Книги по тегу «невинная героиня»: ""
Совет Семерых принял решение выдать меня замуж за Тимура Варламова - молодого главу одной из семи семей. Проблема только в том, что он - враг нашей семьи. Ему должна была быть объявлена вендетта! Но Совет постановил, чтобы наши семьи породнились.
Совет решает, кому и когда умирать. Кому и на ком жениться. Как строить свой бизнес и в целом жизнь. От решений Совета зависит жизнь семи регионов страны и семи семей, к одной из которых принадлежу я, Ариадна Крестовская.
Совет решает, кому и когда умирать. Кому и на ком жениться. Как строить свой бизнес и в целом жизнь. От решений Совета зависит жизнь семи регионов страны и семи семей, к одной из которых принадлежу я, Ариадна Крестовская.
Меня уговорили согласиться на фиктивный брак. Тайлеру нужен был статус женатого для продвижения по службе, а мне – деньги, чтобы вылезти из долгов и сохранить поместье. Но на венчании нас с женихом ожидал сюрприз: туда внезапно заявился пьяный король и потребовал права первой ночи! Придётся показать этому наглому типу, что попаданки не сдаются. Я не твоё сокровище, дракон!
🔥 В книге есть:
✔️ Невинная героиня
✔️ Приёмная малышка-дочь с магией
✔️ Властный король, не терпящий отказов
✔️ ХЭ
🔥 В книге есть:
✔️ Невинная героиня
✔️ Приёмная малышка-дочь с магией
✔️ Властный король, не терпящий отказов
✔️ ХЭ
- Вы похитили меня!
- И теперь ты моя пленница. - Карим делает шаг ближе. Ещё один. Нависает. Впивается пальцами в мои волосы, жёстко фиксирует голову.
- Я не ваша собственность.
- Ты ослушалась и теперь придётся заплатить своей покорностью. - Он вдавливается в меня всем телом, твёрдым, как сталь, прижимая к стене. Жар его тела передаётся мне.
- Никогда. - Голос срывается, хотя цепляюсь за остатки ярости, но этот горец плюёт на все правила... Он сам себе закон.
- Ты моя по праву. И теперь принадлежишь мне.
После смерти отца в мою жизнь ворвался наглый горец. Назвался опекуном и просто увёз в горы. Хочет, чтобы я стала покорной, но я просто так не сдамся.
- И теперь ты моя пленница. - Карим делает шаг ближе. Ещё один. Нависает. Впивается пальцами в мои волосы, жёстко фиксирует голову.
- Я не ваша собственность.
- Ты ослушалась и теперь придётся заплатить своей покорностью. - Он вдавливается в меня всем телом, твёрдым, как сталь, прижимая к стене. Жар его тела передаётся мне.
- Никогда. - Голос срывается, хотя цепляюсь за остатки ярости, но этот горец плюёт на все правила... Он сам себе закон.
- Ты моя по праву. И теперь принадлежишь мне.
После смерти отца в мою жизнь ворвался наглый горец. Назвался опекуном и просто увёз в горы. Хочет, чтобы я стала покорной, но я просто так не сдамся.
И все это время смотрю в его глаза. Они такие глубокие, а в них – свет. И дело тут не в огне, уже поглощающим его жизнь, а в нём самом. Он – мой свет. Я не знаю, что сейчас происходит между нами, но мне это нравится. А ещё… я, кажется, больше не вернусь в тот холодный чужой мир, пропитанный фальшью. Но меня это больше не волнует. Я остаюсь с ним.
— Если ты стесняешься себя, то зря. — произнес отец Кати, возвращаясь на свое место и снова окидывая меня медленным, властным взглядом. — Возвращаясь к разговору о моде… Я считаю, что мода на тощих, уходит, она пригодна только для подиума. А в жизни… вешалки никому не нужны. Женщина должна быть сильной, чувственной и настоящей.
Взгляд Егора, как рентгеном прожигал меня насквозь, будто выявляя каждый мой лишний килограмм.
— Совершенно верно. — поддержал Михаил. — Женщина с пышными формами, ничем не хуже худышек. В старину именно такие женщины, как ты, считались идеалом красоты и воплощались на полотнах. Ты мадонна, Сонечка, ходячее произведение искусства. Просто не оформившееся.
От этих слов по моему телу разлилась странная теплота. Меня всегда дразнили пышкой, а за глаза коровой. А тут мадонна... Я взяла бокал и сделала большой глоток вина, надеясь, что алкоголь притупит стыд и уберет жар с моего лица.
Взгляд Егора, как рентгеном прожигал меня насквозь, будто выявляя каждый мой лишний килограмм.
— Совершенно верно. — поддержал Михаил. — Женщина с пышными формами, ничем не хуже худышек. В старину именно такие женщины, как ты, считались идеалом красоты и воплощались на полотнах. Ты мадонна, Сонечка, ходячее произведение искусства. Просто не оформившееся.
От этих слов по моему телу разлилась странная теплота. Меня всегда дразнили пышкой, а за глаза коровой. А тут мадонна... Я взяла бокал и сделала большой глоток вина, надеясь, что алкоголь притупит стыд и уберет жар с моего лица.
Перед сном фройлен Тифа Гумс нередко мечтала о добром, любимом муже, богатом хозяйстве и ораве детишек. Возраст подошел, а любви как не было, так и нет, по крайней мере, с ее стороны, а женихов-то вокруг вертится, хоть отбавляй. Настолько много, что любимая матушка решила выдать единственную дочь за того, кто предложит больший выкуп. Все бы ничего, да только Тифу никто не спрашивал, а среди «покупателей» появился весьма импозантный мужчина с мрачной, пугающей аурой, который дико манит и одновременно пугает главный лот аукциона первой ночи!
— Это грех! У вас завтра свадьба, а вы вламываетесь в мою комнату! — Смею дерзить.
— Это мой дом, а ты, горная роза, должна успокоить свой нрав! — подходит ближе. Подбирается к своей добыче, запугивая. — В роли няни ты отвратительна! Посмотрим, насколько ты хорошая любовница, — берет за руку, но я вырываюсь.
— Руки прочь!
— Тише, угомонись, дикая! Со мной еще ни одна кобылка так не брыкалась, но мне это нравится.
— Я вам не горная кляча!
— Нет, сладкая, но объездить мне тебя придется!
Запятнанная честь, проклятая жизнь, а я все стараюсь улыбаться каждому лучику солнца. И только он, властный и принципиальный мужчина, может либо очистить меня от позора, либо уничтожить окончательно.
— Это мой дом, а ты, горная роза, должна успокоить свой нрав! — подходит ближе. Подбирается к своей добыче, запугивая. — В роли няни ты отвратительна! Посмотрим, насколько ты хорошая любовница, — берет за руку, но я вырываюсь.
— Руки прочь!
— Тише, угомонись, дикая! Со мной еще ни одна кобылка так не брыкалась, но мне это нравится.
— Я вам не горная кляча!
— Нет, сладкая, но объездить мне тебя придется!
Запятнанная честь, проклятая жизнь, а я все стараюсь улыбаться каждому лучику солнца. И только он, властный и принципиальный мужчина, может либо очистить меня от позора, либо уничтожить окончательно.
— Кого ты обманываешь? Говорил, что сестёр у тебя нет, одни братья, — спрашивает блондинка, она стоит посреди зала, — так кто она?
— Ладно, НЕ СЕСТРА, только истерик не устраивай, — Карим оборачивается на меня в платке, стоящую в коридоре с чемоданом, — МАДИНА — МОЯ ЖЕНА, я сниму ей отдельную квартиру, ОНА НАМ НЕ ПОМЕШАЕТ.
— Карим, знаешь, ведь мне все говорили, что ты скоро найдешь кого-то на стороне. Но жену?!
Я открываю рот, чтобы защитить, сказать, что тут точно ОН ни в чем НЕ ВИНОВАТ, что между нами ничего не было. И не будет.
— Он не хотел...
— Молчи, — рявкает на меня Карим, — видишь, что ты наделала?!
Я знаю что — ВЫШЛА ЗАМУЖ за человека, чье имя в нашем регионе стало синонимом разврата.
И, да, ОН БЫЛ ПРОТИВ.
— Ладно, НЕ СЕСТРА, только истерик не устраивай, — Карим оборачивается на меня в платке, стоящую в коридоре с чемоданом, — МАДИНА — МОЯ ЖЕНА, я сниму ей отдельную квартиру, ОНА НАМ НЕ ПОМЕШАЕТ.
— Карим, знаешь, ведь мне все говорили, что ты скоро найдешь кого-то на стороне. Но жену?!
Я открываю рот, чтобы защитить, сказать, что тут точно ОН ни в чем НЕ ВИНОВАТ, что между нами ничего не было. И не будет.
— Он не хотел...
— Молчи, — рявкает на меня Карим, — видишь, что ты наделала?!
Я знаю что — ВЫШЛА ЗАМУЖ за человека, чье имя в нашем регионе стало синонимом разврата.
И, да, ОН БЫЛ ПРОТИВ.
— Не прячься, — прошептал он. Его лицо было так близко, что я видела каждую морщинку у его глаз, каждый лучик в его радужках - они были цвета старого коньяка, теплые и глубокие. — Твоя невинность... это самая большая роскошь в нашем циничном мире. Ею хочется любоваться. Хочется... попробовать.
Его губы коснулись моих. Сначала легко, почти невесомо, вопросительно. Это был мой первый поцелуй. И он был не таким, как в книгах. В нем не было робкой нежности. В нем была власть. Знание. Умение. Его губы были удивительно мягкими, но настойчивыми. Они двигались уверенно, заставляя мои отвечать им. Пальцы Марка вцепились в мои волосы, слегка откидывая голову назад, открывая шею.
А потом я почувствовала другое прикосновение. Сзади. Виктор подошел вплотную, его тело прижалось к моей спине, и я оказалась зажатой между ними.
Его губы коснулись моих. Сначала легко, почти невесомо, вопросительно. Это был мой первый поцелуй. И он был не таким, как в книгах. В нем не было робкой нежности. В нем была власть. Знание. Умение. Его губы были удивительно мягкими, но настойчивыми. Они двигались уверенно, заставляя мои отвечать им. Пальцы Марка вцепились в мои волосы, слегка откидывая голову назад, открывая шею.
А потом я почувствовала другое прикосновение. Сзади. Виктор подошел вплотную, его тело прижалось к моей спине, и я оказалась зажатой между ними.
‒ Краткосрочный контракт? ‒ переспросил он, переведя взгляд на мои губы.
‒ Да, ‒ кивнула я, сглотнув ком в горле. ‒ Я вам информацию, а вы мне деньги. Всё просто.
‒ Хорошо, ‒ кивнул он в ответ.
Мужская рука поднялась по моей спине, зарылась в волосах, и он заставил меня поднять голову.
‒ У меня условие, ‒ наклоняясь ко мне, сказал Дарэн Шархаз.
‒ Какое? ‒ спросила я, неосознанно облизав пересохшие от волнения губы.
‒ Я не делюсь, так что с этого дня ты только моя, Лила Вескович! ‒ ответил он и закрыл мне рот поцелуем, прежде чем я возразила.
Я Далила Тубал Даркс‒Эр, но никто не знает, что мой отец могущественный дарг, глава корпорации. Для всех я Лила Вескович, секретарь‒референт в корпорации Даркс‒Эр. У моего отца много врагов. Желая узнать тайны одного из них, я заключила опасную сделку.
И теперь на кону уже не бизнес отца, а моя собственная свобода
‒ Да, ‒ кивнула я, сглотнув ком в горле. ‒ Я вам информацию, а вы мне деньги. Всё просто.
‒ Хорошо, ‒ кивнул он в ответ.
Мужская рука поднялась по моей спине, зарылась в волосах, и он заставил меня поднять голову.
‒ У меня условие, ‒ наклоняясь ко мне, сказал Дарэн Шархаз.
‒ Какое? ‒ спросила я, неосознанно облизав пересохшие от волнения губы.
‒ Я не делюсь, так что с этого дня ты только моя, Лила Вескович! ‒ ответил он и закрыл мне рот поцелуем, прежде чем я возразила.
Я Далила Тубал Даркс‒Эр, но никто не знает, что мой отец могущественный дарг, глава корпорации. Для всех я Лила Вескович, секретарь‒референт в корпорации Даркс‒Эр. У моего отца много врагов. Желая узнать тайны одного из них, я заключила опасную сделку.
И теперь на кону уже не бизнес отца, а моя собственная свобода
Выберите полку для книги