Книги по тегу «кавказская история любви»: ""
-Понравилось кувыркаться с моей женой?- спрашивает спокойно, даже отстраненно. Я бы за такое убил бы, не раздумывая, а он держится… пока…
-Да, Арсен, врать не буду, очень понравилось,- ответил и ухмыльнулся, сумев, наконец, вывернуться из захвата и поднять лицо на Капиева. Тут же получил со всего маху по морде его ногой. Мудак. Удары он наносит тоже бесчестно, как все делает в этом мире.
- Запомни, щенок. Я никогда ничего своего не отдаю. Никогда. Камила моя. Она не знает, что я в курсе о вашей связи. И не узнает. Прощу ей эту блажь. Но если еще раз появишься в ее жизни, не прощу… Убью сначала ее у тебя на глазах, а потом тебя пришлепну. Усёк?
Когда- то он украл ее у меня.
А теперь я заберу свое!
#Первая_любовь
#ПЕРВЫЙ РАЗ
#ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ
#ВСТРЕЧА СКВОЗЬ ГОДА
#ИЗМЕНА
#ОЧЕНЬ ОТКРОВЕННО
-Да, Арсен, врать не буду, очень понравилось,- ответил и ухмыльнулся, сумев, наконец, вывернуться из захвата и поднять лицо на Капиева. Тут же получил со всего маху по морде его ногой. Мудак. Удары он наносит тоже бесчестно, как все делает в этом мире.
- Запомни, щенок. Я никогда ничего своего не отдаю. Никогда. Камила моя. Она не знает, что я в курсе о вашей связи. И не узнает. Прощу ей эту блажь. Но если еще раз появишься в ее жизни, не прощу… Убью сначала ее у тебя на глазах, а потом тебя пришлепну. Усёк?
Когда- то он украл ее у меня.
А теперь я заберу свое!
#Первая_любовь
#ПЕРВЫЙ РАЗ
#ПЕРВАЯ ЛЮБОВЬ
#ВСТРЕЧА СКВОЗЬ ГОДА
#ИЗМЕНА
#ОЧЕНЬ ОТКРОВЕННО
Я всегда бегу. От дождя, от общения, от внимания. Для одногруппников я тихоня, которую никто не замечает. Но однажды я врезалась в дверь машины человека, похожа на босса мафии. «Нашли место для парковки», — возмутилась я и сбежала от греха подальше. Я думала, мы больше не увидимся. Ошиблась. Он оказался старшим братом мажора, в которого влюблена моя подруга, и хозяином роскошного особняка, куда меня затащили на вечернику… И теперь этот мужчина, от страха перед которым у меня трясутся поджилки, смотрит на меня так, будто я самая интересная загадка в его мире. Кажется, его способ «разгадать» меня мне не понравится…
— Станешь моей женой! — отрывисто чеканит этот варвар и сжимает пальцами мой подбородок.
В глазах плещется власть и похоть!
— Нет! Никогда! Мой отец...
— ... Твой отец продал тебя! — жестко впечатывает меня в свою каменную грудь.
Вскрикиваю и задыхаюсь от терпкости его парфюма.
— Мне. — Большим пальцем обводит мои приоткрытые губы.
— Я никогда. За. Тебя. Не выйду. — Вся трясусь от злости и клокочущего страха перед этим мужчиной.
— Значит, я сделаю тебя послушной! По-плохому!
В глазах плещется власть и похоть!
— Нет! Никогда! Мой отец...
— ... Твой отец продал тебя! — жестко впечатывает меня в свою каменную грудь.
Вскрикиваю и задыхаюсь от терпкости его парфюма.
— Мне. — Большим пальцем обводит мои приоткрытые губы.
— Я никогда. За. Тебя. Не выйду. — Вся трясусь от злости и клокочущего страха перед этим мужчиной.
— Значит, я сделаю тебя послушной! По-плохому!
– Шахин! Признаете ли вы, что взяли Айшат в качестве своей второй жены и члена своей семьи? - спрашивает имам.
– Я взял ее в качестве жены, и признаю это, - отчётливо признается муж.
Он это говорит при свидетелях. Все внутри у меня обрывается.
– Да, благословит Всевышний ваш никях. Пусть Аллах сделает твою жену благословенной для тебя, - имам завершает обряд.
А я до боли сжимаю тест с двумя долгожданными яркими полосками.
Я хотела мужу сказать, что беременна. Бежала к нему. Но опоздала. Он прямо сейчас проводит обряд никах с моей двоюродной сестрой. Я сделаю все, чтобы он не узнал о своем наследнике. Это моя святая тайна.
– Я взял ее в качестве жены, и признаю это, - отчётливо признается муж.
Он это говорит при свидетелях. Все внутри у меня обрывается.
– Да, благословит Всевышний ваш никях. Пусть Аллах сделает твою жену благословенной для тебя, - имам завершает обряд.
А я до боли сжимаю тест с двумя долгожданными яркими полосками.
Я хотела мужу сказать, что беременна. Бежала к нему. Но опоздала. Он прямо сейчас проводит обряд никах с моей двоюродной сестрой. Я сделаю все, чтобы он не узнал о своем наследнике. Это моя святая тайна.
— Вы краснеете, когда злитесь. Это прелестно.
— А у вас челюсть дергается, когда вы пытаетесь быть умным. Это печально.
— Боюсь, нам придётся видеться ежедневно. Поработаем над нашими… недостатками.
— Начните с себя. Перестаньте смотреть на меня, как на десерт.
— Но вы и есть десерт. Острый, с кислинкой. Мой любимый.
Я пришла работать в новую компания на должность пиар-директора. Новое место. Новые перспективы. Новые вызовы… И новый босс! Аслан Караев решил, что я стану его десертом и растаю под его пылкими взглядами. Не на ту напал! Служебные романы не для меня, к тому же у меня есть жених…
— А у вас челюсть дергается, когда вы пытаетесь быть умным. Это печально.
— Боюсь, нам придётся видеться ежедневно. Поработаем над нашими… недостатками.
— Начните с себя. Перестаньте смотреть на меня, как на десерт.
— Но вы и есть десерт. Острый, с кислинкой. Мой любимый.
Я пришла работать в новую компания на должность пиар-директора. Новое место. Новые перспективы. Новые вызовы… И новый босс! Аслан Караев решил, что я стану его десертом и растаю под его пылкими взглядами. Не на ту напал! Служебные романы не для меня, к тому же у меня есть жених…
Внутри всё просто горит.
У тебя ведь своих детей нет… Спасибо, что напомнила.
Я выхожу из дома, чувствуя, как кровь стучит в висках. Каждый шаг — ровный, размеренный. Снаружи я спокойный. Снаружи я — Алихан, которого боятся. А внутри хочется рвать.
Пять лет брака. Пять лет врачей, анализов, разговоров, которые я терпел, потому что мужчина должен быть взрослым. Потому что «так бывает». Потому что «Аллах даст, когда придет время». И вот эта русская ещё смеет говорить об этом.
Зря ты это сказала, девочка. Очень зря.
Потому что с этого момента всё внутри меня встаёт на свои места — жёстко, без сомнений и без сантиментов. Если Аллах не дал мне детей в первом браке значит, я возьму продолжение рода во втором.
Анна родила легко от моего брата. Значит, и от меня родит.
У тебя ведь своих детей нет… Спасибо, что напомнила.
Я выхожу из дома, чувствуя, как кровь стучит в висках. Каждый шаг — ровный, размеренный. Снаружи я спокойный. Снаружи я — Алихан, которого боятся. А внутри хочется рвать.
Пять лет брака. Пять лет врачей, анализов, разговоров, которые я терпел, потому что мужчина должен быть взрослым. Потому что «так бывает». Потому что «Аллах даст, когда придет время». И вот эта русская ещё смеет говорить об этом.
Зря ты это сказала, девочка. Очень зря.
Потому что с этого момента всё внутри меня встаёт на свои места — жёстко, без сомнений и без сантиментов. Если Аллах не дал мне детей в первом браке значит, я возьму продолжение рода во втором.
Анна родила легко от моего брата. Значит, и от меня родит.
Регина знала своё место. За прилавком. В тени. Пятьдесят четвертый размер — не тот, из-за которого мужчины оборачиваются. Бывший так и сказал, уходя: стройная девушка на руке — это статус. А ты...
Она не договорила за ним. Больно было и так.
Беслановы — два брата, два хозяина «Кавказского двора» — смотрели сквозь неё полтора года. Пока однажды вечером Аслан не остался после закрытия. Из-за накладной. Якобы.
Тридцать два граната. Не тридцать три.
Он солгал. Она знала. И всё равно не ушла.
Теперь её хотят оба.
Они не делят её. Они делят её на двоих.
Кавказцы не выбрасывают своих женщин. Они забирают. Навсегда.
18+ Жёсткая эротика. Два альфа-героя. Для тех, кто хочет большего, чем один мужчина может дать.
Она не договорила за ним. Больно было и так.
Беслановы — два брата, два хозяина «Кавказского двора» — смотрели сквозь неё полтора года. Пока однажды вечером Аслан не остался после закрытия. Из-за накладной. Якобы.
Тридцать два граната. Не тридцать три.
Он солгал. Она знала. И всё равно не ушла.
Теперь её хотят оба.
Они не делят её. Они делят её на двоих.
Кавказцы не выбрасывают своих женщин. Они забирают. Навсегда.
18+ Жёсткая эротика. Два альфа-героя. Для тех, кто хочет большего, чем один мужчина может дать.
— Вы зачем это делаете? – застыла, когда смуглые мужские пальцы потянулись к пряжке ремня. – Я просто пролила кофе! Случайно! Вы не так поняли!
Господи, этот лев меня тут сейчас растерзает!
В тишине прозвучал щелчок пряжки.
Босс хрипло усмехнулся. И его густой голос заполнил кабинет:
— Я терпел долго. Но ты давно уже напрашиваешься, девочка, — он шагнул на меня. — Снимай эти тряпки, Карина. Или я сам их сорву.
Мою сестру зовут Карина, и мы близнецы. Она заболела и умоляла подменить ее на работе, но не сказала мне одного:
Все это время она пыталась соблазнить своего босса – сурового кавказского предпринимателя Аслана Алиева.
И сегодня.
Когда я пришла вместо нее на работу.
Этот горячий мужчина не выдержал.
И захотел взять свое.
Господи, этот лев меня тут сейчас растерзает!
В тишине прозвучал щелчок пряжки.
Босс хрипло усмехнулся. И его густой голос заполнил кабинет:
— Я терпел долго. Но ты давно уже напрашиваешься, девочка, — он шагнул на меня. — Снимай эти тряпки, Карина. Или я сам их сорву.
Мою сестру зовут Карина, и мы близнецы. Она заболела и умоляла подменить ее на работе, но не сказала мне одного:
Все это время она пыталась соблазнить своего босса – сурового кавказского предпринимателя Аслана Алиева.
И сегодня.
Когда я пришла вместо нее на работу.
Этот горячий мужчина не выдержал.
И захотел взять свое.
– Что ты здесь делаешь? - спрашиваю бывшую, которая восстала перед моими глазами прямо во время свадебной фотосессии. - У тебя ребенок, два, три. Ого, поздравляю.
В один заход три. И кто же этот папаша герой? На кого она меня променяла?
И невинная просьба.
– Присмотри за ними.
– Кто папа с тем и оставляй. У меня свадьба, как видишь, - выдаю ей правду.
Да, я пытаюсь начать с белого листа.
– Вот я и оставляю. Всего лишь на час.
Целый час с детьми бывшей? Хотя, чем больше я смотрю на них, то в голове зарождаются подозрения.
– Дети, вы чьи?
– Мамины. А папа где-то шляется.
В один заход три. И кто же этот папаша герой? На кого она меня променяла?
И невинная просьба.
– Присмотри за ними.
– Кто папа с тем и оставляй. У меня свадьба, как видишь, - выдаю ей правду.
Да, я пытаюсь начать с белого листа.
– Вот я и оставляю. Всего лишь на час.
Целый час с детьми бывшей? Хотя, чем больше я смотрю на них, то в голове зарождаются подозрения.
– Дети, вы чьи?
– Мамины. А папа где-то шляется.
Мы женаты двадцать лет, но я так и не родила мужу сына. А узнав, что подруга дочери беременна от него – сбежала из дома. Но муж не желает мирится с моим побегом. Что мне делать? Прятаться или простить его и принять вторую жену и ребенка от другой?
***
- Гульназ! Ты где? – рявкает муж в динамик телефона. – Что за игры?
- Это не игры, Алишер. Я ушла от тебя. Ты перешёл границы.
- Что значит ты ушла? Ты вообще соображаешь, что натворила? Моя жена не ночевала дома, и никто не знает где ты!
- Ты переживал? – спрашиваю с ехидцей. – Боишься, что ушла к другому мужчине?
- Гульназ, ты в себе вообще?
Ха-ха, он думает я спятила? Не верит, что могу уйти?
- Не ищи меня, Алишер, - уже приказываю, а у самой сердце разрывается при мысли что нам придется расстаться. Что другая будет ему женой.
- Я в последний раз спрашиваю тебя, Гульназ, - рычит от нетерпения. – Куда ты делась? Я ведь найду тебя и накажу! Ты моя жена и не смеешь от меня убегать.
- Это временно! Я подам на развод!
***
- Гульназ! Ты где? – рявкает муж в динамик телефона. – Что за игры?
- Это не игры, Алишер. Я ушла от тебя. Ты перешёл границы.
- Что значит ты ушла? Ты вообще соображаешь, что натворила? Моя жена не ночевала дома, и никто не знает где ты!
- Ты переживал? – спрашиваю с ехидцей. – Боишься, что ушла к другому мужчине?
- Гульназ, ты в себе вообще?
Ха-ха, он думает я спятила? Не верит, что могу уйти?
- Не ищи меня, Алишер, - уже приказываю, а у самой сердце разрывается при мысли что нам придется расстаться. Что другая будет ему женой.
- Я в последний раз спрашиваю тебя, Гульназ, - рычит от нетерпения. – Куда ты делась? Я ведь найду тебя и накажу! Ты моя жена и не смеешь от меня убегать.
- Это временно! Я подам на развод!
Выберите полку для книги