Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""
- Уволю!
- Не сможете!
- Это еще почему?
- Потому, что я знаю, что вы собирались кого-то «закопать». И еще, потому что я завариваю вам самый вкусный чай.
Она - блондинка, у которой вместо мозга блестки и котики.
Он - босс с татуировками, криминальным прошлым и патологической аллергией на идиотизм.
Он хочет от нее избавиться.
Каждый день!
Но не может. Потому, что она случайно услышала слишком много. Теперь она его секретарша, катастрофа в розовом. С розовыми ногтями, как у куклы, и вопросами, от которых хочется выйти в окно.
Но вдруг ее присутствие в его жизни не случайно?..
- Не сможете!
- Это еще почему?
- Потому, что я знаю, что вы собирались кого-то «закопать». И еще, потому что я завариваю вам самый вкусный чай.
Она - блондинка, у которой вместо мозга блестки и котики.
Он - босс с татуировками, криминальным прошлым и патологической аллергией на идиотизм.
Он хочет от нее избавиться.
Каждый день!
Но не может. Потому, что она случайно услышала слишком много. Теперь она его секретарша, катастрофа в розовом. С розовыми ногтями, как у куклы, и вопросами, от которых хочется выйти в окно.
Но вдруг ее присутствие в его жизни не случайно?..
Дорогие читатели, свершилось! Вот она — вторая, заключительная часть истории Арона и Алины, «Путь к тебе»!
Если «Чужой путь» оставил вас в недоумении, заставляя терзаться различными вопросами, то здесь вы, наконец, найдёте ответы на них.
Итак, мы снова окунемся в мир страстей, интриг и тайн, где Арон и Алина столкнутся с последствиями своих прошлых решений. Да, судьбы главных героев вновь переплетутся — их расставание было лишь иллюзией… а, быть может, всего лишь прелюдией к чему-то большему…
Искренне надеюсь, что «Путь к тебе» станет достойным финалом «Чужого пути».
С любовью, ваша Л.В.
P.S. Чтобы в полной мере ощутить всю глубину и атмосферу этой захватывающей истории, настоятельно рекомендую начать с первой части.
Если «Чужой путь» оставил вас в недоумении, заставляя терзаться различными вопросами, то здесь вы, наконец, найдёте ответы на них.
Итак, мы снова окунемся в мир страстей, интриг и тайн, где Арон и Алина столкнутся с последствиями своих прошлых решений. Да, судьбы главных героев вновь переплетутся — их расставание было лишь иллюзией… а, быть может, всего лишь прелюдией к чему-то большему…
Искренне надеюсь, что «Путь к тебе» станет достойным финалом «Чужого пути».
С любовью, ваша Л.В.
P.S. Чтобы в полной мере ощутить всю глубину и атмосферу этой захватывающей истории, настоятельно рекомендую начать с первой части.
Она пришла к нему сломанной — не только ногой, но и душой. Её мир сузился до боли, страха и стерильной больничной тишины.
Он вошёл в эту тишину не как врач, а как стихия. Михаил Сергеевич. Человек, чей взгляд видел не диагноз, а бездну её боли. Его профессиональные, защищённые перчатками руки стали первым якорем в её свободном падении, а молчаливое понимание — началом исцеления.
Но там, где заканчивается терапия, начинается нечто большее. Запретное. Опасное. Между доверием пациента и долгом врача вспыхивает искра, способная спасти — или испепелить обоих. Когда границы стираются, а «стоп-слово» становится единственным правилом в игре с огнём, им предстоит понять: что это — падение или спасение? Профессиональная ошибка или единственный шанс на жизнь?
Он вошёл в эту тишину не как врач, а как стихия. Михаил Сергеевич. Человек, чей взгляд видел не диагноз, а бездну её боли. Его профессиональные, защищённые перчатками руки стали первым якорем в её свободном падении, а молчаливое понимание — началом исцеления.
Но там, где заканчивается терапия, начинается нечто большее. Запретное. Опасное. Между доверием пациента и долгом врача вспыхивает искра, способная спасти — или испепелить обоих. Когда границы стираются, а «стоп-слово» становится единственным правилом в игре с огнём, им предстоит понять: что это — падение или спасение? Профессиональная ошибка или единственный шанс на жизнь?
В доме своего отца Кира чувствует себя чужой. Холодный, властный Александр Волин — успешный бизнесмен, привыкший к одиночеству и контролю. Между ними давно стена непонимания. Но когда в их жизнь врывается дерзкая подруга Оля, всё меняется.
Он терпеть не может чужих в своём пространстве. Она не собирается подчиняться правилам.
— Я выживала в лесу в палатках, — огрызается Оля. — Ваш особняк — не самое страшное испытание.
Александр усмехается уголками губ:
— Посмотрим, как долго простоит твоя палатка в моём доме.
С этого момента начинается их война. И игра, в которой никто не хочет проигрывать. Но когда ночь в библиотеке стирает все границы, становится ясно: победителей здесь не будет. Будут только двое, сгорающих в пламени, которое сами разожгли.
Он терпеть не может чужих в своём пространстве. Она не собирается подчиняться правилам.
— Я выживала в лесу в палатках, — огрызается Оля. — Ваш особняк — не самое страшное испытание.
Александр усмехается уголками губ:
— Посмотрим, как долго простоит твоя палатка в моём доме.
С этого момента начинается их война. И игра, в которой никто не хочет проигрывать. Но когда ночь в библиотеке стирает все границы, становится ясно: победителей здесь не будет. Будут только двое, сгорающих в пламени, которое сами разожгли.
— Ты моя, Злата, — мужчина надвигается на меня.
— Нет!— стараюсь, чтобы голос не дрожал.
— Да. — усмехается он. — Ты либо станешь моей женой… либо не выживешь.
Меня похитили и продали, как вещь.
Теперь я принадлежу мужчине, который не знает слова «нет».
Он хочет сделать меня своей женой.
А я готова сжечь всё вокруг, лишь бы не подчиниться.
Но чем дальше, тем сильнее я понимаю: я оказалась здесь не случайно.
И когда правда вскрывается… я уже не знаю, кто мой враг.
Он? Или тот, кто разрушил всё задолго до него?
— Нет!— стараюсь, чтобы голос не дрожал.
— Да. — усмехается он. — Ты либо станешь моей женой… либо не выживешь.
Меня похитили и продали, как вещь.
Теперь я принадлежу мужчине, который не знает слова «нет».
Он хочет сделать меня своей женой.
А я готова сжечь всё вокруг, лишь бы не подчиниться.
Но чем дальше, тем сильнее я понимаю: я оказалась здесь не случайно.
И когда правда вскрывается… я уже не знаю, кто мой враг.
Он? Или тот, кто разрушил всё задолго до него?
— Ты знала, к кому шла? — рычит он, впечатывая меня в стену. — Думала, я позволю играть с собой?
— Я не знала, что эта фабрика — твоя! — хриплю я, задыхаясь от его хватки и близости.
— Врешь. Таким, как ты, верить нельзя.
— Мне плевать на тебя, Оскольский! Я здесь по работе. Хочешь тонуть с этой фабрикой — тони.
— Красиво поёшь, — усмехается он, прижимаясь сильнее, чтобы я почувствовала, как он на самом деле реагирует на мою дерзость.
Вижу, как он наклоняется к моему лицу и собираю последние капли самообладания.
— И даже не побрезгуешь?
— Не побрезгую.
— Я не знала, что эта фабрика — твоя! — хриплю я, задыхаясь от его хватки и близости.
— Врешь. Таким, как ты, верить нельзя.
— Мне плевать на тебя, Оскольский! Я здесь по работе. Хочешь тонуть с этой фабрикой — тони.
— Красиво поёшь, — усмехается он, прижимаясь сильнее, чтобы я почувствовала, как он на самом деле реагирует на мою дерзость.
Вижу, как он наклоняется к моему лицу и собираю последние капли самообладания.
— И даже не побрезгуешь?
— Не побрезгую.
Тело Элая молодое, собранное на пружине. Моё знает о боли больше, чем ему пока вообще положено знать. В моих коленях память о старых травмах.
Но я тренер. У меня есть то, чего у него нет. Опыт.
– Нападай, – говорю я.
Он приподнимает бровь.
– Уверена?
– Нападай, Элай.
Он двигается быстро. Но я вижу начало движения раньше, чем он входит в него. Смещение веса. Подготовку плеча. Я ухожу с линии, цепляю корпус и через секунду уже прижимаю его к мату.
В зале раздаётся резкий вдох.
– Ты плохо контролируешь таз, – говорю я, склонившись к его уху.
Его рука тут же обвивается вокруг моей шеи. Мир мелькает перед глазами: я оказываюсь на спине, а Элай, этот надменный гад — на мне.
– Не торопись с выводами, – усмехается он, так же склонившись ко мне. – Предлагаю проверить в раздевалке, как я контролирую таз.
Но я тренер. У меня есть то, чего у него нет. Опыт.
– Нападай, – говорю я.
Он приподнимает бровь.
– Уверена?
– Нападай, Элай.
Он двигается быстро. Но я вижу начало движения раньше, чем он входит в него. Смещение веса. Подготовку плеча. Я ухожу с линии, цепляю корпус и через секунду уже прижимаю его к мату.
В зале раздаётся резкий вдох.
– Ты плохо контролируешь таз, – говорю я, склонившись к его уху.
Его рука тут же обвивается вокруг моей шеи. Мир мелькает перед глазами: я оказываюсь на спине, а Элай, этот надменный гад — на мне.
– Не торопись с выводами, – усмехается он, так же склонившись ко мне. – Предлагаю проверить в раздевалке, как я контролирую таз.
- Пирожная! – окликнул он меня, и я зачем-то обернулась, хотя и знала, что не нужно этого делать. – Можешь уже переодеваться, я тут быстро решу пару вопросов и отвезу тебя по адресу.
Мой средний палец вылетел сам собой в сторону «уважаемого» бизнесмена, или бандита, или бывшего зэка, я уж не знаю, кто он там у нас…
Я кошка, что ли. Сколько у меня там жизней осталось-то? И откуда эта смелая смелость так отвечать хозяину жизни.
***********
Джамал Арипов - старший брат моего одноклассника. Мой ужас, мой страх, мой кошмар. Он появляется в моей жизни случайно, чтобы разрушить всё: барьеры, прошлое и мои комплексы.
Сделает ли это счастливее меня?
Однозначно - ДА!❤️
Мой средний палец вылетел сам собой в сторону «уважаемого» бизнесмена, или бандита, или бывшего зэка, я уж не знаю, кто он там у нас…
Я кошка, что ли. Сколько у меня там жизней осталось-то? И откуда эта смелая смелость так отвечать хозяину жизни.
***********
Джамал Арипов - старший брат моего одноклассника. Мой ужас, мой страх, мой кошмар. Он появляется в моей жизни случайно, чтобы разрушить всё: барьеры, прошлое и мои комплексы.
Сделает ли это счастливее меня?
Однозначно - ДА!❤️
Семь лет назад он растоптал меня, унизил, бросил, вернул мужу как ненужную игрушку. А теперь мы снова встретились. И я сделаю ему лучшую свадьбу в мире, а потом забуду навсегда.
Мой отец продал меня своим лучшим друзьям.
– Прости меня, – шепчет он. Голос его срывается. – Слышишь? Прости меня, пожалуйста.
– За что? – мое сердце колотится где-то в горле. Мне страшно. Очень страшно. – Папа, за что простить?
Но он не отвечает. Он просто вталкивает меня в комнату.
***
– Залезай, крошка, – говорит друг папы, обнажая в улыбке ровные белые зубы.
– Куда вы меня везете? – мой голос дрожит.
– Домой, – отвечает Артур. – Туда, где тебе теперь место.
– Прости меня, – шепчет он. Голос его срывается. – Слышишь? Прости меня, пожалуйста.
– За что? – мое сердце колотится где-то в горле. Мне страшно. Очень страшно. – Папа, за что простить?
Но он не отвечает. Он просто вталкивает меня в комнату.
***
– Залезай, крошка, – говорит друг папы, обнажая в улыбке ровные белые зубы.
– Куда вы меня везете? – мой голос дрожит.
– Домой, – отвечает Артур. – Туда, где тебе теперь место.
Выберите полку для книги