Подборка книг по тегу: "дети"
(1569)
ЗАВЕРШЕННАЯ ПОВЕСТЬ! МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА ПЕРВЫЕ ДНИ!
— Срок нашего контракта истёк вчера вечером. Я не обязан находиться с тобой в одном доме.
Муж смотрит на меня в упор. Его глаза — чистый лёд. В них ни грамма тепла. Беспомощно хватаю ртом воздух, пока сердце трещит по швам.
Инстинктивно прижимаю руку к животу. Я стараюсь защитить маленькую жизнь внутри. Счастье, которое я торопилась разделить с любимым.
— Я не понимаю. Я ничего не понимаю, — лепечу, едва удерживая равновесие.
Голова кругом. Белые стены кабинета сливаются ослепляющей кляксой.
Какой контракт? Да, мы поженились фиктивно.
Но разве наша любовь не перешагнула черту?
— Миша, но...
— Я верю только во взаимовыгодное сотрудничество, Маша. Наше подошло к концу.
ТГК: https://t.me/gera_liders
— Срок нашего контракта истёк вчера вечером. Я не обязан находиться с тобой в одном доме.
Муж смотрит на меня в упор. Его глаза — чистый лёд. В них ни грамма тепла. Беспомощно хватаю ртом воздух, пока сердце трещит по швам.
Инстинктивно прижимаю руку к животу. Я стараюсь защитить маленькую жизнь внутри. Счастье, которое я торопилась разделить с любимым.
— Я не понимаю. Я ничего не понимаю, — лепечу, едва удерживая равновесие.
Голова кругом. Белые стены кабинета сливаются ослепляющей кляксой.
Какой контракт? Да, мы поженились фиктивно.
Но разве наша любовь не перешагнула черту?
— Миша, но...
— Я верю только во взаимовыгодное сотрудничество, Маша. Наше подошло к концу.
ТГК: https://t.me/gera_liders
Ксения бросила спортивную карьеру ради любимого. Она стала прекрасной женой и матерью. Но один звонок изменил всё. Окажется ли предательство мужа концом света или началом нового этапа в жизни?
— Алло? — говорю осторожно, торопливо вытирая руки о бумажное полотенце.
— Это клиника репродуктивной медицины “ Надежда”. Вы могли бы подъехать? Это очень важно.
Я напрягаюсь. Клиника… та самая, где мне делали ЭКО шесть лет назад.
С девочками все хорошо, зачем они звонят?
***
Не знаю, что за черная полоса в моей жизни, но неприятности сыплются на мою голову одна за другой. То мне сообщают, что отец моих девочек им не отец, то наглый миллиардер пытается отобрать мою кофейню.
Но самое страшное, что, кажется, эти неприятности связаны между собой…
— Это клиника репродуктивной медицины “ Надежда”. Вы могли бы подъехать? Это очень важно.
Я напрягаюсь. Клиника… та самая, где мне делали ЭКО шесть лет назад.
С девочками все хорошо, зачем они звонят?
***
Не знаю, что за черная полоса в моей жизни, но неприятности сыплются на мою голову одна за другой. То мне сообщают, что отец моих девочек им не отец, то наглый миллиардер пытается отобрать мою кофейню.
Но самое страшное, что, кажется, эти неприятности связаны между собой…
После катастрофы мир перестал быть прежним. Где-то за линией границы скрывается место, которое все называют «детский лагерь "Океан"» — единственная территория, где ещё можно выжить. Для младшеклассницы Калины это не просто убежище, а шанс узнать, кто она и почему её преследуют вооружённые люди.
Ночь, выстрелы, бегство через лес, железнодорожные пути — так начинается её путь. Но где-то между сном и страхом ее ждёт необычное место, где люди повторяют одни и те же фразы, живут одним и тем же днём, и знают её имя, хотя она их никогда не встречала.
Всё, что казалось реальностью, начинает трещать по швам, становясь одним бесконечным сном. Чтобы выжить и сохранить себя, Калина должна узнать правду — о катастрофе, об «Океане» и о том, почему в этом месте дети пропадают с фотографий.
Ночь, выстрелы, бегство через лес, железнодорожные пути — так начинается её путь. Но где-то между сном и страхом ее ждёт необычное место, где люди повторяют одни и те же фразы, живут одним и тем же днём, и знают её имя, хотя она их никогда не встречала.
Всё, что казалось реальностью, начинает трещать по швам, становясь одним бесконечным сном. Чтобы выжить и сохранить себя, Калина должна узнать правду — о катастрофе, об «Океане» и о том, почему в этом месте дети пропадают с фотографий.
МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА ТОЛЬКО ПЕРВЫЕ ДНИ
— Я подам на развод.
Мой муж говорит страшные слова кому-то по телефону. Дрожь пробирает до кончиков пальцев.
— За месяц закрою вопрос. Готовь документы.
Едва дышу, закрыв рот двумя руками. Скольжу на пол, прислонившись затылком к дверному косяку. Шелковый халат собирается гармошкой, холодное дерево морозит кожу.
В голове не умещается.
Какой развод?
Я же просто шла попить. Последнее время часто просыпаюсь посреди ночи. Увидела свет в кабинете мужа, пошла его поддержать. Максим часто работает допоздна.
— Я сделаю всё для благополучия своих детей.
Его голос смягчается. Максим меня не видит. Я в коридоре, слышу происходящее. И каждое слово ударяет прямо в сердце.
Дети.
Голова идет кругом. У Максима есть дети?
ТГК: https://t.me/gera_liders
— Я подам на развод.
Мой муж говорит страшные слова кому-то по телефону. Дрожь пробирает до кончиков пальцев.
— За месяц закрою вопрос. Готовь документы.
Едва дышу, закрыв рот двумя руками. Скольжу на пол, прислонившись затылком к дверному косяку. Шелковый халат собирается гармошкой, холодное дерево морозит кожу.
В голове не умещается.
Какой развод?
Я же просто шла попить. Последнее время часто просыпаюсь посреди ночи. Увидела свет в кабинете мужа, пошла его поддержать. Максим часто работает допоздна.
— Я сделаю всё для благополучия своих детей.
Его голос смягчается. Максим меня не видит. Я в коридоре, слышу происходящее. И каждое слово ударяет прямо в сердце.
Дети.
Голова идет кругом. У Максима есть дети?
ТГК: https://t.me/gera_liders
— Ты изменил?
— Один раз. Ерунда.
— Один раз — тоже измена. Дальше — у нас развод.
— Ты правда подашь?
— Уже подала. И заявление в полицию.
— Тебе никто не поверит.
— Камера поверит и судья.
Я — ректор, он — преподаватель. У нас пятилетние двойняшки и простое правило: в дом ложь не приносить. Но он решил иначе. Я не буду устраивать сцен — я делаю, как сказала.
Он уверен: «Даже измена нас не разлучит».
Ночь. Запасной вход университета. Один фонарь. Я включаю диктофон — и начинается наша история.
— Один раз. Ерунда.
— Один раз — тоже измена. Дальше — у нас развод.
— Ты правда подашь?
— Уже подала. И заявление в полицию.
— Тебе никто не поверит.
— Камера поверит и судья.
Я — ректор, он — преподаватель. У нас пятилетние двойняшки и простое правило: в дом ложь не приносить. Но он решил иначе. Я не буду устраивать сцен — я делаю, как сказала.
Он уверен: «Даже измена нас не разлучит».
Ночь. Запасной вход университета. Один фонарь. Я включаю диктофон — и начинается наша история.
Я попаданка! Меня украли дети и притащили в свой магический мир. Им нужна мама, а я подхожу! Ой, что тут завертелось. И невесту папину отвадить, и няню из магического плена спасти, и Хранителя навестить… в глубоком озере. А уж когда появился папочка, сильно магический и искрящий от недовольства, стало совсем весело.
- Наши отношения окончены.
- Но почему? - Голос срывается, превращается в хрип. - Что я сделала не так? Что изменилось?
Встаю, делаю шаг к нему, но он отступает. Этот жест больнее любых слов.
- Нет. - Теперь он смотрит на меня, и в темных глазах читается боль. - Ты была... идеальна.
- Тогда почему? - Подхожу ближе, пытаюсь найти в его лице привычную теплоту. - Влад, объясни мне! Что произошло за эти два дня?
- У меня изменились обстоятельства.
- Какие обстоятельства? - Голос становится еле слышен, но не могу с собой справиться.
- Я женюсь.
Мир останавливается. Кровь отливает от лица, в ушах звенит оглушительная тишина.
***
Два месяца счастья закончились так же внезапно, как начались.
Но я переживу. Обязательно переживу.
- Но почему? - Голос срывается, превращается в хрип. - Что я сделала не так? Что изменилось?
Встаю, делаю шаг к нему, но он отступает. Этот жест больнее любых слов.
- Нет. - Теперь он смотрит на меня, и в темных глазах читается боль. - Ты была... идеальна.
- Тогда почему? - Подхожу ближе, пытаюсь найти в его лице привычную теплоту. - Влад, объясни мне! Что произошло за эти два дня?
- У меня изменились обстоятельства.
- Какие обстоятельства? - Голос становится еле слышен, но не могу с собой справиться.
- Я женюсь.
Мир останавливается. Кровь отливает от лица, в ушах звенит оглушительная тишина.
***
Два месяца счастья закончились так же внезапно, как начались.
Но я переживу. Обязательно переживу.
— Ты опять дежурил ночью?
— Конечно. А где же ещё?
— И, кажется, ты был не один? Я видела тебя на видео с любовницей…
Сначала я замечала мелочи: чужие записи в журнале, направление на анализы с моим именем, но чужими данными. Старалась не думать об этом. Но правда всё равно вылезла наружу — у мужа оказалась своя тайная жизнь прямо в больнице.
Коллеги молчат, делают вид, что ничего не знают. Его мать встала на его сторону и обвиняет во всём меня. А он смотрит в глаза и клянётся, что я всё выдумала.
Только у меня достаточно доказательств, чтобы показать, кто здесь лжёт.
Чем это кончится — разводом, скандалом или чем-то ещё — я не знаю. Но точно одно: назад пути больше нет.
— Конечно. А где же ещё?
— И, кажется, ты был не один? Я видела тебя на видео с любовницей…
Сначала я замечала мелочи: чужие записи в журнале, направление на анализы с моим именем, но чужими данными. Старалась не думать об этом. Но правда всё равно вылезла наружу — у мужа оказалась своя тайная жизнь прямо в больнице.
Коллеги молчат, делают вид, что ничего не знают. Его мать встала на его сторону и обвиняет во всём меня. А он смотрит в глаза и клянётся, что я всё выдумала.
Только у меня достаточно доказательств, чтобы показать, кто здесь лжёт.
Чем это кончится — разводом, скандалом или чем-то ещё — я не знаю. Но точно одно: назад пути больше нет.
— Ты хочешь стать моим су-шефом?
— Да.
— С тремя детьми на руках? Ты вообще представляешь, что это за работа? Здесь нет выходных. Здесь ночи напролёт на ногах. Здесь падают в обморок от усталости, а потом продолжают резать лук.
— Я представляю. И я справлюсь.
— Женщина на моей кухне — уже сомнительная идея. Женщина с детьми — это катастрофа.
— Я не прошу поблажек. Только шанс.
— Шанс? У тебя был ресторан, и ты его потеряла. Громкий скандал на всю страну, все газеты писали. Думаешь, мне нужен такой багаж?
— Думаю, вам нужен человек, который знает цену каждой тарелке и готов работать, даже если весь мир против.
— Ошибаешься. Мне нужен тот, кто не сломается через неделю. А ты... Ты выглядишь так, будто уже на грани.
— Может быть. Но именно поэтому я не имею права сдаться.
— Да.
— С тремя детьми на руках? Ты вообще представляешь, что это за работа? Здесь нет выходных. Здесь ночи напролёт на ногах. Здесь падают в обморок от усталости, а потом продолжают резать лук.
— Я представляю. И я справлюсь.
— Женщина на моей кухне — уже сомнительная идея. Женщина с детьми — это катастрофа.
— Я не прошу поблажек. Только шанс.
— Шанс? У тебя был ресторан, и ты его потеряла. Громкий скандал на всю страну, все газеты писали. Думаешь, мне нужен такой багаж?
— Думаю, вам нужен человек, который знает цену каждой тарелке и готов работать, даже если весь мир против.
— Ошибаешься. Мне нужен тот, кто не сломается через неделю. А ты... Ты выглядишь так, будто уже на грани.
— Может быть. Но именно поэтому я не имею права сдаться.
Выберите полку для книги