Книги по тегу «настоящий мужчина»: ""
Я была женой Великого князя. Но семейное счатье оказалось хрупким - сама того не зная, я перешла дорогу главному интригану двора, и всего одного утра хватило, чтобы стать предательницей в глазах мужа.
Поверив фальшивым уликам, мне вынесли приговор и выставили прочь из города.
Ссылка за триста вёрст была лишь предлогом, чтобы меня уничтожить. Но я выжила, обрела магию и стала Жрицей.
Теперь мне открыты двери в любое княжество, а моей руки просят лучшие из лучших.
Но стоило мне, наконец, подумать, что я обрела свободу, как бывший муж решил, что все еще имеет на меня права...
Поверив фальшивым уликам, мне вынесли приговор и выставили прочь из города.
Ссылка за триста вёрст была лишь предлогом, чтобы меня уничтожить. Но я выжила, обрела магию и стала Жрицей.
Теперь мне открыты двери в любое княжество, а моей руки просят лучшие из лучших.
Но стоило мне, наконец, подумать, что я обрела свободу, как бывший муж решил, что все еще имеет на меня права...
«Свадьба отменяется. Не жди.» – получаю я сообщение от жениха за два часа до церемонии.
После бурных разборок с подлецом, я сижу в кабинете его отца и рассказываю, как Дамир пообещал спасти меня от депортации, что я просила лишь фиктивный брак, потому что:
– Виза истекает через три дня. Без документов на работу не берут. Никто не хочет проблем с мигранткой. А учеба для визы должна быть очной … у меня не получилось оплатить семестр. Домой мне нельзя! Ни в коем случае!
Теймур Барсов долго молчал. Этот мужчина всегда казался мне неприступной горой, и я старалась по возможности избегать с ним встреч.
– Я помогу.
– ...что?
– Только на моих условиях.
И снова этот взгляд. Та странная, манящая и пугающая искорка в его глазах, которую я вижу каждый раз стоит ему случайно посмотреть на меня. Или неслучайно?
– Ты выйдешь замуж, Лея. За меня.
После бурных разборок с подлецом, я сижу в кабинете его отца и рассказываю, как Дамир пообещал спасти меня от депортации, что я просила лишь фиктивный брак, потому что:
– Виза истекает через три дня. Без документов на работу не берут. Никто не хочет проблем с мигранткой. А учеба для визы должна быть очной … у меня не получилось оплатить семестр. Домой мне нельзя! Ни в коем случае!
Теймур Барсов долго молчал. Этот мужчина всегда казался мне неприступной горой, и я старалась по возможности избегать с ним встреч.
– Я помогу.
– ...что?
– Только на моих условиях.
И снова этот взгляд. Та странная, манящая и пугающая искорка в его глазах, которую я вижу каждый раз стоит ему случайно посмотреть на меня. Или неслучайно?
– Ты выйдешь замуж, Лея. За меня.
— Ты что, совсем обалдела? Это частная территория! — слышу в спину злой голос и на мгновение теряюсь от наглости.
Оборачиваюсь и понимаю, что напротив меня стоит бородатый мужик с отёками на лице, в грязных штанах, клетчатой рубахе и держит курицу под мышкой.
— Странно, знака нигде не увидела, — наконец нахожусь с ответом. — Или у вас кислород тоже по подписке, у каждого свой?
— А это ты тоже не видела? — И он тычет в сторону натянутого провода, который тянется далеко по периметру. — И как только током не шандарахнуло, — бубнит он и подходит к этому проводку. — Сломался, что ли? Ах ты зараза!
Выкрикивает мужик, выпуская бедную курицу из рук и начинает активно махать в воздухе рукой, а я так и остаюсь стоять на месте, начиная соображать, что здесь явно что‑то не так.
Оборачиваюсь и понимаю, что напротив меня стоит бородатый мужик с отёками на лице, в грязных штанах, клетчатой рубахе и держит курицу под мышкой.
— Странно, знака нигде не увидела, — наконец нахожусь с ответом. — Или у вас кислород тоже по подписке, у каждого свой?
— А это ты тоже не видела? — И он тычет в сторону натянутого провода, который тянется далеко по периметру. — И как только током не шандарахнуло, — бубнит он и подходит к этому проводку. — Сломался, что ли? Ах ты зараза!
Выкрикивает мужик, выпуская бедную курицу из рук и начинает активно махать в воздухе рукой, а я так и остаюсь стоять на месте, начиная соображать, что здесь явно что‑то не так.
Меня ищет папочка и Леший, причём оба с одним желанием - наказать.
Хорошо, что про эту «норку» никто не знает, тут я могу отсидеться и подумать, как выпутаться, чтоб не жениться по желанию папочки, и чтоб Леший отвалил от меня с претензиями. Башка гудит, а тут какая-то зараза в дверь позвонила. Так звонят, когда знают, что дома кто-то есть.
Не понял! Перед дверью моей «норки» стоит коляска с ребёнком.
- Ты чей? - спрашиваю я. Мелкий выплёвывает соску, открывает рот и орёт.
- Оперный театр! Тише ты!
«Это твой сын». Всё!!! Ни подписи, ни номера телефона, ни имени ребёнка.
- Слушай, мелкий. Я понятия не имею, кто ты и откуда. Может, ты мой сын, в чём я очень сомневаюсь. Может, это шутка, прикол такой... Неважно. Сейчас у меня две проблемы: четверо здоровенных мужиков, верные псы моего папули, и ещё трое – шестёрки Лешего. Теперь нарисовалась третья проблема – ты, хоть и самая маленькая, зато самая громкая.
Судьба подкинула сюрприз! Что теперь с ним делать? Не бросать же...
Хорошо, что про эту «норку» никто не знает, тут я могу отсидеться и подумать, как выпутаться, чтоб не жениться по желанию папочки, и чтоб Леший отвалил от меня с претензиями. Башка гудит, а тут какая-то зараза в дверь позвонила. Так звонят, когда знают, что дома кто-то есть.
Не понял! Перед дверью моей «норки» стоит коляска с ребёнком.
- Ты чей? - спрашиваю я. Мелкий выплёвывает соску, открывает рот и орёт.
- Оперный театр! Тише ты!
«Это твой сын». Всё!!! Ни подписи, ни номера телефона, ни имени ребёнка.
- Слушай, мелкий. Я понятия не имею, кто ты и откуда. Может, ты мой сын, в чём я очень сомневаюсь. Может, это шутка, прикол такой... Неважно. Сейчас у меня две проблемы: четверо здоровенных мужиков, верные псы моего папули, и ещё трое – шестёрки Лешего. Теперь нарисовалась третья проблема – ты, хоть и самая маленькая, зато самая громкая.
Судьба подкинула сюрприз! Что теперь с ним делать? Не бросать же...
— Единственное, что осталось после нашего развода, — это развалюха, которую ты назвал поместьем, обещая, что оно не даст мне умереть с голоду.
— Так и не умрешь, Тонь, — смеется бывший. — Засадишь огород — и будет у тебя пища. Но ты же ни разу сюда не приехала, сделав ставку на другого…
— Как был подонком, так и остался!
— Подонки ведут себя иначе. Но знаешь, по старой памяти могу тебе помочь.
— Как же?
— Я дам тебе работу на ферме. Даже ты сможешь чистить коровники, и не останешься без копейки.
— Только через мой труп!
— Начнешь загибаться от голода — приползешь. И не думай, что я расчувствуюсь и буду тебе помогать. Меня больше не привлекают высокомерные стервы, и ты будешь проходить отбор на общих условиях. Того и гляди вырастим из тебя успешную доярку.
Мой муж-миллионер оказался мошенником и сбежал из страны, оставив меня разгребать последствия. Все наше имущество изъяли, и мне не остается ничего иного, как вспомнить про фамильное поместье, доставшееся мне посл
— Так и не умрешь, Тонь, — смеется бывший. — Засадишь огород — и будет у тебя пища. Но ты же ни разу сюда не приехала, сделав ставку на другого…
— Как был подонком, так и остался!
— Подонки ведут себя иначе. Но знаешь, по старой памяти могу тебе помочь.
— Как же?
— Я дам тебе работу на ферме. Даже ты сможешь чистить коровники, и не останешься без копейки.
— Только через мой труп!
— Начнешь загибаться от голода — приползешь. И не думай, что я расчувствуюсь и буду тебе помогать. Меня больше не привлекают высокомерные стервы, и ты будешь проходить отбор на общих условиях. Того и гляди вырастим из тебя успешную доярку.
Мой муж-миллионер оказался мошенником и сбежал из страны, оставив меня разгребать последствия. Все наше имущество изъяли, и мне не остается ничего иного, как вспомнить про фамильное поместье, доставшееся мне посл
❤️РАССКАЗ ЗАКОНЧЕН!! СКИДКА ПРЯМО СЕЙЧАС!❤️
— И вот это создание стоило таких мук, Мишенька? — свекровь оглядывает меня с ног до головы, как бракованный товар. — Она же и одного жеребца не стоит. Худая. Рыжая. Глаза прозрачные, как у теленка больного.
— Зря вы так, мама, — муж подходит ко мне, трогает за шею. — Она нет, а вот голос ее... Голос, мам. Будет мне петь, птичка. Когда захочу.
— Не буду я тебе петь, — говорю я, глядя ему в глаза. — Лучше сдохну.
— Будешь, — он усмехается. — Все вы поете, когда надо.
Я вырываюсь и царапаю его по лицу.
— Змея! — он замахивается, но мать останавливает его взглядом.
— Не надо, Мишенька. Я сама.
Я не понимаю, что происходит. А потом — боль.
Внезапная, острая, как нож. Она разрывает левую щеку.
Я поднимаю голову. Свекровь стоит надо мной. В руках — кнут. Старый, кожаный, с медной рукояткой.
— Будешь рыпаться, птичка, — говорит свекровь, и я вижу, как ее губы кривятся в улыбке, — от тебя и перышка не останется!
— И вот это создание стоило таких мук, Мишенька? — свекровь оглядывает меня с ног до головы, как бракованный товар. — Она же и одного жеребца не стоит. Худая. Рыжая. Глаза прозрачные, как у теленка больного.
— Зря вы так, мама, — муж подходит ко мне, трогает за шею. — Она нет, а вот голос ее... Голос, мам. Будет мне петь, птичка. Когда захочу.
— Не буду я тебе петь, — говорю я, глядя ему в глаза. — Лучше сдохну.
— Будешь, — он усмехается. — Все вы поете, когда надо.
Я вырываюсь и царапаю его по лицу.
— Змея! — он замахивается, но мать останавливает его взглядом.
— Не надо, Мишенька. Я сама.
Я не понимаю, что происходит. А потом — боль.
Внезапная, острая, как нож. Она разрывает левую щеку.
Я поднимаю голову. Свекровь стоит надо мной. В руках — кнут. Старый, кожаный, с медной рукояткой.
— Будешь рыпаться, птичка, — говорит свекровь, и я вижу, как ее губы кривятся в улыбке, — от тебя и перышка не останется!
🩷🤍🩷 КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🩷🤍🩷 ПЕРВЫЕ ДНИ ЦЕНА САМАЯ НИЗКАЯ! 🩷🤍🩷
— Вы слишком близко, Максим Александрович… — шумно выдохнула я, вжимаясь спиной в зеркальную стену застрявшего лифта.
— Близко? — его хриплый, опаляющий шепот обжег мою шею. — Я еще даже не начал, Карина.
— Но я… я не подхожу под ваши стандарты! В офисе все знают, что вы встречаетесь только с худыми моделями. А я… я ведь пышка!
— Тсс, — его огромная, горячая ладонь властно легла на мое бедро, бесстыдно задирая подол платья. — Перестань слушать этих тощих вешалок. Они исходят ядом от зависти, потому что ты — сочная. Сладкая. Моя личная одержимость.
Он прижался ко мне всем своим сильным, каменным телом, заставляя меня тихо ахнуть от шока.
— И мне плевать, какие подставы они тебе устраивают, — прорычал босс, впиваясь пальцами в мои округлые бедра. — Твой рабочий день окончен, Карина. Теперь ты работаешь на меня. В моей постели!
— Вы слишком близко, Максим Александрович… — шумно выдохнула я, вжимаясь спиной в зеркальную стену застрявшего лифта.
— Близко? — его хриплый, опаляющий шепот обжег мою шею. — Я еще даже не начал, Карина.
— Но я… я не подхожу под ваши стандарты! В офисе все знают, что вы встречаетесь только с худыми моделями. А я… я ведь пышка!
— Тсс, — его огромная, горячая ладонь властно легла на мое бедро, бесстыдно задирая подол платья. — Перестань слушать этих тощих вешалок. Они исходят ядом от зависти, потому что ты — сочная. Сладкая. Моя личная одержимость.
Он прижался ко мне всем своим сильным, каменным телом, заставляя меня тихо ахнуть от шока.
— И мне плевать, какие подставы они тебе устраивают, — прорычал босс, впиваясь пальцами в мои округлые бедра. — Твой рабочий день окончен, Карина. Теперь ты работаешь на меня. В моей постели!
Она — невидимка в собственном браке. Три года муж не замечает ни её улыбки, ни тела, ни слёз. Серая Москва, серая жизнь, чёрные балахоны, чтобы прятать каждый килограмм. Он — владелец компании, привыкший брать без спроса. Между ними — стол, документы и случайный взгляд, который превращается в опасную игру.
Но однажды она находит в его браузере тайну: он смотрит только на пышек. Таких, как она.
«Один поцелуй» — так начинается сделка, которая ломает все запреты. Жестко, откровенно, без правил. Она впервые чувствует себя желанной, он — одержимым. Но чем глубже они падают в эту связь, тем яснее понимают: месть мужу и власть над начальником — это не любовь.
Это только начало.
«Двойное счастье» — роман для тех, кто устал быть удобным. Про большие тела и маленькие души. Про женщину, которая перестала стесняться и научилась сиять. Здесь нет правильных решений — есть только выбор: остаться тенью или стать центром чьей-то вселенной.
Узнайте, каково это — когда тебя наконец видят.
Но однажды она находит в его браузере тайну: он смотрит только на пышек. Таких, как она.
«Один поцелуй» — так начинается сделка, которая ломает все запреты. Жестко, откровенно, без правил. Она впервые чувствует себя желанной, он — одержимым. Но чем глубже они падают в эту связь, тем яснее понимают: месть мужу и власть над начальником — это не любовь.
Это только начало.
«Двойное счастье» — роман для тех, кто устал быть удобным. Про большие тела и маленькие души. Про женщину, которая перестала стесняться и научилась сиять. Здесь нет правильных решений — есть только выбор: остаться тенью или стать центром чьей-то вселенной.
Узнайте, каково это — когда тебя наконец видят.
⭐ РОМАН ЗАВЕРШЕН ⭐
Она снимает все подряд и живет без плана.
Он не делает ничего без плана и смотрит на хаос как на личное оскорбление.
Два соседних дома, шесть гусей, деревня Комарово и баба Клава, которая давно все про всех знает.
– Раечка, они опять у забора стоят и разговаривают.
– Клавдия Петровна, это называется «ругаются».
– Это называется «не могут друг без друга». Я уже всем рассказала. Ну до чего красивая пара!
Капитан думает – это просто отпуск.
Вероника думает – это просто сосед.
Гуси так не думают. И, как всегда, они правы.
Сдавайся, Капитан – это любовь!
⭐⭐⭐
Она снимает все подряд и живет без плана.
Он не делает ничего без плана и смотрит на хаос как на личное оскорбление.
Два соседних дома, шесть гусей, деревня Комарово и баба Клава, которая давно все про всех знает.
– Раечка, они опять у забора стоят и разговаривают.
– Клавдия Петровна, это называется «ругаются».
– Это называется «не могут друг без друга». Я уже всем рассказала. Ну до чего красивая пара!
Капитан думает – это просто отпуск.
Вероника думает – это просто сосед.
Гуси так не думают. И, как всегда, они правы.
Сдавайся, Капитан – это любовь!
⭐⭐⭐
Я подошла к ней близко. Совсем близко. Она отшатнулась, наткнулась на кресло.
— Знаешь, что самое подлое, Лида? — Голос у меня упал, и от этого, я видела, ей стало страшнее, чем от крика. — Не то, что ты спала с моим мужем. Это мерзко, но это бывает. А то, что ты приходила в мой дом после этого. Садилась за мой стол. Брала на руки мою дочь, которую крестила. Смотрела мне в глаза и говорила «я всегда рядом, что бы ни случилось». Вот это я тебе не прощу. Не измену. Предательство.
— Яна…
— Ты крёстная моей дочери. — Меня наконец затрясло. — Я доверила тебе ребёнка! Я просила тебя стать ей второй матерью, если со мной что! Я плакала на тех крестинах, дура! А ты держала её над купелью и уже спала с её отцом! Или ещё нет?! Когда вы начали, Лида?! ДО или ПОСЛЕ крестин?!
— ПЕРЕСТАНЬ! — Она зажала уши руками. — Перестань кричать!
— Это я перестань?!
— Знаешь, что самое подлое, Лида? — Голос у меня упал, и от этого, я видела, ей стало страшнее, чем от крика. — Не то, что ты спала с моим мужем. Это мерзко, но это бывает. А то, что ты приходила в мой дом после этого. Садилась за мой стол. Брала на руки мою дочь, которую крестила. Смотрела мне в глаза и говорила «я всегда рядом, что бы ни случилось». Вот это я тебе не прощу. Не измену. Предательство.
— Яна…
— Ты крёстная моей дочери. — Меня наконец затрясло. — Я доверила тебе ребёнка! Я просила тебя стать ей второй матерью, если со мной что! Я плакала на тех крестинах, дура! А ты держала её над купелью и уже спала с её отцом! Или ещё нет?! Когда вы начали, Лида?! ДО или ПОСЛЕ крестин?!
— ПЕРЕСТАНЬ! — Она зажала уши руками. — Перестань кричать!
— Это я перестань?!
Выберите полку для книги