Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

- Ты станешь моей женой, - рычит мужчина, и его взгляд, наполненный ненавистью, обрушивается на меня. - И я буду играть с тобой до тех пор, пока не сломаю, - обещает Громов.
- Я не выйду за вас! – выдыхаю испуганно.
- Ты же не хочешь, чтобы жизнь твоей мамы превратилась в ад? – заявляет он, а у меня от страха мурашки ползут по спине.

Громов Илья – холодный, жестокий и опасный человек.
Он привык ломать людей. Наши отцы заклятые враги. Громов решил сделать меня своей женой, чтобы отобрать земли, которые мне достались в наследство от отца.

Она всегда была незаметной. Лишний вес, неуклюжесть, вечные падения — Лиза привыкла, что мужчины не замечают её. Или замечают, но с насмешкой. Поэтому отпуск в горах она планировала провести в одиночестве, подальше от чужих взглядов.
Но двое случайных встречных смотрят на неё иначе. Они не отводят глаз, когда она спотыкается. Они не прячут улыбки, когда она краснеет. А когда она падает в их руки у водопада, они решают: эта неуклюжая, дрожащая от смущения девушка будет их.

Я — лучшая студентка потока, чья главная цель — стажировка в Лондоне.
Он — капитан баскетбольной сборной, наглый мажор, которому грозит отчисление.
Ректор ставит ультиматум: или я за две недели вытягиваю этого невыносимого нахала из академической ямы, или прощаюсь с мечтой. Мы ненавидим друг друга, но я заставлю его учиться, чего бы мне это ни стоило!
Только я не догадываюсь, что наши вынужденные занятия станут поводом для жестокого пари среди его друзей. А он не представляет, что проиграет в нём собственное сердце, и мы уже не сможем жить друг без друга.

- Папа! Забрал! Вещи! - Настя кричала каждое слово отдельно, вколачивая их в мой череп, как гвозди. - Приехал с какими-то грузчиками, пока тебя оперировали! Забрал свои костюмы, ноутбук, даже телевизор из гостиной! Данька плачет, не останавливается!
Пока мне кромсали лицо, пока я лежала на операционном столе с разрезанной щекой, мой муж паковал чемоданы. Рассчитал идеально. Хирургически точно, если хотите иронию. Он знал, что я буду под наркозом минимум четыре часа. Четыре часа, в которые я не позвоню, не прибегу, не устрою сцену.
Четыре часа, чтобы вынести пятнадцать лет совместной жизни.
- Настя, - голос мой был спокоен, и это спокойствие пугало меня саму, - где Данька?
- Здесь, рядом. Мам, он забрал Бусю! Посадил в машину, и она скулила, и Данька бежал за ней! Мам, Данька орет уже час, я не знаю, что делать!
Бусю. Он забрал даже собаку. Лабрадора, которого мы подарили Даньке на четвертый день рождения. Подлец!

После развода Саша Геллер с головой ушел в работу, спорт и бессонницу. Он зарекся иметь дело с женщинами.
Настя Сокол - отличный тренер, лучший в городе.
Такие рекомендации сложно игнорировать. Но еще сложнее не влюбиться. Ведь она не только профи в своем деле, но и просто хороший человек.

В свой сорок пятый день рождения Даша чувствует себя счастливой: муж Сергей устроил шикарный праздник, рядом любимые подруги, впереди — долгая и счастливая жизнь. Но идеальный вечер разбивается вдребезги, когда она застаёт мужа в объятиях своей лучшей подруги Ольги. Оказывается, их тайный роман длится два года, а Сергей признаётся: он давно разлюбил Дашу и оставался рядом с ней только из жалости.

Вместо объяснений героиня получает унизительное «иди к гостям, не порти мою репутацию». Развод, пустая квартира, попытки осознать, где была правда, а где ложь — первые дни после предательства становятся испытанием на прочность. Но ее поддерживают подруга Катя и дочь Олеся и внутри постепенно прорастает решимость начать всё заново.

«Развод в 45. Уходи и дверь закрой» — это история о том, как можно рухнуть на дно и не сломаться, вычеркнуть из жизни тех, кто предал, и заново научиться дышать. О том, что иногда самый страшный подарок судьбы становится началом настоящей свободы.

После гибели мужа-лётчика Вера зареклась возвращаться в небо, но её свёкор Виктор не оставил ей времени на страх — предложил работу стюардессы на своём частном борту и сам сел за штурвал. Рядом оказался ещё и Дмитрий, второй пилот, чьи взгляды заставляли её забывать, зачем она так долго держала мужчин на расстоянии. Только Вера ещё не знала, что этот полёт изменит не только её жизнь — и скоро ей придётся понять, что делать, если отпустить её не собирается ни один из двух мужчин.

Вера тащила на себе чужую жизнь, пока однажды вечером не оказалась в доме свёкра — человека, который не спрашивает, а берёт.
Андрей и двое его друзей смотрят на неё так, будто уже решили исход игры. Они не предлагают выбора. Они предлагают ей то, чего она никогда не пробовала: перестать быть главной и довериться мужчинам..

С подносом в руках я вернулся в спальню. Толкнул дверь ногой и… замер.
Комната была пуста. Кровать аккуратно застелена, будто никто на ней и не спал. Ни следа Василисы. Только на подушке лежала сложенная записка. Я поставил поднос на тумбочку и развернул листок.
Аккуратный, красивый почерк:
«Спасибо. Это была разовая акция!!!»
Внутри что‑то взорвалось. Кровь ударила в виски, руки затряслись от ярости.
— Что за…?! — выдохнул я сквозь зубы.
Поднос полетел в стену. Чашка разлетелась на осколки, яичница шлепнулась на паркет, кофе растёкся тёмной лужей.
Ярость захлестнула с головой. Дикое, первобытное желание крушить и швырять. В груди клокотало: не одна девушка от меня не сбегала — всегда делал это я. И не одну девушку я не приводил к себе в квартиру. Никогда.
Эта квартира — моё личное пространство, мой бастион. Сюда не ступала нога ни одной женщины. А она… она просто взяла и ушла. Как будто я — никто. Как будто ночь, которую мы провели, — пустое место.
Сжал кулаки...

✅КНИГА ПОЛНОСТЬЮ ЗАВЕРШЕНА!
✅САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА ТОЛЬКО ПЕРВЫЕ 2 ДНЯ!

— Я сбежала со свадьбы ради тебя! Я беременна, Саша! — кричу я, прижимаясь к его двери в разорванном белом платье. Подол в грязи, сердце — в клочья.

Он медленно выпускает дым мне в лицо, пока его любовница лениво поправляет простыни в нашей постели.

— Твой отец оценил тебя в триста тысяч евро, Лиса. И я взял чек. Твоя любовь — просто мусор, который я выгодно обналичил.

— Но наш ребенок…

— Избавься от него. Или продай своему мужу. Мне плевать. Ты — отработанный товар, — он швыряет мне под ноги скомканную купюру. — Проваливай. Я тебя забыл.

В ту ночь я умерла. Чтобы через пять лет вернуться и заставить его захлебнуться этой жадностью.