Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
Жанна умела обращаться с огнём, мясом и любой катастрофой — пока гроза не забросила её в мир, где от девяти очагов зависела жизнь целого орочьего города. Вождь Гордан и его брат Тарн сразу решили, что весёлая пышка, способная накормить весь народ и разбудить угасающий общий огонь, должна остаться в их доме. Однако древний обряд потребовал, чтобы Жанна отдала своё слово одному дому, а над городом уже собиралась буря, способная погасить последние очаги. Ради спасения орков ей предстояло изменить старый закон и решить, готова ли она связать свою судьбу сразу с двумя орками.
Она хотела свободы. Он не привык отдавать своё.
Семь лет Алиса была тенью генерала Северина. Когда она подала на развод, он стёр заявление, заблокировал счета и сказал: «Возвращайся. Ужин в восемь». Тогда Алиса нашла компромат, способный уничтожить его. Глеб ответил похищением, запер в особняке и объявил, что теперь она в безопасности — в его крепости.
Но Алиса выросла среди оружия и знает, как стрелять. Пока генерал ведёт свою игру, она ведёт свою. А когда на особняк нападают враги, им придётся стать союзниками — или сгореть вместе.
Иногда, чтобы освободиться, нужно выстрелить в собственное сердце. И промахнуться.
Семь лет Алиса была тенью генерала Северина. Когда она подала на развод, он стёр заявление, заблокировал счета и сказал: «Возвращайся. Ужин в восемь». Тогда Алиса нашла компромат, способный уничтожить его. Глеб ответил похищением, запер в особняке и объявил, что теперь она в безопасности — в его крепости.
Но Алиса выросла среди оружия и знает, как стрелять. Пока генерал ведёт свою игру, она ведёт свою. А когда на особняк нападают враги, им придётся стать союзниками — или сгореть вместе.
Иногда, чтобы освободиться, нужно выстрелить в собственное сердце. И промахнуться.
— Не устраивай сцену, Лена. Через двенадцать минут наши дети станут мужем и женой.
Мой муж говорит это, не убирая ладони с обнажённой талии Лейлы — матери жениха.
Ради дочери я выхожу к гостям и позволяю свадьбе начаться. Но под жарким турецким солнцем одна тайна тянет за собой другую. Пока моя семья рассыпается, под угрозой оказывается и счастье наших детей.
Все требуют молчать, простить и сохранить красивую картинку. Все, кроме Кемаля — мужа моей соперницы. Он единственный спрашивает, чего хочу я.
Одна свадьба. Две семьи. Несколько предательств.
Смогу ли я уйти от человека, с которым прожила двадцать два года, и довериться мужчине, чьё сердце разбито той же изменой?
Мой муж говорит это, не убирая ладони с обнажённой талии Лейлы — матери жениха.
Ради дочери я выхожу к гостям и позволяю свадьбе начаться. Но под жарким турецким солнцем одна тайна тянет за собой другую. Пока моя семья рассыпается, под угрозой оказывается и счастье наших детей.
Все требуют молчать, простить и сохранить красивую картинку. Все, кроме Кемаля — мужа моей соперницы. Он единственный спрашивает, чего хочу я.
Одна свадьба. Две семьи. Несколько предательств.
Смогу ли я уйти от человека, с которым прожила двадцать два года, и довериться мужчине, чьё сердце разбито той же изменой?
Она продала себя, чтобы спасти брата. Он купил жену, чтобы получить компанию. Сделка проста: год брака, никаких чувств, развод.
Но правила трещат по швам. Фальшивая нежность становится настоящей, ссоры вспыхивают от ревности, а за закрытыми дверями каждый взгляд — обещание, которого не было в контракте.
У Марка есть прошлое, которое не отпускает. У Анны — тайна, способная разрушить всё. А в их договоре — условия, о которых она не знала.
Когда правда вырвется наружу, им придется выбрать: сжечь контракт или сгореть самим.
История о том, как из циничной сделки рождается любовь.
Но правила трещат по швам. Фальшивая нежность становится настоящей, ссоры вспыхивают от ревности, а за закрытыми дверями каждый взгляд — обещание, которого не было в контракте.
У Марка есть прошлое, которое не отпускает. У Анны — тайна, способная разрушить всё. А в их договоре — условия, о которых она не знала.
Когда правда вырвется наружу, им придется выбрать: сжечь контракт или сгореть самим.
История о том, как из циничной сделки рождается любовь.
Кайр Лорен, драконий маршал, при всем дворе объявил, что его семилетняя жена Мира бесплодна и бесполезна, и поднял кубок за новый союз с королевской невестой. Мира сняла брачный браслет, забрала свои инструменты и до рассвета ушла из крепости, а через три месяца уже принимала больных в собственном лечебном доме у моста. Вернувшийся с войны тяжело раненный Кайр оказывается на ее пороге: его дракон гаснет и подпускает к себе только бывшую жену, а каждая ложь разъедает рану заново. Мира согласна лечить его за публичное восстановление ее имени, но не за возвращение в прежний брак. Сможет ли человек, однажды отказавшийся от нее ради удобной короны, заслужить право хотя бы попросить о втором шансе?
Альфа северной стаи Ран Торн три года назад при всем клане разорвал связь истинных с лекаркой Лив и выбрал дочь союзного вожака, потому что сила ей не нужна, а союз нужен. Лив не сломалась: она построила зимний приют для тех, кого стаи вышвырнули, и научилась спасать оборотней от серебряной лихорадки, которую остальные целители считают смертельной. Когда болезнь приходит в стаю Рана и первой заболевает его маленькая племянница, он приезжает к Лив лично не приказывать, а просить. Метель запирает бывших истинных в одном приюте, где альфа работает наравне с изгнанниками и по одному теряет право командовать. Лив согласна спасти детей, но не согласна снова стать удобной: второго шанса не будет, пока он не откажется от власти над ней при всей стае.
В день свадьбы жених Ивы Рейн тайно обвенчался с ее младшей сестрой, а род отдал старшую дочь северному дракону как заложницу ради мира. Ива прибывает в ледяную крепость и вместо темницы получает от короля Арена Варда право уйти после зимы и голос в управлении северным домом. Когда она случайно пробуждает огонь погасшей крепости, двор объявляет ее предназначенной невестой, а бывший жених уже едет требовать ее назад как потерянную собственность. Арен не запирает Иву и не решает за нее, но рядом с ним она впервые чувствует, что может выбирать сама, и теперь ей придется решить, готова ли она доверить ему не только крепость, но и свое сердце.
Клим Ратников купил Дом моды. По документам – стены. По факту – меня, мой «Неформат» и семьдесят четыре человека, которых он собрался выселить одним дорогим росчерком. Только я не продаюсь вместе с арендой.
Теперь у нас пятьдесят четыре дня, чтобы создать общий проект и не придушить друг друга на переговорах. Он слишком спокоен, слишком богат и слишком уверен, что любую проблему можно решить деньгами. Я слишком хорошо читаю мелкий шрифт.
А рядом уже Савва – еще один миллионер, который предлагает свободу и смотрит на меня вовсе не по-деловому. Но мое тело может быть пышным, характер – неудобным, а сердце... сердце вообще не участвует в аукционе.
Теперь у нас пятьдесят четыре дня, чтобы создать общий проект и не придушить друг друга на переговорах. Он слишком спокоен, слишком богат и слишком уверен, что любую проблему можно решить деньгами. Я слишком хорошо читаю мелкий шрифт.
А рядом уже Савва – еще один миллионер, который предлагает свободу и смотрит на меня вовсе не по-деловому. Но мое тело может быть пышным, характер – неудобным, а сердце... сердце вообще не участвует в аукционе.
Айнура спасает Динара на операционном столе, не спросив, кто он. А он запоминает её имя — и не отпускает. Для всего города он опасен. Для неё — впервые в жизни безопасен. Но её бывший муж, тот, что оставил ей этот шрам, возвращается.
История о власти, доверии и о том, каково это — когда на тебя наконец смотрят и не отворачиваются.
«— Я хочу посмотреть на твой шрам. Прямо сейчас. Можно?
— Зачем?
— Потому что это часть тебя. Я хочу знать всё, что тебя составляет. Даже боль.»
Прошлое уже стучится в дверь...
История о власти, доверии и о том, каково это — когда на тебя наконец смотрят и не отворачиваются.
«— Я хочу посмотреть на твой шрам. Прямо сейчас. Можно?
— Зачем?
— Потому что это часть тебя. Я хочу знать всё, что тебя составляет. Даже боль.»
Прошлое уже стучится в дверь...
Эта книга — разговор о том, что остается за кадром сводок и парадов. О том, как бойцы СВО возвращаются к мирной жизни и о той невидимой борьбе, которая начинается после того, как затихают орудия. Психолог международного уровня, доктор наук, работавший с ветеранами Афганистана, «горячих точек» 90-х и СВО, отвечает на вопросы, которые волнуют каждого: почему близкий человек стал другим, как помочь ему вернуть себя, не разрушив его гордость, и что государство и общество делают и должны делать для тех, кто прошел через ад войны.
Это искренний, честный и профессиональный диалог о трансформации личности, ПТСР, преодолении стигмы и инструментах восстановления — от ДПДГ до социального контракта и дневников воли и труда.
Это искренний, честный и профессиональный диалог о трансформации личности, ПТСР, преодолении стигмы и инструментах восстановления — от ДПДГ до социального контракта и дневников воли и труда.
Выберите полку для книги