Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""

Слышу, как отъезжает машина любовника моей уже бывшей девушки, и иду собирать чемодан.
– Жора, ты бросаешь меня?
– Карина, ты ничего не перепутала? Это не от меня только что уехал любовник.
– Можно подумать, что ты был верен мне все три года, все мужики гуляют.
Вот это поворот! А мне казалось, что эта женщина умна и может стать хорошей женой.
– Я тебе ни разу не изменил и повода сомневаться в себе никогда не давал.
В её глазах появляется сомнение.
Неужели это правда, и она всё это время думала, что я сплю с другими женщинами?
– Я всегда мечтал о такой же семье, как у родителей. Чтобы любить и понимать друг друга с одного взгляда.
– Я могу стать для тебя самой лучшей женой. Нам же очень удобно вместе. Ну, подумаешь, застал меня с мужиком.
– Самое ужасное, что я шёл сегодня домой, собираясь сделать тебе предложение.
– Это правда, милый? Я так рада!
– Рада? Ты считаешь, что я после увиденного женюсь на тебе, как будто ничего не произошло? Ты кем себя возомнила?

Его ладони легли мне на колени, раздвинули ещё шире. Жёстко. Без церемоний.
— Ты не она, — прошептал он, глядя мне прямо в глаза. — Но сегодня ты будешь вместо неё. И я сделаю с тобой всё, что она мне не дала.
Его рот накрыл мой — не поцелуй, а захват. Грубый. Голодный. Зубы, язык, вкус виски и ярости. Я задохнулась, вцепилась ему в плечи — не оттолкнуть, а удержаться.
Он оторвался на секунду, только чтобы прорычать:
— И ты будешь кричать моё имя. Громче, чем она когда-либо кричала.
***
Метель отрезала горное шале от всего мира.
Мама задерживается в Москве.
А в доме только они вдвоём: девятнадцатилетняя Соня и её новый отчим — Рахмон Гамидов, огромный, злой и очень давно не получавший того, что ему обещали.

Только я решила, что в моей жизни появился классный парень, тут же попала под колёса машины. Я оказалась в фэнтези-мире, в теле девушки, которую толпа решила сжечь на костре. Мне на помощь пришли двое: Элай — красивый и опасный маг, и Айнар — здоровенный берсерк, чья ярость скрывает старые раны. Они говорят, что я избранная, и что только я смогу им помочь. Но, кажется, между нами есть что-то ещё. То, от чего я дрожу в их присутствии и не могу выбрать, кто из них мне нравится больше. Но, возможно, мне и не нужно выбирать?

- Ты сошёл с ума, Егор, я выхожу замуж.
- Нет, не выходишь. Никто не смеет смотреть на тебя, трогать. Только я.
- Кто дал тебе на это право? - пытаюсь высвободить запястье из его крепкого захвата.
- Оно всегда у меня было.

Они были лучшими друзьями, пока он не лишил её невинности. Всё изменилось, дружба сломалась, превратившись в пытку, пока он не исчез. Пропал на два года. Но что такое настоящий кошмар, она поняла, когда он вернулся...

Сбежав от домогательств коллеги на корпоративе, я попала в крепкие объятия босса. Ему невозможно противостоять, он сильный, властный, и я в него безнадёжно влюблена.
Оставшись неузнанной, я думала перелистнуть эту страницу, но властный красавчик не сдаётся.
И что мне делать теперь, когда он, как опытная ищейка, идёт по моему следу, надеясь найти и присвоить?

— Сколько тебе заплатили за эту смену? — спросил я низким голосом.
— Достаточно…— прошептала она, не поднимая на меня глаз.
— Я дам тебе в десять раз больше. Но для этого ты должна остаться тут после того, как все гости разъедутся. Мы останемся здесь двоем : только ты и я. Я хочу тебя, моя «красная шапочка». И я тебя получу: по хорошему или по плохому. Тебе самой решать…Ну, какой вариант ты выбираешь?
Она долго молчала, кусая свою нижнюю губу. Наконец ответила едва слышно:
— Мне очень нужны деньги… Я согласна...

— Т-ты! — смотрю на старшего брата подруги в кабинете гинеколога в ужасе. — Т-ты не можешь! — почти визжу.
Да мой шок в шоке!
— Выдохни, цветик, — красавчик соблазнительно лыбится уголком губы. — Я все могу. И многое практикую, — показушно вырастает прямо передо мной такой огромный, широкоплечий.
— Я требую другого врача! — истерично ору на весь кабинет. На всю больницу.
А Страхов чуть склоняется, самым кончиком носа ведёт по моей скуле, заставляя вздрогнуть, и шепчет на краю моих губ:
— Не переживай, цветик, тебе со мной понравится!

― Сазонову я заплатила за консультацию по расширению бизнеса вне страны, ― почему-то решаю пояснить. ― Между нами ничего не было. Это ваши личные разборки, и мне даже неинтересно, что он там тебе наплёл.
Меня вообще всё это касаться не должно... Я прямо сейчас должна поставить точку в этой странной истории и уйти наконец отсюда.
Уж точно не думать о том, что будет теперь, когда Дмитрий это знает. И это после того, как успел покататься на мощных эмоциях ко мне, уверенный, что я с кем-то другим.
Но он внезапно говорит другое. Прямо-таки требует на выдохе низким голосом:
― Докажи.
― С какой стати? ― выпаливаю тут же, чувствуя, как тело пробирает дрожь. Слишком много чувственности было в этом его приказе, который звучал скорее как просьба...
Как потребность, не откликнуться на которую прямо-таки сложно.
― Докажи, что он тебя не трогал, ― как не слыша меня, на грани шёпота просит-требует Дмитрий.

***
Он опасен и одержим мной. Повод держаться подальше? Легко сказать...

Илья Золотов — звезда нашего универа, мажор и парень с безупречной репутацией. Противостоять такому точно не стоит. Справиться с ним — без шансов. Но когда-то я отказала ему, а теперь он единственный, кто может мне помочь. Вот только что захочет за роль моего фиктивного парня?

— Ну, я жду, — нахально заявляет здоровенный мужик, бандитской наружности, не бог весть откуда взявшийся на пороге моего дома. — Перебирай своими стройными ножками побыстрее.
Смотрю на него, мягко сказать, как на блаженного.
— И чего же ты ждешь? — уточняю.
— Когда ты начнешь собираться.
Кажется, он и головой весьма нехило приложился.
— Мужчина, психушка, к счастью, не здесь находится. Можете проваливать, сударь.
— Киселек, ты по ходу тупишь. Сейчас прикрываешь ротик и потопаешь собираться свои вещи.
— Зачем?
— С сегодняшнего дня ты живешь со мной.
***
Однажды я совершила фатальную ошибку.
Притащила домой незнакомца с пулей в боку.
Думала, проявляю милосердие. А в итоге подставила свою жизнь под угрозу.
Потому что мой слишком живой «пациент» пришел в себя и, поразмыслив, решил, что я принадлежу ему.