что спасет меня тот, кого я так жестоко бросила перед свадьбой
— Ты уже большая девочка. Берёшь любого мальчика, всего на одну ночь. Пользуешься, получаешь удовольствие. Посмотри, все так делают, — обводит рукой зал ночного клуба Илона. — Любой будет счастлив, поверь, — и её губы уже растягиваются в хищной улыбке, когда она ловит на себе голодный взгляд восточного красавчика. — Надо любить себя, понимаешь? — небрежно привстаёт она с барного стула, чуть поводя бедром.
Я с ней совершенно согласна. Надо любить себя.
Но я чувствую себя не в своей тарелке в этой танцующей и веселящейся толпе.
Вскидываю глаза.
И вдруг ловлю на себе мужской взгляд.
Сердце словно сжимает невидимая стальная рука.
Кажется, на секунду я забываю, как дышать…
***
Подруга вытащила меня по горящей путёвке в Египет, чтобы я сменила обстановку. Отошла от токсичных отношений, в которых я увязла, как муха в сиропе.
Но я и подумать не могла, что эти несколько дней перевернут всю мою жизнь…
Я с ней совершенно согласна. Надо любить себя.
Но я чувствую себя не в своей тарелке в этой танцующей и веселящейся толпе.
Вскидываю глаза.
И вдруг ловлю на себе мужской взгляд.
Сердце словно сжимает невидимая стальная рука.
Кажется, на секунду я забываю, как дышать…
***
Подруга вытащила меня по горящей путёвке в Египет, чтобы я сменила обстановку. Отошла от токсичных отношений, в которых я увязла, как муха в сиропе.
Но я и подумать не могла, что эти несколько дней перевернут всю мою жизнь…
– Сейчас мы поедем и распишемся. Да, мы поженимся. Пышную свадьбу сыграем чуть позже, пока только роспись.
– Я не…
– Рот закрой! – строго оборвал он. – Я сказал, ты меня слушаешь внимательно.
Взгляд Рината был настолько серьезным, тяжелым, что мне стало не по себе.
– Я тебя не люблю, – умоляюще сказала я. – Я влюблена в Кирилла! Я не хочу! Я не выйду за тебя! – уже начала психовать я.
– Я уже все решил! Я давал тебе шанс присмотреться. Сейчас будешь присматриваться с колечком на пальце.
– Думаешь, это кольцо заставит меня тебя полюбить?!
– Я сам заставлю. Ты теперь моя!
В нашу первую встречу ты уже решил, что рано или поздно я буду твоей. Я жила свою обычную жизнь: училась, работала, была влюблена в хорошего парня. Ты понял, что есть лишь один способ привязать меня к себе навечно, и вот на моей руке кольцо, но кто сказал, что для меня этого достаточно, чтобы полюбить такого одержимого, как ты?
– Я не…
– Рот закрой! – строго оборвал он. – Я сказал, ты меня слушаешь внимательно.
Взгляд Рината был настолько серьезным, тяжелым, что мне стало не по себе.
– Я тебя не люблю, – умоляюще сказала я. – Я влюблена в Кирилла! Я не хочу! Я не выйду за тебя! – уже начала психовать я.
– Я уже все решил! Я давал тебе шанс присмотреться. Сейчас будешь присматриваться с колечком на пальце.
– Думаешь, это кольцо заставит меня тебя полюбить?!
– Я сам заставлю. Ты теперь моя!
В нашу первую встречу ты уже решил, что рано или поздно я буду твоей. Я жила свою обычную жизнь: училась, работала, была влюблена в хорошего парня. Ты понял, что есть лишь один способ привязать меня к себе навечно, и вот на моей руке кольцо, но кто сказал, что для меня этого достаточно, чтобы полюбить такого одержимого, как ты?
— Ты скрывал?! — я стояла у двери, сжимая ручку так, что пальцы побелели. — Решил взять вторую и скрывал всё это время?
Он даже не сразу ответил. Сначала отодвинул стул, спокойно встал.
— Замолчи.
Я сделала шаг вперёд.
— У тебя будет другая жена?
Он выдохнул, как будто я просто устала и задаю глупые вопросы.
— Это не твоё дело.
В этот момент из комнаты вышла свекровь. Медленно, не спеша, поправляя платок. Остановилась рядом с ним и посмотрела на меня сверху вниз.
— Уже сказал, что другая будет жить с вами? — спросила она.
Я перевела взгляд с неё на него.
— Ты приведешь её в мой дом?
Он пожал плечами.
— Теперь это общий дом. Привыкай.
Я стояла и не могла поверить, что всё это происходило не вчера. Не случайно. А давно. За моей спиной. Пока я жила, готовила, ждала, верила.
Он не просто изменил. Он сделал меня лишней в моей же жизни. И если раньше я думала, что хуже предательства нет, то ошибалась. Хуже — это когда тебя уже вычеркнули… а ты об этом даже не знаешь.
Он даже не сразу ответил. Сначала отодвинул стул, спокойно встал.
— Замолчи.
Я сделала шаг вперёд.
— У тебя будет другая жена?
Он выдохнул, как будто я просто устала и задаю глупые вопросы.
— Это не твоё дело.
В этот момент из комнаты вышла свекровь. Медленно, не спеша, поправляя платок. Остановилась рядом с ним и посмотрела на меня сверху вниз.
— Уже сказал, что другая будет жить с вами? — спросила она.
Я перевела взгляд с неё на него.
— Ты приведешь её в мой дом?
Он пожал плечами.
— Теперь это общий дом. Привыкай.
Я стояла и не могла поверить, что всё это происходило не вчера. Не случайно. А давно. За моей спиной. Пока я жила, готовила, ждала, верила.
Он не просто изменил. Он сделал меня лишней в моей же жизни. И если раньше я думала, что хуже предательства нет, то ошибалась. Хуже — это когда тебя уже вычеркнули… а ты об этом даже не знаешь.
На этот раз меня заказал азербайджанец. Его звали Эмиль. Айка сказала, что он искал «настоящую рабыню, которая будет беспрекословно выполнять все его приказы и не проявлять никакой инициативы». Меня бросило в дрожь, когда я увидела его фото. Высокий, широкоплечий, крепкого, чуть полноватого сложения, с короткой, густой бородой, закрывающей всю нижнюю половину лица. И взгляд властный. Властный и страстный. В нём чувствовались большая сила и огонь. Несмотря на то, что он был молод. Двадцать восемь лет был его указанный возраст. Я сразу согласилась на обслуживание этого красавца. Даже не подумав, даже не дослушав Айку до конца.
— Подпиши, Веста. И не позорь меня при людях.
— Что это?
— Отказ от проекта. От авторства. Ты беременна, тебе не до работы.
Я смотрю на баннер за его спиной и леденею. Мой горный дом. Мои чертежи. Мои бессонные ночи. А автором указана она — молодая любовница моего мужа.
— Ты украл мой проект и подарил ей?
Сафар наклоняется ближе:
— Ты родишь мне сына. А всё остальное решу я. Не подпишешь — останешься без денег, без дома и без ребёнка.
Я думала, что живу за сильным мужчиной. А оказалась в золотой клетке у того, кто заранее расписал мою судьбу.
— Что это?
— Отказ от проекта. От авторства. Ты беременна, тебе не до работы.
Я смотрю на баннер за его спиной и леденею. Мой горный дом. Мои чертежи. Мои бессонные ночи. А автором указана она — молодая любовница моего мужа.
— Ты украл мой проект и подарил ей?
Сафар наклоняется ближе:
— Ты родишь мне сына. А всё остальное решу я. Не подпишешь — останешься без денег, без дома и без ребёнка.
Я думала, что живу за сильным мужчиной. А оказалась в золотой клетке у того, кто заранее расписал мою судьбу.
🔥 ЗАВЕРШЕНО! ЦЕНА МИНИМАЛЬНАЯ! 🔥
Я всегда любила турецкие сериалы. Наверное, потому что моя собственная жизнь от сказки далека: бывший, который ушел и отказался от нашей дочери. Сокращение с работы. угрозы опеки отнять дочь…
А потом я встретила его. Эмира. Будто героя из моих любимых сериалов — только живого. Мой новый босс. Турецкий миллионер.
Он заставил меня поверить, что сказки случаются в реальной жизни. Подарки, цветы, поцелуй под дождем…
Я не знала, что я для него всего лишь часть плана...
Я всегда любила турецкие сериалы. Наверное, потому что моя собственная жизнь от сказки далека: бывший, который ушел и отказался от нашей дочери. Сокращение с работы. угрозы опеки отнять дочь…
А потом я встретила его. Эмира. Будто героя из моих любимых сериалов — только живого. Мой новый босс. Турецкий миллионер.
Он заставил меня поверить, что сказки случаются в реальной жизни. Подарки, цветы, поцелуй под дождем…
Я не знала, что я для него всего лишь часть плана...
Выберите полку для книги