Книги по тегу «невинная героиня»: ""
— Привет птичка! Каким ветром тебя занесло на балкон к моему другу? - спросил меня незнакомый мужчина и повернулся к Игорю. — Твоя?
Тот отрицательно мотнул головой.
— Я понял! - хлопнул шутя себя по голове гость. — Это нам подарок на Новый год… от дедули.
Тот отрицательно мотнул головой.
— Я понял! - хлопнул шутя себя по голове гость. — Это нам подарок на Новый год… от дедули.
— Это не обсуждается, Ольга. Ты поедешь со мной на эту встречу, — резко бросил Вадим, опираясь на край моего стола.
— Я дизайнер, а не личная помощница, — стараясь не выдать дрожь в голосе, парировала я.
— В твоих интересах проявить гибкость... во всех смыслах, — его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем следовало бы.
Отступать было некуда.
Я хотела всего лишь реализовать мечту: стать дизайнером, открыть свою студию, найти заботливого мужа и построить уютный дом, полный детского смеха… Но в мою жизнь ворвался Вадим Кречетов — человек, который привык получать всё, что хочет. И теперь не уверена, чего больше боюсь — его угроз или собственных чувств.
— Я дизайнер, а не личная помощница, — стараясь не выдать дрожь в голосе, парировала я.
— В твоих интересах проявить гибкость... во всех смыслах, — его взгляд задержался на мне чуть дольше, чем следовало бы.
Отступать было некуда.
Я хотела всего лишь реализовать мечту: стать дизайнером, открыть свою студию, найти заботливого мужа и построить уютный дом, полный детского смеха… Но в мою жизнь ворвался Вадим Кречетов — человек, который привык получать всё, что хочет. И теперь не уверена, чего больше боюсь — его угроз или собственных чувств.
— Артём Григорьевич, так нельзя... — дрожу от близости мужчины. Он пугает и возбуждает меня.
— Всё можно, милая, — ведёт носом по скуле и срывается на шею. Жадно тянет мой запах, пуская табун мурашек по спинке. Ломкой сводит поясницу.
Боже, остановись!
— Мне все можно! — в долгом поцелуе жмется губами к моей бьющей жилке.
Тело прошивает током. Меня выкручивает, и я цепляюсь за плечи мужчины.
— Но вы отец моего парня, — всхлипываю у него на груди.
— От которого ты уже давно скрываешь грязные секреты, моя милая Ада! — коварно ухмыляется и зубами стягивает лямку моего платья.
— Всё можно, милая, — ведёт носом по скуле и срывается на шею. Жадно тянет мой запах, пуская табун мурашек по спинке. Ломкой сводит поясницу.
Боже, остановись!
— Мне все можно! — в долгом поцелуе жмется губами к моей бьющей жилке.
Тело прошивает током. Меня выкручивает, и я цепляюсь за плечи мужчины.
— Но вы отец моего парня, — всхлипываю у него на груди.
— От которого ты уже давно скрываешь грязные секреты, моя милая Ада! — коварно ухмыляется и зубами стягивает лямку моего платья.
СВОДНЫЕ
– Спасибо за недавнюю помощь, – шепчет на прощание мужчина, склоняясь к моему уху, пока мама и Дамир заняты друг другом, и порочно вытягивая каждый слог, перекатывает на языке буквы, точно пробует на вкус, – Ле-ра.
Этого достаточно, чтобы вздрогнул и завибрировал каждый нерв.
Руслан Ахсанов – мой демон, моё искушение. И мой соблазн. Непреодолимый.
Вчера с ним я впервые в жизни испытала оргазм. А сегодня узнала, что он – мой сводный.
– Спасибо за недавнюю помощь, – шепчет на прощание мужчина, склоняясь к моему уху, пока мама и Дамир заняты друг другом, и порочно вытягивая каждый слог, перекатывает на языке буквы, точно пробует на вкус, – Ле-ра.
Этого достаточно, чтобы вздрогнул и завибрировал каждый нерв.
Руслан Ахсанов – мой демон, моё искушение. И мой соблазн. Непреодолимый.
Вчера с ним я впервые в жизни испытала оргазм. А сегодня узнала, что он – мой сводный.
Виктор Павлович усмехнулся, его лицо оказалось так близко, что я ощущала его дыхание.
— Оправдание? — повторил он, с едва заметной издевкой. — Нет, Лера, это просто факт. Я мужчина, у которого есть всё. А ты…мелкая приживалка, которая решила пожить хорошей жизнью. Но все имеет свою цену.
– Если вы так считаете, я заплачу и сегодня же уйду. Сколько я вам должна? – вопрос вырвался из меня прежде, чем я успела подумать.
Мужчина ухмыльнулся, когда заметил, что я сразу же сникла после того, что сама предложила.
— Заплатишь? Чем именно, хотелось бы узнать? - вырвался у него смешок и горячее дыхание обожгло кожу, отчего мурашки пробежали по телу.
— Оправдание? — повторил он, с едва заметной издевкой. — Нет, Лера, это просто факт. Я мужчина, у которого есть всё. А ты…мелкая приживалка, которая решила пожить хорошей жизнью. Но все имеет свою цену.
– Если вы так считаете, я заплачу и сегодня же уйду. Сколько я вам должна? – вопрос вырвался из меня прежде, чем я успела подумать.
Мужчина ухмыльнулся, когда заметил, что я сразу же сникла после того, что сама предложила.
— Заплатишь? Чем именно, хотелось бы узнать? - вырвался у него смешок и горячее дыхание обожгло кожу, отчего мурашки пробежали по телу.
— Я уже не против взглянуть на свой подарок! — с усмешкой произносит красавец.
— Я не подарок и не стриптизёрша! — выкрикиваю решительно, хотя внутри всё дрожит.
— А кто же ты, сладкая? Вот торт, из которого только что вылезла! Или ты туда случайно упала? — ещё шире улыбается мужчина, а затем кладёт пальцы руки на мои щёки, сдавливая из и заставляя приоткрыть рот.
Горячий влажный язык Власова скользит по моим губам очень нежно, едва касаясь, а я задыхаюсь от этой неожиданной ласки, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди.
— Я — певица! — выдыхаю ему прямо в рот, сама удивляясь своей смелости.
— Ну тогда спой что-нибудь.
Ну сейчас я тебе докажу! Гордо вскидываю подбородок, открываю рот и… с моих губ срывается немелодичный хрип. Что за фигня? Кажется, я сорвала голос, когда орала в этом чёртовом торте.
— Что и требовалось доказать! — резюмирует Власов, прижимая меня к себе. — А теперь я хочу распаковать свой подарок!
— Я не подарок и не стриптизёрша! — выкрикиваю решительно, хотя внутри всё дрожит.
— А кто же ты, сладкая? Вот торт, из которого только что вылезла! Или ты туда случайно упала? — ещё шире улыбается мужчина, а затем кладёт пальцы руки на мои щёки, сдавливая из и заставляя приоткрыть рот.
Горячий влажный язык Власова скользит по моим губам очень нежно, едва касаясь, а я задыхаюсь от этой неожиданной ласки, чувствуя, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди.
— Я — певица! — выдыхаю ему прямо в рот, сама удивляясь своей смелости.
— Ну тогда спой что-нибудь.
Ну сейчас я тебе докажу! Гордо вскидываю подбородок, открываю рот и… с моих губ срывается немелодичный хрип. Что за фигня? Кажется, я сорвала голос, когда орала в этом чёртовом торте.
— Что и требовалось доказать! — резюмирует Власов, прижимая меня к себе. — А теперь я хочу распаковать свой подарок!
— Лера, познакомься, это Влад, мой давний друг и партнёр, — говорит отец, даже не подозревая, что только что бросил меня в пекло.
Потому что передо мной стоит мужчина из клуба.
Тот самый, кто шептал мне на ухо «Ты горячая, детка». Тот, кому я позволила то, чего не позволяла никому раньше …
***
Я мечтала о новой жизни, свободе, любви. В день своего совершеннолетия хотела впервые переступить границы дозволенного. Но случайная встреча в клубе изменила всё…
Потому что передо мной стоит мужчина из клуба.
Тот самый, кто шептал мне на ухо «Ты горячая, детка». Тот, кому я позволила то, чего не позволяла никому раньше …
***
Я мечтала о новой жизни, свободе, любви. В день своего совершеннолетия хотела впервые переступить границы дозволенного. Но случайная встреча в клубе изменила всё…
Никита – тот самый парень, которого я бы с удовольствием никогда больше не видела. Слишком уверенный, слишком наглый, слишком… привлекательный. Он влетел в мою жизнь так, как умеют только мажоры, – застрял на своей дорогущей машине в нашей деревне, а вытаскивать пришлось мне.
А теперь он стоит под окнами общежития, с двумя дынями в руках, и спрашивает, почему я боюсь смотреть ему в глаза.
Что я могу ответить? Что боюсь не его, а себя рядом с ним?
— Еще одно слово, и я...
— И ты что? — перебил теперь уже он меня, не отводя взгляд.
— Огрею монтажкой, если посмеешь ко мне прикоснуться, — выпалила, инстинктивно наклоняясь в сторону, чтобы посмотреть, где эта самая монтажка осталась.
А теперь он стоит под окнами общежития, с двумя дынями в руках, и спрашивает, почему я боюсь смотреть ему в глаза.
Что я могу ответить? Что боюсь не его, а себя рядом с ним?
— Еще одно слово, и я...
— И ты что? — перебил теперь уже он меня, не отводя взгляд.
— Огрею монтажкой, если посмеешь ко мне прикоснуться, — выпалила, инстинктивно наклоняясь в сторону, чтобы посмотреть, где эта самая монтажка осталась.
— Шесть миллионов, — лениво бросает мужчина в дорогом костюме.
— Ч-что?
— Примерно столько стоит ремонт.
Теряю дар речи от такой наглости. Я понимаю, что тачка дорогая, но шесть лямов?! Он серьезно?!
— Как платить будешь? Наличными или переводом? - он кривит рот в ироничной усмешке. - Или может, другим способом?...
***
Я убегала от хулиганов и врезалась на самокате в дорогую тачку. Теперь хозяин машины требует возместить ему ущерб моим телом.
Но хуже всего то, что он отец моей подруги. И теперь мне от него не скрыться…
— Ч-что?
— Примерно столько стоит ремонт.
Теряю дар речи от такой наглости. Я понимаю, что тачка дорогая, но шесть лямов?! Он серьезно?!
— Как платить будешь? Наличными или переводом? - он кривит рот в ироничной усмешке. - Или может, другим способом?...
***
Я убегала от хулиганов и врезалась на самокате в дорогую тачку. Теперь хозяин машины требует возместить ему ущерб моим телом.
Но хуже всего то, что он отец моей подруги. И теперь мне от него не скрыться…
— Нет, — из груди вырывается жалобный писк. — Подождите.
— Чего нам ждать? — целует, оставляя клеймо на нежной коже. — У тебя было время. Ты сама сюда пришла, сама выбрала свою судьбу. А уйти сможешь только тогда, когда я разрешу.
Тело дрожит и пульсирует от грубых, пошлых прикосновений.
— Кто вы? Скажите, как вас зовут? — впиваюсь ногтями в руки незнакомца. — Я вас знаю?
— Слишком много вопросов, на которые не будет ответа.
Если бы я знала, кем окажется мой спаситель, я бы убежала, не раздумывая. Но уже поздно, он не отпустит меня.
Я хотела спасти папу и брата, но попала в лапы влиятельного, опасного незнакомца.
Теперь я — его секрет. Его порочный, невинный секрет. Никто не должен узнать о нас. Никто не должен знать, что я принадлежу ему.
— Чего нам ждать? — целует, оставляя клеймо на нежной коже. — У тебя было время. Ты сама сюда пришла, сама выбрала свою судьбу. А уйти сможешь только тогда, когда я разрешу.
Тело дрожит и пульсирует от грубых, пошлых прикосновений.
— Кто вы? Скажите, как вас зовут? — впиваюсь ногтями в руки незнакомца. — Я вас знаю?
— Слишком много вопросов, на которые не будет ответа.
Если бы я знала, кем окажется мой спаситель, я бы убежала, не раздумывая. Но уже поздно, он не отпустит меня.
Я хотела спасти папу и брата, но попала в лапы влиятельного, опасного незнакомца.
Теперь я — его секрет. Его порочный, невинный секрет. Никто не должен узнать о нас. Никто не должен знать, что я принадлежу ему.
Выберите полку для книги