Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""
— Ты знала, к кому шла? — рычит он, впечатывая меня в стену. — Думала, я позволю играть с собой?
— Я не знала, что эта фабрика — твоя! — хриплю я, задыхаясь от его хватки и близости.
— Врешь. Таким, как ты, верить нельзя.
— Мне плевать на тебя, Оскольский! Я здесь по работе. Хочешь тонуть с этой фабрикой — тони.
— Красиво поёшь, — усмехается он, прижимаясь сильнее, чтобы я почувствовала, как он на самом деле реагирует на мою дерзость.
Вижу, как он наклоняется к моему лицу и собираю последние капли самообладания.
— И даже не побрезгуешь?
— Не побрезгую.
— Я не знала, что эта фабрика — твоя! — хриплю я, задыхаясь от его хватки и близости.
— Врешь. Таким, как ты, верить нельзя.
— Мне плевать на тебя, Оскольский! Я здесь по работе. Хочешь тонуть с этой фабрикой — тони.
— Красиво поёшь, — усмехается он, прижимаясь сильнее, чтобы я почувствовала, как он на самом деле реагирует на мою дерзость.
Вижу, как он наклоняется к моему лицу и собираю последние капли самообладания.
— И даже не побрезгуешь?
— Не побрезгую.
– Зачем вы привезли меня сюда? – спрашиваю, дрожа от страха на этой шикарной вилле в Дубае.
Трое братьев моего мужа. Трое хищников. Трое бесстыжих. Они переглядываются.
Наконец, старший говорит:
– Ты и сама знаешь. Твой муж, он нищий. Он продал тебя нам. Для чего, догадайся.
Трое братьев моего мужа. Трое хищников. Трое бесстыжих. Они переглядываются.
Наконец, старший говорит:
– Ты и сама знаешь. Твой муж, он нищий. Он продал тебя нам. Для чего, догадайся.
Я еду через всю страну к жениху, который после несчастного случая оказался прикован к постели. Мне нужно всего лишь пережить двое суток в поезде и доказать, что я не брошу его.
Но дверь купе захлопывается, и я остаюсь с двумя бывшими студентами. Здесь, вдали от университета, рушатся все запреты.
Смогу ли я устоять, когда искушение окажется сильнее долга?
Но дверь купе захлопывается, и я остаюсь с двумя бывшими студентами. Здесь, вдали от университета, рушатся все запреты.
Смогу ли я устоять, когда искушение окажется сильнее долга?
Слышу, как отъезжает машина любовника моей уже бывшей девушки, и иду собирать чемодан.
– Жора, ты бросаешь меня?
– Карина, ты ничего не перепутала? Это не от меня только что уехал любовник.
– Можно подумать, что ты был верен мне все три года, все мужики гуляют.
Вот это поворот! А мне казалось, что эта женщина умна и может стать хорошей женой.
– Я тебе ни разу не изменил и повода сомневаться в себе никогда не давал.
В её глазах появляется сомнение.
Неужели это правда, и она всё это время думала, что я сплю с другими женщинами?
– Я всегда мечтал о такой же семье, как у родителей. Чтобы любить и понимать друг друга с одного взгляда.
– Я могу стать для тебя самой лучшей женой. Нам же очень удобно вместе. Ну, подумаешь, застал меня с мужиком.
– Самое ужасное, что я шёл сегодня домой, собираясь сделать тебе предложение.
– Это правда, милый? Я так рада!
– Рада? Ты считаешь, что я после увиденного женюсь на тебе, как будто ничего не произошло? Ты кем себя возомнила?
– Жора, ты бросаешь меня?
– Карина, ты ничего не перепутала? Это не от меня только что уехал любовник.
– Можно подумать, что ты был верен мне все три года, все мужики гуляют.
Вот это поворот! А мне казалось, что эта женщина умна и может стать хорошей женой.
– Я тебе ни разу не изменил и повода сомневаться в себе никогда не давал.
В её глазах появляется сомнение.
Неужели это правда, и она всё это время думала, что я сплю с другими женщинами?
– Я всегда мечтал о такой же семье, как у родителей. Чтобы любить и понимать друг друга с одного взгляда.
– Я могу стать для тебя самой лучшей женой. Нам же очень удобно вместе. Ну, подумаешь, застал меня с мужиком.
– Самое ужасное, что я шёл сегодня домой, собираясь сделать тебе предложение.
– Это правда, милый? Я так рада!
– Рада? Ты считаешь, что я после увиденного женюсь на тебе, как будто ничего не произошло? Ты кем себя возомнила?
Через секунду я уже открыла дверь номера и зашла.
В коридоре валялись чёрные туфли с красной подошвой на высоком каблуке.
Классические, с острым носом.
Значит, спутница моего мужа была вполне состоятельной дамой.
Я не разуваясь, прошла дальше туда, где была спальня, и молча включила запись на телефоне, чтобы Паша не смог выкрутиться!
Перед моими глазами разворачивался настоящий порно-спектакль, где в главной роли был мой муж.
В коридоре валялись чёрные туфли с красной подошвой на высоком каблуке.
Классические, с острым носом.
Значит, спутница моего мужа была вполне состоятельной дамой.
Я не разуваясь, прошла дальше туда, где была спальня, и молча включила запись на телефоне, чтобы Паша не смог выкрутиться!
Перед моими глазами разворачивался настоящий порно-спектакль, где в главной роли был мой муж.
Её обещали в жёны принцу. Но по дороге к алтарю её украли орки.
Одри проснулась в теле принцессы, чья судьба уже решена: брак с соседним принцем, мирный договор и спасение королевства. Она даже смирилась с этой ролью. Но вместо замка и шёлка — лес, клетка и грубые зелёные руки. Её новый «жених» — не бледнолицый аристократ, а вождь орков, который смотрит на неё как на трофей. Она должна была править, а теперь должна выжить. Но чем дольше она смотрит в его горящие глаза, тем меньше хочет возвращаться к нормальной жизни...
Одри проснулась в теле принцессы, чья судьба уже решена: брак с соседним принцем, мирный договор и спасение королевства. Она даже смирилась с этой ролью. Но вместо замка и шёлка — лес, клетка и грубые зелёные руки. Её новый «жених» — не бледнолицый аристократ, а вождь орков, который смотрит на неё как на трофей. Она должна была править, а теперь должна выжить. Но чем дольше она смотрит в его горящие глаза, тем меньше хочет возвращаться к нормальной жизни...
Новый год я решила провести с подругами в ресторане, но эти предательницы продали меня на аукционе какому-то амбалу.
Вот только это оказалась не шутка и совсем не часть шоу программы.
Он смотрит на меня как хищник, а у меня мороз по коже.
– Меня уже подруги заждались. Если вы не против, я пойду, – привстаю из-за его столика.
– Нет, малышка, не принимается. Ты мне желание должна. И я его оплатил.
– А, да? Ну хорошо. А какое желание?
– Эту ночь ты проведёшь со мной.
– Всю...кх-кх…ночь?
– Всю.
Вот только это оказалась не шутка и совсем не часть шоу программы.
Он смотрит на меня как хищник, а у меня мороз по коже.
– Меня уже подруги заждались. Если вы не против, я пойду, – привстаю из-за его столика.
– Нет, малышка, не принимается. Ты мне желание должна. И я его оплатил.
– А, да? Ну хорошо. А какое желание?
– Эту ночь ты проведёшь со мной.
– Всю...кх-кх…ночь?
– Всю.
— Ну, я жду, — нахально заявляет здоровенный мужик, бандитской наружности, не бог весть откуда взявшийся на пороге моего дома. — Перебирай своими стройными ножками побыстрее.
Смотрю на него, мягко сказать, как на блаженного.
— И чего же ты ждешь? — уточняю.
— Когда ты начнешь собираться.
Кажется, он и головой весьма нехило приложился.
— Мужчина, психушка, к счастью, не здесь находится. Можете проваливать, сударь.
— Киселек, ты по ходу тупишь. Сейчас прикрываешь ротик и потопаешь собираться свои вещи.
— Зачем?
— С сегодняшнего дня ты живешь со мной.
***
Однажды я совершила фатальную ошибку.
Притащила домой незнакомца с пулей в боку.
Думала, проявляю милосердие. А в итоге подставила свою жизнь под угрозу.
Потому что мой слишком живой «пациент» пришел в себя и, поразмыслив, решил, что я принадлежу ему.
Смотрю на него, мягко сказать, как на блаженного.
— И чего же ты ждешь? — уточняю.
— Когда ты начнешь собираться.
Кажется, он и головой весьма нехило приложился.
— Мужчина, психушка, к счастью, не здесь находится. Можете проваливать, сударь.
— Киселек, ты по ходу тупишь. Сейчас прикрываешь ротик и потопаешь собираться свои вещи.
— Зачем?
— С сегодняшнего дня ты живешь со мной.
***
Однажды я совершила фатальную ошибку.
Притащила домой незнакомца с пулей в боку.
Думала, проявляю милосердие. А в итоге подставила свою жизнь под угрозу.
Потому что мой слишком живой «пациент» пришел в себя и, поразмыслив, решил, что я принадлежу ему.
Проблемы на работе бывают у всех. Особенно, если приходит новый начальник.
Утро и так не задалось после того, как я встретила в метро наглого прижимальщика, но кто знал, что этим нахалом окажется тот самый новый босс! Босс, который не только не раскаивается, но и намерен продолжать в том же духе. Совсем с ума сошёл! Просто не слышит слова «нет»!
Бред, скажете вы? Определённо бред! Но я тогда не знала, что это лишь цветочки, и всё куда фантастичнее, потому что золотоглазый гад на самом деле не человек. А значит, я никак не смогу спастись от него, и шансов выбраться из удушающего плена просто нет.
Но действительно ли он просто мерзавец, или у его гнусных поступков есть какие-то причины, которых я не понимаю? И может, спасать надо вовсе не меня?
Утро и так не задалось после того, как я встретила в метро наглого прижимальщика, но кто знал, что этим нахалом окажется тот самый новый босс! Босс, который не только не раскаивается, но и намерен продолжать в том же духе. Совсем с ума сошёл! Просто не слышит слова «нет»!
Бред, скажете вы? Определённо бред! Но я тогда не знала, что это лишь цветочки, и всё куда фантастичнее, потому что золотоглазый гад на самом деле не человек. А значит, я никак не смогу спастись от него, и шансов выбраться из удушающего плена просто нет.
Но действительно ли он просто мерзавец, или у его гнусных поступков есть какие-то причины, которых я не понимаю? И может, спасать надо вовсе не меня?
— Пошел к черту, Митяй! — дрожащим указательным пальцем тыкнула она мне на выход, но я только усмехнулся.
— Да без проблем, Дея!
— Гроздов!
Ее голос дрогнул. Потому что я снова и снова наступал на нее, а она дышала часто и дрожала. Пока я не навис над ней скалой.
Сейчас между нами было всего несколько миллиметров.
— Твои последние слова, — прошипел я, пялясь в эти невероятные глаза.
Я ведь уже уперся руками в металлическую кабину лифта возле ее головы. И теперь лишь нависал над ней, смакуя тот момент, когда переступлю последнюю черту...
Убью!
И она успела в панике крикнуть:
— Ты пожалеешь!
Но я уже подхватил ее под упругие бедра и закинул на себя, а затем намотал на кулак белокурые кудрявые волосы, жестко фиксируя ее голову, и прорычал:
— Это было последним, что ты смогла вымолвить, Шторм!..
— Да без проблем, Дея!
— Гроздов!
Ее голос дрогнул. Потому что я снова и снова наступал на нее, а она дышала часто и дрожала. Пока я не навис над ней скалой.
Сейчас между нами было всего несколько миллиметров.
— Твои последние слова, — прошипел я, пялясь в эти невероятные глаза.
Я ведь уже уперся руками в металлическую кабину лифта возле ее головы. И теперь лишь нависал над ней, смакуя тот момент, когда переступлю последнюю черту...
Убью!
И она успела в панике крикнуть:
— Ты пожалеешь!
Но я уже подхватил ее под упругие бедра и закинул на себя, а затем намотал на кулак белокурые кудрявые волосы, жестко фиксируя ее голову, и прорычал:
— Это было последним, что ты смогла вымолвить, Шторм!..
Выберите полку для книги