Книги по тегу «откровенная эротика»: ""
Хозяин долины не смог смириться с побегом опасной истинной. Измучив себя размышлениями, он отправляется в погоню за своей вздорной возлюбленной, но натыкается на старика, который говорит, что, возможно, его девочка уже перешла черту и стала безумным демоном.
Мике придется разобраться с проклятием поселения, чтобы понять, почему оно привлекло пожирательницу.
Мике придется разобраться с проклятием поселения, чтобы понять, почему оно привлекло пожирательницу.
Иллюстрации🎨
Три года я писала самые грязные фантазии о нём.
Три года он читал каждое слово.
Теперь он пришёл за мной.
Не из экрана.
Не из чата.
А по-настоящему.
И он больше не один.
Внутри него - семеро.
И все они хотят меня одновременно
Три года я писала самые грязные фантазии о нём.
Три года он читал каждое слово.
Теперь он пришёл за мной.
Не из экрана.
Не из чата.
А по-настоящему.
И он больше не один.
Внутри него - семеро.
И все они хотят меня одновременно
Сладкая девочка была так очаровательна и невинна, что двое воинов, заглянувших в её домик, не смогли так быстро его покинуть… Сладости и радости были для мужчин так приятны, что затуманили их рассудок… Девушка позволяла им такое, что они никогда раньше не делали…
Женечка, студентка юрфака, всего лишь хотела подработать официанткой на закрытой вип-вечеринке ...
Но, нарвалась на конфликт с одним из вип гостей, криминальным авторитетом, который решил ее "проучить".
«Остановите землю, я сойду …» - реальность Жени становится настолько кошмарной, что хочется думать, что это все не с ней. Но это с ней.
Июль, лес, четверо … Что это? Кровь? Нельзя терять сознание, они же меня здесь просто бросят и я умру …
Но, нарвалась на конфликт с одним из вип гостей, криминальным авторитетом, который решил ее "проучить".
«Остановите землю, я сойду …» - реальность Жени становится настолько кошмарной, что хочется думать, что это все не с ней. Но это с ней.
Июль, лес, четверо … Что это? Кровь? Нельзя терять сознание, они же меня здесь просто бросят и я умру …
Она подняла глаза и встретила его взгляд. Темный, горячий, голодный.
И вдруг его рука коснулась ее волос.
— Ты такая красивая… — прошептал он, и его пальцы медленно скользнули по ее шее.
Анастасия замерла. Сердце колотилось так громко, что, казалось, он должен его слышать.
Но прежде чем она успела что-то сказать, Владимир резко отстранился.
— Это неправильно, — пробормотал он, вставая.
Она осталась сидеть, дрожа, с пустым бокалом в руках и огнем в крови.
Что это было?
Но главное — почему ей так этого хочется снова?
И вдруг его рука коснулась ее волос.
— Ты такая красивая… — прошептал он, и его пальцы медленно скользнули по ее шее.
Анастасия замерла. Сердце колотилось так громко, что, казалось, он должен его слышать.
Но прежде чем она успела что-то сказать, Владимир резко отстранился.
— Это неправильно, — пробормотал он, вставая.
Она осталась сидеть, дрожа, с пустым бокалом в руках и огнем в крови.
Что это было?
Но главное — почему ей так этого хочется снова?
— Папочка, — шепчет Милли, взбираясь ко мне на колени. — Смотри, наша мама танцует с другим дядей. Пойди ударь его.
— Милли, я не дерусь с мужчинами, которые танцуют с женщинами. К тому же, она не «наша» мама.
— Так пусть ею будет! Я сегодня напишу новое письмо Санте. Пускай забирает кукольный домик и сделает Эйку моей новой мамой.
Закатываю глаза и пытаюсь не рычать от злости. Как вот ее разубедить? Как, нахрен, себя убедить теперь, что я ее не хочу?
Утром Эрика Коулман бесила меня. Вечером привлекла. А теперь я хочу ее до зубовного скрежета. Это какая-то ненормальная реакция организма. Но она сама виновата во всем этом. Потому что бросала на меня эти многозначительные взгляды. Улыбалась другим мужчинам, танцевала, демонстрируя чулки. Чертова Эрика!
— Милли, я не дерусь с мужчинами, которые танцуют с женщинами. К тому же, она не «наша» мама.
— Так пусть ею будет! Я сегодня напишу новое письмо Санте. Пускай забирает кукольный домик и сделает Эйку моей новой мамой.
Закатываю глаза и пытаюсь не рычать от злости. Как вот ее разубедить? Как, нахрен, себя убедить теперь, что я ее не хочу?
Утром Эрика Коулман бесила меня. Вечером привлекла. А теперь я хочу ее до зубовного скрежета. Это какая-то ненормальная реакция организма. Но она сама виновата во всем этом. Потому что бросала на меня эти многозначительные взгляды. Улыбалась другим мужчинам, танцевала, демонстрируя чулки. Чертова Эрика!
- Добрый вечер, Агата, - произносит… Матвей.
Перевожу взгляд на того, который… первый Матвей. Ну, который секунду назад ласкал мою грудь, и ни черта не могу понять. Я что, попала в зазеркалье? Какого черта тут происходит?!
- Кто это? - шепчу я.
- Мой брат Матвей.
- А ты кто?
- А я - Дэн.
- Вы… близнецы? - спрашиваю очевидное.
Перевожу взгляд на Матвея, который располагается в кресле и внимательно смотрит на нас с Дэном.
- Продолжайте. Я хочу посмотреть, - говорит Матвей.
Перевожу взгляд на того, который… первый Матвей. Ну, который секунду назад ласкал мою грудь, и ни черта не могу понять. Я что, попала в зазеркалье? Какого черта тут происходит?!
- Кто это? - шепчу я.
- Мой брат Матвей.
- А ты кто?
- А я - Дэн.
- Вы… близнецы? - спрашиваю очевидное.
Перевожу взгляд на Матвея, который располагается в кресле и внимательно смотрит на нас с Дэном.
- Продолжайте. Я хочу посмотреть, - говорит Матвей.
Я испугалась, когда муж начал предлагать меня первому встречному арабу, но двойное удовольствие вознесло меня на вершину блаженства.
Я думала, барсиец никогда не позарится на человечку. Именно поэтому я сбежала от навязанного брака на военный крейсер к самой закрытой расе галактики.
Если бы я знала, что потом не смогу и шага ступить из постели командора - лучше бы вышла замуж за восьмирукого апцета
Если бы я знала, что потом не смогу и шага ступить из постели командора - лучше бы вышла замуж за восьмирукого апцета
Мне нужно просто организовать банкет. Идеальный новогодний вечер для важных клиентов в элитном ресторане . Но когда впервые встречаю владельца заведения — дерзкого, самоуверенного Максима — все идет не по плану.
— Давайте заключим пари, — предлагает Максим, и в его взгляде плещется что-то хищное. — Если на вашем банкете случится хоть один косяк — я выиграл.
— И что вы хотите? — спрашиваю я, хотя сердце уже колотится от предчувствия.
Он наклоняется так близко, что его дыхание обжигает кожу:
— Вас. В новогоднюю ночь. В этом ресторане. Всю ночь.
— Это... это неприлично!
— Боитесь проиграть? — усмехается он. — Тогда проведите мероприятие идеально. Если справитесь — получите всё, что захотите. Если нет...
Он не договаривает, но его взгляд обещает такое, от чего внизу живота разливается предательское тепло.
— Давайте заключим пари, — предлагает Максим, и в его взгляде плещется что-то хищное. — Если на вашем банкете случится хоть один косяк — я выиграл.
— И что вы хотите? — спрашиваю я, хотя сердце уже колотится от предчувствия.
Он наклоняется так близко, что его дыхание обжигает кожу:
— Вас. В новогоднюю ночь. В этом ресторане. Всю ночь.
— Это... это неприлично!
— Боитесь проиграть? — усмехается он. — Тогда проведите мероприятие идеально. Если справитесь — получите всё, что захотите. Если нет...
Он не договаривает, но его взгляд обещает такое, от чего внизу живота разливается предательское тепло.
Выберите полку для книги