Подборка книг по тегу: "нежная но сильная героиня"
Одна кофейня, две одинокие души и ночь, которая изменит все. Она - заложница своего семейного положения - нет детей и мужа, значит есть все праздничные смены. Он - бежал от миллионных сделок и пустоты успеха в тихий городок, чтобы встретить Новый год в одиночестве. Встреча взглядов сквозь пар от эспрессо. Тишина пустого кафе. И одна просьба: "Подари мне эту ночь". Сорванный поцелуй, который слаще десерта. Взгляд, будоражащий душу. Утренние посетители, как знак, что ночь прошла, сказка закончилась.
Что может быть общего у маленькой девочки, мечтающей о верных и надежных друзьях, и угрюмого подростка, обиженного на всех вокруг. Одиночество. Но в канун Нового года все может измениться. Ведь это время чудес. Особенно если письмо с заветным желанием волшебным образом попадет не в те руки. А может как раз в те самые?
Две семьи, одинокие и пережившие предательство самых близких. И одно случайное письмо, с которого началась новая история. История о том, как одна (не) случайность может переплести судьбы и подарить самое главное новогоднее чудо – любовь!
Две семьи, одинокие и пережившие предательство самых близких. И одно случайное письмо, с которого началась новая история. История о том, как одна (не) случайность может переплести судьбы и подарить самое главное новогоднее чудо – любовь!
Я родила ребенка, муж позвал свою маму помогать, и тут начался ад. Оказалось, свекровь меня ненавидит! Я сказала мужу, но он не хочет слышать, а свекровь решает сосватать ему другую!
― Мам, ну хватит. Кристина ― моя жена.
Я замерла и стала прислушиваться.
― И раньше я не высказывалась против, но теперь вижу, какая она плохая хозяйка. Как ты с ней жить-то дальше будешь?
― Обыкновенно, раньше же как-то жил.
― В том-то и дело, что как попало жил! А если я уеду, кто тебя кормить будет? Стирать? Рубашки гладить? Ты же руководитель отдела, должен выглядеть соответствующе!
― Мам...
― И вообще, Верочка тебе идеально подходит!
При упоминании другой женщины, сердце сжалось в груди. Снова она сватала ему какую-то таинственную Веру.
― Ты же сама была против этой самой Верочки когда-то, ― ответил муж.
― Ну то ― тогда, а то ― сейчас. Теперь я очень даже «за». Она в ресторане поваром работает, знает, как накормить и зарабатывает хорошо! И деток любит, о Даньке хорошо позаботиться сможет.
― Мам, ну хватит. Кристина ― моя жена.
Я замерла и стала прислушиваться.
― И раньше я не высказывалась против, но теперь вижу, какая она плохая хозяйка. Как ты с ней жить-то дальше будешь?
― Обыкновенно, раньше же как-то жил.
― В том-то и дело, что как попало жил! А если я уеду, кто тебя кормить будет? Стирать? Рубашки гладить? Ты же руководитель отдела, должен выглядеть соответствующе!
― Мам...
― И вообще, Верочка тебе идеально подходит!
При упоминании другой женщины, сердце сжалось в груди. Снова она сватала ему какую-то таинственную Веру.
― Ты же сама была против этой самой Верочки когда-то, ― ответил муж.
― Ну то ― тогда, а то ― сейчас. Теперь я очень даже «за». Она в ресторане поваром работает, знает, как накормить и зарабатывает хорошо! И деток любит, о Даньке хорошо позаботиться сможет.
✅МАКСИМАЛЬНАЯ СКИДКА ДЛЯ САМЫХ ПРЕДАННЫХ ЧИТАТЕЛЕЙ!
✅КОРОТКАЯ ИСТОРИЯ!
✅ЗАВЕРШЕНО!
___
— Что происходит, Арина? — спрашивает Макар, изучая меня пристальным взглядом.
— Моя сестра говорит, что видела тебя с другой. Это правда? Ты мне изменяешь?
— Что за бред? — почти рычит муж, переводя взгляд на Васю. — Ты чего добиваешься?
Сестра ежится, кусает губы.
Отвлекаюсь на вибрацию телефона. Достаю его из кармана и обнаруживаю сообщение от незнакомого номера.
«Макар — мой муж! Ясно тебе? А с тобой у него незаконный брак! Проверяй документы, дура!»
А дальше прикреплённая фотография. Макар с брюнеткой в одной постели.
— Боже, — мобильный выскальзывает из рук. Сестра подбегает, забирает его и ухмыляется злорадно.
— Я же говорила! Говорила ведь, что он изменяет! Вот! — показывает снимок моей маме.
— Арин, все не так, — слышу сквозь вату в ушах голос... Мужа.
А муж ли он мне вообще?
✅КОРОТКАЯ ИСТОРИЯ!
✅ЗАВЕРШЕНО!
___
— Что происходит, Арина? — спрашивает Макар, изучая меня пристальным взглядом.
— Моя сестра говорит, что видела тебя с другой. Это правда? Ты мне изменяешь?
— Что за бред? — почти рычит муж, переводя взгляд на Васю. — Ты чего добиваешься?
Сестра ежится, кусает губы.
Отвлекаюсь на вибрацию телефона. Достаю его из кармана и обнаруживаю сообщение от незнакомого номера.
«Макар — мой муж! Ясно тебе? А с тобой у него незаконный брак! Проверяй документы, дура!»
А дальше прикреплённая фотография. Макар с брюнеткой в одной постели.
— Боже, — мобильный выскальзывает из рук. Сестра подбегает, забирает его и ухмыляется злорадно.
— Я же говорила! Говорила ведь, что он изменяет! Вот! — показывает снимок моей маме.
— Арин, все не так, — слышу сквозь вату в ушах голос... Мужа.
А муж ли он мне вообще?
В голове Ивана вихрем крутились мысли: «Почему я? Кто решил, что я справлюсь? Я же просто…» Просто человек. Просто тот, кто мечтал о спокойной жизни. Просто парень, который боялся ответственности и не верил в сказки.
Ему было страшно — страшно, как никогда в жизни. Он посмотрел в отражение водной глади в чаше и произнёс вслух, будто вбивая каждое слово в собственную душу:
— Я не хотел быть героем. Но герой — это не тот, кто жаждет славы. Это тот, кто делает шаг вперёд, даже когда колени дрожат.
Ему было страшно — страшно, как никогда в жизни. Он посмотрел в отражение водной глади в чаше и произнёс вслух, будто вбивая каждое слово в собственную душу:
— Я не хотел быть героем. Но герой — это не тот, кто жаждет славы. Это тот, кто делает шаг вперёд, даже когда колени дрожат.
«Не смотри на меня. Не прикасайся. Не замечай».
Для всех я — обычная студентка, но дома я — изгой, чье тело хранит следы «воспитания» тех, кто должен был меня защищать. В собственной семье я лишь вещь, которую готовят к выгодной продаже, а пока этот день не настал — на мне вымещают злость за закрытыми дверями.
Он — тот, кого обходят стороной. Днем он — недосягаемый мажор и звезда университета, а ночью — наследник криминальной империи, чье имя внушает ужас. Мы из разных миров, но нас объединяет тьма.
Для всех я — обычная студентка, но дома я — изгой, чье тело хранит следы «воспитания» тех, кто должен был меня защищать. В собственной семье я лишь вещь, которую готовят к выгодной продаже, а пока этот день не настал — на мне вымещают злость за закрытыми дверями.
Он — тот, кого обходят стороной. Днем он — недосягаемый мажор и звезда университета, а ночью — наследник криминальной империи, чье имя внушает ужас. Мы из разных миров, но нас объединяет тьма.
— Жену свою увидишь в день свадьбы, — говорит отец сурово. — А после сыграем свадьбу твоей названой сестры…
— Нина? Нину - замуж?! — в солнечном сплетении ощущается острый укол иглы.
— Нашёл для неё подходящую партию. Старейшина, человек с большим состоянием и непререкаемым авторитетом. Это честь для нашей семьи.
— Ты что творишь?! — голос сорвался на крик, грубый, полный неподдельного ужаса. — Я его помню! Я ещё маленьким был, а он — уже стариком! Ты хочешь выдать Нину за… за могильщика?!
Нельзя позволить, чтобы эта тонкая, красивая, изящная девушка досталась другому… Нельзя… Надо ее… украсть…
— Нина? Нину - замуж?! — в солнечном сплетении ощущается острый укол иглы.
— Нашёл для неё подходящую партию. Старейшина, человек с большим состоянием и непререкаемым авторитетом. Это честь для нашей семьи.
— Ты что творишь?! — голос сорвался на крик, грубый, полный неподдельного ужаса. — Я его помню! Я ещё маленьким был, а он — уже стариком! Ты хочешь выдать Нину за… за могильщика?!
Нельзя позволить, чтобы эта тонкая, красивая, изящная девушка досталась другому… Нельзя… Надо ее… украсть…
— Ты её знаешь? — женщина, которую страстно целовал мой муж разглядывает меня с интересом.
Максим молчит. И за него отвечаю я.
— Я его жена.
— Женат. И жену с собой привёл на корпоратив. — Она качает головой. — Боже, Максим, я думала, ты хотя бы умный.
Она проходит мимо меня, обдав волной дорогих духов, и даже не удостаивает взглядом.
И тогда Максим смотрит на меня. Но в его глазах не раскаяние. В его глазах злость.
— Зачем ты сюда пришла? — голос тихий, сдавленный, и от этой тишины мне становится холоднее, чем от крика. — Я просил тебя сидеть за столом. Просил подождать. Ты понимаешь, что ты сейчас наделала? Она завтра улетает, и если она скажет отцу...
В кулаке — тест. Две полоски, яркие и чёткие. Утром я стояла в ванной и не могла перестать улыбаться, потому что мы ждали этого полтора года. Полтора года попыток, разочарований.
И вот — наконец.
А вечером он соблазняет другую ради контракта. Карьера может оправдать любое предательство? Я так не думаю!
Максим молчит. И за него отвечаю я.
— Я его жена.
— Женат. И жену с собой привёл на корпоратив. — Она качает головой. — Боже, Максим, я думала, ты хотя бы умный.
Она проходит мимо меня, обдав волной дорогих духов, и даже не удостаивает взглядом.
И тогда Максим смотрит на меня. Но в его глазах не раскаяние. В его глазах злость.
— Зачем ты сюда пришла? — голос тихий, сдавленный, и от этой тишины мне становится холоднее, чем от крика. — Я просил тебя сидеть за столом. Просил подождать. Ты понимаешь, что ты сейчас наделала? Она завтра улетает, и если она скажет отцу...
В кулаке — тест. Две полоски, яркие и чёткие. Утром я стояла в ванной и не могла перестать улыбаться, потому что мы ждали этого полтора года. Полтора года попыток, разочарований.
И вот — наконец.
А вечером он соблазняет другую ради контракта. Карьера может оправдать любое предательство? Я так не думаю!
– Итак, где тут наша плачущая девица?
В кабинет заходит он, мужчина, бросивший меня ради карьеры. Бог кардиохирургии, который сейчас просто обязан спасти моего отца.
– О боги, - выдыхаю я, обнимая свой большой живот.
– Груня? – он застывает на месте, озирает меня медленно и его взгляд зависает на моем "интересном положении".
– Никакая я не Груня. Для тебя я Агриппина Ивановна, дочь твоего пациента Ивана Асечкина. И будь добр, избавь меня...
– Какой срок? – перебивает резко.
Да, он не дурак и быстро соображает...
В кабинет заходит он, мужчина, бросивший меня ради карьеры. Бог кардиохирургии, который сейчас просто обязан спасти моего отца.
– О боги, - выдыхаю я, обнимая свой большой живот.
– Груня? – он застывает на месте, озирает меня медленно и его взгляд зависает на моем "интересном положении".
– Никакая я не Груня. Для тебя я Агриппина Ивановна, дочь твоего пациента Ивана Асечкина. И будь добр, избавь меня...
– Какой срок? – перебивает резко.
Да, он не дурак и быстро соображает...
Дальние космические полёты - давно уже рутина. Долгие годы люди на кораблях проводят в анабиозе. Но есть проблема: наука не в силах подавить первобытные инстинкты, которые набирают силу во время анабиоза и способны создать массу проблем. Решение оказалось простым: каждый член экипажа выводится из анабиоза и получает "технический перерыв" для удовлетворения своих желаний. Женя впервые выведена в технический перерыв, и она хочет получить от него всё, что только может...
Выберите полку для книги