Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
– Ты слишком молодая для училки. И слишком красивая, – говорит он порочным шёпотом. – Решила докопаться до моего сына, чтобы привлечь моё внимание? Что ж, у тебя получилось.
– Что вы себе позволяете?
– Я себе позволяю всё.
Он вдавливает меня в школьную доску. Внутри меня всё пылает так, что ноги подгибаются.
– Продолжим у меня дома, – хищно скалится Гордей. – И только попробуй в этот раз сбежать.
Я учительница. Он отец ученика.
Мне нельзя его хотеть. Ему нельзя меня трогать.
Но Гордей Усманов всегда нарушает правила первым.
Он загоняет меня в угол, говорит опасным голосом, смотрит так, будто уже знает, как я буду стонать.
Он хочет меня. Грязно. Ненасытно.
И мне всё труднее делать вид, что я к нему равнодушна.
А когда возвращается его бывшая жена, которую все считали умершей, становится ясно: это не любовный роман.
Это война за мужчину, который не знает слова «остановись».
– Что вы себе позволяете?
– Я себе позволяю всё.
Он вдавливает меня в школьную доску. Внутри меня всё пылает так, что ноги подгибаются.
– Продолжим у меня дома, – хищно скалится Гордей. – И только попробуй в этот раз сбежать.
Я учительница. Он отец ученика.
Мне нельзя его хотеть. Ему нельзя меня трогать.
Но Гордей Усманов всегда нарушает правила первым.
Он загоняет меня в угол, говорит опасным голосом, смотрит так, будто уже знает, как я буду стонать.
Он хочет меня. Грязно. Ненасытно.
И мне всё труднее делать вид, что я к нему равнодушна.
А когда возвращается его бывшая жена, которую все считали умершей, становится ясно: это не любовный роман.
Это война за мужчину, который не знает слова «остановись».
— Ты изменил. У тебя есть ребенок от другой женщины. И ты скрывал это от меня много лет. Вместе со своей матерью!
Смотрю в лицо мужа. Я любила его до безумия. Готова была на все ради счастья семьи, а он... С какой-то сиделкой. Я до сих пор отказываюсь в это верить.
— Рано или поздно ты должна была узнать правду, — с горечью произносит муж.
— То есть, ты даже не будешь искать оправдания? Просить прощение?! — с ужасом смотрю на него. Злость клокочет внутри.
— Айлин, я виноват перед тобой. Совсем не так хотел тебе рассказать правду...
— А ты вообще собирался рассказать мне правду? — зло припечатываю словами.
— Конечно, — спокойно отвечает Алим. Решительно смотрит мне прямо в глаза. — У меня есть сын... От другой женщины.
Смотрю в лицо мужа. Я любила его до безумия. Готова была на все ради счастья семьи, а он... С какой-то сиделкой. Я до сих пор отказываюсь в это верить.
— Рано или поздно ты должна была узнать правду, — с горечью произносит муж.
— То есть, ты даже не будешь искать оправдания? Просить прощение?! — с ужасом смотрю на него. Злость клокочет внутри.
— Айлин, я виноват перед тобой. Совсем не так хотел тебе рассказать правду...
— А ты вообще собирался рассказать мне правду? — зло припечатываю словами.
— Конечно, — спокойно отвечает Алим. Решительно смотрит мне прямо в глаза. — У меня есть сын... От другой женщины.
Сбежала с вечеринки, застукав жениха с бывшей... Машина решила отдать концы на ночной горной дороге, в самый паршивый момент моей жизни. Вот такой у меня Новый год. Я почти замерзла в снегу, не надеясь на спасение. Но тут на помощь мне пришел ангел. Который потом попросил вернуть должок за мое спасение.
- Я тебя спас, теперь твоя очередь спасать меня, - твердо заявляет мажор, притягивая меня к себе за талию.
Согласие мое не требуется. Требовательные губы закрывают мой рот, и пискнуть не успеваю. Вот наглец!
- Я тебя спас, теперь твоя очередь спасать меня, - твердо заявляет мажор, притягивая меня к себе за талию.
Согласие мое не требуется. Требовательные губы закрывают мой рот, и пискнуть не успеваю. Вот наглец!
– Твой муж – отец моего сына! – заявила моя лучшая подруга.
– Что за бред ты несёшь? – не верю своим ушам.
– Не бред! Мы переспали накануне вашей свадьбы! Потом я узнала, что беременна!
– Что ты такое говоришь? – шепчу и чуть ли не плачу.
– Правду! Я ждала, что Суворов бросит тебя и уйдёт ко мне! Но он сказал, что не будет разводиться и послал меня! Я должна была бороться за своё счастье! Суворов был бы моим, он никуда бы не делся! Но я, как идиотка, отдала тебе любимого. Сейчас я намерена вернуть его обратно!
Тринадцать лет я была счастливой женой и матерью. Но в один момент наша идеальная семья рассыпалась, словно карточный домик. Приехавшая издалека подруга сообщила, что тринадцать лет растила сына, которого родила от моего мужа.
– Что за бред ты несёшь? – не верю своим ушам.
– Не бред! Мы переспали накануне вашей свадьбы! Потом я узнала, что беременна!
– Что ты такое говоришь? – шепчу и чуть ли не плачу.
– Правду! Я ждала, что Суворов бросит тебя и уйдёт ко мне! Но он сказал, что не будет разводиться и послал меня! Я должна была бороться за своё счастье! Суворов был бы моим, он никуда бы не делся! Но я, как идиотка, отдала тебе любимого. Сейчас я намерена вернуть его обратно!
Тринадцать лет я была счастливой женой и матерью. Но в один момент наша идеальная семья рассыпалась, словно карточный домик. Приехавшая издалека подруга сообщила, что тринадцать лет растила сына, которого родила от моего мужа.
❄️💕РОМАН ЗАВЕРШЕН❄️💕МИН.ЦЕНА СЕГОДНЯ❄️💕
— Вера, сдай его в интернат, — говорит муж в ярости. — Я не хочу, чтобы он меня отцом называл. Не чувствую своим, понимаешь?
После этих слов я уже ничего не слышу. Только тишину.
Я ушла, не дав шанса “передумать”, устроилась в строительную компанию.
Мой начальник — Илья Демидов, жесткий, точный, без эмоций.
Но всё меняется, когда в офис забегает мой сын и обнимает меня за ноги — и из-под футболки виднеется родимое пятно: маленький ключик на руке.
Точно такое же у Демидова. У его отца. У деда. “Ключ от рода”.
— У вас ребенок… по ЭКО? — спрашивает он слишком прямо.
— Это не ваше дело.
— Станет моим, если клиника перепутала материал…
А спустя полгода ещё и муж решил, что хочет нас вернуть.
— Вера, сдай его в интернат, — говорит муж в ярости. — Я не хочу, чтобы он меня отцом называл. Не чувствую своим, понимаешь?
После этих слов я уже ничего не слышу. Только тишину.
Я ушла, не дав шанса “передумать”, устроилась в строительную компанию.
Мой начальник — Илья Демидов, жесткий, точный, без эмоций.
Но всё меняется, когда в офис забегает мой сын и обнимает меня за ноги — и из-под футболки виднеется родимое пятно: маленький ключик на руке.
Точно такое же у Демидова. У его отца. У деда. “Ключ от рода”.
— У вас ребенок… по ЭКО? — спрашивает он слишком прямо.
— Это не ваше дело.
— Станет моим, если клиника перепутала материал…
А спустя полгода ещё и муж решил, что хочет нас вернуть.
Не глядя в глазок, открываю дверь с вежливой улыбкой.
И меня так резко отбрасывает в прошлое, что голова кружится от нахлынувших эмоций.
Алихан. Это он, заполняя собой почти весь дверной проем, буравит меня взглядом.
Человек, которого я не видела больше пяти лет. Тот самый, по кому тосковало сердце и кого я ненавидела всей душой, потому что слишком сильно влюбилась. Тот, кто исчез из моей жизни сразу после нашей свадьбы и брачной ночи. Кто оставил одну разбираться с последствиями.
С двумя полосками на тесте и разбитым сердцем.
— Ну здравствуй, жена, — говорит он низким, обманчиво бархатным голосом, от которого по спине бегут мурашки. — Долго же я к тебе добирался.
И меня так резко отбрасывает в прошлое, что голова кружится от нахлынувших эмоций.
Алихан. Это он, заполняя собой почти весь дверной проем, буравит меня взглядом.
Человек, которого я не видела больше пяти лет. Тот самый, по кому тосковало сердце и кого я ненавидела всей душой, потому что слишком сильно влюбилась. Тот, кто исчез из моей жизни сразу после нашей свадьбы и брачной ночи. Кто оставил одну разбираться с последствиями.
С двумя полосками на тесте и разбитым сердцем.
— Ну здравствуй, жена, — говорит он низким, обманчиво бархатным голосом, от которого по спине бегут мурашки. — Долго же я к тебе добирался.
– Это Светлана. И она… – Петя подумал с минуту. – Она – моя будущая жена, – оскалился он.
Я сжала рукой подлокотник кресла.
Будущая жена?
Нет, погодите.
А я тогда кто?
– Я уже нанял тебе помощницу, чтобы ты… Не нуждалась, – Петя встал. – Я оставлю тебе квартиру, я буду помогать тебе восстановиться. Но твоим мужем я больше не буду. Ты не будешь ощущать нехватку чего-либо. Вот скучать… Да наверно плакать будешь по ночам.
Петр присел на корточки и посмотрел мне в глаза.
— Но ты взрослая девочка. Слезы высохнут. А я в это время как раз успею пожениться. На свадьбу если захочешь — приходи. Только смотри мне не устрой драку с моей новой возлюбленной.
Авария. Я не могла ходить. Временно.
А в это время муж нашел себе новую жену.
Я подала на развод. Потому что в любящей семье так не бывает.
Но нам все-таки придется встретится. И рассказать друг другу все, что мы так тщательно скрывали друг от друга.
Я сжала рукой подлокотник кресла.
Будущая жена?
Нет, погодите.
А я тогда кто?
– Я уже нанял тебе помощницу, чтобы ты… Не нуждалась, – Петя встал. – Я оставлю тебе квартиру, я буду помогать тебе восстановиться. Но твоим мужем я больше не буду. Ты не будешь ощущать нехватку чего-либо. Вот скучать… Да наверно плакать будешь по ночам.
Петр присел на корточки и посмотрел мне в глаза.
— Но ты взрослая девочка. Слезы высохнут. А я в это время как раз успею пожениться. На свадьбу если захочешь — приходи. Только смотри мне не устрой драку с моей новой возлюбленной.
Авария. Я не могла ходить. Временно.
А в это время муж нашел себе новую жену.
Я подала на развод. Потому что в любящей семье так не бывает.
Но нам все-таки придется встретится. И рассказать друг другу все, что мы так тщательно скрывали друг от друга.
- Ты не пойдёшь с ним! - чуть ли не рычит, прижимая меня к двери комнаты, и запах парфюма, что кажется, въелся мне под кожу, заполняет лёгкие, дурманя мысли.
- Это не твоё дело! - цежу сквозь зубы, прожигая его яростным взглядом, несмотря на то, что сердце предательски ускоряет ритм. - Тебя не касается то, где и с кем я нахожусь! Понял? - ударяю рукой по широким плечам, пытаясь оттолкнуть Ларина, но он всё так же стоит на месте, держа меня за талию.
- Ошибаешься, принцесса, это моё дело,и ты моя Лера! - шепчет хриплым голосом, смотря почерневшими глазами, в которых разрастается настоящее пламя. - А знаешь что, пошло всё к черту! - проговаривает мне в губы, сметая все запреты, выставленные между нами, и, взяв за затылок, впивается в мои губы поцелуем, заменяя собой воздух.
Я думала, наша встреча случайность, но всё оказалось совсем не так... Как объяснить глупому сердцу, что любовь пришла не по плану?!
- Это не твоё дело! - цежу сквозь зубы, прожигая его яростным взглядом, несмотря на то, что сердце предательски ускоряет ритм. - Тебя не касается то, где и с кем я нахожусь! Понял? - ударяю рукой по широким плечам, пытаясь оттолкнуть Ларина, но он всё так же стоит на месте, держа меня за талию.
- Ошибаешься, принцесса, это моё дело,и ты моя Лера! - шепчет хриплым голосом, смотря почерневшими глазами, в которых разрастается настоящее пламя. - А знаешь что, пошло всё к черту! - проговаривает мне в губы, сметая все запреты, выставленные между нами, и, взяв за затылок, впивается в мои губы поцелуем, заменяя собой воздух.
Я думала, наша встреча случайность, но всё оказалось совсем не так... Как объяснить глупому сердцу, что любовь пришла не по плану?!
Лия получает странное письмо от некого помещика по имени Алан. В нем говорится, что долг ее почившей бабки переходит к ней, как к ближайшей кровной родственнице. Не имея за душой ни гроша и проведя последние ночи под мостом, Лия отправляется в усадьбу Черный Терн.
Там она встречает того, кто превратит ее жизнь в настоящий ад... Или рай?
За обликом немощного старика скрывается нечто более опасное, могучее и древнее. Существо, которое избегает солнца и пьет чужую кровь.
Лия становится его игрушкой. Его сосудом. Теперь она не может сбежать, потому что их связывает дьявольское проклятие.
— Отныне ты будешь приходить ко мне каждую ночь. Давать мне то, в чем я нуждаюсь. Получать то, без чего ты теперь тоже не сможешь жить. Ты принадлежишь мне...Я не хотел делать из твоей бабки монстра. Питался кровью животных, охотился каждую ночь. Но сейчас в этом нет нужды, когда рядом есть ты, готовая отдать мне всю себя. Самая вкусная зверушка у меня под боком...
Там она встречает того, кто превратит ее жизнь в настоящий ад... Или рай?
За обликом немощного старика скрывается нечто более опасное, могучее и древнее. Существо, которое избегает солнца и пьет чужую кровь.
Лия становится его игрушкой. Его сосудом. Теперь она не может сбежать, потому что их связывает дьявольское проклятие.
— Отныне ты будешь приходить ко мне каждую ночь. Давать мне то, в чем я нуждаюсь. Получать то, без чего ты теперь тоже не сможешь жить. Ты принадлежишь мне...Я не хотел делать из твоей бабки монстра. Питался кровью животных, охотился каждую ночь. Но сейчас в этом нет нужды, когда рядом есть ты, готовая отдать мне всю себя. Самая вкусная зверушка у меня под боком...
— Давид, — голос срывается. — У тебя будет ребёнок от другой.
Он лишь отмахивается.
— Я разберусь с этим.
Эти слова режут по живому, и я почти кричу:
— Ты предал меня, Давид! Как ты мог? Я же любила тебя, доверяла!
— Не раздувай. Да, это уже случилось. Но я повторюсь: между нами всё останется по‑прежнему.
— То есть для тебя это пустяк?
— Маленькая оплошность.
Внутри будто что‑то рвётся, и Давид решает добить меня окончательно:
— Все мужчины имеют левые связи, — продолжает он спокойно, словно лекцию читает. — Верность я тебе никогда не обещал. Ты не должна была узнать, что я тебе изменил. Что ж, считай, это было твоим боевым крещением.
Однако я не простила предателя и ушла, не сказав о том, что тоже беременна. Спустя 18 лет мы встречаемся в кабинете директора, потому что наши дочери подрались… даже не подозревая о том, что они — сестры. А бывший так и не узнал, что все эти годы у него росла ещё одна дочь.
Он лишь отмахивается.
— Я разберусь с этим.
Эти слова режут по живому, и я почти кричу:
— Ты предал меня, Давид! Как ты мог? Я же любила тебя, доверяла!
— Не раздувай. Да, это уже случилось. Но я повторюсь: между нами всё останется по‑прежнему.
— То есть для тебя это пустяк?
— Маленькая оплошность.
Внутри будто что‑то рвётся, и Давид решает добить меня окончательно:
— Все мужчины имеют левые связи, — продолжает он спокойно, словно лекцию читает. — Верность я тебе никогда не обещал. Ты не должна была узнать, что я тебе изменил. Что ж, считай, это было твоим боевым крещением.
Однако я не простила предателя и ушла, не сказав о том, что тоже беременна. Спустя 18 лет мы встречаемся в кабинете директора, потому что наши дочери подрались… даже не подозревая о том, что они — сестры. А бывший так и не узнал, что все эти годы у него росла ещё одна дочь.
Выберите полку для книги