Книги по тегу «настоящая любовь»: ""
‼️ЗАВЕРШЕНО‼️
— А ты чей, командир? — смеясь, спрашивает мужчина.
— Я мамин! — гордо заявляет сын. — Меня зовут Денис Андр-р-реевич Смир-р-нов. А тебя?
— Андрей Константинович Звягинцев.
— Тоже Андрей? Прям как моего папу! Ты знаешь его?
— Смирнов... — Андрей задумчиво повторяет фамилию. — Я не помню у нас такого, прости, малыш.
— Жалко, — вздыхает сынок, опустив голову. — Я бы хотел увидеть папу.
— А где твой папа? — уже серьёзно спрашивает Звягинцев.
Пять лет назад я ухаживала в госпитале за крупным, как медведь, майором спецназа с позывным «Малыш». Перед командировкой он велел не ждать его. Узнала, что беременна, но не смогла ему сказать.
Через год мне сообщили, что майор пропал без вести и, скорее всего, погиб. Я похоронила его и научилась жить одна. Растила сына, училась на хирурга и перестала надеяться. Но сегодня я приехала на юбилей к дяде-генералу. Один из его сослуживцев подхватывает моего сына, когда тот падает, а у меня подкашиваются ноги…
— А ты чей, командир? — смеясь, спрашивает мужчина.
— Я мамин! — гордо заявляет сын. — Меня зовут Денис Андр-р-реевич Смир-р-нов. А тебя?
— Андрей Константинович Звягинцев.
— Тоже Андрей? Прям как моего папу! Ты знаешь его?
— Смирнов... — Андрей задумчиво повторяет фамилию. — Я не помню у нас такого, прости, малыш.
— Жалко, — вздыхает сынок, опустив голову. — Я бы хотел увидеть папу.
— А где твой папа? — уже серьёзно спрашивает Звягинцев.
Пять лет назад я ухаживала в госпитале за крупным, как медведь, майором спецназа с позывным «Малыш». Перед командировкой он велел не ждать его. Узнала, что беременна, но не смогла ему сказать.
Через год мне сообщили, что майор пропал без вести и, скорее всего, погиб. Я похоронила его и научилась жить одна. Растила сына, училась на хирурга и перестала надеяться. Но сегодня я приехала на юбилей к дяде-генералу. Один из его сослуживцев подхватывает моего сына, когда тот падает, а у меня подкашиваются ноги…
Дружба длиной в двадцать лет или слепая зона любви?
Алена Кушнир и Артём Князев были друзьями, сколько себя помнили. Общее детство, семейные посиделки, суровое взросление в спортивном интернате, а теперь и работа в хоккейном клубе «Дьяволы».
«Счастливчики…» – завистливо шептали им в спины.
Но у этой идеальной дружбы оказалась «слепая зона», из которой выбраться помог случай. Одна игра в «бутылочку»… Один неудачный фант и «слабо», на которое их взяли друзья. Всё это должно было стать шуткой! Но оказалось началом конца…
Дружба или отношения? Неловкость или безумное влечение? Любовь или привычка?
Они ещё не поняли, но сами загнали себя в капкан чувств. А оттуда не убежать…
— Никто не верит в нашу дружбу, Артём, — еле слышно прошептала я. — А после вчерашнего поцелуя в неё не верю даже я.
— И что же это?
— Привычка. Дурная привычка… Я всех мужиков сравниваю с тобой. А ты увяз в одноразовых связях. Мы портим друг другу жизнь! Это капкан!
Алена Кушнир и Артём Князев были друзьями, сколько себя помнили. Общее детство, семейные посиделки, суровое взросление в спортивном интернате, а теперь и работа в хоккейном клубе «Дьяволы».
«Счастливчики…» – завистливо шептали им в спины.
Но у этой идеальной дружбы оказалась «слепая зона», из которой выбраться помог случай. Одна игра в «бутылочку»… Один неудачный фант и «слабо», на которое их взяли друзья. Всё это должно было стать шуткой! Но оказалось началом конца…
Дружба или отношения? Неловкость или безумное влечение? Любовь или привычка?
Они ещё не поняли, но сами загнали себя в капкан чувств. А оттуда не убежать…
— Никто не верит в нашу дружбу, Артём, — еле слышно прошептала я. — А после вчерашнего поцелуя в неё не верю даже я.
— И что же это?
— Привычка. Дурная привычка… Я всех мужиков сравниваю с тобой. А ты увяз в одноразовых связях. Мы портим друг другу жизнь! Это капкан!
— Стоять! — шарахаюсь от громогласного голоса. — Подсматривала?
— Нет, — оборачиваюсь, вижу ЕГО в черном халате с поясом в районе паха.
— Увижу в своей спальне — выпорю…
— Надо потише стонать!
От моей дерзости у кареглазого варвара отпала челюсть. Тоном победительницы добиваю его:
— И я не прислуга, а гостья твоей сестры!
Его черные глаза зло сужаются. С нарастающей дрожью понимаю, какую ошибку совершила…
Я сбежала из под венца, чем сорвала планы отца. Попросила помощи у подруги, но не учла, что в их доме живет ее старший брат. Это чудовище решило, что я тоже в его власти. Но я просто так не сдамся…
— Нет, — оборачиваюсь, вижу ЕГО в черном халате с поясом в районе паха.
— Увижу в своей спальне — выпорю…
— Надо потише стонать!
От моей дерзости у кареглазого варвара отпала челюсть. Тоном победительницы добиваю его:
— И я не прислуга, а гостья твоей сестры!
Его черные глаза зло сужаются. С нарастающей дрожью понимаю, какую ошибку совершила…
Я сбежала из под венца, чем сорвала планы отца. Попросила помощи у подруги, но не учла, что в их доме живет ее старший брат. Это чудовище решило, что я тоже в его власти. Но я просто так не сдамся…
– Яна… Пришла? А теперь вали на все четыре стороны, – произносит муж. Лениво, с растяжкой, как кот на солнце. – Это больше не твой дом. Здесь живёт Женя.
– Кто живет? – смотрю на запертую дверь, сжимая в ладони телефон.
– Моя девушка! Вот кто. Теперь она живет в этой квартире. А ты можешь больше не приходить.
У меня глаза округляются. Что этот идиот несет? Это наша квартира, которую мы купили в браке!
– Дима, сейчас же открой дверь! Со мной Варя, – задыхаюсь. – Она болеет. Ей всего шесть!
– Кто живет? – смотрю на запертую дверь, сжимая в ладони телефон.
– Моя девушка! Вот кто. Теперь она живет в этой квартире. А ты можешь больше не приходить.
У меня глаза округляются. Что этот идиот несет? Это наша квартира, которую мы купили в браке!
– Дима, сейчас же открой дверь! Со мной Варя, – задыхаюсь. – Она болеет. Ей всего шесть!
— Вы… вы с ума сошли, Кировец? — сиплым голосом спрашиваю я прижимая к себе утюг, который пыталась только что отбиваться от бывшего. — Вы его чуть не убили!
— Не убил, — нагло усмехнулся шкаф бандитской наружности, что живёт этажом выше. — Только провел разъяснительную беседу. Доброе утро, Марина Валерьевна. С Днем знаний вас, что ли?
***
Первое сентября день знаний, а меня — день проблем.
Первая проблема в том, что когда-то я вышла замуж за человека, которого нужно было обходить десятой дорогой. Но я смогла выйти из этого брака, вот только он с меня — нет.
Вторая проблема уже заключается в том, что в моё утро врывается сосед сверху двухметровый шкаф с татуировками, от которого шарахается весь район, и помог решить проблему номер один да пару секунд.
А третья проблема ждала меня на школьной линейке. Но это… вы узнаете, когда прочитаете мою историю!
— Не убил, — нагло усмехнулся шкаф бандитской наружности, что живёт этажом выше. — Только провел разъяснительную беседу. Доброе утро, Марина Валерьевна. С Днем знаний вас, что ли?
***
Первое сентября день знаний, а меня — день проблем.
Первая проблема в том, что когда-то я вышла замуж за человека, которого нужно было обходить десятой дорогой. Но я смогла выйти из этого брака, вот только он с меня — нет.
Вторая проблема уже заключается в том, что в моё утро врывается сосед сверху двухметровый шкаф с татуировками, от которого шарахается весь район, и помог решить проблему номер один да пару секунд.
А третья проблема ждала меня на школьной линейке. Но это… вы узнаете, когда прочитаете мою историю!
Захожу в кабинет, пролистывая документы в руках.
Как вдруг…
До тонкого слуха доносится шум.
За моим столом, на моём кресле, в моей зоне власти сидит… светловолосая девчушка лет пяти.
Похоже, тётушка в своем желании поскорее женить меня пошла дальше. Решила сделать меня нянькой.
— Девочка, а ты, случайно, не работу здесь ищешь? — спрашиваю с наигранной серьёзностью.
Настойчивая родственница как раз звонила накануне и просила пристроить одну из её знакомых дизайнером.
Малышка уверенно кивает, и я убеждаюсь в своих догадках. У тёти Вики всегда было своеобразное чувство юмора.
— И рисуешь, наверное, хорошо?
— Мама говорит, что у меня талант.
— Безусловно, но боюсь, что тебе ещё нужно подрасти, чтобы я мог тебя взять к себе на работу.
— Понимаю, — маленькая бизнес-леди смотрит на меня снизу вверх с серьёзным выражением, — тогда возьмите на работу мою маму. Она взрослая и умеет рисовать лучше, чем я.
Дверь резко распахивается, и в кабинет влетает стройная брюнетка в чёрном.
Как вдруг…
До тонкого слуха доносится шум.
За моим столом, на моём кресле, в моей зоне власти сидит… светловолосая девчушка лет пяти.
Похоже, тётушка в своем желании поскорее женить меня пошла дальше. Решила сделать меня нянькой.
— Девочка, а ты, случайно, не работу здесь ищешь? — спрашиваю с наигранной серьёзностью.
Настойчивая родственница как раз звонила накануне и просила пристроить одну из её знакомых дизайнером.
Малышка уверенно кивает, и я убеждаюсь в своих догадках. У тёти Вики всегда было своеобразное чувство юмора.
— И рисуешь, наверное, хорошо?
— Мама говорит, что у меня талант.
— Безусловно, но боюсь, что тебе ещё нужно подрасти, чтобы я мог тебя взять к себе на работу.
— Понимаю, — маленькая бизнес-леди смотрит на меня снизу вверх с серьёзным выражением, — тогда возьмите на работу мою маму. Она взрослая и умеет рисовать лучше, чем я.
Дверь резко распахивается, и в кабинет влетает стройная брюнетка в чёрном.
Легла на свой диван в своей квартире, а проснулась с неотесанным Медведем уже в его квартире.
– Я вас ненавижу, подполковник. За то, что было в госпитале.
Он напирает на меня. Огромный, широкоплечий мужик смотрит так, что внутри все сжимается.
– Ты козлом меня назвала, Инна. Я такого не прощаю.
– Вон из моей квартиры!
– Это уже моя квартира! И твои огромные долги тоже выкупил я. Так что имею право требовать.
– И чего вы хотите? – спрашиваю в полном отчаянии.
– Тебя. Так, как захочу. И наследника. Чтоб тоже ты родила.
– Я вас ненавижу, подполковник. За то, что было в госпитале.
Он напирает на меня. Огромный, широкоплечий мужик смотрит так, что внутри все сжимается.
– Ты козлом меня назвала, Инна. Я такого не прощаю.
– Вон из моей квартиры!
– Это уже моя квартира! И твои огромные долги тоже выкупил я. Так что имею право требовать.
– И чего вы хотите? – спрашиваю в полном отчаянии.
– Тебя. Так, как захочу. И наследника. Чтоб тоже ты родила.
- Эта девка не только чуть меня не убила, Анзор. Она и тебя унизила своей дерзостью. Накажи её. Так, как наказывают плохих девочек. А я на это посмотрю! - араб похотливо усмехается.
- Я не порноактер, чтобы устраивать шоу для других мужиков,- отвечает Анзор жестко.
-Тогда выпори её. Заставь дерзкую стерву пожалеть о том, что она натворила. И я сразу отпущу и её, и тебя. Это ничто в сравнении с проблемами, которые ты, уважаемый бизнесмен, можешь получить из-за какой-то русской девки.
Вздрагиваю, когда Анзор резко раскрывает пряжку ремня и вытаскивает его из джинсов.
Спустя четыре года судьба снова сводит меня с моей первой любовью- сумасшедшим кавказцем, которого я осмелилась бросить сама. И теперь от его прихоти зависит моя жизнь…
-Самостоятельная книга
-ХЭ обязателен
- Я не порноактер, чтобы устраивать шоу для других мужиков,- отвечает Анзор жестко.
-Тогда выпори её. Заставь дерзкую стерву пожалеть о том, что она натворила. И я сразу отпущу и её, и тебя. Это ничто в сравнении с проблемами, которые ты, уважаемый бизнесмен, можешь получить из-за какой-то русской девки.
Вздрагиваю, когда Анзор резко раскрывает пряжку ремня и вытаскивает его из джинсов.
Спустя четыре года судьба снова сводит меня с моей первой любовью- сумасшедшим кавказцем, которого я осмелилась бросить сама. И теперь от его прихоти зависит моя жизнь…
-Самостоятельная книга
-ХЭ обязателен
- Зачем я тебе? Зачем? Никита, я - ничтожество, грязное, испорченное, ни на что не способное…Я больна физически и психически…Я - растоптана во всех смыслах…
- Отпусти меня, Никитушка. Пусть я лучше сдохну под забором. Пусть меня убьют…Так будет лучше всем! Так мне будет лучше! Такие как я не должны жить!
- Слава, ты мне очень нужна! Очень! Ты моё спасение души!
- Отпусти меня, Никитушка. Пусть я лучше сдохну под забором. Пусть меня убьют…Так будет лучше всем! Так мне будет лучше! Такие как я не должны жить!
- Слава, ты мне очень нужна! Очень! Ты моё спасение души!
— Не смейте ко мне подходить! — кричу, и голос срывается.
– Маленькая лицемерка, — усмехается отчим. — Еще скажи, что тебе не понравилось.
— Неважно, — пытаюсь уйти.
Отчим не дает.
— Урок не усвоен, — хрипло приказывает. — Начнем все сначала.
– Маленькая лицемерка, — усмехается отчим. — Еще скажи, что тебе не понравилось.
— Неважно, — пытаюсь уйти.
Отчим не дает.
— Урок не усвоен, — хрипло приказывает. — Начнем все сначала.
Выберите полку для книги