Книги по тегу «от ненависти до любви»: ""
*Интеллектуальный труд БЕЗ использования ИИ.
Утопай в пучине моих вод... Глотай мою ненависть, дыши моим ядом, захлебнись своим страхом.
Но ты улыбаешься. И смотришь так... что ненависть отступает, уступая место желанию... которое сильнее оков.
Утопай в пучине моих вод... Глотай мою ненависть, дыши моим ядом, захлебнись своим страхом.
Но ты улыбаешься. И смотришь так... что ненависть отступает, уступая место желанию... которое сильнее оков.
Я очнулась в чужом теле посреди королевского маскарада.
На моём лице была чёрная маска. У моих ног — погибшая фаворитка короля. А капитан дворцовой проверки уже смотрел на меня так, будто дело почти закрыто.
Все видели во мне виновную. Все были готовы поверить в красивую версию: тихая младшая распорядительница, зависть, удобное место, чужая маска.
Но я знаю одно: если меня поставили рядом с телом так, чтобы весь двор увидел именно меня, значит, настоящий враг всё ещё прячется за чужим лицом.
До закрывающего бала осталось совсем немного. Потом маски сожгут, временные списки исчезнут, а моя вина станет единственной правдой.
Значит, мне придётся успеть раньше.
Найти того, кто украл моё лицо.
И снять с него маску первой.
На моём лице была чёрная маска. У моих ног — погибшая фаворитка короля. А капитан дворцовой проверки уже смотрел на меня так, будто дело почти закрыто.
Все видели во мне виновную. Все были готовы поверить в красивую версию: тихая младшая распорядительница, зависть, удобное место, чужая маска.
Но я знаю одно: если меня поставили рядом с телом так, чтобы весь двор увидел именно меня, значит, настоящий враг всё ещё прячется за чужим лицом.
До закрывающего бала осталось совсем немного. Потом маски сожгут, временные списки исчезнут, а моя вина станет единственной правдой.
Значит, мне придётся успеть раньше.
Найти того, кто украл моё лицо.
И снять с него маску первой.
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА!
— Варь, ты чего? Дима?
— Нет. С сыном все нормально, — голос мой хрипит, будто я всю ночь пела в караоке. — А вот я… влипла.
Протягиваю подруге договор, что лежит на тумбе в коридоре, и наблюдаю, как она читает и глаза становятся круглыми, как у кота из Шрека.
— Ты… ты серьезно? — шепчет она. — Ты согласилась стать суррогатной матерью?
— Я думала, это контракт на должность помощника! — выдыхаю я с отчаянием. — А он меня как корову в племенной колхоз оформлял. Что теперь делать? Как выпутываться?
— Варь, ты чего? Дима?
— Нет. С сыном все нормально, — голос мой хрипит, будто я всю ночь пела в караоке. — А вот я… влипла.
Протягиваю подруге договор, что лежит на тумбе в коридоре, и наблюдаю, как она читает и глаза становятся круглыми, как у кота из Шрека.
— Ты… ты серьезно? — шепчет она. — Ты согласилась стать суррогатной матерью?
— Я думала, это контракт на должность помощника! — выдыхаю я с отчаянием. — А он меня как корову в племенной колхоз оформлял. Что теперь делать? Как выпутываться?
— Ты хочешь сказать, что деревенская пышка заменит ту, кого я выбрал?
Пышка.
Слово обожгло сильнее пощечины, но я лишь вскинула подбородок.
— Именно так, милорд. У нас говорят: пухлые женщины теплее. А худые быстро замерзают. Вам ли не знать, повелитель льдов?
В зале воцарилась тишина.
— Дерзкая, — холодно произнес Ледяной дракон. — Ты хоть понимаешь, на что себя обрекаешь?
— Понимаю. Я спасаю сестру. И этого достаточно.
Я заняла место сестры, чтобы спасти ей жизнь. Но не ожидала, что мой огонь станет единственным шансом для Ледяного дракона. Только чем сильнее тает его лед, тем труднее мне не отдать ему свое сердце.
Пышка.
Слово обожгло сильнее пощечины, но я лишь вскинула подбородок.
— Именно так, милорд. У нас говорят: пухлые женщины теплее. А худые быстро замерзают. Вам ли не знать, повелитель льдов?
В зале воцарилась тишина.
— Дерзкая, — холодно произнес Ледяной дракон. — Ты хоть понимаешь, на что себя обрекаешь?
— Понимаю. Я спасаю сестру. И этого достаточно.
Я заняла место сестры, чтобы спасти ей жизнь. Но не ожидала, что мой огонь станет единственным шансом для Ледяного дракона. Только чем сильнее тает его лед, тем труднее мне не отдать ему свое сердце.
— Ты до сих пор думаешь, что я шучу? Камеры, Лиза. Ты сама пришла ко мне, хотела быть нужной, — он рассмеялся, сжимая мои плечи до боли. — Я хочу, чтобы ты стала моим личным репетитором. Будешь заниматься со мной психологией. У меня дома.
— Что ты несешь?! — прошептала я, покрываясь мурашками.
— Да-да. И если откажешься — я опозорю тебя на весь институт. У меня есть запись из спальни. Ты правда хочешь, чтобы весь ректорат увидел, как именно ты «преподавала» мне психологию в ту ночь?
Я проснулась в постели у студента-мажора, не понимая, как там оказалась. Его отчим — ректор моего института. Теперь парень шантажирует меня: либо я стану его «личным репетитором» по психологии, либо он обнародует запись из спальни, разрушив мою карьеру аспирантки. Я заперта в его жестокой игре.
— Что ты несешь?! — прошептала я, покрываясь мурашками.
— Да-да. И если откажешься — я опозорю тебя на весь институт. У меня есть запись из спальни. Ты правда хочешь, чтобы весь ректорат увидел, как именно ты «преподавала» мне психологию в ту ночь?
Я проснулась в постели у студента-мажора, не понимая, как там оказалась. Его отчим — ректор моего института. Теперь парень шантажирует меня: либо я стану его «личным репетитором» по психологии, либо он обнародует запись из спальни, разрушив мою карьеру аспирантки. Я заперта в его жестокой игре.
Я заключила сделку с демоном. Тридцать ночей — и я свободна. Он питается моими желаниями, я получаю удовольствие и золото. Всё просто. Никаких чувств, никаких обязательств.
Но когда я увидела, как он целует другую, что-то во мне сломалось. Я отказалась от сделки. Я сказала: больше никаких желаний. Никаких стонов. Никакой энергии. Пусть голодает. Пусть катится к своей беловолосой стерве.
Только вот он не покатился. Он заперся в дальнем крыле замка, выгнал всех и начал умирать. Без моих желаний его сущность рассыпается. И теперь мне придётся решить: спасти его или спастись самой. Потому что пока я здесь, моё тело в Барселоне лежит в коме. И времени почти не осталось.
Вторая книга цикла «Тридцать ночей». Жёстче, горячее, больнее. Аника больше не игрушка. Она решает сама.
Но когда я увидела, как он целует другую, что-то во мне сломалось. Я отказалась от сделки. Я сказала: больше никаких желаний. Никаких стонов. Никакой энергии. Пусть голодает. Пусть катится к своей беловолосой стерве.
Только вот он не покатился. Он заперся в дальнем крыле замка, выгнал всех и начал умирать. Без моих желаний его сущность рассыпается. И теперь мне придётся решить: спасти его или спастись самой. Потому что пока я здесь, моё тело в Барселоне лежит в коме. И времени почти не осталось.
Вторая книга цикла «Тридцать ночей». Жёстче, горячее, больнее. Аника больше не игрушка. Она решает сама.
Меня зовут Элина Веларис.
Однажды осень забрала меня в тайную Академию, где древний Лес медленно умирает и требует от людей силы, чтобы жить дальше.
С первого взгляда на Симона Ариэна — моего холодного и высокомерного наставника — всё внутри меня перевернулось. Мы оказались связаны древней Истинной Парой. Связью, которую невозможно разорвать.
Я ненавидела его.
За надменность. За то, что рядом с ним я переставала себя узнавать.
Но чем глубже мы погружались в тайны Академии, тем сильнее я понимала: иногда самое страшное — это не ненавидеть того, кого должен ненавидеть… а начать его любить.
Однажды осень забрала меня в тайную Академию, где древний Лес медленно умирает и требует от людей силы, чтобы жить дальше.
С первого взгляда на Симона Ариэна — моего холодного и высокомерного наставника — всё внутри меня перевернулось. Мы оказались связаны древней Истинной Парой. Связью, которую невозможно разорвать.
Я ненавидела его.
За надменность. За то, что рядом с ним я переставала себя узнавать.
Но чем глубже мы погружались в тайны Академии, тем сильнее я понимала: иногда самое страшное — это не ненавидеть того, кого должен ненавидеть… а начать его любить.
Отец умер. В наследство — империя и брак с мужчиной, которого я ненавижу. Демид Коршунов — холодный хищник, привыкший побеждать. Он думает, что я сломлюсь. Он ошибается. Фиктивный брак — только начало. За спиной враги, предательство в собственной семье, а между нами — война характеров, ревность и поцелуи, от которых горит всё вокруг. Он хочет контролировать. Я хочу уничтожить. Но когда ставки слишком высоки, выясняется: мы оба уже не играем. Мы — в эпицентре катастрофы. И выходить из неё будем вместе.
— В этом доме жертв не кормят, сестрёнка. Их едят.
— Тогда надеюсь, у тебя хороший аппетит, братец.
ОН — наследник фармацевтической империи. Циничный манипулятор с внешностью падшего ангела и душой, давно проданной тому, кто платит больше.
ОНА — его новая сводная сестра. Бледная, хрупкая, с глазами, в которых плещется тьма.
Он думал, что нашёл идеальную жертву. Она знала, что вошла в логово врага.
Их первая встреча — не любовь с первого взгляда. Это столкновение двух стихий, которым тесно в одном мире.
Готический особняк на скалистом побережье. Комната мёртвой невесты. Тайны, которые сочатся из стен, как кровь.
История о двух хищниках, которые думали, что уничтожат друг друга, — и не заметили, как стали друг для друга единственным домом.
🖤 Сводные брат и сестра
🖤 От ненависти до одержимости
🖤 Газлайтинг, манипуляции, психологические качели
🖤 Тайны прошлого, тёмные секреты, убийства
🖤 Готическая эстетика «old money»
🖤 Запретная страсть
— Тогда надеюсь, у тебя хороший аппетит, братец.
ОН — наследник фармацевтической империи. Циничный манипулятор с внешностью падшего ангела и душой, давно проданной тому, кто платит больше.
ОНА — его новая сводная сестра. Бледная, хрупкая, с глазами, в которых плещется тьма.
Он думал, что нашёл идеальную жертву. Она знала, что вошла в логово врага.
Их первая встреча — не любовь с первого взгляда. Это столкновение двух стихий, которым тесно в одном мире.
Готический особняк на скалистом побережье. Комната мёртвой невесты. Тайны, которые сочатся из стен, как кровь.
История о двух хищниках, которые думали, что уничтожат друг друга, — и не заметили, как стали друг для друга единственным домом.
🖤 Сводные брат и сестра
🖤 От ненависти до одержимости
🖤 Газлайтинг, манипуляции, психологические качели
🖤 Тайны прошлого, тёмные секреты, убийства
🖤 Готическая эстетика «old money»
🖤 Запретная страсть
Я была пианисткой, а стала платой за чужой долг. Он взял меня как вещь — в подвале, в душе, на глазах у своих людей. Я ненавидела его каждой клеткой, но моё тело предавало меня снова и снова...
Он хотел сломать меня, чтобы сделать своей, но я разбудила в чудовище человека. Когда его клан потребовал моей смерти, он дал мне билет на свободу. Но я не ушла. Я вернулась в этот ад, в его объятия, к его крови на руках — потому что свобода без него оказалась пустотой.
Похищена. Сломлена. Унижена. И всё равно его. Дикий кавказец не отпустит.
Он хотел сломать меня, чтобы сделать своей, но я разбудила в чудовище человека. Когда его клан потребовал моей смерти, он дал мне билет на свободу. Но я не ушла. Я вернулась в этот ад, в его объятия, к его крови на руках — потому что свобода без него оказалась пустотой.
Похищена. Сломлена. Унижена. И всё равно его. Дикий кавказец не отпустит.
Выберите полку для книги