Книги по тегу «измена»: ""
— Ты правда рассталась с женихом? — спрашивает мама, как только я переступаю порог.
— Не то чтобы, — говорю я, кидая чемодан на пол. — Хотя да, теперь у него новая невеста.
— И ты решила тут спрятаться?
— Не спрятаться, а лечить сердце.
— Понятно… Ой, а это кто там у Зои Васильевны на крыше? — щурится мама.
Я подхожу и тоже смотрю в окно. А там тот, кто обещал вернуться двенадцать лет назад, и не вернулся.
— Никто, — вру я. — Сосед.
— Сосед, который обещал приехать и не вернулся?
— Мам, хватит.
— Я просто спросила.
— Не то чтобы, — говорю я, кидая чемодан на пол. — Хотя да, теперь у него новая невеста.
— И ты решила тут спрятаться?
— Не спрятаться, а лечить сердце.
— Понятно… Ой, а это кто там у Зои Васильевны на крыше? — щурится мама.
Я подхожу и тоже смотрю в окно. А там тот, кто обещал вернуться двенадцать лет назад, и не вернулся.
— Никто, — вру я. — Сосед.
— Сосед, который обещал приехать и не вернулся?
— Мам, хватит.
— Я просто спросила.
– Ты всегда была умной женщиной. Не превращайся сейчас в обиженную тетку, которая видит угрозу в каждой молодой юбке… Дай дорогу молодым, Тоня. Ты-то уже всё, неликвид.
– Я, значит, неликвид? А она?
– Она молодая. Свежая. Рядом с ней я чувствую… – муж замолкает, подбирая слово, и от этой паузы мне хочется швырнуть в него кружку. – Себя живым.
– Тогда разведись сначала, а потом чувствуй, что хочешь!
– Развода не будет, – говорит он напряженно. – А то вдруг Наталья окажется чокнутой, а я развелся с проверенным вариантом?
--------------
Но «проверенный вариант» выбрал развод. А муж выбрал подсунуть свою хамоватую любовницу в виде моей заместительницы. Он знал, что свой отдел я не брошу. И думал, что вытерплю все ее выкрутасы.
Ошибся.
Ну что ж, Марк Эдуардович, давайте посмотрим, кто выиграет эту битву? Неликвид, или «угроза в юбке»?
– Я, значит, неликвид? А она?
– Она молодая. Свежая. Рядом с ней я чувствую… – муж замолкает, подбирая слово, и от этой паузы мне хочется швырнуть в него кружку. – Себя живым.
– Тогда разведись сначала, а потом чувствуй, что хочешь!
– Развода не будет, – говорит он напряженно. – А то вдруг Наталья окажется чокнутой, а я развелся с проверенным вариантом?
--------------
Но «проверенный вариант» выбрал развод. А муж выбрал подсунуть свою хамоватую любовницу в виде моей заместительницы. Он знал, что свой отдел я не брошу. И думал, что вытерплю все ее выкрутасы.
Ошибся.
Ну что ж, Марк Эдуардович, давайте посмотрим, кто выиграет эту битву? Неликвид, или «угроза в юбке»?
— Вика? Ты там?
— Соня... — её голос был странным, каким-то надломленным. — Мне нужно... Господи, как же мне сказать тебе это...
Сердце ёкнуло. Я прислонилась к стене.
— Что случилось? Ты в порядке? Тебе нужна помощь?
— Со мной всё... Нет, не всё. Соня, я больше не могу так. Я не могу дальше жить с этим. Это убивает меня.
— Вика, ты меня пугаешь. Что происходит?
Снова тишина. Долгая, тягучая, как смола. Я слышала, как она сглатывает, как пытается собраться с духом.
— Максим... Твой Максим... Он... Господи, прости меня. Мы встречаемся. Уже четыре года.
Слова повисли в воздухе. Я не поняла их сразу — они будто отскочили от меня, не найдя места, куда приземлиться. Я стояла в коридоре родительского дома, держала телефон уха и не понимала, что только что услышала.
— Что? — мой голос был тихим, почти шёпотом.
— Мы с Максимом... Мы спим вместе. Четыре года, Соня. Я не хотела, клянусь, я не хотела, чтобы это случилось. Но это случилось, и я... Я больше не могу молчать.
— Соня... — её голос был странным, каким-то надломленным. — Мне нужно... Господи, как же мне сказать тебе это...
Сердце ёкнуло. Я прислонилась к стене.
— Что случилось? Ты в порядке? Тебе нужна помощь?
— Со мной всё... Нет, не всё. Соня, я больше не могу так. Я не могу дальше жить с этим. Это убивает меня.
— Вика, ты меня пугаешь. Что происходит?
Снова тишина. Долгая, тягучая, как смола. Я слышала, как она сглатывает, как пытается собраться с духом.
— Максим... Твой Максим... Он... Господи, прости меня. Мы встречаемся. Уже четыре года.
Слова повисли в воздухе. Я не поняла их сразу — они будто отскочили от меня, не найдя места, куда приземлиться. Я стояла в коридоре родительского дома, держала телефон уха и не понимала, что только что услышала.
— Что? — мой голос был тихим, почти шёпотом.
— Мы с Максимом... Мы спим вместе. Четыре года, Соня. Я не хотела, клянусь, я не хотела, чтобы это случилось. Но это случилось, и я... Я больше не могу молчать.
– Зачем ты мне такое говоришь про другую? – по щекам текли слезы, и я не в силах была их остановить.
– Ну не мог же я тебя беременную бросить, – равнодушно кидает муж, даже не глядя в мою сторону. – А теперь ты родила, и я даже год вытерпел. Пора мне быть с любимой женщиной.
– А я кто? – губы трясутся.
– Ты – мать моих детей, – кивнул Валера. – Не более. Квартиру я тебе оставлю, живите здесь. Дача тоже тебе, чтобы было где отдыхать. Активы в виде недвижки. И алименты разумеется. Ты хоть не любимая, но важная женщина.
Десять лет брака. Двое детей, младшей всего год. И муж заявляет мне, что у него есть любимая женщина.
Мы развелись.
А через полгода бывший объявился у меня на пороге со словами.
– У нас с Катей как-то не выходит… В общем, дочь я забираю, она все равно ещё маленькая. Не вспомнит кто ее настоящая мама. А ты сможешь ее навещать как крестная…
– Ну не мог же я тебя беременную бросить, – равнодушно кидает муж, даже не глядя в мою сторону. – А теперь ты родила, и я даже год вытерпел. Пора мне быть с любимой женщиной.
– А я кто? – губы трясутся.
– Ты – мать моих детей, – кивнул Валера. – Не более. Квартиру я тебе оставлю, живите здесь. Дача тоже тебе, чтобы было где отдыхать. Активы в виде недвижки. И алименты разумеется. Ты хоть не любимая, но важная женщина.
Десять лет брака. Двое детей, младшей всего год. И муж заявляет мне, что у него есть любимая женщина.
Мы развелись.
А через полгода бывший объявился у меня на пороге со словами.
– У нас с Катей как-то не выходит… В общем, дочь я забираю, она все равно ещё маленькая. Не вспомнит кто ее настоящая мама. А ты сможешь ее навещать как крестная…
— Подпиши, Алиса. После развода ты никто.
Мой муж сказал это спокойно. Почти равнодушно. Будто десять лет брака, двое детей, дом, который я собирала по кирпичику вместе с ним, и жизнь, отданная его успеху, можно перечеркнуть одной подписью.
Кирилл уже все решил.
Дом остается ему. Бизнес — ему. Деньги — по его усмотрению. Мне — квартира, компенсация и благодарность за то, что когда-то была удобной женой.
А дети, по его мнению, должны жить там, где стабильность. То есть с ним.
Он забыл только одно: я была рядом, когда у него не было ничего. Я продала свою квартиру, чтобы спасти его первый проект. Я вела переговоры, хранила документы, закрывала его ошибки и молчала, пока он превращал нашу общую жизнь в свою личную империю.
Теперь он хочет, чтобы я ушла тихо.
Без дома. Без права голоса. Без детей.
Но я больше не та женщина, которую можно вычеркнуть из семьи одной фразой.
Он сказал, что после развода я никто.
Значит, пришло время напомнить ему, кем я была до не
Мой муж сказал это спокойно. Почти равнодушно. Будто десять лет брака, двое детей, дом, который я собирала по кирпичику вместе с ним, и жизнь, отданная его успеху, можно перечеркнуть одной подписью.
Кирилл уже все решил.
Дом остается ему. Бизнес — ему. Деньги — по его усмотрению. Мне — квартира, компенсация и благодарность за то, что когда-то была удобной женой.
А дети, по его мнению, должны жить там, где стабильность. То есть с ним.
Он забыл только одно: я была рядом, когда у него не было ничего. Я продала свою квартиру, чтобы спасти его первый проект. Я вела переговоры, хранила документы, закрывала его ошибки и молчала, пока он превращал нашу общую жизнь в свою личную империю.
Теперь он хочет, чтобы я ушла тихо.
Без дома. Без права голоса. Без детей.
Но я больше не та женщина, которую можно вычеркнуть из семьи одной фразой.
Он сказал, что после развода я никто.
Значит, пришло время напомнить ему, кем я была до не
❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН! СКИДКА ПРЯМО СЕЙЧАС!❤️
— Дина, у меня рак, — говорит муж ровным, совсем бесстрастным тоном. – Четвертая стадия. Неоперабельная.
Мой мир рушится.
— Поэтому ты снял все деньги с семейного счета? На лечение? Господи, Андрей, мы найдем лучших врачей! Израиль, Германия. Я подниму все свои связи. С университета, с ординатуры, профессор Огнинский, он…
Андрей смотрит мне прямо в глаза.
— Поэтому я и хотел с тобой поговорить, Дина. Я подал на развод. Свой последний год я хочу провести с любимой женщиной — и эта женщина не ты.
— Развод! — сказал муж — Укачу с любовницей на Мальдивы! Буду пить шампанское на яхте, купаться в океане, пока не умру! А ты, женушка – толстая и неопрятная, давно напрашивалась на измену!
Только любимый муженек не учел, что совсем не болен, НУ СОВСЕМ ЗДОРОВ КАК БЫК, ну и я тогда не скажу ему об этом. А просто больно-больно отомщу! Обоим!
— Дина, у меня рак, — говорит муж ровным, совсем бесстрастным тоном. – Четвертая стадия. Неоперабельная.
Мой мир рушится.
— Поэтому ты снял все деньги с семейного счета? На лечение? Господи, Андрей, мы найдем лучших врачей! Израиль, Германия. Я подниму все свои связи. С университета, с ординатуры, профессор Огнинский, он…
Андрей смотрит мне прямо в глаза.
— Поэтому я и хотел с тобой поговорить, Дина. Я подал на развод. Свой последний год я хочу провести с любимой женщиной — и эта женщина не ты.
— Развод! — сказал муж — Укачу с любовницей на Мальдивы! Буду пить шампанское на яхте, купаться в океане, пока не умру! А ты, женушка – толстая и неопрятная, давно напрашивалась на измену!
Только любимый муженек не учел, что совсем не болен, НУ СОВСЕМ ЗДОРОВ КАК БЫК, ну и я тогда не скажу ему об этом. А просто больно-больно отомщу! Обоим!
Четырнадцать дней до нашей свадьбы.
Дверь в спальню приоткрыта. Я толкаю её.
Лунный свет падает на смятую простынь. Никита лежит на боку, спиной ко мне. Его рука небрежно, по-хозяйски лежит на девичьей талии. Из-за его плеча выглядывает лицо, которое я знаю с детства.
Карина.
Моя сводная сестра.
Её рука обвивает шею Никиты. Ее губы касаются его губ. Они замерли в поцелуе.
Дверь в спальню приоткрыта. Я толкаю её.
Лунный свет падает на смятую простынь. Никита лежит на боку, спиной ко мне. Его рука небрежно, по-хозяйски лежит на девичьей талии. Из-за его плеча выглядывает лицо, которое я знаю с детства.
Карина.
Моя сводная сестра.
Её рука обвивает шею Никиты. Ее губы касаются его губ. Они замерли в поцелуе.
— Ты меня ненавидишь?
— Больше, чем кого-либо.
— Тогда почему дрожишь, когда я подхожу?
Мой босс считает, что весь мир принадлежит ему.
Деньги. Власть. Люди.
Я стала единственной, кто отказался играть по его правилам.
Пока я пыталась пережить предательство любимого мужчины, мой босс Хан превращал мою работу в настоящее испытание. Он выводил меня из себя, заставлял спорить, ошибаться и чувствовать то, чего я чувствовать не должна.
Я поклялась держаться от него подальше.
Вот только некоторые мужчины слишком опасны, чтобы остаться просто начальниками.
История о предательстве, одержимости и любви, которая начинается с ненависти.
— Больше, чем кого-либо.
— Тогда почему дрожишь, когда я подхожу?
Мой босс считает, что весь мир принадлежит ему.
Деньги. Власть. Люди.
Я стала единственной, кто отказался играть по его правилам.
Пока я пыталась пережить предательство любимого мужчины, мой босс Хан превращал мою работу в настоящее испытание. Он выводил меня из себя, заставлял спорить, ошибаться и чувствовать то, чего я чувствовать не должна.
Я поклялась держаться от него подальше.
Вот только некоторые мужчины слишком опасны, чтобы остаться просто начальниками.
История о предательстве, одержимости и любви, которая начинается с ненависти.
Много лет Насте снится один и тот же сон: она бежит по зимнему лесу от белой рыси. Ей очень страшно, но рысь не видит её и проходит мимо. Однажды рысь во сне замечает Настю, и всё в её жизни меняется.
Настя подслушивает разговор своего мужа с его партнёром по бизнесу. Ставка в этом разговоре – она сама. Настя шокирована тем, на что соглашается её муж. Она сбегает, на свою беду прихватив папку мужа с документами. Она не знает, что её муж слишком многое поставил на кон, чтобы отпустить её просто так. На стороне мужа – связи и деньги, а на стороне Насти – тень белой рыси и одна тайна из её прошлого.
Настя подслушивает разговор своего мужа с его партнёром по бизнесу. Ставка в этом разговоре – она сама. Настя шокирована тем, на что соглашается её муж. Она сбегает, на свою беду прихватив папку мужа с документами. Она не знает, что её муж слишком многое поставил на кон, чтобы отпустить её просто так. На стороне мужа – связи и деньги, а на стороне Насти – тень белой рыси и одна тайна из её прошлого.
— Ты бесплодна, Лера. Пустоцвет, — бывший муж швыряет мне в лицо фальшивую карту. — Пять лет я жил с бракованной. Убирайся. Моя новая невеста беременна, она займет твое место в клинике. А ты уволена по статье. Пошла вон!
В один день я потеряла всё: брак, карьеру врача и честное имя. Свекровь и муж растоптали меня, подставив на смене, и выставили на улицу без гроша.
Но они не знали одного. Их диагноз — чудовищная ложь.
Узнав, что под сердцем уже бьется ребенок, я возвращаюсь, чтобы швырнуть бывшему в лицо тест с двумя полосками. Но прямо на глазах у толпы он с ухмылкой толкает меня со ступеней холла.
Я лечу вниз, прощаясь с жизнью малыша… пока у самого пола меня не подхватывают сильные, татуированные руки.
— Ты только что подписал себе смертный приговор, щегол, — Руслан Даваров, самый опасный, циничный и могущественный хирург страны, прижимает меня к своей груди. — Тронул мою женщину? Теперь я заберу у тебя всё.
Даваров — злейший враг моего бывшего. Он обещает уничтожить моих оби
В один день я потеряла всё: брак, карьеру врача и честное имя. Свекровь и муж растоптали меня, подставив на смене, и выставили на улицу без гроша.
Но они не знали одного. Их диагноз — чудовищная ложь.
Узнав, что под сердцем уже бьется ребенок, я возвращаюсь, чтобы швырнуть бывшему в лицо тест с двумя полосками. Но прямо на глазах у толпы он с ухмылкой толкает меня со ступеней холла.
Я лечу вниз, прощаясь с жизнью малыша… пока у самого пола меня не подхватывают сильные, татуированные руки.
— Ты только что подписал себе смертный приговор, щегол, — Руслан Даваров, самый опасный, циничный и могущественный хирург страны, прижимает меня к своей груди. — Тронул мою женщину? Теперь я заберу у тебя всё.
Даваров — злейший враг моего бывшего. Он обещает уничтожить моих оби
Выберите полку для книги
О чем пишут в книгах об измене?
В книгах об измене авторы исследуют различные аспекты этого сложного явления:
Причины, по которым люди изменяют своим партнерам.
Эмоциональные и психологические последствия измены для всех участников ситуации.
Социальные и моральные нормы, связанные с изменой.
Возможность прощения и примирения после измены.
Чем они волнуют?
Книги об измене волнуют читателей по нескольким причинам:
Измена - это распространенное явление, с которым сталкиваются многие люди. Чтение книг об измене может помочь читателям почувствовать себя менее одинокими и понять, что они не единственные, кто переживает подобные трудности.
Книги об измене могут помочь читателям лучше понять природу любви, верности и предательства.
Чтение книг об измене может помочь читателям проработать свои собственные переживания, связанные с изменой, и найти пути исцеления.
Почему нам нужно читать такие книги?
Есть несколько причин, почему вам может быть полезно читать книги об измене:
Книги об измене могут помочь вам лучше понять себя и свои отношения.
Чтение книг об измене может помочь вам справиться с болью и обидой, вызванными изменой.
Книги об измене могут помочь вам научиться прощать и двигаться дальше.
Чтение книг об измене может помочь вам стать более сострадательным и понимающим человеком.
Что в них интересного?
Книги об измене могут быть очень интересными по нескольким причинам:
Они часто рассказывают о сложных и неоднозначных персонажах, которые сталкиваются с трудными жизненными ситуациями.
Книги об измене могут быть очень эмоциональными и захватывающими.
Чтение книг об измене может помочь читателям расширить свой кругозор и лучше понять мир вокруг себя.