Книги по тегу «жесткая эротика»: ""
Она держала всё под контролем. Дыхание. Голос. Пульс. Жизнь.
Пока внизу, в бетонной тишине подвала, не оказалась прижатой спиной к холодной стене. Пока не услышала, как её имя произносят чужие губы. Пока не поняла — она не хочет, чтобы её отпускали.
Здесь пахнет металлом и потом. Здесь ставки не цифры — ставки её границы. Здесь каждый шаг записывают камеры, и она чувствует взгляды даже сквозь стены.
Один из них смотрит так, будто уже знает, сколько она выдержит. Он не просит. Он ждёт, когда она перестанет притворяться.
Другой не говорит. Он просто стоит слишком близко. И когда она пытается отступить, стена за спиной оказывается холоднее, чем его дыхание.
Анна не жертва. Она та, кто выбирает.
Даже если выбор — падать.
Даже если внизу — только тьма, в которой она впервые чувствует себя живой.
Пока внизу, в бетонной тишине подвала, не оказалась прижатой спиной к холодной стене. Пока не услышала, как её имя произносят чужие губы. Пока не поняла — она не хочет, чтобы её отпускали.
Здесь пахнет металлом и потом. Здесь ставки не цифры — ставки её границы. Здесь каждый шаг записывают камеры, и она чувствует взгляды даже сквозь стены.
Один из них смотрит так, будто уже знает, сколько она выдержит. Он не просит. Он ждёт, когда она перестанет притворяться.
Другой не говорит. Он просто стоит слишком близко. И когда она пытается отступить, стена за спиной оказывается холоднее, чем его дыхание.
Анна не жертва. Она та, кто выбирает.
Даже если выбор — падать.
Даже если внизу — только тьма, в которой она впервые чувствует себя живой.
После недели ада на работе я согласилась на новую встречу в бане, даже не представляя, что в этот раз мужчин будет трое — и что они заставят моё тело чувствовать так, как я никогда не чувствовала прежде. Скрабирование мёдом и солью в жаркой парилке растопило всё моё напряжение, а их руки оказались такими нежными и одновременно властными, что я доверилась им без остатка.
— Я боюсь, Дамир. Боюсь привыкнуть, что ты рядом. А потом остаться одной.
— Тогда не привыкай, — ответил он, сжимая мою руку. — Просто будь. Прямо сейчас. Со мной.
Два года назад её мир рухнул. Она дала себе слово: больше никакой любви, никакой боли. Только работа, успех, независимость. Но когда она устроилась в крупную компанию к властному и невероятно притягательному директору-кавказцу, границы начали стираться. Он не просто босс — он мужчина, который видит её настоящую. Он защищает, оберегает, завоёвывает. А ещё у него есть дочь, которая смотрит на неё с надеждой.
Как перестать бояться, когда сердце уже не слушается? И можно ли довериться тому, кто обещает не уходить?
— Тогда не привыкай, — ответил он, сжимая мою руку. — Просто будь. Прямо сейчас. Со мной.
Два года назад её мир рухнул. Она дала себе слово: больше никакой любви, никакой боли. Только работа, успех, независимость. Но когда она устроилась в крупную компанию к властному и невероятно притягательному директору-кавказцу, границы начали стираться. Он не просто босс — он мужчина, который видит её настоящую. Он защищает, оберегает, завоёвывает. А ещё у него есть дочь, которая смотрит на неё с надеждой.
Как перестать бояться, когда сердце уже не слушается? И можно ли довериться тому, кто обещает не уходить?
Я думала, что два месяца ординатуры в клинике свекра станут скучной формальностью, но он превратил мой первый экзамен в изощренную игру власти, где моё тело стало инструментом для обучения его интернов.
Академия «Золотой Мост» — закрытый мир для золотой молодёжи. Здесь правят двое: Кирилл и Филлип — лучшие друзья, соперники и наследные принцы тайного клуба высшего общества «Корона».
Каждый год они выбирают себе игрушку на семестр. В этот раз выбор пал на Наденьку — провинциалку, поступившую по обмену. У неё нет денег, нет связей, нет защиты. Есть только гордость, которую они намерены растоптать.
Охота началась. Правила просты: с ней можно делать всё, что угодно, кроме одного. Ни в коем случае нельзя влюбляться. Звучит легко, правда?
Каждый год они выбирают себе игрушку на семестр. В этот раз выбор пал на Наденьку — провинциалку, поступившую по обмену. У неё нет денег, нет связей, нет защиты. Есть только гордость, которую они намерены растоптать.
Охота началась. Правила просты: с ней можно делать всё, что угодно, кроме одного. Ни в коем случае нельзя влюбляться. Звучит легко, правда?
Я пришла на работу босиком, ожидая очередного разноса от начальника-тирана. Но вместо него встретила нового босса — властного красавца, от одного взгляда которого подкашиваются колени.
В моей жизни давно нет места романтике. Только работа, маленькая дочь и бесконечные заботы.
Но новый начальник обещает спасти мою карьеру, а его дерзкий брат — заставить меня забыть обо всех правилах.
Я не планировала новых отношений. Тем более сразу с двумя мужчинами. Вот только братья, кажется, не собираются останавливаться, пока я не стану их общей слабостью...
В моей жизни давно нет места романтике. Только работа, маленькая дочь и бесконечные заботы.
Но новый начальник обещает спасти мою карьеру, а его дерзкий брат — заставить меня забыть обо всех правилах.
Я не планировала новых отношений. Тем более сразу с двумя мужчинами. Вот только братья, кажется, не собираются останавливаться, пока я не стану их общей слабостью...
Она думала, что разбирается в документах. Оказалось, она разбирается в мужчинах.
Анна получила работу мечты, а вместе с ней — двух мужчин, которые не готовы делить её ни с кем. Босс хочет её подчинить. Водитель хочет её спасти. Но Анна не хочет быть чьей-то собственностью. Она сама решает, с кем быть. И её решение шокирует всех — в том числе их.
Когда тени прошлого настигают её, она делает выбор, который меняет всё.
Анна получила работу мечты, а вместе с ней — двух мужчин, которые не готовы делить её ни с кем. Босс хочет её подчинить. Водитель хочет её спасти. Но Анна не хочет быть чьей-то собственностью. Она сама решает, с кем быть. И её решение шокирует всех — в том числе их.
Когда тени прошлого настигают её, она делает выбор, который меняет всё.
— Ты не узнаёшь себя в зеркале?
— Нет. Я смотрю и вижу чужую. Ту, которая боится тишины, потому что в тишине слышно, как громко бьётся её сердце.
— Но ты улыбаешься.
— Потому что я наконец перестала врать. Себе. Им. Этой станции, которая стала моим домом.
— И что дальше?
— Дальше? Я хочу знать, сколько ещё «я» живёт внутри меня. И я хочу, чтобы они помогли мне их найти.
— Даже если это страшно?
— Нет. Это впервые не страшно. Это… честно.
— Нет. Я смотрю и вижу чужую. Ту, которая боится тишины, потому что в тишине слышно, как громко бьётся её сердце.
— Но ты улыбаешься.
— Потому что я наконец перестала врать. Себе. Им. Этой станции, которая стала моим домом.
— И что дальше?
— Дальше? Я хочу знать, сколько ещё «я» живёт внутри меня. И я хочу, чтобы они помогли мне их найти.
— Даже если это страшно?
— Нет. Это впервые не страшно. Это… честно.
— Я не узнаю себя, — сказала я, глядя в отражение на гладком металле. — Та девушка, что пришла на станцию... она бы никогда не осталась. Она бы убежала. Она бы спряталась за отчётами и правилами.
— Ты не спряталась, — ответил Кай, и его голос был твёрже, чем я ожидала. — Ты осталась. Ты выбрала нас. Но дело не в нас.
Я подняла голову, встретив его взгляд.
— Тогда в чём?
— В том, что ты наконец позволила себе быть настоящей. Не той, кем тебя учили быть, а той, кого ты всегда боялась увидеть.
— И что же я увидела? — прошептала я, чувствуя, как внутри дрожит что-то хрупкое.
Он шагнул ближе.
— Ты увидела, что быть сильной — это не значит контролировать всё. Это значит доверять. Отпускать. Позволять другим нести тебя, когда твои ноги подкашиваются. И ты это сделала. Ты не сломалась. Ты расправила крылья.
Я зажмурилась, потому что его слова проникали глубже любых прикосновений.
— А что дальше? — спросила я. — Что будет, когда я перестану бояться?
— Ты не спряталась, — ответил Кай, и его голос был твёрже, чем я ожидала. — Ты осталась. Ты выбрала нас. Но дело не в нас.
Я подняла голову, встретив его взгляд.
— Тогда в чём?
— В том, что ты наконец позволила себе быть настоящей. Не той, кем тебя учили быть, а той, кого ты всегда боялась увидеть.
— И что же я увидела? — прошептала я, чувствуя, как внутри дрожит что-то хрупкое.
Он шагнул ближе.
— Ты увидела, что быть сильной — это не значит контролировать всё. Это значит доверять. Отпускать. Позволять другим нести тебя, когда твои ноги подкашиваются. И ты это сделала. Ты не сломалась. Ты расправила крылья.
Я зажмурилась, потому что его слова проникали глубже любых прикосновений.
— А что дальше? — спросила я. — Что будет, когда я перестану бояться?
– Ну что, сладкая, готова к дегустации? – прошептал Фёдоров. – С чего начнём?
Он забрал из моих рук бокал шампанского и поднёс его к моим губам. Вторая ладонь скользила по платью вдоль груди. Прозрачное кружево почти сливалось с кожей и приятно скользило, усиливая ощущения.
– Что хочешь попробовать сегодня? – спросил Белов, подходя ко мне. Во взгляде Алексея было что-то особенно плотское, совсем не вязавшееся с его обычной холодностью.
––
В один вечер моя жизнь перевернулась с ног на голову. Теперь я кондитер в «Ноктюрне» и готовлюсь к участию в конкурсе, создавая собственный десерт под руководством шефа. Но бывший жених строит козни, пытаясь лишить меня всего. Мне предстоит последнее испытание, которое определит мою дальнейшую судьбу.
––
Он забрал из моих рук бокал шампанского и поднёс его к моим губам. Вторая ладонь скользила по платью вдоль груди. Прозрачное кружево почти сливалось с кожей и приятно скользило, усиливая ощущения.
– Что хочешь попробовать сегодня? – спросил Белов, подходя ко мне. Во взгляде Алексея было что-то особенно плотское, совсем не вязавшееся с его обычной холодностью.
––
В один вечер моя жизнь перевернулась с ног на голову. Теперь я кондитер в «Ноктюрне» и готовлюсь к участию в конкурсе, создавая собственный десерт под руководством шефа. Но бывший жених строит козни, пытаясь лишить меня всего. Мне предстоит последнее испытание, которое определит мою дальнейшую судьбу.
––
Выберите полку для книги