Книги по тегу «запретные отношения»: ""

Ровена уже однажды отказалась стать покорной женой: сорвала навязанный брак и сама решила стать суженой неизвестного фейри. Рейнар получил приказ сохранить её честь и доставить в Весенний двор нетронутой.

Для молодого рыцаря это первое серьёзное поручение. Но у чужой невесты, которую ему доверили, зелёные глаза, рыжеватые волосы, упрямый рот и соблазнительные изгибы тела. Ему придётся охранять её не только от опасностей дороги, но и от самого себя.

Поцелуй нарушит его долг. Ночь вместе сорвёт её брак. Если Рейнар выберет Ровену, то рискует статусом и будущим в Ордене. Если не выберет — сам отдаст желанную женщину другому.

До Весеннего двора ещё далеко. Но с каждым днём Ровена всё меньше похожа на чужую невесту и всё больше — на искушение, за которое им обоим придётся заплатить всем, что у них есть.

Он — опасный преступник, которого боится вся тюрьма.
Я — его новая надзирательница.

Каэль привык нравиться женщинам. Улыбка, несколько красивых слов, чуть больше внимания и обычно он получает то, что хочет.

Но я слишком хорошо знаю, что стоит за его обаянием.

Поэтому, когда он начинает флиртовать со мной, я не поддаюсь. Наоборот, мне становится любопытно.

Я наблюдаю за ним, разбираю его уловки одну за другой и иногда даже подыгрываю, чтобы посмотреть, что он предпримет дальше.

Он пытается очаровать меня. Я позволяю ему думать, что у него получается.

Только постепенно наша игра становится слишком убедительной.

И однажды я замечаю, что уже не понимаю, кто из нас двоих действительно играет.

Это должно было быть самое лучшее лето в моей жизни. У нас с Кэт был грандиозный план по его захвату. Но неожиданное решение папы перечеркнуло всё, отправив меня в ссылку в новый город, в новую семью, где мне никто не рад. Я чувствовала себя совершенно одинокой и чужой, пока в моей жизни не появился Дима. Взрослый, уверенный, пробивающий любую броню, он становится моим главным искушением и глотком свободы. И теперь мы вместе исполняем мой план. Вот только я еще не знаю, чем эта игра закончится для меня.

Шибари — это не про боль. Это про доверие. Про то, как один человек отдаёт себя в руки другому, зная, что тот не причинит вреда. Про красоту линий на теле. Про геометрию, которая превращает человеческое тело в произведение искусства.
Я не был профессиональным доминантом. У меня не было рабынь на постоянной основе. Я практиковал с теми, кто приходил ко мне осознанно, кто понимал, на что идёт. Это была моя страсть, моя медитация, мой способ говорить с миром на языке, который не требовал слов.
Сегодня вечером я ждал гостью. Её звали Виктория. Двадцать четыре года. Художница-реставратор. Она написала мне три дня назад, после того как увидела мои работы на закрытой выставке. Не чертежи зданий — а фотографии. Те самые, с верёвками.
"Максим, здравствуйте. Меня зовут Виктория. Я видела ваши работы на выставке в галерее "Линия". Меня поразило не то, что на них изображено. А то, как. Как верёвка становится продолжением тела. Как линии создают смысл. Я художница. И я хочу понять..."

Я полюбила горячего южанина Кайла, но не стану его второй женщиной — прежде чем получить мое сердце и тело, ему придётся разорвать помолвку...
🌺 🌺 🌺
Сегодня я увидел северную птицу, — начиналось письмо. — Она летела низко, над самой водой, почти задевая ветки водных деревьев, и сердце моё дрогнуло, ибо я вспомнил твои слова об ивах. Ты говорила, что они склоняются к воде, как влюблённые к любимой, и птицы прячутся в их ветвях, как тайны прячутся в душе. Я стоял и смотрел на неё, и мне казалось, что она прилетела от тебя, что ветер принёс её ко мне как весточку. Знаю, глупо, но разве влюблённый рассуждает здраво? Разве сердце слушает разум?

— Ты пунктуальна. Это хорошо, — сказал он, отступая и жестом приглашая её войти.
Внутри особняк поражал. Тёмное дерево, тяжёлые портьеры цвета бордо, приглушённый свет массивных бра. Никакого минимализма, никаких ярких красок. Всё здесь дышало историей, строгостью и скрытой силой.
— Проходи в кабинет, — бросил он через плечо, закрывая дверь.
Алиса прошла по длинному коридору, её каблуки гулко стучали по паркету. Кабинет Максима был огромным. Стены от пола до потолка были заставлены книгами. В центре стоял массивный стол из чёрного дерева, а за ним — кожаное кресло.
— Закрой дверь на ключ, — раздался его голос за её спиной.
Алиса вздрогнула, повернулась. Максим стоял у двери, скрестив руки на груди. Его взгляд был непроницаем. Она подошла к двери, повернула тяжёлый латунный ключ и щёлкнула замком. Звук показался ей оглушительным в тишине дома.
— Подойди к столу, — скомандовал он.
Алиса повиновалась. Её ноги казались ватными, но разум был предельно ясен. Она встала перед его столо

Вера встала. Её чёрное шёлковое платье строгого кроя скользило по бедрам. Она знала, что выглядит безупречно: прямая спина, холодный взгляд, ни грамма суеты. Она пересекла зал, игнорируя взгляды других мужчин и женщин, и остановилась в шаге от Максима.
Он был выше её на голову. Тёмные волосы коротко подстрижены, челюсть напряжена, а глаза — серые, холодные, как сталь скальпеля — смотрели на неё без малейшего интереса.
— Вы Вера, — его голос был низким, ровным, без каких-либо эмоций. Это был не вопрос, а констатация факта.
— Да, — ответила она, глядя ему прямо в глаза. — И я хочу, чтобы вы провели со мной сессию.
Максим слегка наклонил голову, оценивающе оглядывая её с ног до головы.
— Вы пришли не туда, чтобы потешить своё эго, Вера. Здесь не дают медалей за то, что вы умеете держать лицо, когда вам больно.
— Я не за лицом пришла, — жёстко парировала она. — Я пришла доказать себе, что больше ничего не боюсь. Что у меня нет слабых мест. Говорят, вы лучший в этом клубе. Ломайте мен

Я смотрел ей вслед и замечал то, что не видели другие. Я видел, как сильно она сжимает планшет, так, что костяшки её пальцев белеют. Я видел, как едва заметно дрожат её плечи, когда она думает, что никто не смотрит. Виктория была женщиной, которая тратила колоссальное количество энергии на то, чтобы удерживать мир в подчинении. И я, со своей привычкой анализировать несущие конструкции, начал понимать одну простую, но шокирующую вещь: её фасад был слишком тяжёлым. Она устала быть сильной. Она отчаянно, до глубины души хотела, чтобы кто-то забрал у неё этот контроль.

Она попадает в дом, который наследуют два брата — один жёсткий, молчаливый, второй харизматичный, с садистскими нотками. Дом был их отцовским, и по его завещанию она тоже часть наследства. Братья не собираются делиться: каждый хочет забрать её себе. Но между ними — кровная связь, которая сильнее любой ревности. И однажды ночью они понимают: единственный способ не уничтожить друг друга — разделить её.
Они делили отца. Теперь делят её. И она не может выбрать — потому что ей нужны оба...

Бывший стрелок Кэш возвращается в город, который когда-то сжёг дотла. Теперь здесь живут богатые люди, мимо которых проходят поезда, а его имя стало легендой, которой пугают детей. Кэш ищет одну женщину — Сальму, владелицу борделя, которая двенадцать лет назад продала его брата в рабство. Он входит в её заведение, снимает комнату наверху и говорит: «Я никуда не уеду, пока ты не скажешь, где его кости». Она улыбается и отвечает: «Тогда ты останешься навсегда». Ночи в её постели горят сильнее, чем полынь в августе. Но Кэш знает: она пытается убить его так же, как убила его брата — не пулей, а телом. Вопрос в том, кто кого сожжёт первым...