Книги по тегу «встреча через время»: ""
—Мы с твоей сестрой согрешили,—холодно произнес муж.
—Ты поэтому деньги переводишь ей на счет? Я…. я чего-то не знаю, получается?—тихо спросила, но сердце уже сжалось в клубок от боли.
—Не знаешь, но и скрывать бессмысленно уже. Лена все равно проболтается. Ей деньгами рот на заткнешь. А жаль,— медленно и тяжело протянул муж, покачав головой. — Просто вы такие одинаковые, но совершенно разные. Ни один бы нормальный мужик не смог устоять. Но ты не бери в голову. Семья у меня с тобой. Я свой выбор сделал.
И я сделала свой.
Ушла от мужа и вычеркнула из жизни родную сестру, потому что такое предательство не прощают.
Но спустя пару месяцев после развода мы встретились с бывшим снова и моя жизнь перевернулась с ног на голову.
—Ты поэтому деньги переводишь ей на счет? Я…. я чего-то не знаю, получается?—тихо спросила, но сердце уже сжалось в клубок от боли.
—Не знаешь, но и скрывать бессмысленно уже. Лена все равно проболтается. Ей деньгами рот на заткнешь. А жаль,— медленно и тяжело протянул муж, покачав головой. — Просто вы такие одинаковые, но совершенно разные. Ни один бы нормальный мужик не смог устоять. Но ты не бери в голову. Семья у меня с тобой. Я свой выбор сделал.
И я сделала свой.
Ушла от мужа и вычеркнула из жизни родную сестру, потому что такое предательство не прощают.
Но спустя пару месяцев после развода мы встретились с бывшим снова и моя жизнь перевернулась с ног на голову.
— Это твоя дочь?
— Наша.
Он не сразу понимает. Смотрит сначала на девочку, потом на меня — долго, неподвижно, будто я только что ударила его чем-то тяжёлым.
— Сколько ей?
— Шесть.
— Шесть?..
— Да. Шесть лет, Глеб. Почти столько же, сколько ты счастливо женат на другой.
У него шок.
— Почему ты молчала? Я не знал, что ты беременна.
— Потому что в тот день, когда я собиралась сказать, ты сказал, что устал от меня и от нашей «скучной» любви. И что мне не стоит переживать, нас разведут легко и быстро. А еще, что ты влюбился.
Он делает шаг ко мне, но дочь сильнее прижимается ко мне, и я вижу, как он замечает это. Как понимает: для неё он никто.
— Как её зовут? Я её отец, Дина, — говорит он хрипло.
— Яна. И нет, Глеб. У неё был отец. Настоящий.
Он бледнеет.
И мне бы остановиться. Но семь лет молчания рвут меня изнутри.
— Он умер прошлой зимой, — произношу я тихо. — И знаешь, что самое страшное? Она плакала по нему так, как никогда не заплачет по тебе.
— Наша.
Он не сразу понимает. Смотрит сначала на девочку, потом на меня — долго, неподвижно, будто я только что ударила его чем-то тяжёлым.
— Сколько ей?
— Шесть.
— Шесть?..
— Да. Шесть лет, Глеб. Почти столько же, сколько ты счастливо женат на другой.
У него шок.
— Почему ты молчала? Я не знал, что ты беременна.
— Потому что в тот день, когда я собиралась сказать, ты сказал, что устал от меня и от нашей «скучной» любви. И что мне не стоит переживать, нас разведут легко и быстро. А еще, что ты влюбился.
Он делает шаг ко мне, но дочь сильнее прижимается ко мне, и я вижу, как он замечает это. Как понимает: для неё он никто.
— Как её зовут? Я её отец, Дина, — говорит он хрипло.
— Яна. И нет, Глеб. У неё был отец. Настоящий.
Он бледнеет.
И мне бы остановиться. Но семь лет молчания рвут меня изнутри.
— Он умер прошлой зимой, — произношу я тихо. — И знаешь, что самое страшное? Она плакала по нему так, как никогда не заплачет по тебе.
— Я поживу у вас до родов, — сказала она и поставила сумку на мой диван.
— В моём доме?
— Тимур решил, что так будет лучше. Мне нельзя нервничать.
— А мне, значит, можно?
В день нашей годовщины я хотела сказать мужу, что он станет отцом. Но он привёл в наш дом другую женщину. Беременную. Уверенную. Уже почти хозяйку.
Он думал, я промолчу. Его мать думала, я тряпка. А любовница решила, что мне просто некуда идти.
Они все ошиблись.
Я ушла в ту же ночь. Без скандала. Без просьб. С мыслью, о том что Тимур ещё пожалеет.
— В моём доме?
— Тимур решил, что так будет лучше. Мне нельзя нервничать.
— А мне, значит, можно?
В день нашей годовщины я хотела сказать мужу, что он станет отцом. Но он привёл в наш дом другую женщину. Беременную. Уверенную. Уже почти хозяйку.
Он думал, я промолчу. Его мать думала, я тряпка. А любовница решила, что мне просто некуда идти.
Они все ошиблись.
Я ушла в ту же ночь. Без скандала. Без просьб. С мыслью, о том что Тимур ещё пожалеет.
Четырнадцать лет назад Андрей Казаков был моей первой любовью. Мы расстались по глупости и больше никогда не виделись.
До того дня, когда я спасла на детской площадке маленькую девочку.
— Папочка! — радостно кричит она.
Я оборачиваюсь и застываю.
Потому что ее отец — Андрей.
Теперь он майор спецназа, воспитывает дочь и смотрит на меня так, словно четырнадцати лет между нами никогда не было. А вскоре выясняется еще одна маленькая деталь…
Я собираюсь держаться от первой любви подальше.
Вот только у Андрея, похоже, совсем другие планы.
До того дня, когда я спасла на детской площадке маленькую девочку.
— Папочка! — радостно кричит она.
Я оборачиваюсь и застываю.
Потому что ее отец — Андрей.
Теперь он майор спецназа, воспитывает дочь и смотрит на меня так, словно четырнадцати лет между нами никогда не было. А вскоре выясняется еще одна маленькая деталь…
Я собираюсь держаться от первой любви подальше.
Вот только у Андрея, похоже, совсем другие планы.
За час до того, как перестала быть женой, я стояла на кассе и держала в руках футболку с надписью “Будущий отец”.
А потом все полетело к чертям. Мой муж поверил четырем фотографиям и рассказам кого угодно, но у меня не спросил ни разу, правда ли то, что он видел. И после всего этого…
– Я могу простить их, Борь. Потому что они меня не любили. Твоя сестра меня терпела три года, а этот... этот вообще ко мне дышал неровно. Им и не полагалось мне верить. С них какой спрос? – бывший муж молчал. – А ты меня любил. Ты меня семь лет любил. Ты знал, какая я. Знал, что я скорее умру, чем изменю тебе. Но ты увидел четыре фотографии и увидел на них ту, кем я никогда не была. Я никогда тебя не предавала.
А потом все полетело к чертям. Мой муж поверил четырем фотографиям и рассказам кого угодно, но у меня не спросил ни разу, правда ли то, что он видел. И после всего этого…
– Я могу простить их, Борь. Потому что они меня не любили. Твоя сестра меня терпела три года, а этот... этот вообще ко мне дышал неровно. Им и не полагалось мне верить. С них какой спрос? – бывший муж молчал. – А ты меня любил. Ты меня семь лет любил. Ты знал, какая я. Знал, что я скорее умру, чем изменю тебе. Но ты увидел четыре фотографии и увидел на них ту, кем я никогда не была. Я никогда тебя не предавала.
Сажусь в такси, бережно глажу живот:
— Потерпи, малыш, скоро будем дома.
Неделя в больнице прошла как в аду. Каждый день мы боролись за его жизнь. Врач запретил любой стресс, попросил мужа нас поберечь и почаще баловать приятными моментами.
Еду домой, скорее, к любимому! Через пару минут приходит смс:
"Аня, не выписывайся! Ни в коем случае не приезжай домой! Я против! Оплатил твою палату ещё на неделю! Когда вернусь из командировки, сам тебя заберу”.
Но я уже открываю входную дверь и замираю на пороге.
В прихожей стоят туфли.
Леопардовые, на огромной шпильке из лаковой кожи.
А в ванной второго этажа стоны и смех…
Бегу туда, вижу то, что не ожидала увидеть никогда.
В джакузи, среди устриц и свечей, плескаются они.
Мой муж. И…
— О, привет, дорогая! А ты чего так рано? Как
дела? Как самочувствие? У меня, кстати, лучше всех!
Пол уходит из-под ног.
Когда я понимаю, кем оказалась эта дрянь…
— Потерпи, малыш, скоро будем дома.
Неделя в больнице прошла как в аду. Каждый день мы боролись за его жизнь. Врач запретил любой стресс, попросил мужа нас поберечь и почаще баловать приятными моментами.
Еду домой, скорее, к любимому! Через пару минут приходит смс:
"Аня, не выписывайся! Ни в коем случае не приезжай домой! Я против! Оплатил твою палату ещё на неделю! Когда вернусь из командировки, сам тебя заберу”.
Но я уже открываю входную дверь и замираю на пороге.
В прихожей стоят туфли.
Леопардовые, на огромной шпильке из лаковой кожи.
А в ванной второго этажа стоны и смех…
Бегу туда, вижу то, что не ожидала увидеть никогда.
В джакузи, среди устриц и свечей, плескаются они.
Мой муж. И…
— О, привет, дорогая! А ты чего так рано? Как
дела? Как самочувствие? У меня, кстати, лучше всех!
Пол уходит из-под ног.
Когда я понимаю, кем оказалась эта дрянь…
— Я беременна от невероятного мужчины! — хвасталась подруга. — Он правда женат, но это не надолго! Он все же будет отцом нашему малышу!
— А я знаю отца твоего ребенка? — хмурюсь я.
— Только по-секрету, чтобы никто не услышал, — прошептала она и наклонилась ко мне, чтобы сказать:
— Это твой муж!
Моя любовь разбилась на тысячу осколков из-за предательства мужа. Он сделал моей подруге ребенка. Я развелась и уехала прочь, но он нашел меня и так получилось, что мы застряли в одном лифте в то самое время, как у меня начались роды.
— А я знаю отца твоего ребенка? — хмурюсь я.
— Только по-секрету, чтобы никто не услышал, — прошептала она и наклонилась ко мне, чтобы сказать:
— Это твой муж!
Моя любовь разбилась на тысячу осколков из-за предательства мужа. Он сделал моей подруге ребенка. Я развелась и уехала прочь, но он нашел меня и так получилось, что мы застряли в одном лифте в то самое время, как у меня начались роды.
Выбегаю из ЗАГСа, спотыкаясь о полы своего свадебного платья. Хватаю глазами в панике силуэт бывшего мужа, который держит нашу с ним годовалую дочь.
- Поздравляю тебя, Агата, - произносит он с холодной усмешкой,- идиотское решение играть новую свадьбу в годовщину нашего развода…
- Так совпало…- мой голос дребезжит и дрожит,- я не специально. Отдай дочь, Муслим. Ты про нас все это время не вспоминал…
- Ты сейчас будешь послушной девочкой и сядешь в мою машину, - перебивает грубо,- Мы уедем отсюда вместе. Или я заберу дочь и ты больше никогда ее не увидишь.
Год назад, когда Муслим вероломно предал меня, сразу после выписки из роддома заявив, что берет вторую жену, я подключила все свои силы и средства, чтобы уйти от него с высоко поднятой головой. За это время я попыталась снова стать счастливой и построить свою жизнь, но… бывший снова в нее ворвался и прогибает под себя… Кто кого?
- Поздравляю тебя, Агата, - произносит он с холодной усмешкой,- идиотское решение играть новую свадьбу в годовщину нашего развода…
- Так совпало…- мой голос дребезжит и дрожит,- я не специально. Отдай дочь, Муслим. Ты про нас все это время не вспоминал…
- Ты сейчас будешь послушной девочкой и сядешь в мою машину, - перебивает грубо,- Мы уедем отсюда вместе. Или я заберу дочь и ты больше никогда ее не увидишь.
Год назад, когда Муслим вероломно предал меня, сразу после выписки из роддома заявив, что берет вторую жену, я подключила все свои силы и средства, чтобы уйти от него с высоко поднятой головой. За это время я попыталась снова стать счастливой и построить свою жизнь, но… бывший снова в нее ворвался и прогибает под себя… Кто кого?
— Смотри, брат, какой подарок я тебе привез. Уверен, она скрасит твой арест…
Меня толкают вперед, я поднимаю глаза и ужасаюсь...
Передо мной Хаджи-Мурат. Скала. Абсолютный чемпион октагона… был. Пока я не стала причиной его падения…
И теперь я пленница в его доме на утесе… На много километров есть только он, я и суровая природа горного Дагестана…
— На сколько она тут? — спрашивает он про меня, словно я вещь.
— Пока не надоест. В полном твоем распоряжении. Я даже к врачу ее свозил перед перелетом. Кстати, приятный бонус, она вошла в твой дом невинной.
Утром меня вырвали из постели в московской общаге.
К вечеру я уже в горах — бесправная пленница мужчины, который уверен: я разрушила его карьеру и отправила за решетку.
Он проводит рукой по моему лицу, смотрит опасно и медленно улыбается:
— Вот и встретились, белочка… Я же говорил — все равно поймаю и накажу…
Будь послушной. Тебе некуда бежать. Вокруг только я и волки…
Меня толкают вперед, я поднимаю глаза и ужасаюсь...
Передо мной Хаджи-Мурат. Скала. Абсолютный чемпион октагона… был. Пока я не стала причиной его падения…
И теперь я пленница в его доме на утесе… На много километров есть только он, я и суровая природа горного Дагестана…
— На сколько она тут? — спрашивает он про меня, словно я вещь.
— Пока не надоест. В полном твоем распоряжении. Я даже к врачу ее свозил перед перелетом. Кстати, приятный бонус, она вошла в твой дом невинной.
Утром меня вырвали из постели в московской общаге.
К вечеру я уже в горах — бесправная пленница мужчины, который уверен: я разрушила его карьеру и отправила за решетку.
Он проводит рукой по моему лицу, смотрит опасно и медленно улыбается:
— Вот и встретились, белочка… Я же говорил — все равно поймаю и накажу…
Будь послушной. Тебе некуда бежать. Вокруг только я и волки…
– Здравствуйте, я Миша, – моя точная копия, только лет десяти подходит ко мне поздороваться и по-мужски протягивает руку для рукопожатия.
– Привет, я Тимофей, – воздух, который вышибло из меня мгновение назад возвращается в лёгкие.
При этом я продолжаю тщательно рассматривать мальчика. Чёрт, как такое вообще возможно?
– Вы мой папа?
Один вопрос, и я снова остаюсь без кислорода. Да что там кислород. Ноги подкашиваются, как у кисейной барышни. А когда слышу ответ Лизы, вообще думаю, что, может быть, я заработался, и всё это сон?
– Да, Миш, это твой папа.
***
Одиннадцать лет назад Лиза и Тимофей провели одну ночь вместе.
После Тим уехал жить в другую страну, а Лиза узнала, что беременна.
Как сложатся их дальнейшие отношения?
Если девушка боится говорить боссу о сыне, а мужчину интересуют только дела фирмы.
– Привет, я Тимофей, – воздух, который вышибло из меня мгновение назад возвращается в лёгкие.
При этом я продолжаю тщательно рассматривать мальчика. Чёрт, как такое вообще возможно?
– Вы мой папа?
Один вопрос, и я снова остаюсь без кислорода. Да что там кислород. Ноги подкашиваются, как у кисейной барышни. А когда слышу ответ Лизы, вообще думаю, что, может быть, я заработался, и всё это сон?
– Да, Миш, это твой папа.
***
Одиннадцать лет назад Лиза и Тимофей провели одну ночь вместе.
После Тим уехал жить в другую страну, а Лиза узнала, что беременна.
Как сложатся их дальнейшие отношения?
Если девушка боится говорить боссу о сыне, а мужчину интересуют только дела фирмы.
Выберите полку для книги