Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""
Я мчусь по едва заметной тропе, продираюсь сквозь папоротники и дыхание джунглей обжигает кожу. Сердце колотится, но не от бега.
Я знаю — он где-то рядом. Идёт по моему следу.
Левон настигает меня. Его руки перехватывают меня за талию и я, пытаясь вырваться, поскальзываюсь на мокром мху. Мы оба теряем равновесие и падаем вместе, прямо на мягкий ковёр из тропических листьев.
Он оказывается сверху, прижимая меня к земле всем своим весом. Не говорит ни слова. Только смотрит — и его глаза, один серый, другой голубой, отражают всполохи света, пробивающегося сквозь кроны.
Его пальцы впиваются в мои бёдра, приподнимают, прижимают к себе. Его губы касаются моей шеи — горячие, требовательные.
— Теперь не убежишь, — шепчет он.
Ткань туники задирается под его ладонью.
Это безумие. Это неправильно.
Но моё тело уже не слушается рассудка.
Я знаю — он где-то рядом. Идёт по моему следу.
Левон настигает меня. Его руки перехватывают меня за талию и я, пытаясь вырваться, поскальзываюсь на мокром мху. Мы оба теряем равновесие и падаем вместе, прямо на мягкий ковёр из тропических листьев.
Он оказывается сверху, прижимая меня к земле всем своим весом. Не говорит ни слова. Только смотрит — и его глаза, один серый, другой голубой, отражают всполохи света, пробивающегося сквозь кроны.
Его пальцы впиваются в мои бёдра, приподнимают, прижимают к себе. Его губы касаются моей шеи — горячие, требовательные.
— Теперь не убежишь, — шепчет он.
Ткань туники задирается под его ладонью.
Это безумие. Это неправильно.
Но моё тело уже не слушается рассудка.
Насколько плоха идея попросить друга лишить тебя невинности? Да на сто тысяч миллиардов, и плевать, что таких процентов нет! Но увы, я собираюсь сделать именно это. И ничто не меня не остановит. Разве что только...
ФИНАЛ В АВГУСТЕ — Ты, это была ты! — рычит Сергей Анатольевич, сверля меня безумным взглядом.
А я вжимаюсь в стену и лихорадочно ищу правдоподобную отмазку.
— Я не понимаю о чем вы…
— Всё ты понимаешь, Рая… — резкий рывок, и меня пришпиливает к крепкому мужскому телу. — И попала ты, зараза, по полной программе. Я сейчас покажу, что бывает с пигалицами, которые играют в опасные игры со взрослыми мужиками…
Я обычная девушка, сирота из провинции, приехавшая на учебу в столицу.
Он — отец моей лучшей подруги, властный, гордый и жесткий мужчина. Он меня люто ненавидит, а я влюблена в него по самые уши.
Я познала горечь и сладость безответной любви и потерялась во снах, полных нереальной чувственности.
А в реальности получала от него лишь нотации и неприязненные взгляды.
Так могло длиться вечно, если бы не один вечер, который изменил всё.
А я вжимаюсь в стену и лихорадочно ищу правдоподобную отмазку.
— Я не понимаю о чем вы…
— Всё ты понимаешь, Рая… — резкий рывок, и меня пришпиливает к крепкому мужскому телу. — И попала ты, зараза, по полной программе. Я сейчас покажу, что бывает с пигалицами, которые играют в опасные игры со взрослыми мужиками…
Я обычная девушка, сирота из провинции, приехавшая на учебу в столицу.
Он — отец моей лучшей подруги, властный, гордый и жесткий мужчина. Он меня люто ненавидит, а я влюблена в него по самые уши.
Я познала горечь и сладость безответной любви и потерялась во снах, полных нереальной чувственности.
А в реальности получала от него лишь нотации и неприязненные взгляды.
Так могло длиться вечно, если бы не один вечер, который изменил всё.
Мой друг Ваня — деликатный, обходительный, заботливый. В общем, просто лапочка, а не друг. Он же и познакомил меня с моим парнем Каем — его другом.
Мы с Каем всегда знали, что Ваня неравнодушен ко мне, как к девушке. Пытались беречь его чувства, не слишком светить своими перед ним. Но на его дне рождении нам срывает тормоза, и кто бы знал, толчком каких событий это станет...
Мы с Каем всегда знали, что Ваня неравнодушен ко мне, как к девушке. Пытались беречь его чувства, не слишком светить своими перед ним. Но на его дне рождении нам срывает тормоза, и кто бы знал, толчком каких событий это станет...
Я самый тихий и незаметный сотрудник в офисе. Но однажды я встретилась в клубе со своим боссом, который меня не узнал.
Он заманил меня в свою роскошную квартиру, где мы немного повздорили. А потом я сбежала, заперев его на балконе в одних трусах и босым.
Теперь этот тиран ищет меня по всему городу, чтобы жестоко отомстить за пережитое унижение, и даже не догадывается, что я сижу у него прямо перед носом.
История о самовлюбленном начальнике и его дерзкой подчиненной.
Он заманил меня в свою роскошную квартиру, где мы немного повздорили. А потом я сбежала, заперев его на балконе в одних трусах и босым.
Теперь этот тиран ищет меня по всему городу, чтобы жестоко отомстить за пережитое унижение, и даже не догадывается, что я сижу у него прямо перед носом.
История о самовлюбленном начальнике и его дерзкой подчиненной.
Сводные братья продали меня за долги погибшей матери в ужасное место. Я стану главным призом на боях без правил.
***
Этот человек был здесь лишним, как лев среди своры бешеных горилл.
Как только он поравнялся со мной, совершенно не глядя на девушек, я резко вышла из строя и схватила его за предплечье.
— Выиграй меня, — шепнула я ему.
— Что?
— Выиграй меня! - сказала я громче и поцеловала его, притянув двумя руками за затылок.
***
Я шел столько месяцев к этой победе, теряя по пути остатки себя, с одной только целью — вернуться и отомстить. Но чем ближе финал, тем желанней и приз. Ведь кроме свободы, обещана ‟сладкая” награда!
Женщина, которая станет моей собственностью на несколько дней.
***
Этот человек был здесь лишним, как лев среди своры бешеных горилл.
Как только он поравнялся со мной, совершенно не глядя на девушек, я резко вышла из строя и схватила его за предплечье.
— Выиграй меня, — шепнула я ему.
— Что?
— Выиграй меня! - сказала я громче и поцеловала его, притянув двумя руками за затылок.
***
Я шел столько месяцев к этой победе, теряя по пути остатки себя, с одной только целью — вернуться и отомстить. Но чем ближе финал, тем желанней и приз. Ведь кроме свободы, обещана ‟сладкая” награда!
Женщина, которая станет моей собственностью на несколько дней.
— Если будешь сговорчивой, я решу все проблемы. Твоей матери сделают операцию, — глаза бандита загораются адским пламенем. От его улыбки у меня подкашиваются ноги.
— Пожалуйста, отпустите, — губы дрожат, кажется, сейчас разревусь. Меня загнали в ловушку. — Что вы говорите? Я не такая.
— Я заплатил за ночь с тобой. Теперь ты должна отработать, — приказывает низким го-лосом и жадно впивается в губы. — Не подвела Светка, пообещав невинную девчонку.
Светка? Это он о моей начальнице говорит? Она что, продала меня ему?
Беспощадный бандит по прозвищу Зевс. Жесткий и властный. Он держит в страхе весь город. И всегда получает то, что хочет. Сейчас он захотел меня и купил. Как бесправную вещь или красивую игрушку.
— Пожалуйста, отпустите, — губы дрожат, кажется, сейчас разревусь. Меня загнали в ловушку. — Что вы говорите? Я не такая.
— Я заплатил за ночь с тобой. Теперь ты должна отработать, — приказывает низким го-лосом и жадно впивается в губы. — Не подвела Светка, пообещав невинную девчонку.
Светка? Это он о моей начальнице говорит? Она что, продала меня ему?
Беспощадный бандит по прозвищу Зевс. Жесткий и властный. Он держит в страхе весь город. И всегда получает то, что хочет. Сейчас он захотел меня и купил. Как бесправную вещь или красивую игрушку.
- Тебя уже никто не ждет,- бесстрастно и негромко бросает Хан.- Клуб давно закрыт. Кто ты? С кем ты была, и кто вам меня заказал?
- Что значит, заказал?- теряюсь я.- Я вас даже не знаю! Я в клубе была с подругой. Мы просто пришли потанцевать!
- Не лечи меня, врачонок! Ненатурально врешь,- прорычал вдруг он.
---
Я обычный врач. И я оказалась не в том месте и не в то время. И это может стать моим приговором. Я в руках Хана. Даже его взгляд внушает ужас. Я не виновна, но ему плевать, он не отпустит меня. А причин этому несколько…
- Что значит, заказал?- теряюсь я.- Я вас даже не знаю! Я в клубе была с подругой. Мы просто пришли потанцевать!
- Не лечи меня, врачонок! Ненатурально врешь,- прорычал вдруг он.
---
Я обычный врач. И я оказалась не в том месте и не в то время. И это может стать моим приговором. Я в руках Хана. Даже его взгляд внушает ужас. Я не виновна, но ему плевать, он не отпустит меня. А причин этому несколько…
Лиза знает Рината с детства. Он её сильно раздражает. Слабый и нудный, но оказывается у него есть тайна...
"Лизу подхватили на руки и унесли прочь от леса, в мужское общежитие. Комната парней пустовала, он замкнул за собой дверь. Девушка внутри ликовала, неужели сработало? Ринат хватает её лицо яростно целуя, его кожа стала твердой. Он видит свои уродливо изменившиеся руки на её нежных щеках.
Оборачивает её спиной к себе, целуя шею. Не хочет, чтобы она видела во что он превратился. Его кошмар, это стать причиной её страха. Не может остановиться вдыхая её аромат, облизывая кожу на шее. Задерживает дыхание, чтобы успокоится.
– Прости и уходи, – произносит он не дыша.
Она поворачивается к нему, его кожа на лице меняет структуру с человеческого на особенное, глаза горят золотом. Лиза аккуратно снимает с него очки, убирая на рядом стоящий стол.
– Ты красивый, – проводит по его щекам ладонями. – Это больно?
Он сглатывает слюну, кивая утвердительно. Больно, очень больно не касаться её."
"Лизу подхватили на руки и унесли прочь от леса, в мужское общежитие. Комната парней пустовала, он замкнул за собой дверь. Девушка внутри ликовала, неужели сработало? Ринат хватает её лицо яростно целуя, его кожа стала твердой. Он видит свои уродливо изменившиеся руки на её нежных щеках.
Оборачивает её спиной к себе, целуя шею. Не хочет, чтобы она видела во что он превратился. Его кошмар, это стать причиной её страха. Не может остановиться вдыхая её аромат, облизывая кожу на шее. Задерживает дыхание, чтобы успокоится.
– Прости и уходи, – произносит он не дыша.
Она поворачивается к нему, его кожа на лице меняет структуру с человеческого на особенное, глаза горят золотом. Лиза аккуратно снимает с него очки, убирая на рядом стоящий стол.
– Ты красивый, – проводит по его щекам ладонями. – Это больно?
Он сглатывает слюну, кивая утвердительно. Больно, очень больно не касаться её."
— Спорим?..
Никита ведёт пальцами по внутренней стороне моего бедра.
Кто угодно может войти. В любой момент. И от этой мысли по коже хлещет колючий ужас.
Если нас застанут…
Увидят, как Ник, самый популярный парень универа, сын мэра, мечта всех местных красоток, стоит на коленях у меня между ног…
Увидят его руку у меня под юбкой…
Почему я?
Зачем ему именно я?
Просто пусть оставит меня в покое!
— Спорим, ты будешь моей до конца недели?
Никита ведёт пальцами по внутренней стороне моего бедра.
Кто угодно может войти. В любой момент. И от этой мысли по коже хлещет колючий ужас.
Если нас застанут…
Увидят, как Ник, самый популярный парень универа, сын мэра, мечта всех местных красоток, стоит на коленях у меня между ног…
Увидят его руку у меня под юбкой…
Почему я?
Зачем ему именно я?
Просто пусть оставит меня в покое!
— Спорим, ты будешь моей до конца недели?
Выберите полку для книги