Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""

– Ты выбрала моего врага и теперь называешь это самостоятельностью.
После двадцати двух лет брака Кирилл уверен: без него я никто. Ему оказалось мало любовницы, разрушенной семьи и чужих долгов на мое имя. Теперь он хочет забрать проект, в который я вложила годы жизни.
Чтобы вернуть свое, мне придется выйти против мужа на архитектурном конкурсе. Дочь остается с отцом, сотрудники боятся за будущее, а он ждет, когда я сломаюсь и соглашусь снова стать удобной.
Но рядом со мной Алексей Берестов – мужчина, которого Кирилл считает врагом. Он не обещает легкой победы, зато рядом с ним я снова чувствую себя желанной. Мне хочется не только выстоять, но и довериться.
Только у Алексея тоже есть то, о чем он молчит.
Я готова рискнуть ради новой любви. Но больше не согласна узнавать правду после того, как за меня уже сделали выбор.

🧡❤️🧡 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🧡❤️🧡 ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! 🧡❤️🧡

— Ты привёз нас отдыхать… к своей любовнице?
— Тише, Лида. Дети услышат.

Услышат?
Они уже видят, как чужая женщина обнимает их отца.
А я смотрю на его ладонь на её талии и вспоминаю, как вчера просила просто взять меня за руку.

Меня он попросил не начинать.
Её даже не думает оттолкнуть.

— Назар, я двенадцать лет тебе верила…
— И что теперь? — усмехается она. — За это он обязан тебя любить?

Я жду, что муж хотя бы заставит её замолчать.
Но он молчит сам, позволяя ей добить меня на глазах у наших детей.

Я ещё люблю его. А он уже даже не считает нужным скрывать, как мало я для него значу.

— Регина Всеволодовна, проводить вас?
— Не надо. Я сама вижу.
До их столика было шагов тридцать. Раньше я не знала, что тридцать шагов могут оказаться такой длинной дорогой.
Первый официант вынырнул слева, увёл поднос над моей головой и извинился. Я даже с шага не сбилась. Я шла уже не сама, а как-то отдельно от себя, ровно и прямо, как в детстве учат ходить с книжкой на голове.

Женщина проследила за его лицом и обернулась. Спокойно, без спешки, договорив своё до конца. Так оборачиваются только те, кто ждал.

Тогда я взялась за спинку третьего стула — того самого, на котором весь вечер лежал его локоть, — и отодвинула его от стола. Села. Сумку с рамкой опустила на пол, к ноге, и придвинула носком туфли ближе, чтобы не задели.
Женщина взяла бокал, отпила воды и поставила его ровно на то место, где он стоял.
— Наверное, нам действительно пора познакомиться.

Открываю телефон и нахожу в поиске страницу дочери.
Смотрю на фотографию, где она обнимается со своей матерью.
Пролистываю фото и понимаю, что они счастливы. Счастливы без меня!
А я ведь думал, они хотя бы немного погрустят из-за того, что наша семья развалилась…
— Эх, Нина, Нина! А ты ведь мне говорила, что любишь меня! А как только я ушёл, ты обо мне забыла… — с горечью усмехаюсь я. — Ну и где она, твоя любовь? Где преданность, с которой ты должна ждать, пока я пойму то, что понял сейчас? Нет, не любила ты меня, жёнушка… Никогда не любила…
Закрываю страничку дочери и открываю доставку. Заказываю самую простую еду из всей возможной: селёдку, варёную картошку, квашеную капусту.
Конечно, Карина будет в шоке, но мне настолько надоели омары, кальмары, трюфели и прочая понтовая еда, что аж тошнит!
Соскучился по нормальной еде! Только что же мне её теперь приготовит…

— Забудь про суд. Или ты его больше не увидишь совсем.
Это сообщение я получила ночью. С фотографией. Мой пятилетний сын спал на чужой кровати, укрытый чужим одеялом, в доме, которого я никогда не видела. Муж похитил его, чтобы заставить меня отказаться от развода.
Я не отказалась.
Я ехала через полстраны, чтобы вернуть сына. Я судилась с человеком, который подделал мою подпись на документах, изменил мне с моей лучшей подругой и распустил слухи на работе. Я собирала доказательства, смотрела ему в глаза в зале суда, слушала, как он кричит, обвиняя меня в том, что я сама во всём виновата.
И когда всё закончилось — суд, развод, переезд — мой сын посмотрел на мужчину, который помог нам выжить, и сказал одно слово, которое изменило всё:
— Пап.

- Это что за шутка? - смотрю на двух детей в переносках.
- Пока еще не выяснили, - невнятно бормочет охранник, - их тут кто-то оставил.
- В здание, напичканном охраной и камерами? - выгибаю бровь.
И, что не маловажно, в моем кабинете!
Подхожу ближе. Два розовых свертка. Ладно бы пацаны. Но что делать с девочками?! Ума не приложу.
И где, в конце концов, их мать?!

- Макс, я тебя как старого друга прошу, - заводит пластинку генерал-майор. - Не в службу, а в дружбу. В последний раз.
- Пал Анатолич, дело-то плевое. Операм дайте задание, в конце концов, - продолжаю гнуть свою линию.
- Да каким операм, Макс? - повышает голос начальник. - Пойми ты, наконец! Я давно подозревал, что в отделе есть крысы. Они сливали информацию за бабки. Продали нас. Страну продали!
Кажется, перед отставкой все же придется выполнить последнее задание.
Достаю мобильник и кидаю своим парням координаты точки сбора. Отряд Непобедимых вступает в дело!

- Юра, ты зачем это сделал?! – послышался легкий шлепок по телу и возмущенный голос девушки. – Не хватало ещё забеременеть от тебя.
- Не забеременеешь, Крис, - игриво рассмеялся мужчина ей в ответ. - Сто процентов. Гарантирую.
- Это ещё почему? – спросила невидимая женщина. - Если твоя жена не может забеременеть, не факт, что я не смогу.
- Хм… Она может и может, только не от меня.
- Как это? – недоуменно ответила она и зашуршала салфетками.
- Потому, что я в детстве переболел свинкой. У меня не может быть никаких детей. А Ева пусть и дальше стоит березкой, вишенкой или сидит лотосом и мечтает, что в один из прекрасных дней случится чудо.
Случайно услышав признание мужа своей любовнице, Ева испытала самый настоящий шок. Но то была часть личной трагедии. Накануне ей провели ЭКО и теперь женщину мучил один единственный вопрос: кто же отец её будущего ребенка, если ее муж - предатель бесплоден, а медицинская процедура пройдет успешно?

– Ты подала на развод? – муж стоит напротив, а рядом с ним его беременная любовница гладит живот.
– А что, думал, я буду молчать и ждать, когда она родит? – я улыбаюсь, хотя внутри всё горит.
– Ева, я хочу и могу гулять. Верность не гарантировал. А ты — просто будь рядом и не мешай. Поняла меня?
– Конечно, всё поняла, – перебиваю его. – Ты парнокопытный, Артур.
Любовница жеманно поправляет волосы:
– У ребёнка должен быть отец. Но вас мы Артуром оставим, будете с малышом помогать. Все же опыт есть у вас.
Я смотрю на неё и киваю.
– Конечно, конечно. Только сначала пусть он выплатит мне всё до копейки. А потом — забирай себе с потрохами. Я — не та женщина, которую можно просто выставить за порог. Жаль, что ты этого не понял раньше, родной.

Осиротев, она выросла в стенах детского дома — месте, где слабость не прощают, а чувства считают роскошью. Унижения, жестокость, равнодушие стали её фоном, но не сломали её сущность. Она сохранила то, что редко выживает в подобных условиях: человечность, внутреннюю чистоту и способность верить.
Её путь — это путь тихой силы. Высшее образование, редкий аналитический ум, работа, к которой стремятся многие, и внимание серьёзных людей, привыкших брать, а не спрашивать.
Она была уверена, что впереди — простое счастье: семья, спокойствие, жизнь без борьбы. Но судьба сделала иной ход и привела её к человеку, чьи намерения скрыты за вежливостью, заботой и властью.
Он — шанс или ловушка?
Спаситель или тот, кто лишь искуснее других умеет пользоваться чужой наивностью?
Это история о цене таланта, о праве на выбор и о том, как легко перепутать любовь с контролем — особенно если всю жизнь тебя учили выживать.