Книги по тегу «короткий любовный роман»: ""
- Ну что ж Вы, фиолетовая девушка, дистанцию не соблюдаете? – спрашивает это спортивно сложенное хамло. Еще и сразу с моего цвета волос придираться начал!
- Это не я дистанцию не соблюдаю! Это Вы резко тормозите! – вырывается у меня злобно.
- Я тормозил, потому что мне под колеса мальчишка рванул, прямо по вот этому, - показывает рукой на знак, - пешеходному переходу, а он хоть и не регулируемый, но я обязан был остановиться! Так что это Вы здесь единственная фиолетовая коро…- он запинается, замечая, как я взглядом уже его четвертую, - хотел сказать, фиолетовая королева автодороги, которая не справилась с управлением и не соблюла дистанцию…
- Это не я дистанцию не соблюдаю! Это Вы резко тормозите! – вырывается у меня злобно.
- Я тормозил, потому что мне под колеса мальчишка рванул, прямо по вот этому, - показывает рукой на знак, - пешеходному переходу, а он хоть и не регулируемый, но я обязан был остановиться! Так что это Вы здесь единственная фиолетовая коро…- он запинается, замечая, как я взглядом уже его четвертую, - хотел сказать, фиолетовая королева автодороги, которая не справилась с управлением и не соблюла дистанцию…
- Ты..., ты устроил все это? - дрожащим голосом переспрашивала Аня, сжимая пальцами подол подвенечного платья. - Ты чуть не убил моего отца!
- А что мне оставалось делать? Я сразу сказал, что неприемлю отказа, - наступая вперед с холодящей усмешкой, проговорил Корнев.
- Ты ненормальный! Ты больной! — выкрикивала ему в лицо Анна. — Я ни за что не буду с тобой! Я не стану твоей никогда, ясно?!
Корнев тут же переменился в лице: глаза вспыхнули, как два кратера бурлящего вулкана, ноздри раздулись, а желваки заходили.
- Неужели ты еще не поняла, что ты уже моя. От макушки до пяток. Со всеми потрохами, - самодовольно насмехался Корнев, уже зная, чем сейчас всё закончится...
Аня мечтала о большой и светлой любви, храня свое сердце и тело для того самого..., вот только на ее пути встретился не принц на белом коне, а самый настоящий всадник Апокалипсиса.
- А что мне оставалось делать? Я сразу сказал, что неприемлю отказа, - наступая вперед с холодящей усмешкой, проговорил Корнев.
- Ты ненормальный! Ты больной! — выкрикивала ему в лицо Анна. — Я ни за что не буду с тобой! Я не стану твоей никогда, ясно?!
Корнев тут же переменился в лице: глаза вспыхнули, как два кратера бурлящего вулкана, ноздри раздулись, а желваки заходили.
- Неужели ты еще не поняла, что ты уже моя. От макушки до пяток. Со всеми потрохами, - самодовольно насмехался Корнев, уже зная, чем сейчас всё закончится...
Аня мечтала о большой и светлой любви, храня свое сердце и тело для того самого..., вот только на ее пути встретился не принц на белом коне, а самый настоящий всадник Апокалипсиса.
Представляю вашему вниманию сборник из пяти рассказов о настоящих чувствах, проверенных временем и расстоянием
— Антон? Что-то случилось? Я ужин приготовила, твоё любимое блюдо…
— Ничего не случилось, — он залпом выпил беленькую, скривился и поставил стопку на комод. — То есть случилось. Нам надо поговорить.
Сердце ухнуло куда-то вниз, в самый живот. Я медленно опустила крышку пианино. В тишине квартиры этот звук прозвучал как удар.
— Я ухожу, — сказал он. Просто и буднично, глядя куда-то мимо меня, на узор на ковре. — Я ухожу от тебя. К другой женщине.
Четыре слова. Всего четыре слова, произнесенные моим мужем в нашей гостиной, пока на кухне остывал его любимый ужин. Они не были сказаны на крике. Антон произнес их так, как будто сообщил, что в магазине не было хлеба. И от этого было еще страшнее. Ещё горше.
— Что?! — я не узнала свой голос. Он стал тонким и чужим.
— К Еве, — произнес он имя, как будто это что-то объясняло. — Моя помощница. Она… с ней всё по-другому. Мы в одном ритме живем, понимаешь? Я устал от этой тишины, от одного и того же дня. Я жить хочу.
— Ничего не случилось, — он залпом выпил беленькую, скривился и поставил стопку на комод. — То есть случилось. Нам надо поговорить.
Сердце ухнуло куда-то вниз, в самый живот. Я медленно опустила крышку пианино. В тишине квартиры этот звук прозвучал как удар.
— Я ухожу, — сказал он. Просто и буднично, глядя куда-то мимо меня, на узор на ковре. — Я ухожу от тебя. К другой женщине.
Четыре слова. Всего четыре слова, произнесенные моим мужем в нашей гостиной, пока на кухне остывал его любимый ужин. Они не были сказаны на крике. Антон произнес их так, как будто сообщил, что в магазине не было хлеба. И от этого было еще страшнее. Ещё горше.
— Что?! — я не узнала свой голос. Он стал тонким и чужим.
— К Еве, — произнес он имя, как будто это что-то объясняло. — Моя помощница. Она… с ней всё по-другому. Мы в одном ритме живем, понимаешь? Я устал от этой тишины, от одного и того же дня. Я жить хочу.
– Я любовница вашего мужа.
Женщина в дорогом пальто стоит на пороге.
– Полгода уже. Он говорит, что на совещании, но на самом деле в моей постели.
– Уходите.
Она показывает фотографии их интимной близости на телефоне.
– Вы сами оттолкнули его. Сами заставили искать утешение. Так что не изображайте жертву. Вы создали эту ситуацию своей депрессией.
– Что вы хотите?
– Чтобы вы поставили его перед выбором. Не буду тратить лучшие годы на женатого мужчину, который не может определиться.
Рак груди. Смерть родителей. Борьба за жизнь. И любовница мужа в моей гостиной, обвиняющая меня в том, что я сама виновата в его измене.
Женщина в дорогом пальто стоит на пороге.
– Полгода уже. Он говорит, что на совещании, но на самом деле в моей постели.
– Уходите.
Она показывает фотографии их интимной близости на телефоне.
– Вы сами оттолкнули его. Сами заставили искать утешение. Так что не изображайте жертву. Вы создали эту ситуацию своей депрессией.
– Что вы хотите?
– Чтобы вы поставили его перед выбором. Не буду тратить лучшие годы на женатого мужчину, который не может определиться.
Рак груди. Смерть родителей. Борьба за жизнь. И любовница мужа в моей гостиной, обвиняющая меня в том, что я сама виновата в его измене.
И тут я услышала его смех.
Очень характерный — с этим дурацким придыханием, которое я могла бы узнать из тысячи.
Я машинально замолчала и остановилась.
Смех повторился — вперемешку с женским голосом. Тихим, игривым.
Антон.
Что он здесь делает? Его отдел на восьмом этаже, он никогда не спускался на седьмой...
Пошла на звук.
На одной из дверей висела табличка "Комната отдыха".
Изнутри доносились приглушённые голоса и короткий смех. Женский. Мужской. Мужской — его.
Я могла развернуться к лифту и сделать вид, что ничего не слышала. Так я жила последние годы — не задавая лишних вопросов, чтобы не услышать лишних ответов.
Но сегодня было другое настроение.
Я толкнула дверь.
Очень характерный — с этим дурацким придыханием, которое я могла бы узнать из тысячи.
Я машинально замолчала и остановилась.
Смех повторился — вперемешку с женским голосом. Тихим, игривым.
Антон.
Что он здесь делает? Его отдел на восьмом этаже, он никогда не спускался на седьмой...
Пошла на звук.
На одной из дверей висела табличка "Комната отдыха".
Изнутри доносились приглушённые голоса и короткий смех. Женский. Мужской. Мужской — его.
Я могла развернуться к лифту и сделать вид, что ничего не слышала. Так я жила последние годы — не задавая лишних вопросов, чтобы не услышать лишних ответов.
Но сегодня было другое настроение.
Я толкнула дверь.
– Это так ты решил мне сообщить, что мы расстаемся?
Красное кружевное белье размера S падает мне в руки. Я ношу M. Валентин знает это идеально – за десять лет брака ни разу не ошибся с размером.
– Для кого ты купил это белье?
Муж смотрит прямо в глаза, ни тени сомнения:
– Для тебя. Для моей жены.
Первое января. Утро, когда должны быть подарки и объятия. Вместо этого откровенный комплект для чужого тела и безупречная ложь человека, который умеет продавать что угодно кому угодно.
Но потом я застала его лично. Больше он не сможет юлить
Красное кружевное белье размера S падает мне в руки. Я ношу M. Валентин знает это идеально – за десять лет брака ни разу не ошибся с размером.
– Для кого ты купил это белье?
Муж смотрит прямо в глаза, ни тени сомнения:
– Для тебя. Для моей жены.
Первое января. Утро, когда должны быть подарки и объятия. Вместо этого откровенный комплект для чужого тела и безупречная ложь человека, который умеет продавать что угодно кому угодно.
Но потом я застала его лично. Больше он не сможет юлить
Я была ведущим риэлтором агентства недвижимости. Мои сделки приносили компании хорошую прибыль, а клиенты всегда оставались довольными. Я была уверена, что место заместителя директора по праву моё. Но босс решил иначе: повышение получила другая девушка без единой сделки, зато с влиятельным отцом.
В тот же день я написала заявление об увольнении. Моя новая цель — стать независимым риэлтором и доказать, что я могу не просто выжить, а затмить бывшую компанию. Теперь я — опасный конкурент, который знает все её слабые места. Моё оружие — профессионализм, а цель — доказать боссу, какую ошибку он совершил.
Но в мире бизнеса всё переплетено. Наши пути снова пересекаются на самой громкой и прибыльной сделке сезона. Соперничество накаляется, старые обиды всплывают, а между нами проскакивает искра, которую никак нельзя допустить... Или можно?
В тот же день я написала заявление об увольнении. Моя новая цель — стать независимым риэлтором и доказать, что я могу не просто выжить, а затмить бывшую компанию. Теперь я — опасный конкурент, который знает все её слабые места. Моё оружие — профессионализм, а цель — доказать боссу, какую ошибку он совершил.
Но в мире бизнеса всё переплетено. Наши пути снова пересекаются на самой громкой и прибыльной сделке сезона. Соперничество накаляется, старые обиды всплывают, а между нами проскакивает искра, которую никак нельзя допустить... Или можно?
У меня было простое задание – свидетельница на свадьбе моей бывшей начальницы. Я крутилась, стараясь всё устроить, но когда я случайно в туалете своей сумочкой вырубила свидетеля, то всё пошло не так.
Черепно-мозговая травма и сотрясение, вот с чем угрожает Ян Змеев обратиться в суд, если я не выполню все его желания.
Первое – это стать его личной, готовой на всё, помощницей, а что будет дальше, я даже боюсь представить.
Как же мне заклинать этого змея-искусителя?!
Черепно-мозговая травма и сотрясение, вот с чем угрожает Ян Змеев обратиться в суд, если я не выполню все его желания.
Первое – это стать его личной, готовой на всё, помощницей, а что будет дальше, я даже боюсь представить.
Как же мне заклинать этого змея-искусителя?!
Я выиграла его на аукционе за полмиллиона. Он думает, я наивная фанатка. Не подозревает, что моя задача — выведать его слабые места для чужих людей. Три свидания, чтобы раскрыть его настоящего. А у него свой план: три свидания, чтобы доказать, что за маской циника прячется мужчина, от которого у меня перехватывает дыхание. На третьем всё станет ясно. Честно, напряжение до хруста, химия такая, что воздух плавится — и вы не оторвётесь до последней страницы.
Выберите полку для книги