Книги по тегу «запретные отношения»: ""
Я приехала знакомиться с родителями своего жениха. Узнала отца. Это был мужчина, с которым я провела три безумных дня на курорте год назад.
Он не сказал ни слова. Я — тоже. Но старые чувства вспыхнули с новой силой.
А потом он познакомил меня со своим партнёром. Красивым, дерзким, опасным.
Теперь я не знаю, кто из них мне нужен. Или нужны оба.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
Он не сказал ни слова. Я — тоже. Но старые чувства вспыхнули с новой силой.
А потом он познакомил меня со своим партнёром. Красивым, дерзким, опасным.
Теперь я не знаю, кто из них мне нужен. Или нужны оба.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
– Я дам тебе миллион, а ты сходишь со мной на свидание, – предлагает старший брат подруги, наглый и борзый кавказец с самомнением размером с Вселенную.
– Пф-ф, всего-то? – фыркаю в ответ. Я ожидала от него что-то в духе «раздеться и станцевать "Калинку" перед его друзьями».
– Конечно, нет, глупенькая. Дальше – ночь любви.
– Предложение отклоняется, – отвечаю, не задумываясь. – Первое: у меня есть гордость. Второе: я никогда не стану очередной девкой Сулеймана Каримова. Отвяжись! Что ты прицепился ко мне, как репей?
– А если гарантирую, что никто не узнает? – сощуривается нахал. – Сдавайся, сладкая! Всё равно ведь окажешься в моей постели…
– Пф-ф, всего-то? – фыркаю в ответ. Я ожидала от него что-то в духе «раздеться и станцевать "Калинку" перед его друзьями».
– Конечно, нет, глупенькая. Дальше – ночь любви.
– Предложение отклоняется, – отвечаю, не задумываясь. – Первое: у меня есть гордость. Второе: я никогда не стану очередной девкой Сулеймана Каримова. Отвяжись! Что ты прицепился ко мне, как репей?
– А если гарантирую, что никто не узнает? – сощуривается нахал. – Сдавайся, сладкая! Всё равно ведь окажешься в моей постели…
Я стою перед стеклянной дверью корпорации «Атлант» и боюсь так, что колени трясутся. Но внутри этого страха живет странный, запретный интерес к трем мужчинам, которые смотрят на меня как на добычу.
Я верю, что эта работа даст мне крышу над головой, деньги, свободу. И впервые за четыре года я знаю: Андрей не сможет меня здесь достать. Впервые в жизни я чувствую себя в безопасности.
Но почему же тогда при виде них, сердце замирает и бешенно пускается вскачь?
Я верю, что эта работа даст мне крышу над головой, деньги, свободу. И впервые за четыре года я знаю: Андрей не сможет меня здесь достать. Впервые в жизни я чувствую себя в безопасности.
Но почему же тогда при виде них, сердце замирает и бешенно пускается вскачь?
Отец моего парня просто сволочь! Заставил меня исчезнуть из жизни его сына, только вот не упомянул, что в его собственной жизни мое присутствие теперь обязательно...
В тексте есть:
💔 Горячие сцены
👔 Очень плохой и очень красивый мужчина
🔥 Запретные отношения
🌪️ Эмоциональные качели
💍 Хэппи-энд.
В тексте есть:
💔 Горячие сцены
👔 Очень плохой и очень красивый мужчина
🔥 Запретные отношения
🌪️ Эмоциональные качели
💍 Хэппи-энд.
Королева Элирия Вейл давно научилась не смеяться при дворе. Ее улыбка принадлежит трону, голос — законам, рука — будущему политическому браку, а сердце она похоронила еще в детстве, когда род Аркелей объявили предателями и стерли из истории.
Рен Аркель выжил.
Он потерял имя, титул и семью, а потом вернулся во дворец в красно-черной маске шута — человека, над которым дозволено смеяться всем. Всем, кроме королевы. Потому что Элирия узнает его слишком поздно. Или слишком рано.
Он пришел не за любовью. Он пришел узнать, предала ли его девочка, которая когда-то смотрела на него так, будто могла спасти.
Но чем ближе Рен подходит к трону, тем опаснее становится правда: Элирия любила его все эти годы. А он ненавидел королеву, не зная, что именно она однажды заплатила за его жизнь.
Теперь между ними — маска, корона, ложь Совета и чувство, которому не место при дворе.
Он смешит зал, чтобы скрыть боль.
Она правит королевством, чтобы не выдать сердце.
Рен Аркель выжил.
Он потерял имя, титул и семью, а потом вернулся во дворец в красно-черной маске шута — человека, над которым дозволено смеяться всем. Всем, кроме королевы. Потому что Элирия узнает его слишком поздно. Или слишком рано.
Он пришел не за любовью. Он пришел узнать, предала ли его девочка, которая когда-то смотрела на него так, будто могла спасти.
Но чем ближе Рен подходит к трону, тем опаснее становится правда: Элирия любила его все эти годы. А он ненавидел королеву, не зная, что именно она однажды заплатила за его жизнь.
Теперь между ними — маска, корона, ложь Совета и чувство, которому не место при дворе.
Он смешит зал, чтобы скрыть боль.
Она правит королевством, чтобы не выдать сердце.
Муж исчез. Деньги — тоже. А на пороге — его отец.
Опасный. Молчаливый. Он забирает её без объяснений и везёт в свой дом за высокими воротами. Причина — защита. Правда — сложнее.
Она не должна его хотеть. Он — отец её мужа. Старше на двадцать пять лет. Держит её, как держат то, что не собираются отдавать.
Но он не отпускает. И она не уходит.
— Ты дрожишь.
— Я боюсь.
— Чего?
— Тебя.
— Правильно, — говорит он.
И целует.
Жёсткая эротика. Доминирование. Опасный мужчина, который для неё одной — другой.
Опасный. Молчаливый. Он забирает её без объяснений и везёт в свой дом за высокими воротами. Причина — защита. Правда — сложнее.
Она не должна его хотеть. Он — отец её мужа. Старше на двадцать пять лет. Держит её, как держат то, что не собираются отдавать.
Но он не отпускает. И она не уходит.
— Ты дрожишь.
— Я боюсь.
— Чего?
— Тебя.
— Правильно, — говорит он.
И целует.
Жёсткая эротика. Доминирование. Опасный мужчина, который для неё одной — другой.
Моя мать живет с двумя братьями. Оба доктора, взрослые, опытные. В общем, у меня два отчима, ага.
Однажды, когда мне уже двадцать один, меня выселяют из общаги, и я возвращаюсь в родную квартиру. Теперь я живу не только с матерью, но и с отчимами. А потом случается такое, что переворачивает мою жизнь с ног на голову.
Эти дьяволы показывают мне, что такое грех.
Однажды, когда мне уже двадцать один, меня выселяют из общаги, и я возвращаюсь в родную квартиру. Теперь я живу не только с матерью, но и с отчимами. А потом случается такое, что переворачивает мою жизнь с ног на голову.
Эти дьяволы показывают мне, что такое грех.
Она пришла на собеседование секретаршей, чтобы выжить. Они — трое мужчин, которые привыкли всё контролировать. Лев — холодный и расчётливый, прячет травму за сталью голоса. Денис — огромный, грубый, с шрамами на руках, боится собственной силы. Андрей — мягкий, наблюдательный… он ждал её пять лет.
Кира думала, что ей нужна просто работа. Но в первый же день она услышала то, что не должна была:
— Она не просто секретарша. Она — наша лучшая инвестиция.
— И я не отдам её тебе.
Теперь у неё есть выбор: сбежать или остаться. Позволить им сломать себя — или научиться принимать их такими, какие они есть. Всех троих. Одновременно.
Это не просто роман о страхе и желании. Это история женщины, которая перестала быть серой мышью и решила, что имеет право хотеть. И быть желанной. По-настоящему.
Кира думала, что ей нужна просто работа. Но в первый же день она услышала то, что не должна была:
— Она не просто секретарша. Она — наша лучшая инвестиция.
— И я не отдам её тебе.
Теперь у неё есть выбор: сбежать или остаться. Позволить им сломать себя — или научиться принимать их такими, какие они есть. Всех троих. Одновременно.
Это не просто роман о страхе и желании. Это история женщины, которая перестала быть серой мышью и решила, что имеет право хотеть. И быть желанной. По-настоящему.
УПС! SOS!
Моим сексологом оказался бывший свекор!
— Ну не зажимайся, — просит он. — Рабочий момент.
— Я не смогу с вами… — лепечу.
— Мой сын совсем тебя сломал. Но ничего. Мы все исправим, дорогая.
— Мы?
— Угу. Сейчас позову гинеколога на подмогу.
Все становится и вовсе катастрофичным, когда оказывается, что гинеколог — это мой текущий свекор.
Черт!
Моим сексологом оказался бывший свекор!
— Ну не зажимайся, — просит он. — Рабочий момент.
— Я не смогу с вами… — лепечу.
— Мой сын совсем тебя сломал. Но ничего. Мы все исправим, дорогая.
— Мы?
— Угу. Сейчас позову гинеколога на подмогу.
Все становится и вовсе катастрофичным, когда оказывается, что гинеколог — это мой текущий свекор.
Черт!
Дарина подписывает фиктивный брак за четыреста тысяч на лечение матери — и думает, что торгуется с сыном. Но настоящий покупатель — его отец.
— Это фиктивный брак.
Он чуть улыбнулся. Без тепла.
— Фиктивный. Вы не с ним будете, Дарина. Вы будете со мной.
Два брата. Один даёт, другой берёт. И оба уверены, что она принадлежит им. Дарина выбирает не между любовью и деньгами — между двумя видами власти, и цена этого выбора растёт с каждой главой. Жёсткая эротика, где подчинение — не слабость, а решение, которое ещё аукнется.
— Это фиктивный брак.
Он чуть улыбнулся. Без тепла.
— Фиктивный. Вы не с ним будете, Дарина. Вы будете со мной.
Два брата. Один даёт, другой берёт. И оба уверены, что она принадлежит им. Дарина выбирает не между любовью и деньгами — между двумя видами власти, и цена этого выбора растёт с каждой главой. Жёсткая эротика, где подчинение — не слабость, а решение, которое ещё аукнется.
Выберите полку для книги