Книги по тегу «горячо и откровенно»: ""
Он наклонился к самому моему уху. Я чувствовала его дыхание — горячее, ровное, как будто он даже не напрягался.
— Меня зовут Аслан, — сказал он тихо. — Я тот, кто решает, будешь ты жить или умрешь. Запомни это, девочка. Хорошо запомни. Если будешь послушной — останешься цела. Будешь истерить — пожалеешь. Поняла?
— Поняла, — выдавила я через силу.
— Умница. А теперь на кровать.
Я была просто дочкой богатого отца, пока меня не похитили. Правая рука главы кавказской мафии – огромный и властный мужчина, который украл меня. А затем заявил на меня свои собственные права… И хотел полностью подчинить себе.
— Меня зовут Аслан, — сказал он тихо. — Я тот, кто решает, будешь ты жить или умрешь. Запомни это, девочка. Хорошо запомни. Если будешь послушной — останешься цела. Будешь истерить — пожалеешь. Поняла?
— Поняла, — выдавила я через силу.
— Умница. А теперь на кровать.
Я была просто дочкой богатого отца, пока меня не похитили. Правая рука главы кавказской мафии – огромный и властный мужчина, который украл меня. А затем заявил на меня свои собственные права… И хотел полностью подчинить себе.
Она не может сказать «нет» — и не может сказать «да». Девять лет назад отчим забрал у Камилы голос, а мать поверила не ей. Теперь на её лавку каждый день приходит незнакомец. Молча садится. Молча смотрит.
— Ты умеешь читать? — спрашивает записка.
— Да, — пишет она в ответ.
— Тогда прочти это: я пришёл за тобой.
Через три дня — свадьба. Через месяц — дом на горе, где её впервые не боятся, а ждут. И первый звук за девять лет, вырванный не страхом, а его терпением — тем, что он ни разу не поторопил её заговорить.
— Ты умеешь читать? — спрашивает записка.
— Да, — пишет она в ответ.
— Тогда прочти это: я пришёл за тобой.
Через три дня — свадьба. Через месяц — дом на горе, где её впервые не боятся, а ждут. И первый звук за девять лет, вырванный не страхом, а его терпением — тем, что он ни разу не поторопил её заговорить.
Что делать, если ты — женщина-капитан Земли, запертая на мертвой планете с космическим пиратом и собственным адмиралом?
Елена чтит субординацию, но планета-тюрьма диктует свои суровые законы.
Два сильнейших самца Галактики готовы разорвать друг друга за право обладания ею.
Пират Торн заявляет свои права силой, а золотой адмирал Арктур — идеальный гуманоид, скованный кастовыми правилами, — изо всех сил пытается подавить вспыхнувшее желание.
Но когда Елена окажется ранена, а барьеры адмирала рухнут, пути назад уже не будет.
Обжигающая страсть, смертельные поединки и финал, который заставит плакать.
Окунись в космическую страсть прямо сейчас!
Книга очень интересная.
Буду благодарна за Звездочку!
Любой Ваш комментарий — это большая поддержка!
Елена чтит субординацию, но планета-тюрьма диктует свои суровые законы.
Два сильнейших самца Галактики готовы разорвать друг друга за право обладания ею.
Пират Торн заявляет свои права силой, а золотой адмирал Арктур — идеальный гуманоид, скованный кастовыми правилами, — изо всех сил пытается подавить вспыхнувшее желание.
Но когда Елена окажется ранена, а барьеры адмирала рухнут, пути назад уже не будет.
Обжигающая страсть, смертельные поединки и финал, который заставит плакать.
Окунись в космическую страсть прямо сейчас!
Книга очень интересная.
Буду благодарна за Звездочку!
Любой Ваш комментарий — это большая поддержка!
Двадцать лет, чужая яхта, открытое море — и двое мужчин, от которых некуда деться.
Отчим Марк привёз Ульяну в Средиземное море под предлогом семейного отдыха. Вот только мать осталась на берегу, а вместе с ними на борт поднялся Савва — друг Марка, с волком на плече и привычкой брать что хочет.
— Не лезь не в своё. Она дочь моей жены. И всё.
— Да брось, Марк Максимович. Жена на берегу. Она ничего не увидит.
Пять дней в море. Двое, что делят одну добычу. И девочка, которая вдруг понимает: она не жертва — она хозяйка этой игры.
Отчим Марк привёз Ульяну в Средиземное море под предлогом семейного отдыха. Вот только мать осталась на берегу, а вместе с ними на борт поднялся Савва — друг Марка, с волком на плече и привычкой брать что хочет.
— Не лезь не в своё. Она дочь моей жены. И всё.
— Да брось, Марк Максимович. Жена на берегу. Она ничего не увидит.
Пять дней в море. Двое, что делят одну добычу. И девочка, которая вдруг понимает: она не жертва — она хозяйка этой игры.
Меня уволили за то, что я сказала правду вслух при ста двадцати родителях.
Ни один коллега не встал на мою защиту. Зато встала девятилетняя девочка, которая не разговаривает с прошлого лета.
Её отец — генерал-майор Соколов. Он привык, что его решения не обсуждают, а женщины в его доме подчиняются распорядку. Он предлагает мне договор на шесть недель: я учу его дочь, он помогает мне восстановить репутацию. Ничего личного... Но всё меняется когда возвращается его пропавшая жена!
Ни один коллега не встал на мою защиту. Зато встала девятилетняя девочка, которая не разговаривает с прошлого лета.
Её отец — генерал-майор Соколов. Он привык, что его решения не обсуждают, а женщины в его доме подчиняются распорядку. Он предлагает мне договор на шесть недель: я учу его дочь, он помогает мне восстановить репутацию. Ничего личного... Но всё меняется когда возвращается его пропавшая жена!
Они рисковали империей, чтобы вытащить её из рук смерти. Теперь прошлое стучится в дверь, а старые долги требуют платы. Но мужчины, привыкшие решать всё силой, вдруг обнаруживают, что эта девушка стала их слабостью, их одержимостью. В мире, где любовь — роскошь, а преданность — миф, ей предстоит выбрать: вырваться на свободу или навсегда остаться в их тени, став тем, кого они не смогут отпустить.
🔥 Строго 18+!!! 🔥
🔥 Осторожно: очень жесткие герои. БДСМ 🔥
🔥 Все герои вымышлены. Все совпадения случайны. 🔥
🔥 Строго 18+!!! 🔥
🔥 Осторожно: очень жесткие герои. БДСМ 🔥
🔥 Все герои вымышлены. Все совпадения случайны. 🔥
Он говорил со мной цветами, потому что слова были слишком громкими.
— Почему не словами? — спросила я однажды.
— Слова требуют ответа. Цветы просто есть.
Он учил меня саду. Его руки накрывали мои, когда я пересаживала рассаду. Его дыхание касалось моей шеи, когда он наклонялся ближе. Я не могла думать ни о чём, кроме его пальцев.
Но за стенами поместья был другой мир. Лорд Морвен требовал ответа. Он дал мне две недели, чтобы согласиться на брак. Опекуны твердили, что это единственный способ спасти Линдвуд. Что дроу в моём саду — позор для рода.
— Он просто садовник, — говорили они.
— Нет, — ответила я. — Он единственный, кто видит.
Он появился на рынке с ростком в руках и сказал, что мой сад не мёртв — он просто спит. Теперь этот дроу-садовник говорит со мной языком цветов, который я не понимаю, но чувствую каждой клеткой. А лорд, которому я обещана против воли, дал мне две недели, чтобы выбрать: спасти поместье или отдать сердце тому, кто видит меня настоящую.
— Почему не словами? — спросила я однажды.
— Слова требуют ответа. Цветы просто есть.
Он учил меня саду. Его руки накрывали мои, когда я пересаживала рассаду. Его дыхание касалось моей шеи, когда он наклонялся ближе. Я не могла думать ни о чём, кроме его пальцев.
Но за стенами поместья был другой мир. Лорд Морвен требовал ответа. Он дал мне две недели, чтобы согласиться на брак. Опекуны твердили, что это единственный способ спасти Линдвуд. Что дроу в моём саду — позор для рода.
— Он просто садовник, — говорили они.
— Нет, — ответила я. — Он единственный, кто видит.
Он появился на рынке с ростком в руках и сказал, что мой сад не мёртв — он просто спит. Теперь этот дроу-садовник говорит со мной языком цветов, который я не понимаю, но чувствую каждой клеткой. А лорд, которому я обещана против воли, дал мне две недели, чтобы выбрать: спасти поместье или отдать сердце тому, кто видит меня настоящую.
В счёт огромного долга мне отдали Нэйра — самого дорогого дроу столицы. Великолепного воина, обладателя редкого дара и легендарного любовника, которого мечтает купить каждая госпожа.
Только мне он нужен, чтобы спасти сестру. А для постели у меня есть другие дроу. Но зря я сказала ему об этом.
Нэйр не привык, что хозяйка выбирает не его. И уж точно не собирается ждать приглашения в мою спальню.
Только мне он нужен, чтобы спасти сестру. А для постели у меня есть другие дроу. Но зря я сказала ему об этом.
Нэйр не привык, что хозяйка выбирает не его. И уж точно не собирается ждать приглашения в мою спальню.
— Ты не уйдешь, — сказал он. Дракон Огня. Не закричал — пророкотал низко, утробно. — Я не отпускаю.
— Ты не можешь держать меня силой.
— Могу. И буду. Ты даже не представляешь, что я могу, когда теряю то, что мое.
Он шагнул ко мне, и воздух загустел от жара. Я попятилась, уперлась спиной в стену склада. Бежать некуда. Второй поводок дернулся снова — левое запястье обожгло льдом. И в тот же миг из дождя выступила вторая фигура. Дракон Льда. Который тоже считал меня своей.
Они думали, что поймали добычу. Один сжигал меня жаром, второй вымораживал душу льдом — два дракона, два древних врага, и я между ними, нищенка, у которой не было ничего. Но теперь правила изменились: это я держу их — одного огненной ладонью, другого ледяным взглядом — и не позволю разорвать меня пополам. Потому что иногда победа не в том, чтобы выбрать, а в том, чтобы оставить обоих.
— Ты не можешь держать меня силой.
— Могу. И буду. Ты даже не представляешь, что я могу, когда теряю то, что мое.
Он шагнул ко мне, и воздух загустел от жара. Я попятилась, уперлась спиной в стену склада. Бежать некуда. Второй поводок дернулся снова — левое запястье обожгло льдом. И в тот же миг из дождя выступила вторая фигура. Дракон Льда. Который тоже считал меня своей.
Они думали, что поймали добычу. Один сжигал меня жаром, второй вымораживал душу льдом — два дракона, два древних врага, и я между ними, нищенка, у которой не было ничего. Но теперь правила изменились: это я держу их — одного огненной ладонью, другого ледяным взглядом — и не позволю разорвать меня пополам. Потому что иногда победа не в том, чтобы выбрать, а в том, чтобы оставить обоих.
В один день Алиса Ветрова теряет всё, что считала своей жизнью: карьеру, репутацию и мужа. Коллега подставляет её ради должности, а дома Алису встречают красные туфли соседки и предательство человека, которому она доверяла семь лет.
Не желая больше жить по чужим правилам, Алиса уезжает к тёте Любе в деревню. Она уверена, что ей нужны только тишина, крепкий кофе и время. Но каждое утро за садовой оградой работает Эрик Северин — рыжий бородатый дровосек скандинавской внешности, слишком сильный, слишком спокойный и опасно внимательный.
У Эрика есть дом с серыми ставнями, прошлое, о котором он предпочитает молчать, и домашний бобр Локи, считающий чужие яблони своей собственностью. А у Алисы — привычка никому не доверять и враги, готовые добраться до неё даже в лесной глуши.
Он умеет валить деревья одним ударом. Но сможет ли он разрушить стены, которые она возвела вокруг сердца?
Не желая больше жить по чужим правилам, Алиса уезжает к тёте Любе в деревню. Она уверена, что ей нужны только тишина, крепкий кофе и время. Но каждое утро за садовой оградой работает Эрик Северин — рыжий бородатый дровосек скандинавской внешности, слишком сильный, слишком спокойный и опасно внимательный.
У Эрика есть дом с серыми ставнями, прошлое, о котором он предпочитает молчать, и домашний бобр Локи, считающий чужие яблони своей собственностью. А у Алисы — привычка никому не доверять и враги, готовые добраться до неё даже в лесной глуши.
Он умеет валить деревья одним ударом. Но сможет ли он разрушить стены, которые она возвела вокруг сердца?
Выберите полку для книги