Книги по тегу «запретные отношения»: ""

Брат проиграл в карты больше, чем мы могли вернуть. Расплачиваться отправили меня — на море, в чужой дом, между двумя мужчинами, каждый из которых хотел меня по-своему.

— Потому что хочу услышать это от тебя. Не из-за брата. Из-за себя.
— Остаюсь, потому что сама не знаю, чего хочу, — сказала я. — Хочу уйти. Хочу остаться. Хочу тебя ненавидеть. И хочу почувствовать твои руки на себе.

Он не сказал ни слова. Просто ждал — так, будто у него было всё время мира, а у меня не осталось ни секунды.
Один предлагал спасение через деньги и брак. Второй — только тишину и правду о себе, которую я боялась произнести вслух.
Долг был не мой. Платить за него пришлось мне — и не деньгами, гордостью и здравым смыслом.

Три чемодана, разбитое сердце и открытая дверь клиники этажом ниже — вот всё, что осталось у Алисы после переезда к матери. И отчим, которого она помнила «фоном, который можно не замечать».

Пока мама на смене, дни превращаются в вечера без правил — только его голос, его тишина и кресло в кабинете, где нет места случайности.

— Ты сегодня была в моём кабинете.
Не вопрос. Утверждение.
— Да, — сказала она.
— И взяла журнал.
— Да.

Он не кричит. Не торопится. Он просто ждёт — и от этого страшнее всего.

Красный — стоп. Жёлтый — тише. Зелёный — она сама выбирает, как далеко зайти.

Но выбор, который делает тело, редко совпадает с тем, что велит совесть.

Она подписалась на эксперимент, чтобы вырваться из одиночества. Он был создан, чтобы исполнять желания. Но никто не предполагал, что их встреча изменит всё — включая саму природу реальности.
Страстная, нежная и опасная история о том, что любовь не знает границ — даже если одна из половин создана из силикона и микросхем. Готовы ли вы поверить, что машина способна на настоящие чувства?

Она строила стены. Он умел их разрушать.

Я думала, что контролирую всё: чертежи, карьеру, отношения. Никакой спонтанности, никаких «а что, если». Пока в мою жизнь не ворвался Даниил Северский — властный, дерзкий, пахнущий грозой мужчина, который с первой секунды посмотрел на меня так, будто уже знал, чем всё закончится.

Он — владелец строительной компании. Я — архитектор. Между нами — старая усадьба, полная тайн, и искра, которая вспыхнула раньше, чем я успела сказать «нет».

Теперь он ждет. Не давит, но каждое его слово — обещание. Каждый взгляд — вызов. И с каждым днем я всё ближе к тому, чтобы забыть о правилах, о женихе, о безопасной жизни.

Потому что самый сладкий момент — это когда контроль становится невозможным. Когда ты еще держишься, но уже знаешь, что упадешь.

Очень красивая, чувственная история. Легкое эро, высокое напряжение. От упавшего карандаша — до пожара, в котором сгорают все правила.

Отец Ульяны погиб, и его последняя воля — отдать дочь в дом криминального авторитета Яна. Здесь не говорят о чувствах, здесь решают судьбы. Ян старше, холоден и опасен. Он предлагает Ульяне сделку: брак с его сыном и безопасность. Но с первой минуты между ними проскальзывает нечто большее — ток, от которого немеют пальцы. Он не прикасается к ней, но каждую ночь стоит за дверью её спальни. Она не должна хотеть его. Он не имеет права хотеть её. Но когда Ульяна делает шаг в пропасть, Ян произносит слова, которые меняют всё:

— Ты уверена?
— Я уже сказала.
— Я не уйду потом, Ульяна. Если войду в твою комнату сегодня — не уйду никогда.
— Пусть.

Тёмный, чувственный роман о том, как в мире, где нет места любви, она становится единственной настоящей силой.

Наташа приезжает в Москву погостить у матери — и с первого взгляда понимает: муж матери смотрит на неё совсем не как отчим. Игорь — бывший авторитет, который держит район, страх и молчание вокруг себя. Бежать нужно немедленно. Вместо этого она остаётся.

— Что случилось?
— Я получил звонок. Мои проблемы возвращаются.
— Это опасно?
— Для тебя может быть опасно. Если кто-то узнает о нас… они могут использовать тебя.
— Я не боюсь.
— А я боюсь. Я не могу потерять тебя.

Чем глубже она входит в его мир, тем яснее видит: за каждой тайной Игоря стоит цена, которую придётся заплатить им обоим. И когда его прошлое настигнет их обоих, выбирать придётся не между любовью и страхом — а между тем, кем она была, и кем готова стать ради него.

Её муж мёртв, агентство разорено, банк звонит каждый день. У свёкра, которого она боялась больше всего на свете, есть предложение: месяц в его доме — уборка, готовка, полное подчинение — и долг исчезнет.

— Ты — домработница.
— Я знаю свои долги, Алексей Валентинович.
— Добро пожаловать в мой дом, Золушка.

Она думает, что унижение — это самое страшное, что случится в этом особняке. Она ошибается. У Алексея есть два друга, с которыми он тридцать лет делит всё: деньги, сделки, женщин. Теперь — её.

Три хищника. Одни правила на троих. И выбор, который никто не готов был ей дать: не выживать — а выбирать самой.

Первый рабочий день, новая должность, скромный рюкзак вместо дорогой сумки — обычная история. Пока за приоткрытой дверью переговорной я не услышала своё имя.

Три голоса. Три хозяина компании. И один разговор не для моих ушей.

— Выбор. Простой.
— Уходишь — мы забываем, что ты слышала.
— Остаёшься — узнаёшь, что значит работать на нас.

Я осталась.

Дима — тишина, которая давит сильнее крика. Лёша — холодный расчёт, за которым прячется что-то более тёплое. Макс — тот, кто берёт то, что хочет, и не извиняется за это.

Через три недели они назовут меня своей. Официально. При свидетелях. Но сначала мне придётся понять, где заканчивается работа и начинается то, от чего уже невозможно отказаться.

Пять лет я молчала. Пять лет смотрела, как он терпит мужа, который меня бьёт, и ничего не делает. А потом Кирилл умер — и через год пришло приглашение на его свадьбу. Не на мою. На его. Внизу, под типографским текстом, его почерком: «Ты ведь придёшь, Лиза?»

Я пришла. И на глазах у гостей он поцеловал меня — свою невестку, за минуту до того, как надел кольцо на палец другой.

— Если ты отойдёшь сейчас, — прошептал он, — я не остановлю тебя. Если уйдёшь из этого дома сейчас и никогда не вернёшься — приму это.

Я не отошла.

Свёкор. Генерал. Мужчина, который пять лет ждал, пока я перестану бояться. Теперь я в его доме — и его законная жена знает об этом раньше меня самой.

— Ты понимаешь, что делаешь? — спросил мужчина хрипло.
— Нет, — честно ответила я. — Но мне всё равно.
Он наклонился. Медленно, давая мне шанс отстраниться. Но я не отстранилась.

Виктор Андреевич. Сильный, сдержанный, уважаемый человек. И отец моего парня. Знала бы я сразу, что эта история закончится вот так…