Книги по тегу «горячий кавказ литмоб»: ""
- Рамазан, верни мне сына! Ему только месяц! Он на грудном
вскармливании!
- Неправильно формулируешь, Анна. Сына я как раз вернул. Себе! А ты
о чем думала, когда его от меня скрыла?!
- Мы развелись! У тебя новая жизнь и невеста, которая вот-вот станет
твоей женой!
Чувствую, как в районе груди становится тепло. Опускаю глаза и вижу,
что это молоко протекло... Какой стыд...
Он это тоже видит...
- Хочешь видеть сына, придется пойти на мои условия... - подходит ко мне и берет за подбородок, заставляя посмотреть в свои черные, как ночь, глаза,- не смогла мне быть нормальной женой, станешь любовницей...
- Зачем тебе это? - задыхаюсь от шока.
- Потому что ты моя. Навсегда.
А ведь меня предупреждали, что брак с кавказцем- это стать его
собственностью на всю жизнь. Даже если вы разведетесь...
вскармливании!
- Неправильно формулируешь, Анна. Сына я как раз вернул. Себе! А ты
о чем думала, когда его от меня скрыла?!
- Мы развелись! У тебя новая жизнь и невеста, которая вот-вот станет
твоей женой!
Чувствую, как в районе груди становится тепло. Опускаю глаза и вижу,
что это молоко протекло... Какой стыд...
Он это тоже видит...
- Хочешь видеть сына, придется пойти на мои условия... - подходит ко мне и берет за подбородок, заставляя посмотреть в свои черные, как ночь, глаза,- не смогла мне быть нормальной женой, станешь любовницей...
- Зачем тебе это? - задыхаюсь от шока.
- Потому что ты моя. Навсегда.
А ведь меня предупреждали, что брак с кавказцем- это стать его
собственностью на всю жизнь. Даже если вы разведетесь...
- Вон пошла. Быстро. Никаких контактов с моей семьёй, поняла? Узнаю – мало не покажется. Чтобы я больше тебя не видел. Нигде. Никогда.
- Это моя страна, и мой город. Не хочешь меня видеть – вали в свой аул, горец! Захочу – завтра вся столица будет в моих плакатах. Придётся кому-то выколоть глаза!
- Что ты сказала?
- Что слышал, Тагир. Я тебя не боюсь. Я тебя презираю. Ты для меня никто.
Я ушла. Гордо. Волосы назад.
Ушла и унесла тайну, о которой он не должен был узнать.
Я родила двойню, мальчика и девочку, но мальчик умер в роддоме. Я еле оправилась от жуткой трагедии, жила ради своей малышки.
Не думала, что когда-нибудь мне придётся встретиться с её отцом и узнать страшную правду.
- Мой Адам – твой сын…
- Это моя страна, и мой город. Не хочешь меня видеть – вали в свой аул, горец! Захочу – завтра вся столица будет в моих плакатах. Придётся кому-то выколоть глаза!
- Что ты сказала?
- Что слышал, Тагир. Я тебя не боюсь. Я тебя презираю. Ты для меня никто.
Я ушла. Гордо. Волосы назад.
Ушла и унесла тайну, о которой он не должен был узнать.
Я родила двойню, мальчика и девочку, но мальчик умер в роддоме. Я еле оправилась от жуткой трагедии, жила ради своей малышки.
Не думала, что когда-нибудь мне придётся встретиться с её отцом и узнать страшную правду.
- Мой Адам – твой сын…
— Это Алина, — заявляет Саид, — Моя любимая женщина. Моя жена.
Прикладываю ладонь к горлу.
Я — молодая жена, девушка, которая вошла прошлой ночью в его дом...
Этой ночью он сделал меня своей по обычаю.
— Жена… — задыхаюсь от боли, — А я тогда кто?
— Тебя мне семья навязала, Камилла, — устало заявляет он, — Ты, что думала, я столько лет не был женат, потому что тебя ждал? Ты что, думала, я в тебя влюбился, что ли?
— Ты же… целовал меня. Спал со мной… Я думала ты меня полю..
— Полюбил, да? — рычит он, — Наивная. Думаешь, без любви люди друг с другом не спят?
Мой муж громко смеется.
— Ты моя вторая жена, — говорит он, — Для моей семьи. Для продолжения рода. Снимай одежду, как раз прямо сейчас этим и займемся.
***
Иногда на Кавказе детей сватают с младенчества.
Я вышла замуж по обычаю за любимого, но мне выпала роль его навязанной, второй жены.
Для любви у него была в Москве другая.
А хуже всего то, что что он уже лишил меня невинности и не дает развода.
Прикладываю ладонь к горлу.
Я — молодая жена, девушка, которая вошла прошлой ночью в его дом...
Этой ночью он сделал меня своей по обычаю.
— Жена… — задыхаюсь от боли, — А я тогда кто?
— Тебя мне семья навязала, Камилла, — устало заявляет он, — Ты, что думала, я столько лет не был женат, потому что тебя ждал? Ты что, думала, я в тебя влюбился, что ли?
— Ты же… целовал меня. Спал со мной… Я думала ты меня полю..
— Полюбил, да? — рычит он, — Наивная. Думаешь, без любви люди друг с другом не спят?
Мой муж громко смеется.
— Ты моя вторая жена, — говорит он, — Для моей семьи. Для продолжения рода. Снимай одежду, как раз прямо сейчас этим и займемся.
***
Иногда на Кавказе детей сватают с младенчества.
Я вышла замуж по обычаю за любимого, но мне выпала роль его навязанной, второй жены.
Для любви у него была в Москве другая.
А хуже всего то, что что он уже лишил меня невинности и не дает развода.
– Я хочу развестись с тобой, Райса.
– Почему? – спрашиваю, все еще не веря, что это не розыгрыш. – Что не так?
Вопрос звучит почти наивно. Даже смешно. Потому что у нас все… хорошо. Не идеально, не киношно, но хорошо.
Расул молчит секунду, а потом просто разбивает мне сердце словами:
– Я встретил женщину, с которой хочу создать семью.
– Семью? – переспрашиваю я. – А мы с тобой что делали два года?
– Мы жили вместе. И ты знала, на каких условиях.
Я качаю головой.
– Нет. Я знала, что ты женился на мне не по любви. Но… – голос предательски садится. – Но ты же сам говорил, что тебе хорошо со мной. Ты был доволен нашим браком.
– Я и сейчас это говорю, – спокойно отвечает он. – Ты отличная жена, Рая. Надежная, спокойная. С тобой легко.
– Тогда в чем проблема? – спрашиваю я уже тише. – Если тебе хорошо… почему не я?
– Потому что ты для меня не женщина.
Если я думала, что больнее он уже не сделает, то ошибалась.
– Почему? – спрашиваю, все еще не веря, что это не розыгрыш. – Что не так?
Вопрос звучит почти наивно. Даже смешно. Потому что у нас все… хорошо. Не идеально, не киношно, но хорошо.
Расул молчит секунду, а потом просто разбивает мне сердце словами:
– Я встретил женщину, с которой хочу создать семью.
– Семью? – переспрашиваю я. – А мы с тобой что делали два года?
– Мы жили вместе. И ты знала, на каких условиях.
Я качаю головой.
– Нет. Я знала, что ты женился на мне не по любви. Но… – голос предательски садится. – Но ты же сам говорил, что тебе хорошо со мной. Ты был доволен нашим браком.
– Я и сейчас это говорю, – спокойно отвечает он. – Ты отличная жена, Рая. Надежная, спокойная. С тобой легко.
– Тогда в чем проблема? – спрашиваю я уже тише. – Если тебе хорошо… почему не я?
– Потому что ты для меня не женщина.
Если я думала, что больнее он уже не сделает, то ошибалась.
‼️ Короткий рассказ. ПОЛНОСТЬЮ. БЕСПЛАТНО ‼️
— Ты веришь, что мои желания, это твои желания, Малика? — спрашивает Гаяр, заглядывая мне в глаза.
Сейчас, в приглушённом свете его глаза абсолютно чёрные. Только искорки от свечей отражаются в них, придавая его взгляду что-то дьявольское и такое запретное.
— Верю… — произношу одними губами.
Гаяр отпускает меня, зачем-то отходя на два шага назад, и несколько секунд молчит.
Это игра, напоминаю сама себе.
Что он хочет от меня? Чтобы я угадала его желание?
Так оно очевидно и с моим вполне совпадает.
— Чего ты хочешь, Малика? — спрашивает он.
А я не могу свои мысли вслух озвучить.
Какой бы за два года я ни стала взрослой, самостоятельной, самодостаточной, в глубине души скромной кавказской девочкой я быть не перестала.
— Ты веришь, что мои желания, это твои желания, Малика? — спрашивает Гаяр, заглядывая мне в глаза.
Сейчас, в приглушённом свете его глаза абсолютно чёрные. Только искорки от свечей отражаются в них, придавая его взгляду что-то дьявольское и такое запретное.
— Верю… — произношу одними губами.
Гаяр отпускает меня, зачем-то отходя на два шага назад, и несколько секунд молчит.
Это игра, напоминаю сама себе.
Что он хочет от меня? Чтобы я угадала его желание?
Так оно очевидно и с моим вполне совпадает.
— Чего ты хочешь, Малика? — спрашивает он.
А я не могу свои мысли вслух озвучить.
Какой бы за два года я ни стала взрослой, самостоятельной, самодостаточной, в глубине души скромной кавказской девочкой я быть не перестала.
– Моему сыну нужна мать, и ты единственная женщина, которую он подпускает к себе.
– Это просто смешно! Вы не можете решать мою судьбу только потому, что вам так захотелось!
– Я уже ее решил, Алия. Ты будешь моей женой и матерью моего сына. Ты должна быть благодарна, что я готов взять в жены разведенку, при моем положении я мог бы выбрать молодую и невинную невесту, – бьет он наотмашь жестокими словами.
– Вот и выбрали бы! Я не ваша служанка или рабыня, чтобы слушаться и…
– Отлично! Не хочешь за меня замуж? Не ходи. Правда, мне интересно, что ты ответишь своему бедному отцу, которого и так опозорила, разрушив свой брак.
– Вы чудовище! Вы знаете, что я не могу отказаться!
– Вот и не отказывайся. Я лучшее, что может быть в твоей жизни.
Я совершила ошибку, услышав плач и успокоив чужого ребенка. Ребенка чудовища, которое не хочет знать отказа и решило во что бы то ни стало сделать меня мамой для своего сына…
– Это просто смешно! Вы не можете решать мою судьбу только потому, что вам так захотелось!
– Я уже ее решил, Алия. Ты будешь моей женой и матерью моего сына. Ты должна быть благодарна, что я готов взять в жены разведенку, при моем положении я мог бы выбрать молодую и невинную невесту, – бьет он наотмашь жестокими словами.
– Вот и выбрали бы! Я не ваша служанка или рабыня, чтобы слушаться и…
– Отлично! Не хочешь за меня замуж? Не ходи. Правда, мне интересно, что ты ответишь своему бедному отцу, которого и так опозорила, разрушив свой брак.
– Вы чудовище! Вы знаете, что я не могу отказаться!
– Вот и не отказывайся. Я лучшее, что может быть в твоей жизни.
Я совершила ошибку, услышав плач и успокоив чужого ребенка. Ребенка чудовища, которое не хочет знать отказа и решило во что бы то ни стало сделать меня мамой для своего сына…
— Я с тобой развожусь, — с ледяным равнодушием произносит мой муж.
— Почему, Гамзат? — растерянно шепчу я.
На белоснежной простыне следы крови.
Доказательство моей невинности.
— У нас с тобой был временный брак, — шепчет он, обдавая горячим жаром мои губы, — Неужели ты думала, что я сделаю своей женой такую девку как ты?
— Но ты ведь взял меня в жены! — кричу я.
— Я просто взял тебя, — говорит он. — Попробовал. И мне не понравилось. Я с тобой развожусь и уже завтра женюсь на достойной девушке. А ты, если так сильно хочешь остаться в моей семье, то так уж и быть, станешь моей второй женой. Если заслужишь…
***
Гамзат Юсупов — брат моего бывшего мужа.
Мужчина, который спас меня от позора и приговора старейшин… чтобы самому стать моим палачом.
Уйти от него — подписать себе приговор.
А остаться… значит принадлежать только ему.
— Почему, Гамзат? — растерянно шепчу я.
На белоснежной простыне следы крови.
Доказательство моей невинности.
— У нас с тобой был временный брак, — шепчет он, обдавая горячим жаром мои губы, — Неужели ты думала, что я сделаю своей женой такую девку как ты?
— Но ты ведь взял меня в жены! — кричу я.
— Я просто взял тебя, — говорит он. — Попробовал. И мне не понравилось. Я с тобой развожусь и уже завтра женюсь на достойной девушке. А ты, если так сильно хочешь остаться в моей семье, то так уж и быть, станешь моей второй женой. Если заслужишь…
***
Гамзат Юсупов — брат моего бывшего мужа.
Мужчина, который спас меня от позора и приговора старейшин… чтобы самому стать моим палачом.
Уйти от него — подписать себе приговор.
А остаться… значит принадлежать только ему.
— Всё уже решено! Он женится, — последнее слово вылетело как плевок. — Пусть проветрит мозги, мальчишка!
Азат не стал дослушивать — он буквально вылетел из комнаты. Внутри закипала ярость: семья уже всё распределила — его жизнь, его будущее, его постель. Но они забыли одну деталь: Азата нельзя приручить.
— Брат, постой! Ты что задумал? — Тигран едва поспевал за ним, нутром чуя неладное.
Азат резко замер, и в его глазах вспыхнул опасный огонь.
— Значит, засватали мне невесту? Ну хорошо, дядя… — процедил он сквозь зубы. — Скажи-ка лучше, Тигран, как мой многоуважаемый родственник относится к сюрпризам?
— Очень плохо, Азат. Ты же и сам знаешь.
— Вот и славно. Хотят видеть меня женатым? Увидят…
Азат не стал дослушивать — он буквально вылетел из комнаты. Внутри закипала ярость: семья уже всё распределила — его жизнь, его будущее, его постель. Но они забыли одну деталь: Азата нельзя приручить.
— Брат, постой! Ты что задумал? — Тигран едва поспевал за ним, нутром чуя неладное.
Азат резко замер, и в его глазах вспыхнул опасный огонь.
— Значит, засватали мне невесту? Ну хорошо, дядя… — процедил он сквозь зубы. — Скажи-ка лучше, Тигран, как мой многоуважаемый родственник относится к сюрпризам?
— Очень плохо, Азат. Ты же и сам знаешь.
— Вот и славно. Хотят видеть меня женатым? Увидят…
— Ты сама позвала Аду помогать, — холодно говорит мама. — Вот она и помогла.
— Помогла? — срываюсь я, едва сдерживая слёзы и злость. — Тем, что забрала моего мужа, пока я месяц лежала беспомощная после родов? В моём доме, в моей постели?
Мама равнодушно пожимает плечами:
— Значит, так было суждено. Теперь Ада его вторая жена. Смирись и не позорь нас.
Меня заставляют принять это и молчать. Потому что если уйду, сына больше никогда не увижу. По традиции он останется с отцом и новой женой. Моей сестрой.
Я почти сдалась и потеряла надежду, когда вернулся Касим. Старший брат моего мужа, которого я когда-то отвергла.
Теперь он здесь и обещает вернуть ребёнка. Но взамен я должна стать его.
Это не спасение. Это грязная, дерзкая сделка, от которой у меня нет права отказаться.
— Помогла? — срываюсь я, едва сдерживая слёзы и злость. — Тем, что забрала моего мужа, пока я месяц лежала беспомощная после родов? В моём доме, в моей постели?
Мама равнодушно пожимает плечами:
— Значит, так было суждено. Теперь Ада его вторая жена. Смирись и не позорь нас.
Меня заставляют принять это и молчать. Потому что если уйду, сына больше никогда не увижу. По традиции он останется с отцом и новой женой. Моей сестрой.
Я почти сдалась и потеряла надежду, когда вернулся Касим. Старший брат моего мужа, которого я когда-то отвергла.
Теперь он здесь и обещает вернуть ребёнка. Но взамен я должна стать его.
Это не спасение. Это грязная, дерзкая сделка, от которой у меня нет права отказаться.
— Да не буду я с ней спать. Ты — моя первая и единственная жена, а эта соплячка — вторая. Для семьи, для галочки. Мои родители настояли, чтобы я на «своей» женился, — говорит мой муж.
Но говорит не мне.
А какой-то другой женщине в трубку.
— У меня на нее даже не встал, — произносит с пренебрежением, — Ты бы ее видела… Фу. Лохушка сельская. Замоташка безграмотная. Не представляю, как с такой вообще можно в постель лечь…
Я прижимаю ладони к ушам, чтобы не слышать.
Сегодня день моей свадьбы.
Я — невеста, молодая жена.
Прямо сейчас должна состояться наша первая брачная ночь.
А у моего мужа есть другая…
— Люблю я только тебя, Ань, — шепчет он, — Да, обещаю, я не буду с ней спать. Она здесь с моей матерью останется. А я послезавтра вернусь к тебе и нашему сыночку, милая…
Дверь ванной распахивается.
Мой муж появляется в проеме.
— Снимай тряпки, — говорит он, — Живо. Мне нужно доказательство твоей невинности...
Но говорит не мне.
А какой-то другой женщине в трубку.
— У меня на нее даже не встал, — произносит с пренебрежением, — Ты бы ее видела… Фу. Лохушка сельская. Замоташка безграмотная. Не представляю, как с такой вообще можно в постель лечь…
Я прижимаю ладони к ушам, чтобы не слышать.
Сегодня день моей свадьбы.
Я — невеста, молодая жена.
Прямо сейчас должна состояться наша первая брачная ночь.
А у моего мужа есть другая…
— Люблю я только тебя, Ань, — шепчет он, — Да, обещаю, я не буду с ней спать. Она здесь с моей матерью останется. А я послезавтра вернусь к тебе и нашему сыночку, милая…
Дверь ванной распахивается.
Мой муж появляется в проеме.
— Снимай тряпки, — говорит он, — Живо. Мне нужно доказательство твоей невинности...
Выберите полку для книги