Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""
— Ты спас меня, но я не просила…
— Спас, — спокойно перебивает Роман, его взгляд тяжелый и холодный. — А теперь ты моя. Долги не прощаются.
— Чем… я могу расплатиться?
Он усмехается, медленно подходя ближе.
— У тебя нет ничего ценнее самой себя. И я беру то, что принадлежит мне по праву.
— Спас, — спокойно перебивает Роман, его взгляд тяжелый и холодный. — А теперь ты моя. Долги не прощаются.
— Чем… я могу расплатиться?
Он усмехается, медленно подходя ближе.
— У тебя нет ничего ценнее самой себя. И я беру то, что принадлежит мне по праву.
!Предупреждение: эти сказки не для детей!
Забудьте всё, что вы знали о сказках. В Мире Нагов прекрасные принцы могут оказаться тиранами, а спасти героиню способен не поцелуй, а пробуждение её собственной, дикой и тёмной природы.
Этот сборник рассказов для взрослых погружает читателя в мрачный и чувственный мир, где магия правит бал, а любовь и страсть переплетаются с опасностью и запретом. Каждая история – это откровенное исследование силы желания, власти и той цены, которую мы готовы заплатить за истинную связь.
Если вы ищете сложные характеры, атмосферное темное фэнтези и откровенную эротику, лишённую стеснения, – вам сюда. Войдите в Мир Нагов, если осмелитесь.
Забудьте всё, что вы знали о сказках. В Мире Нагов прекрасные принцы могут оказаться тиранами, а спасти героиню способен не поцелуй, а пробуждение её собственной, дикой и тёмной природы.
Этот сборник рассказов для взрослых погружает читателя в мрачный и чувственный мир, где магия правит бал, а любовь и страсть переплетаются с опасностью и запретом. Каждая история – это откровенное исследование силы желания, власти и той цены, которую мы готовы заплатить за истинную связь.
Если вы ищете сложные характеры, атмосферное темное фэнтези и откровенную эротику, лишённую стеснения, – вам сюда. Войдите в Мир Нагов, если осмелитесь.
В мире, где каждая книга хранит тайну, а бессмертие пахнет старым вином и холодной сталью, Лира становится самой желанной и сложной книгой в коллекции Кассиана Грейра. Его власть безгранична, её непокорность — вызов. Между ними завязывается опасная игра, где тело становится страницей, а удовольствие — пунктуацией.
Сможет ли она сохранить себя, когда каждое прикосновение стирает грань между унижением и блаженством?
Сможет ли она сохранить себя, когда каждое прикосновение стирает грань между унижением и блаженством?
Я вызвалась отвезти в глухую непроходимую чащу корзинку гостинцев своему свёкру, который даже не знает, что его сын женился...
Я думала, он учёный, отшельник, как мне объяснил мой муж, но, похожу, он многое от меня скрывал о своём отце...
***
Жёсткая крепкая рука накрывает мне рот и чуть придавливает горло, и я чувствую, как сзади ко мне прижимается тёплый, будто отлитый из металла, торс…
— Ты что здесь делаешь, а? За кем подсматриваешь? Ты к кому пришла, Красная Шапочка? — слышу хриплый опасный голос у себя в ухе, от которого у меня кружится голова…
Я думала, он учёный, отшельник, как мне объяснил мой муж, но, похожу, он многое от меня скрывал о своём отце...
***
Жёсткая крепкая рука накрывает мне рот и чуть придавливает горло, и я чувствую, как сзади ко мне прижимается тёплый, будто отлитый из металла, торс…
— Ты что здесь делаешь, а? За кем подсматриваешь? Ты к кому пришла, Красная Шапочка? — слышу хриплый опасный голос у себя в ухе, от которого у меня кружится голова…
Пока муж на службе, я поехала навестить подругу. Но дурь и алкоголь ударили мне в голову и вот я уже еду по ночному городу, куда глаза глядят. Я не планировала искать приключений в этот вечер. Но приключения нашли меня сами.
ЗАВЕРШЕНО!
— Привет, рыжуля! — говорим мы с Серым в один голос, подойдя к Насте сзади.
Услышав обращение, она вместе со своим кавалером резко оборачивается к нам. Сначала хмурится, затем в её глазах появляется запоздалое узнавание.
— Максим? Серёжа?! Вот это да! А как… вы…
— Тоже приехали отдохнуть, — улыбаюсь я и перевожу взгляд на парня рядом с ней. — Как и ты со своим…
— Другом Вадиком, — впечатляюще быстро заканчивает за мной Настя. — Вадик, знакомься, это мои… бывшие одногруппники. Мы с ними сто лет не виделись. Хорошие ребята, — растерявшись, очень неправдоподобно врёт девчонка, ведь нетрудно догадаться, что мы гораздо старшее неё.
А ещё по её смущенному и нашим пылким взглядам становится ясно, что между нами троими не так давно происходило много интересного.
Такого, во что ей не хочется посвящать своего друга.
Хотя кое о чём она не соврала: ребята мы очень хорошие. И сегодня напомним ей, в чём именно.
-
*мжм
*горячо и откровенно
*много удовольствия для всех
— Привет, рыжуля! — говорим мы с Серым в один голос, подойдя к Насте сзади.
Услышав обращение, она вместе со своим кавалером резко оборачивается к нам. Сначала хмурится, затем в её глазах появляется запоздалое узнавание.
— Максим? Серёжа?! Вот это да! А как… вы…
— Тоже приехали отдохнуть, — улыбаюсь я и перевожу взгляд на парня рядом с ней. — Как и ты со своим…
— Другом Вадиком, — впечатляюще быстро заканчивает за мной Настя. — Вадик, знакомься, это мои… бывшие одногруппники. Мы с ними сто лет не виделись. Хорошие ребята, — растерявшись, очень неправдоподобно врёт девчонка, ведь нетрудно догадаться, что мы гораздо старшее неё.
А ещё по её смущенному и нашим пылким взглядам становится ясно, что между нами троими не так давно происходило много интересного.
Такого, во что ей не хочется посвящать своего друга.
Хотя кое о чём она не соврала: ребята мы очень хорошие. И сегодня напомним ей, в чём именно.
-
*мжм
*горячо и откровенно
*много удовольствия для всех
– Ты не можешь общаться с моей дочерью, – категорично заявляет Булат Муратович. – Я пытаюсь привить ей традиционные ценности, а ты её развращаешь!
– Я?! Вы в своём уме? Что я такого сделала?
– Ты как разговариваешь со старшими, Астахова? Сразу видно не воспитанная девушка. Шляешься по ночам в юбке бесстыжей, напоказ себя выставляешь, – смотрит презрительно.
Было ошибкой после того, что случилось, прийти к Самире и её отцу – преподу по прозвищу Профессор Паскуда.
– Послушайте, здесь не ваша родина, чтобы все замоташками ходили, – прикусываю язык под его гневным взглядом. Упс, перебор, Алла!
– Рот закрой! Подойдешь к моей дочери только после того, как станешь послушной. Завтра после пар зайдешь ко мне, лично проверю твои... знания. Иначе вылетишь из ВУЗа. Поняла?
Он – отец подруги и мой строгий препод. Двойное запретное комбо.
Без шансов, без вариантов.
Он презирает меня, а я – его.
Но смогу ли я противостоять этому запретному желанию?
– Я?! Вы в своём уме? Что я такого сделала?
– Ты как разговариваешь со старшими, Астахова? Сразу видно не воспитанная девушка. Шляешься по ночам в юбке бесстыжей, напоказ себя выставляешь, – смотрит презрительно.
Было ошибкой после того, что случилось, прийти к Самире и её отцу – преподу по прозвищу Профессор Паскуда.
– Послушайте, здесь не ваша родина, чтобы все замоташками ходили, – прикусываю язык под его гневным взглядом. Упс, перебор, Алла!
– Рот закрой! Подойдешь к моей дочери только после того, как станешь послушной. Завтра после пар зайдешь ко мне, лично проверю твои... знания. Иначе вылетишь из ВУЗа. Поняла?
Он – отец подруги и мой строгий препод. Двойное запретное комбо.
Без шансов, без вариантов.
Он презирает меня, а я – его.
Но смогу ли я противостоять этому запретному желанию?
Самцы дельфинов во время брачного периода очень опасны для людей. По крайней мере, так нам говорил гид. Но о чём он не предупреждал, так о том, что в воде может встретиться кое-кто пострашней самца дельфина. Особенно для одной хрупкой меня! Скользкий, сильный, властный и, кажется… не совсем человек.
Когда я отправлялась в круиз, я ещё не знала, что подписала приговор нашему счастью с женихом. Это был его подарок, и я жалела, что отправилась одна. Но оказалось, что в одиночестве мне больше не быть, и пугающий незнакомец сам решил мою судьбу и забрал себе.
Он пугает меня, он преследует меня, он берёт всё, что хочет без спросу. А я даже не знаю, кто он, ведь ещё ни разу не видела его лица. Но знаю точно: он меня больше никому не отдаст.
Когда я отправлялась в круиз, я ещё не знала, что подписала приговор нашему счастью с женихом. Это был его подарок, и я жалела, что отправилась одна. Но оказалось, что в одиночестве мне больше не быть, и пугающий незнакомец сам решил мою судьбу и забрал себе.
Он пугает меня, он преследует меня, он берёт всё, что хочет без спросу. А я даже не знаю, кто он, ведь ещё ни разу не видела его лица. Но знаю точно: он меня больше никому не отдаст.
— Помоги мне, пожалуйста, — щенячьими глазками смотрю на роскошного мужика, который затерялся в моей постели.
До сих пор залипаю на его... красивые глаза!
— Подыграй! Прошу! Притворишься на несколько дней моим бойфрендом... — хватаю Мурата за руку и дергаю, как маленький ребёнок.
— Я с проблемными молодыми девушка не связываюсь, — мужчина скептически изгибает брови.
— Ну... — бегаю взглядом по его широкой груди. — Я тебе заплачу!
— Мне деньги не нужны! — Мурат стремительно сокращает расстояние между нами, и в мое пространство врывается нереальный запах его тела.
— А что тогда? — меня что-то дергает от близости этого красавчика.
— Тебя. Я хочу тебя. — Влажно шепчет в губы и пальцами ведёт по моей шее, явно ощущаю запредельную частоту моего пульса. — После каждого раза, что я буду подыгрывать тебе, киса, ты будешь оказываться в моей постели.
До сих пор залипаю на его... красивые глаза!
— Подыграй! Прошу! Притворишься на несколько дней моим бойфрендом... — хватаю Мурата за руку и дергаю, как маленький ребёнок.
— Я с проблемными молодыми девушка не связываюсь, — мужчина скептически изгибает брови.
— Ну... — бегаю взглядом по его широкой груди. — Я тебе заплачу!
— Мне деньги не нужны! — Мурат стремительно сокращает расстояние между нами, и в мое пространство врывается нереальный запах его тела.
— А что тогда? — меня что-то дергает от близости этого красавчика.
— Тебя. Я хочу тебя. — Влажно шепчет в губы и пальцами ведёт по моей шее, явно ощущаю запредельную частоту моего пульса. — После каждого раза, что я буду подыгрывать тебе, киса, ты будешь оказываться в моей постели.
— Ты прикалываешься, — хмурится сводный. — Не верю, что ты это сделаешь. У тебя-то первый раз и тот случился недавно.
— Сделаю, — фыркаю. — Ну а если не веришь, то приму душ одна.
— Я с тобой, — его голос низкий.
Что, завелся? То ли еще будет! Будешь у моих ног.
— Сделаю, — фыркаю. — Ну а если не веришь, то приму душ одна.
— Я с тобой, — его голос низкий.
Что, завелся? То ли еще будет! Будешь у моих ног.
Выберите полку для книги