Книги по тегу «невинная героиня»: ""
— Будешь делать всё, что скажу, поняла меня? — босс нависает надо мной тяжёлой скалой, закрывающей весь мир.
— А то что? — бросаю в ответ зло.
— Иначе я тебя накажу… — обещает мужчина, улыбаясь так, что внутренности леденеют… за исключением низа живота, где вспыхивает вулкан.
— Вы меня похитили! Меня будут искать! Вы заплатите! Я вас засужу! — срываюсь на крик, молочу кулаками по твёрдой и мощной груди Аслана, словно отлитой из металла.
Он лишь молчит и смотрит с интересом, а в тёмных глазах полыхает пламя, которое меня вот-вот спалит. Но я так просто не сдамся! Этот наглец ещё не знает, с кем связался.
— Да я… вы… пожалеете! — задыхаясь от злости, продолжаю орать во весь голос.
Но вдруг босс наклоняется ко мне молниеносно и сминает мои губы своими, разом переводя мой крик в тихий писк или стон.
Сорвала важный контракт босса, он требует отработать. Я не такая, уважаемый! Руки прочь! Или...нет?
— А то что? — бросаю в ответ зло.
— Иначе я тебя накажу… — обещает мужчина, улыбаясь так, что внутренности леденеют… за исключением низа живота, где вспыхивает вулкан.
— Вы меня похитили! Меня будут искать! Вы заплатите! Я вас засужу! — срываюсь на крик, молочу кулаками по твёрдой и мощной груди Аслана, словно отлитой из металла.
Он лишь молчит и смотрит с интересом, а в тёмных глазах полыхает пламя, которое меня вот-вот спалит. Но я так просто не сдамся! Этот наглец ещё не знает, с кем связался.
— Да я… вы… пожалеете! — задыхаясь от злости, продолжаю орать во весь голос.
Но вдруг босс наклоняется ко мне молниеносно и сминает мои губы своими, разом переводя мой крик в тихий писк или стон.
Сорвала важный контракт босса, он требует отработать. Я не такая, уважаемый! Руки прочь! Или...нет?
ФИНАЛ
ЭКСклюзив
– Ты обманула меня, поэтому расплачивайся за ложь.
– Можете делать со мной…
– Раздевайся.
– … но только не это! Наш брак – ошибка. Я не хотела его.
– Меня не интересуют твои желания, Лина. Снимай платье, иначе я сорву с тебя эти тряпки.
Я спасала подругу и согласилась сыграть роль невесты перед женихом, который старше меня, властный и неумолимый кавказец. Не думала, что он не отступится и на самом деле сделает своей женой.
Муж хочет меня.
Его темные глаза, как костры, пожирают. Крепкие руки сжимают в страстных объятиях, вынуждая тело жаждать большего. Но не покажу слабость и не скажу о наслаждении, что дарят его ласки.
Я не хочу быть с ним! А каждая ночь доказывает обратное...
ЭКСклюзив
– Ты обманула меня, поэтому расплачивайся за ложь.
– Можете делать со мной…
– Раздевайся.
– … но только не это! Наш брак – ошибка. Я не хотела его.
– Меня не интересуют твои желания, Лина. Снимай платье, иначе я сорву с тебя эти тряпки.
Я спасала подругу и согласилась сыграть роль невесты перед женихом, который старше меня, властный и неумолимый кавказец. Не думала, что он не отступится и на самом деле сделает своей женой.
Муж хочет меня.
Его темные глаза, как костры, пожирают. Крепкие руки сжимают в страстных объятиях, вынуждая тело жаждать большего. Но не покажу слабость и не скажу о наслаждении, что дарят его ласки.
Я не хочу быть с ним! А каждая ночь доказывает обратное...
— Тихо. — приказал Андрей Викторович. — Мы договорились… Ты согласилась на лечение и должна нам полностью доверять, а мы поможем тебе… со всеми твоими проблемами. Расслабься. Сегодня мы начнем с самого интересного и приятного.
Я вспыхнула и замерла, не в силах пошевелится, чувствуя как пальцы Дмитрия Сергеевича двинулись дальше.
— Мне нравится, когда материал такой… податливый. — усмехнулся он.
Мое лицо запылало еще сильней. Прижатая к стоматологическому креслу, я была абсолютно беспомощной и покорной, а их власть надо мной казалась безграничной.
“Податливый материал — это… это же я” — наконец дошло до меня.
Я вспыхнула и замерла, не в силах пошевелится, чувствуя как пальцы Дмитрия Сергеевича двинулись дальше.
— Мне нравится, когда материал такой… податливый. — усмехнулся он.
Мое лицо запылало еще сильней. Прижатая к стоматологическому креслу, я была абсолютно беспомощной и покорной, а их власть надо мной казалась безграничной.
“Податливый материал — это… это же я” — наконец дошло до меня.
Продолжение приключений наследников. История Дэарила.
Как единственная и любимая дочь самого Дьявола, я обречена на заточение в его дворце. Отец, панически боясь потерять обожаемое дитя, позволяет мне общаться лишь с привидениями и скелетами, словно не понимает, что взрослого ребенка нельзя удержать против его воли.
Один побег на праздник в мир смертных, одна случайная встреча – и все меняется. В моей жизни появляется он – демон от которого сердце заходится в бешеном ритме. Но сможет ли он противостоять Повелителю Преисподней или сам станет его пленником?
Как единственная и любимая дочь самого Дьявола, я обречена на заточение в его дворце. Отец, панически боясь потерять обожаемое дитя, позволяет мне общаться лишь с привидениями и скелетами, словно не понимает, что взрослого ребенка нельзя удержать против его воли.
Один побег на праздник в мир смертных, одна случайная встреча – и все меняется. В моей жизни появляется он – демон от которого сердце заходится в бешеном ритме. Но сможет ли он противостоять Повелителю Преисподней или сам станет его пленником?
— Врете, миледи. Я волную вас. Я вижу, как дрожат ваши ресницы, и могу поклясться на виселице, что это не от страха.
— Оставьте меня, — но в ее глазах вместо былой уверенности прозвучала почти мольба.
— Обязательно. Но только после того, как удостоверюсь в своей правоте. Не могу отказать себе в удовольствии попробовать эти сочные губки на вкус.
***
Джиневра де Ланваль - старая дева и единственная владелица поместья "Рубиновое сердце". Ее плантацию цветов, обладающих целительными свойствами, давно и безнаказанно хочет получить подлый и безжалостный граф Зиммариус. Для этой цели он нанимает разбойника, бывшего каторжника, Себастьяна Эскариуса. Он вызволяет последнего из тюрьмы, обещая ему статус и земли.
Себастьян мечтает начать новую жизнь и ради этого готов заключить сделку с графом в корыстных целях. Себастьяну предстоит соблазнить прекрасную леди - Джиневру и влюбить ее в себя, чтобы, после, опорочить ее в глазах общества.
Но вопреки всему, их объединяет любовь...
— Оставьте меня, — но в ее глазах вместо былой уверенности прозвучала почти мольба.
— Обязательно. Но только после того, как удостоверюсь в своей правоте. Не могу отказать себе в удовольствии попробовать эти сочные губки на вкус.
***
Джиневра де Ланваль - старая дева и единственная владелица поместья "Рубиновое сердце". Ее плантацию цветов, обладающих целительными свойствами, давно и безнаказанно хочет получить подлый и безжалостный граф Зиммариус. Для этой цели он нанимает разбойника, бывшего каторжника, Себастьяна Эскариуса. Он вызволяет последнего из тюрьмы, обещая ему статус и земли.
Себастьян мечтает начать новую жизнь и ради этого готов заключить сделку с графом в корыстных целях. Себастьяну предстоит соблазнить прекрасную леди - Джиневру и влюбить ее в себя, чтобы, после, опорочить ее в глазах общества.
Но вопреки всему, их объединяет любовь...
— Девочка нужна. Чистая, не засвеченная. Не глупая.
— Ого, ты прям о невозможном просишь. Хотя, Варя, дочь Людки Красовской. Музыкальную школу закончила, сейчас на автомойке у меня трудится. Ее если в порядок привести, настоящей красавицей будет.
— Употребляет?
— Нет. Не пьет, не курит. Говорю же, чистая. Только на язык остра.
— Ну с языком мы решим. Есть чем прижать?
— Ну они еще твоему отцу бабки были должны. Ну и девчонка на учебу копит. Мать вылечить пытается.
— Ой, ну прямо Золушка несчастная. Пора, значит, сделать ей предложение, от которого она не сможет отказаться.
— Ого, ты прям о невозможном просишь. Хотя, Варя, дочь Людки Красовской. Музыкальную школу закончила, сейчас на автомойке у меня трудится. Ее если в порядок привести, настоящей красавицей будет.
— Употребляет?
— Нет. Не пьет, не курит. Говорю же, чистая. Только на язык остра.
— Ну с языком мы решим. Есть чем прижать?
— Ну они еще твоему отцу бабки были должны. Ну и девчонка на учебу копит. Мать вылечить пытается.
— Ой, ну прямо Золушка несчастная. Пора, значит, сделать ей предложение, от которого она не сможет отказаться.
— Ну что, мой прекрасный цветок жасмина. Ты променяла мой дворец на эту лачугу. Неужели тебе здесь больше нравится? – шейх резко сокращает расстояние между нами, его руки с силой обхватывают мои плечи, не давая отступить.
— Как ты нашел меня? — голос дрожит, в груди все сжимается от страха. Теперь он не пощадит меня.
— Теперь я всегда знаю, где ты. Ты можешь убежать хоть на край света, но от меня не спрячешься. Я везде тебя найду.
Я приехала в гости к отцу, а он обманом отдал меня в гарем. Теперь я принадлежу жестокому шейху. Пусть он держит меня под замком, но я не стану покорной. Я буду бороться за свою свободу.
— Как ты нашел меня? — голос дрожит, в груди все сжимается от страха. Теперь он не пощадит меня.
— Теперь я всегда знаю, где ты. Ты можешь убежать хоть на край света, но от меня не спрячешься. Я везде тебя найду.
Я приехала в гости к отцу, а он обманом отдал меня в гарем. Теперь я принадлежу жестокому шейху. Пусть он держит меня под замком, но я не стану покорной. Я буду бороться за свою свободу.
Прямо перед поездкой в горы я узнала об измене своего парня, и поехала одна. Казалось бы, что могло случиться? База отдыха хорошо охранялась, никаких диких зверей, никакой преступности. Однако... И то и другое не миновало. Сначала двое мужчин попытались надругаться надо мной. Потом напал медведь. Только зверь оказался и не зверем вовсе, он меня не тронул, а защитил от отморозков.
Но сможет ли защитить от самого себя, когда мужская природа и инстинкты возьмут верх над разумом? Теперь на него открыта охота, расставлены капканы. А я в его капкане оказалась я.
Но сможет ли защитить от самого себя, когда мужская природа и инстинкты возьмут верх над разумом? Теперь на него открыта охота, расставлены капканы. А я в его капкане оказалась я.
***
- Кстати, а медосмотр ты прошла?
- Прошла конечно! - ответила дрожащим голосом, интуицией чуя некий подвох.
- Липовый поди? – прищурился Ахмад.
- Нет. Настоящий.
- Гинеколога проходила?
- Э… - запнулась на секунду и тут же соврала: – Да!
- Точно? Я проверю. Идем в смотровой кабинет, - и уверенным шагом двинулся в смежную дверь.
- В смысле смотровой? Что вы смотреть собираетесь?
----------------
Лера, в первый же месяц работы в санатории знатно налажала. Испачкала грязью главного врача, приняв его за пациента. Тот потребовал ее уволить. А когда узнал ближе – заставил отрабатывать оплошность. Как? Читаете и узнаете!
- Кстати, а медосмотр ты прошла?
- Прошла конечно! - ответила дрожащим голосом, интуицией чуя некий подвох.
- Липовый поди? – прищурился Ахмад.
- Нет. Настоящий.
- Гинеколога проходила?
- Э… - запнулась на секунду и тут же соврала: – Да!
- Точно? Я проверю. Идем в смотровой кабинет, - и уверенным шагом двинулся в смежную дверь.
- В смысле смотровой? Что вы смотреть собираетесь?
----------------
Лера, в первый же месяц работы в санатории знатно налажала. Испачкала грязью главного врача, приняв его за пациента. Тот потребовал ее уволить. А когда узнал ближе – заставил отрабатывать оплошность. Как? Читаете и узнаете!
— Напрасно ты так, — говорит он тихо, и в его глазах вспыхивает знакомый холодный огонек. — Не пожалеешь, если согласишься. Я проведу с тобой несколько… уроков любви. После них ты уже не будешь прежней. Обещаю.
Его слова, произнесенные с таким сладострастным убеждением, будто обжигают. Я резко вскакиваю на ноги и отступаю к большому окну, прижимаясь спиной к холодному стеклу.
— Знаю я твои «уроки», — вырывается у меня, голос хриплый от ярости и страха. — И вкусы твои знаю, видела, к сожалению. Так что нет. Забудь. Выбрось из головы.
Он медленно сползает со стола и неспешной, уверенной походкой подходит ко мне. Я зажата между ним и окном, пути к отступлению нет. Он поднимает руки и упирается ладонями в стекло по обе стороны от моей головы, запирая меня в замке из своих рук.
— Ника, — произносит он тихо, наклоняясь еще ближе. Его губы почти касаются моего уха. — У тебя нет выбора.
Его слова, произнесенные с таким сладострастным убеждением, будто обжигают. Я резко вскакиваю на ноги и отступаю к большому окну, прижимаясь спиной к холодному стеклу.
— Знаю я твои «уроки», — вырывается у меня, голос хриплый от ярости и страха. — И вкусы твои знаю, видела, к сожалению. Так что нет. Забудь. Выбрось из головы.
Он медленно сползает со стола и неспешной, уверенной походкой подходит ко мне. Я зажата между ним и окном, пути к отступлению нет. Он поднимает руки и упирается ладонями в стекло по обе стороны от моей головы, запирая меня в замке из своих рук.
— Ника, — произносит он тихо, наклоняясь еще ближе. Его губы почти касаются моего уха. — У тебя нет выбора.
Выберите полку для книги