Книги по тегу «новая жизнь»: ""

— Вероника, всё-таки тебе очень повезло с невесткой, — слышу голос сестры свекрови. — Какой она накрыла стол, а как всё вкусно! Дома порядок, муж доволен, — нахваливала она меня.
— Ой, скажешь то же, — слышу недовольный голос свекрови. — Порядок мой сынок навёл, а все блюда я ей готовила! — нагло врёт Вероника Андреевна. Я сжимаю банку с солением, стоя в кладовке около кухни.
— Ой, ничего с Андрюшей не случится, если жене поможет. Он уже сколько дома сидит, не работает? — спрашивает Людмила.
— А тебе то что? — возмущается свекровь.
— И не надо мне врать. Я прекрасно знаю, как ты готовишь. Кира готовит намного вкуснее, — говорит Людмила. Свекровь начинает возмущаться, но её сестра смеётся в ответ и уходит в зал.
— Кира, Кира, заладила! Была бы эта Кира такой хорошей, мой сыночек бедненький не искал бы утешения на стороне. Как говорится: от хороших жён мужья не гуляют, — говорит она и уходит следом за сестрой.
У меня из рук выскальзывает банка с солением, и падает мне на ногу.

Я уходила как королева, чтоб муж пожалел, чтоб он запомнил мой уход! План удался, неверный в шоке, я с гордо поднятой головой уехала в ночь с красивым мужчиной! И после этого в моей жизни начался полный кавардак...

❤️‍🔥ДОБАВЛЕНЫ ИЛЛЮСТРАЦИИ❤️‍🔥

В его мире всё имеет цену. В её мире — всё стоит денег. Их жизни разделяли пропасть и взаимное презрение, пока судьба не поселила их по соседству.

Матвей Рождественский — «золотой» мальчик, для которого жизнь была бесконечной вечеринкой с отцовского счёта. Теперь, наказанный родителем, он вынужден выживать на мизерную сумму в хрущёвке у бабушки-прокурора.

Кристина Туманова не понаслышке знает цену деньгам: учёба, смена в кофейне и написание чужих курсовых — так она помогает семье и держится на плаву.

Когда их пути пересекаются на восьмом этаже, сталкиваются два непримиримых взгляда на жизнь. Он не понимает, как можно так существовать. Она презирает его беспомощность. Но в мире, где стены тонки, а обстоятельства заставляют идти на компромиссы, презрения может оказаться недостаточно. Готовы ли они заплатить самую высокую цену — изменить себя?

Бедный мажор, лишённый наследства и друзей.
Девушка, которая умеет управлять всем сама.
И одно маленькое кафе на окраине города.
Когда он приходит туда впервые, он не ищет приключений. Но именно здесь его ждёт проверка: на характер, терпение и то, что называется любовью.
Смогут ли два таких разных человека не разрушить друг друга?

— Ты почему здесь?
— Мама попросила проверить трубы.
— Надо было мне сказать.
— Ты был занят…
Я зашла в дом свекрови перед Новым годом — по просьбе.
А увидела там мужа и женщину, которая была в халате на голое тело.
Бокалы, наспех сброшенная одежда.
Он пытался объяснять, оправдываться, уходил в агрессию. А я понимала, что это не случайная связь. Это не ошибка, а вторая жизнь.

— Ты правда думаешь, что из-за одной ночи можно рушить семью?
— Нет, — ответила я. — Семью рушат ложь и предательство. Развод — это уже итог.

В Новый год мой муж сказал, что у него срочная операция. Я поверила. А потом увидела его в празднично украшенном кабинете с другой женщиной.
Я ушла под бой курантов. Подала на развод.
Осталась с маленькой дочкой на руках и пустотой в сердце.
Я думала, что это конец.
Оказалось — это рецепт.
Рецепт на свободу. На уважение. На настоящую любовь. И счастье.

— Нет-нет, прекратите, что вы делаете? Так нельзя, — доносится из-за двери с тихим всхлипом знакомым женским голосом.
— Закрой рот и делай, что велено, — грубо вторит ему мужской.
Накрыв ладонью дверную ручку, я пытаюсь осознать происходящее, но выходит плохо. То есть я его осознаю, но оно совсем не укладывается в моей голове.
— Но вы не должны. Я…
— Я сам решаю, что и кому должен! Хватит болтать!
— Но… Ох!
Я всё-таки не выдерживаю и открываю дверь. Чтобы тут же поражённо ахнуть. Ведь на нашей с Гришей супружеской постели он и… невеста нашего сына.

— Ты был с ней?
Он не отвёл взгляд.
— А если и так — что ты сделаешь?
Годовщина закончилась запахом чужих духов и холодным «не устраивай сцен». А потом я узнала, что моё имя стоит под документами, которые могут разрушить жизнь моего отца. Он не просто изменил — он использовал меня, зная, что я промолчу.
— Ты никуда не уйдёшь, — сказал он. — Ты удобная.
— Ошибаешься, — ответила я.
Я больше не прошу объяснений и не спасаю чужие интересы. Я выхожу из этого брака и бью туда, где он был уверен в своей безнаказанности.

- Ты не будешь встречать с нами новый год. - Катя не спрашивала. Она констатировала факт.
Я, мягко говоря, удивилась.
- Почему это? - спросила я.
- Потому что ты больше не жена Андрея, - сообщила она, как будто это что-то объясняло.
- Ну и что?
- Да ничего, Вера. Нафига ты нужна там, где мы оба будем? Хочешь испортить всем праздник снова? В прошлом году тебе было мало?
От ее жестоких вопросов я ощутила мощный флешбек. Словно опять стою посреди гостиной, и муж сообщает, что хочет развестись.
Продираясь через паническую атаку, я с трудом сообразила.
- Ты и Андрей? Вы вместе?
- Конечно, - ответила Катя, не задумываясь ни на секунду. - Как будто ты не знала.
В прошлом году перед боем Курантов со мной случилось все самое ужасное. Я с трудом восстановилась после выкидыша и развода. Пора начать новую жизнь, но моя подруга оказалась резко против.
И что мне теперь делать? Уйти в сторону, чтобы не мешать счастью Кати и Андрея?
Как бы не так!

Судебный зал. Чужой, холодный, с высокими окнами, через которые пробивался блеклый дневной свет. Есения стояла у длинного стола и чувствовала себя странно — словно пришла сюда без подготовки, без понимания правил игры.
Рядом был Сергей. Уверенный, собранный, сосредоточенный. Он выглядел так, будто давно всё решил и просто ждал формальности. Он не смотрел на неё — его взгляд был устремлён вперёд, туда, где стояла другая женщина.
Молодая. Аккуратная. Слишком спокойная для человека, который якобы оказался здесь случайно.
Судья читал решение монотонным голосом, и слова, падая в воздух, резали слух:
— …имущество переходит супругу.
— …гражданка Сергеева добровольно отказалась от своей доли.
Есения опустила глаза — и увидела документы.
Белые листы.
Чёткий текст.
И подписи внизу.
Её подписи.
Она попыталась сказать, что это ошибка. Что она ничего не подписывала. Что она не соглашалась. Но голос не слушался, будто её слова теряли смысл, не успев родиться.
Сергей наклонился к ней и пр