Книги по тегу «очень откровенно и горячо»: ""

— Чтобы завтра я тебя здесь не видел, — процедил я, вжимая девчонку во влажную стену раздевалки. — Мне в моем бассейне девицы с кучей тайн не нужны.
— Умерь эго, мажор, — дерзко ухмыльнулась эта колючка, глядя мне прямо в глаза. — Если бы не я, ты бы до сих пор на дне пузыри пускал.
— Твой мокрый купальник слишком сильно напрашивается на неприятности, — я наклонился к ее губам, едва сдерживая рык. — Зачем притворилась, что тонешь, птичка?
— Расслабься, Орлов, — нагло прошептала она. — Я никуда не уйду. Мой новый личный тренер — твоя мать. Так что привыкай... твой персональный ад только начинается.

Кирилл Северов — капитан хоккейного клуба «Кречет», виновник грязного скандала и мужчина, который когда-то вдребезги разбил мне сердце. Теперь я вынуждена отмывать его репутацию, работая с ним каждый день, лицом к лицу.
Я была уверена, что давно переболела, но наша первая встреча в переговорной рушит всю мою защиту. И от этого бешеного притяжения меня не спасёт ничто: ни перерыв в десять лет, ни налаженная личная жизнь, ни моё ледяное «нет».
Потому что Северов привык побеждать и, кажется, вознамерился завоевать меня заново.

Сначала в её глазах — пустота и непонимание. Потом — растерянность. Она всматривается в моё лицо и щурится. Затем — подозрение. Кажется, Злата не уверена. Переводит взгляд с моих глаз на губы, потом снова на глаза. Наверное, сравнивает с тем, что хранится в памяти.
И только потом в её глазах вспыхивает чёткое осознание.
Я еле сдерживаюсь, чтобы торжествующе не улыбнуться. Но торможу себя. Рано. Пусть сначала переварит и примет новую реальность.
— Рустам?.. — шепчет растерянно.
Первый раз за семь лет слышу её голос. Не в записи, не в воспоминаниях — вживую. Он почти не изменился. Но сейчас в нём столько всего — неверие, страх, надежда. Но больше всего — напряжение. Как у дикого зверька, который не понял, капкан перед ним или спасение.
Молчу несколько секунд. Просто смотрю на неё. Вспоминаю наш последний разговор перед выпускным. Её колючие, насмешливые слова. То, как она выкинула меня из своей жизни.
О да. Я всё ещё это помню. И до сих пор хочу спросить — почему?

Мой бывший называл мои фантазии больными. Я его послала. А потом согласилась на то, от чего у меня до сих пор дрожат колени...

В тексте есть:

🔥 Очень откровенные и чувственные сцены
❤️ Двое мужчин и одна девушка
💬 Горячие диалоги и голосовые сообщения
🌶️ Медленное нарастание страсти и полное доверие

"Побочный эффект" - роман Ольги Вечной, жанр современный любовный роман, романтическая эротика.
Ожидания от совместной работы с главным врачом сети клиник "Эккерт-про" — высоченным красавчиком Тимуром Эккертом — нервные срывы, усталость, дискриминация по всем направлениям.
А еще, учитывая слухи, мне стоит готовиться к давлению и даже домогательствам.
Побочные эффекты в виде страсти и уж тем более всяких там нежных чувств не ожидаются.
Точнее, исключены полностью и не учтены в расчетах.
Я, хирург Алена Евсеева, никогда не считала себя наивной. Все, чего я когда-либо хотела, — это помогать пациентам.
Поэтому, несмотря на риски, я устраиваюсь в "Эккерт-про". И, набравшись смелости, немедленно выхожу на смену.

© Вечная Ольга
© ИДДК

— Ты ешь, ешь, не отвлекайся, — холодно произнес отчим, заметив мои метания.
— Спасибо, я, пожалуй, позже... — я хотела подняться, чтобы унести мороженное на кухню, но краем глаза заметила, как по хрустящему рожку быстро побежала крупная белая капля.
Ещё секунда и она окажется на дорогом светлом ковре. Я поспешно слизнула каплю, но с другой стороны тоже подтаяло, пришлось удалить и ее. За ней потянулась вторая, третья. Удовольствия от вкуса, я уже не ощущала, но не бросить же это гребанное мороженое.
Мужчины молча наблюдали за моими хаотичными попытками спасти ковер от пятен. Их взгляды сделались слишком уж внимательными, отчего по спине пробежал неприятный холодок.

Двадцать пять лет, пышное тело, которое она всю жизнь стеснялась, и годы без мужчины. Вера приходит на приём к новому гинекологу, даже не подозревая, что этот визит перевернёт её жизнь. Вадим Сергеевич — строгий, властный, с руками, которые знают больше, чем положено врачу, — ставит неожиданный диагноз и предлагает терапию, стирающую грань. Сеанс за сеансом её тело пробуждается, страхи отступают, а доверие перерастает в нечто большее... Но кто на самом деле лечит, а кто учится чувствовать заново?

— Я не заслуживаю этого. Всего этого. Вас.
— Кто тебе сказал?
— Он. Каждый день. Годами.
— Он ошибался. И ты знаешь это. Иначе зачем ты всё ещё здесь?
— Я не знаю... Я боюсь, что проснусь, и вас не будет.
— А если мы будем? Каждое утро. Каждый вечер. Каждую ночь. Ты готова к этому?
— Я хочу. Но внутри всё сжимается от страха.
— Пусть сжимается. Мы разожмём. Медленно. Без спешки. Без прикосновений, если ты не готова.
— А если я готова, но не говорю?
— Тогда мы прочитаем это в твоих глазах. И в том, как ты задерживаешь дыхание, когда мы проходим мимо.

— Тоже не спится, Алина? — тихо спросил отец подруги, протягивая руку.
Я замерла, боясь пошевелиться. Его пальцы, медленно, почти невесомо коснулись моего плеча, а затем скользнули ниже, по воротнику халата. Я почувствовала, как по телу прошла волна дрожи.
— В доме нет света… Я проснулась от грома за окном и пришла выпить воды, — мой голос сорвался на жалкий шепот.
— Выключили, — согласился он, но его это, казалось, совершенно не волновало. Его пальцы продолжали медленно опускаться вниз, ведя по шёлковой ткани, пока не остановились у самой груди. — А мне кажется, дело не в свете. Ты дрожишь, малыш. И эта дрожь... она ведь не от страха бури? Верно?

— Это Тамерлан, — быстро заговорил брат, не поднимая глаз. — Я ему должен. Очень много. Он сказал — или я отдаю долг, или он меня убьёт. А у меня нет денег. Но есть ты. Ты… ты отработаешь. Как служанка. Или… ну, как женщина.
Злость так овладела мной, что я смогла выплюнуть неумело впихнутую в рот тряпку.
— Ты продал меня? — я не верила своим ушам. — Ты, сволочь, продал родную сестру?!

Брат продал меня как вещь. За свои долги отдал в руки суровому кавказцу. Но оказавшись в его доме, я поняла, что интересна не только ему, но и его наглому брату, и они оба не хотели делить меня друг с другом...