Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
«Папа сказал, мальчик должен привыкать к нам заранее».
Я прочитала это сообщение трижды. И только на третий раз поняла: «мальчик» — это мой сын.
Десять лет я стирала его рубашки, растила ребёнка по гарнизонам и верила, что у нас крепкая семья. А он спокойно, по пунктам, готовил не уход — зачистку.
Справки, что я «нестабильна». Нужных людей в школе, опеке, суде. Новую «правильную» жену — дочь генерала. И заседание, на котором меня вычеркнут из жизни собственного ребёнка.
Он думал, что я буду плакать.
Он не знал, на что способна мать, у которой отнимают сына.
Я прочитала это сообщение трижды. И только на третий раз поняла: «мальчик» — это мой сын.
Десять лет я стирала его рубашки, растила ребёнка по гарнизонам и верила, что у нас крепкая семья. А он спокойно, по пунктам, готовил не уход — зачистку.
Справки, что я «нестабильна». Нужных людей в школе, опеке, суде. Новую «правильную» жену — дочь генерала. И заседание, на котором меня вычеркнут из жизни собственного ребёнка.
Он думал, что я буду плакать.
Он не знал, на что способна мать, у которой отнимают сына.
— Ты?!
— Я тоже рад тебя видеть, Гроза. Особенно в свадебном платье.
— Меня похитили и насильно замуж выдавали!
— Значит, вовремя пришёл. Жениха я уже расстроил.
Я уехала медсестрой в горячую точку, чтобы доказать одному невыносимому спецназовцу, что я не взбалмошная девчонка и прекрасно справляюсь без него.
Доказала.
Меня похитили и чуть не выдали замуж, а спасать пришёл именно он — Марат Каримов. Мой бывший. Мужчина, которого я бросила за измену и очень старалась забыть.
Только теперь Марат утверждает, что никогда мне не изменял.
И почему-то решил, что свою Грозу второй раз уже никуда не отпустит.
— Я тоже рад тебя видеть, Гроза. Особенно в свадебном платье.
— Меня похитили и насильно замуж выдавали!
— Значит, вовремя пришёл. Жениха я уже расстроил.
Я уехала медсестрой в горячую точку, чтобы доказать одному невыносимому спецназовцу, что я не взбалмошная девчонка и прекрасно справляюсь без него.
Доказала.
Меня похитили и чуть не выдали замуж, а спасать пришёл именно он — Марат Каримов. Мой бывший. Мужчина, которого я бросила за измену и очень старалась забыть.
Только теперь Марат утверждает, что никогда мне не изменял.
И почему-то решил, что свою Грозу второй раз уже никуда не отпустит.
Три года мы живём вместе в этой квартире. Три года - и ни разу, ни единого раза она не заметила! Смотрит - и не видит. Слушает - и не слышит. Как слепой котёнок, тычется мордочкой в стены и думает, что это край вселенной. Тридцать один год. Замужем. Считает себя мудрой женщиной, хозяйкой дома.
А она просто спит. Крепко-крепко спит.
Вспомнить хотя бы вчерашнее утро! Узкий коридор в ванную. Егор с полотенцем, я - следом, в шёлковом пеньюаре. Он не отходит, чтобы пропустить меня. О нет! Он прижимает меня бедром к стене - легко, почти незаметно. Его рука скользит по моей талии, сминает тонкую ткань, оставляет невидимый горячий след на коже!
Это длится один миг.
А Анна в это время стоит на кухне. Мешает кашу. Улыбается новому дню!
А она просто спит. Крепко-крепко спит.
Вспомнить хотя бы вчерашнее утро! Узкий коридор в ванную. Егор с полотенцем, я - следом, в шёлковом пеньюаре. Он не отходит, чтобы пропустить меня. О нет! Он прижимает меня бедром к стене - легко, почти незаметно. Его рука скользит по моей талии, сминает тонкую ткань, оставляет невидимый горячий след на коже!
Это длится один миг.
А Анна в это время стоит на кухне. Мешает кашу. Улыбается новому дню!
Отец проиграл меня в карты. Живую — с чемоданом дешёвого белья и мятой книгой на дне. Теперь я в горах, за каменной стеной с тяжёлым замком, в доме человека, которого зову Фахрат и чьё имя застревает у меня в горле.
Я думала, он возьмёт то, за что заплатил. В первую же ночь.
— Не трону, — сказал он. — Пока сама не попросишь.
И началась игра страшнее любого насилия: карты, кости, завязанные глаза — и его терпение, от которого хуже, чем от крика. Я приехала сюда должницей. А осталась потому, что захотела сама.
Только за картами отца пряталась не игра. За ними — старый кровный долг, война и правда, которая сломает всё, во что я поверила.
Я думала, он возьмёт то, за что заплатил. В первую же ночь.
— Не трону, — сказал он. — Пока сама не попросишь.
И началась игра страшнее любого насилия: карты, кости, завязанные глаза — и его терпение, от которого хуже, чем от крика. Я приехала сюда должницей. А осталась потому, что захотела сама.
Только за картами отца пряталась не игра. За ними — старый кровный долг, война и правда, которая сломает всё, во что я поверила.
Катя — обычная студентка из Краснодара. В один из летних дней она спешит на автобус, перебегает дорогу на зелёный свет — и оказывается в другом мире. В теле женщины, которую называют Гадюкой - легендарной убийцей, наводящей ужас на целое королевство.
Генерал Хардин, чьи земли она держала в страхе с десяток лет, жаждет её крови. Солдаты плюют в её сторону. Народ требует казни.
Но Катя не Сайлис. Она не помнит, как убивала, не знает, как держать меч. Она просто хочет домой.
Единственный способ выжить — убедить своих палачей в том, что она не та, за кого её принимают. И сделать это непросто, когда единственный, кто может тебя защитить, — это тот, кто больше всех хочет твоей крови.
Это история о том, как теряешь всё, чтобы обрести себя. О мире, где магия перемешана с политикой, где чудовища бывают не только в лесу, а любовь рождается там, где её меньше всего ждёшь. И о девушке, которой предстоит научиться жить в чужом теле, среди врагов — и стать той, кого они не ожидали увидеть.
Генерал Хардин, чьи земли она держала в страхе с десяток лет, жаждет её крови. Солдаты плюют в её сторону. Народ требует казни.
Но Катя не Сайлис. Она не помнит, как убивала, не знает, как держать меч. Она просто хочет домой.
Единственный способ выжить — убедить своих палачей в том, что она не та, за кого её принимают. И сделать это непросто, когда единственный, кто может тебя защитить, — это тот, кто больше всех хочет твоей крови.
Это история о том, как теряешь всё, чтобы обрести себя. О мире, где магия перемешана с политикой, где чудовища бывают не только в лесу, а любовь рождается там, где её меньше всего ждёшь. И о девушке, которой предстоит научиться жить в чужом теле, среди врагов — и стать той, кого они не ожидали увидеть.
Галине Петровне — пятьдесят шесть, тридцать лет у доски и одно правило: трудных детей не бывает.
Проснувшись в чужом мире в теле двадцатилетней девушки, она получает контракт гувернантки к троим «проклятым» детям графа Вейра. Средняя поджигает салфетки. Старший слышит мысли. Младший исчезает от страха. Предыдущие гувернантки сбегали через неделю.
Граф Вейр ждёт, что сбежит и эта.
Он не знает, что внутри хрупкой девушки — пятьдесят шесть лет опыта, взрослый сын и тридцать лет работы с самым сложным классом.
Осталось только одно: научить детей не бояться себя, графа — не бояться детей, а тех, кто хочет их забрать, — оставить эту семью в покое.
Проснувшись в чужом мире в теле двадцатилетней девушки, она получает контракт гувернантки к троим «проклятым» детям графа Вейра. Средняя поджигает салфетки. Старший слышит мысли. Младший исчезает от страха. Предыдущие гувернантки сбегали через неделю.
Граф Вейр ждёт, что сбежит и эта.
Он не знает, что внутри хрупкой девушки — пятьдесят шесть лет опыта, взрослый сын и тридцать лет работы с самым сложным классом.
Осталось только одно: научить детей не бояться себя, графа — не бояться детей, а тех, кто хочет их забрать, — оставить эту семью в покое.
❄️Снежная королева и Гранит.
Предательство мужа научило Леру держать мужчин на расстоянии вытянутой руки.
У неё есть дочь, мантия и ледяное сердце. Этого достаточно.
Ярослав Гранин приехал наводить порядок железной рукой.
Их первое столкновение похоже на удар кремня о гранит.
Искра высекается сразу.
Иногда самая крепкая броня трескается не от удара, а от одного взгляда ледяных глаз…
Предательство мужа научило Леру держать мужчин на расстоянии вытянутой руки.
У неё есть дочь, мантия и ледяное сердце. Этого достаточно.
Ярослав Гранин приехал наводить порядок железной рукой.
Их первое столкновение похоже на удар кремня о гранит.
Искра высекается сразу.
Иногда самая крепкая броня трескается не от удара, а от одного взгляда ледяных глаз…
Мы с Лешей заходим в квартиру после приема у врача, и из спальни раздается женский стон.
— Мам, ты это слышала? — спрашивает он.
Я отправляю ребенка на кухню, а сама иду в спальню.
И застаю в постели мужа и свою родную сестру. Мою более молодую копию.
— Оксана, только не горячись! Это первый раз, — начинает муж, натягивая трусы.
Анфиса делает губы трубочкой и молчит.
— У тебя сын за соседней стеной, — говорю сквозь ком в горле, — а ты вытворяешь такое!
Она усмехается и нагло смотрит мне в глаза.
— Займись собой, Оксан. Я сама решу, что мне делать.
***
Сестра переспала с моим мужем. Но очень скоро я узнаю, что его измена — далеко не самая страшная тайна нашей семьи. И теперь они хотят отнять ребенка, который всю жизнь называл меня мамой.
Моя жизнь превращается в борьбу. И кажется, что я проиграю. Но рядом неожиданно оказывается мужчина, от которого я меньше всего ждала помощи.
— Мам, ты это слышала? — спрашивает он.
Я отправляю ребенка на кухню, а сама иду в спальню.
И застаю в постели мужа и свою родную сестру. Мою более молодую копию.
— Оксана, только не горячись! Это первый раз, — начинает муж, натягивая трусы.
Анфиса делает губы трубочкой и молчит.
— У тебя сын за соседней стеной, — говорю сквозь ком в горле, — а ты вытворяешь такое!
Она усмехается и нагло смотрит мне в глаза.
— Займись собой, Оксан. Я сама решу, что мне делать.
***
Сестра переспала с моим мужем. Но очень скоро я узнаю, что его измена — далеко не самая страшная тайна нашей семьи. И теперь они хотят отнять ребенка, который всю жизнь называл меня мамой.
Моя жизнь превращается в борьбу. И кажется, что я проиграю. Но рядом неожиданно оказывается мужчина, от которого я меньше всего ждала помощи.
– Кто позволил моей бывшей жене привести ублюдков на мою свадьбу?
– Ты. Пять лет назад, когда подписал им смертный приговор.
– Я могу вернуть тебе положение. Покой, дом, защиту.
– Я не возвращаюсь к тебе, Кайрен.
– Лавена сама решит, где ей стоять, – произносит Роэн, враг моего бывшего. – Для этого ей не требуется перейти из твоих рук в мои.
Пять лет назад Пепельный альфа изгнал меня беременной, поверив лживому пророчеству. Теперь наш сын кашляет пеплом, дочь видит нити проклятия, а спасти их может только родовой Очаг.
Поэтому я возвращаюсь прямо на свадьбу бывшего – с близнецами, которых он назвал ублюдками, и с его самым опасным врагом.
До восхода красной луны восемь дней. Если я не узнаю, кто отравил Очаг, один мой ребенок погибнет ради другого. Кайрен снова готов поставить корону выше детей. А Роэн рискует ради нас всем – даже своим волком.
Только я больше не позволю ни одному альфе решать, кому принадлежу.
– Ты. Пять лет назад, когда подписал им смертный приговор.
– Я могу вернуть тебе положение. Покой, дом, защиту.
– Я не возвращаюсь к тебе, Кайрен.
– Лавена сама решит, где ей стоять, – произносит Роэн, враг моего бывшего. – Для этого ей не требуется перейти из твоих рук в мои.
Пять лет назад Пепельный альфа изгнал меня беременной, поверив лживому пророчеству. Теперь наш сын кашляет пеплом, дочь видит нити проклятия, а спасти их может только родовой Очаг.
Поэтому я возвращаюсь прямо на свадьбу бывшего – с близнецами, которых он назвал ублюдками, и с его самым опасным врагом.
До восхода красной луны восемь дней. Если я не узнаю, кто отравил Очаг, один мой ребенок погибнет ради другого. Кайрен снова готов поставить корону выше детей. А Роэн рискует ради нас всем – даже своим волком.
Только я больше не позволю ни одному альфе решать, кому принадлежу.
— Что ты устроила?! — рявкает муж, с силой сжимая мое запястье. — Пацаны просто шутят! Он же просто приобнял ее, че ты истеришь и позоришь меня перед мужиками?!
Я смотрю на рассевшуюся в гостиной компанию и на свою сжавшуюся от ужаса дочь, а потом — на человека, с которым прожила пятнадцать лет.
Что с нами стало? Раньше ведь он таким не был.
— Мы уходим, Игорь. Я подаю на развод.
— Иди-иди! Кому ты нужна, старая вешалка с прицепом! Приползешь еще! — бросает он мне вслед.
Я ушла в никуда, надеясь только на себя. И не знала, что мой личный ад только начинается.
Муж решил уничтожить меня, собственная мать встала на его сторону, а помощь пришла оттуда, откуда я не ждала...
Я смотрю на рассевшуюся в гостиной компанию и на свою сжавшуюся от ужаса дочь, а потом — на человека, с которым прожила пятнадцать лет.
Что с нами стало? Раньше ведь он таким не был.
— Мы уходим, Игорь. Я подаю на развод.
— Иди-иди! Кому ты нужна, старая вешалка с прицепом! Приползешь еще! — бросает он мне вслед.
Я ушла в никуда, надеясь только на себя. И не знала, что мой личный ад только начинается.
Муж решил уничтожить меня, собственная мать встала на его сторону, а помощь пришла оттуда, откуда я не ждала...
Выберите полку для книги