Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
— Ничего не значит? — я рассмеялась, — У тебя там ребенок, Егор. Девятилетняя дочь. Ты жил там. Твои рубашки там стирают.
— Я не жил! — он почти выкрикнул это, и эхо заметалось по лестничной клетке. — Я ездил к ней! Только к девочке! Маш, поверь мне, пожалуйста. Это случилось один раз! Десять лет назад! На открытии первого филиала. Я выпил… эйфория, успех… Она сама подошла, начала вешаться… Ну, я мужик, Маш, бес попутал. Одна ночь! Я про нее забыл на следующий же день! Вычеркнул!
А потом его любовница, или правильнее — вторая жена, сидела на моей кухне и просила отпустить Егора.
— Меня он любит, — усмехнулась она. — А вас терпел. Посмотрите правде в глаза. Ваш брак умер много лет назад. Вы держитесь за привычку, за штамп, за квартиру. А я держусь за любовь. Отпустите его.
Но не это окончательно выбило меня из колеи, не ее слова, а нечто другое, гораздо более весомое.
— Я не жил! — он почти выкрикнул это, и эхо заметалось по лестничной клетке. — Я ездил к ней! Только к девочке! Маш, поверь мне, пожалуйста. Это случилось один раз! Десять лет назад! На открытии первого филиала. Я выпил… эйфория, успех… Она сама подошла, начала вешаться… Ну, я мужик, Маш, бес попутал. Одна ночь! Я про нее забыл на следующий же день! Вычеркнул!
А потом его любовница, или правильнее — вторая жена, сидела на моей кухне и просила отпустить Егора.
— Меня он любит, — усмехнулась она. — А вас терпел. Посмотрите правде в глаза. Ваш брак умер много лет назад. Вы держитесь за привычку, за штамп, за квартиру. А я держусь за любовь. Отпустите его.
Но не это окончательно выбило меня из колеи, не ее слова, а нечто другое, гораздо более весомое.
— Я вернулся, Лилия.
Агаев, как всегда, собран, спокоен. В черном смокинге, который сидит на нем так, как ни на одном другом мужчине. Русые волосы, аккуратная бородка, под которой скрываются самые нежные и чувственные губы. И этот взгляд, от которого сбивается мое дыхание.
— Я приехал за тобой…
Два года назад мой супруг совершил предательство, и я приняла решение разорвать отношения. Я не желала слушать его оправдания, которых он даже не пытался предоставить. В тот момент, когда я уходила, Агаев не пытался меня остановить, но теперь он снова здесь и просит прощения. Однако я не могу ему доверять… Или не хочу?
В книге есть:
Встреча через время 🕐
Очень эмоционально 🔥 Присутствует мягкий мат, пара слов на всю книгу))
Агаев, как всегда, собран, спокоен. В черном смокинге, который сидит на нем так, как ни на одном другом мужчине. Русые волосы, аккуратная бородка, под которой скрываются самые нежные и чувственные губы. И этот взгляд, от которого сбивается мое дыхание.
— Я приехал за тобой…
Два года назад мой супруг совершил предательство, и я приняла решение разорвать отношения. Я не желала слушать его оправдания, которых он даже не пытался предоставить. В тот момент, когда я уходила, Агаев не пытался меня остановить, но теперь он снова здесь и просит прощения. Однако я не могу ему доверять… Или не хочу?
В книге есть:
Встреча через время 🕐
Очень эмоционально 🔥 Присутствует мягкий мат, пара слов на всю книгу))
Он — воплощённая смерть. Все, к чему он прикасается превращается в прах. Его дар — его проклятье.
Она — телепатка с даром целительства. Ее прикосновения спасают жизни, а взгляд может поднять даже со смертного одра.
Эстер — единственная, к кому Сайфар, наследный принц Баллуанского престола, может прикоснуться и не убить…
Но, встретив свою долгожданную пару, он задает только один вопрос: «Сколько ты стоишь?»
----
Герой не белый и пушистый
Адекватная героиня
Иногда будет смешно, иногда возмутительно)
* Все книги цикла самостоятельны и читаются отдельно.
Внимание: герои не идеальны! Они совершают ошибки, как все нормальные люди. В книге рассматривается троп второго шанса, осознание своих поступков и становление личностей.
Она — телепатка с даром целительства. Ее прикосновения спасают жизни, а взгляд может поднять даже со смертного одра.
Эстер — единственная, к кому Сайфар, наследный принц Баллуанского престола, может прикоснуться и не убить…
Но, встретив свою долгожданную пару, он задает только один вопрос: «Сколько ты стоишь?»
----
Герой не белый и пушистый
Адекватная героиня
Иногда будет смешно, иногда возмутительно)
* Все книги цикла самостоятельны и читаются отдельно.
Внимание: герои не идеальны! Они совершают ошибки, как все нормальные люди. В книге рассматривается троп второго шанса, осознание своих поступков и становление личностей.
– Он меня любит, – усмехнулась Кристина. – А тебя он даже не хочет, старая дура.
– Береги его, – ответила я. – Мужчины без стержня быстро ломаются. Особенно на таких, как ты.
Мой муж выбрал молодую любовницу с прошлым, о котором не принято говорить вслух.
Она решила, что заняла моё место.
Он – что уйдёт красиво и без потерь.
Я не стала устраивать сцен.
Я дала им быть вместе.
И показала, что бывает, когда женщина перестаёт быть удобной и начинает считать ходы.
Теперь у него истерики, пустота и страх.
У неё прошлое, которое догоняет.
А у меня дети, поддержка и свобода, за которую не нужно платить телом.
– Береги его, – ответила я. – Мужчины без стержня быстро ломаются. Особенно на таких, как ты.
Мой муж выбрал молодую любовницу с прошлым, о котором не принято говорить вслух.
Она решила, что заняла моё место.
Он – что уйдёт красиво и без потерь.
Я не стала устраивать сцен.
Я дала им быть вместе.
И показала, что бывает, когда женщина перестаёт быть удобной и начинает считать ходы.
Теперь у него истерики, пустота и страх.
У неё прошлое, которое догоняет.
А у меня дети, поддержка и свобода, за которую не нужно платить телом.
Она годами тащила на себе брак, который давно превратился в пустую оболочку, — и вот теперь твёрдо решила поставить точку.
Он же даже не сразу понимает, что её слова — не очередной бытовой вопрос, а конец их совместной жизни.
— Мы разводимся, милый, — говорю мужу, пока он что‑то читает в ноутбуке.
— Карточка там, возьми и купи, — отрешённо бросает он, не поднимая глаз.
— Володя, я подала на развод. Сегодня.
Он наконец поднимает взгляд, хмурится:
— Что значит «развод»? Если это шутка, то несмешная.
— Никаких шуток. Я зашла на Госуслуги и подала заявление.
— Я не понимаю, чего тебе не хватает?
— Всего хватает, Володь. Дом — полная чаша. Только не моя, — спокойно отвечаю я.
Эти слова ставят точку в наших отношениях — и открывают для меня дверь в новую жизнь, где больше нет места равнодушию.
Он же даже не сразу понимает, что её слова — не очередной бытовой вопрос, а конец их совместной жизни.
— Мы разводимся, милый, — говорю мужу, пока он что‑то читает в ноутбуке.
— Карточка там, возьми и купи, — отрешённо бросает он, не поднимая глаз.
— Володя, я подала на развод. Сегодня.
Он наконец поднимает взгляд, хмурится:
— Что значит «развод»? Если это шутка, то несмешная.
— Никаких шуток. Я зашла на Госуслуги и подала заявление.
— Я не понимаю, чего тебе не хватает?
— Всего хватает, Володь. Дом — полная чаша. Только не моя, — спокойно отвечаю я.
Эти слова ставят точку в наших отношениях — и открывают для меня дверь в новую жизнь, где больше нет места равнодушию.
— Папа!
Незнакомая маленькая девочка карабкается мне на колени прямо во время важного совещания.
Кто она? Откуда здесь взялась?
— Пап, мне скучно, поехали домой!
В зале повисает гробовая тишина. Инвесторы в шоке. Я в ярости.
Поднимаю глаза и вижу в дверях застывшую от ужаса женщину.
___________
«Разведенка с прицепом».
Так меня называют за спиной. Для босса я была пустым местом. Офисным планктоном.
Пока моя дочь не решила устроить «сюрприз» и не назвала его папой.
Теперь, чтобы спасти сделку века, Артем Громов вынужден играть роль моего любящего мужа.
Незнакомая маленькая девочка карабкается мне на колени прямо во время важного совещания.
Кто она? Откуда здесь взялась?
— Пап, мне скучно, поехали домой!
В зале повисает гробовая тишина. Инвесторы в шоке. Я в ярости.
Поднимаю глаза и вижу в дверях застывшую от ужаса женщину.
___________
«Разведенка с прицепом».
Так меня называют за спиной. Для босса я была пустым местом. Офисным планктоном.
Пока моя дочь не решила устроить «сюрприз» и не назвала его папой.
Теперь, чтобы спасти сделку века, Артем Громов вынужден играть роль моего любящего мужа.
Младший брат мужа постоянно отирается у нас в доме. Жутко раздражающий тип. И нереально горячий красавчик, который считает, что... мной нужно делиться.
Я ехала в горы, чтобы спрятаться от всего мира и зализать раны после предательства мужа. Он променял меня на фитнес-модель, бросив в лицо: «Ты просто неформат для красивой жизни, Тася».
Я думала, что в глуши меня никто не тронет. Но я ошиблась.
Тагир Шамилев — хозяин этих земель, суровый горец, живущий по законам предков. Он ждал профессора-архивариуса, а приехала я.
— Здесь не курорт для столичных пампушек, — отрезал он, оглядев меня ледяным взглядом. — Уезжай, пока цела.
Но снежная буря решила иначе. Мы заперты в его доме. Я для него — всё то, что он презирает: мягкая, слабая, неправильная. Он для меня — воплощение опасности.
Но почему тогда, когда я падаю, его руки держат меня так крепко? И почему его взгляд обжигает сильнее, чем пощечина бывшего?
Он должен жениться на идеальной красавице своего круга. А я... я просто неформат.
Но говорят, что горы меняют всё. Даже каменные сердца.
Я думала, что в глуши меня никто не тронет. Но я ошиблась.
Тагир Шамилев — хозяин этих земель, суровый горец, живущий по законам предков. Он ждал профессора-архивариуса, а приехала я.
— Здесь не курорт для столичных пампушек, — отрезал он, оглядев меня ледяным взглядом. — Уезжай, пока цела.
Но снежная буря решила иначе. Мы заперты в его доме. Я для него — всё то, что он презирает: мягкая, слабая, неправильная. Он для меня — воплощение опасности.
Но почему тогда, когда я падаю, его руки держат меня так крепко? И почему его взгляд обжигает сильнее, чем пощечина бывшего?
Он должен жениться на идеальной красавице своего круга. А я... я просто неформат.
Но говорят, что горы меняют всё. Даже каменные сердца.
Я замираю на пороге кухни. Взгляд скользит по знакомому пространству: белые шкафы, мраморная столешница, медные светильники над островом. Всё на месте. Всё как обычно.
Кроме записки.
Она лежит в центре стола – белый прямоугольник на тёмном дереве. Почерк Олега, этот его характерный наклон влево, который я узнаю из тысячи. Подхожу медленно, словно записка может укусить. Беру в руки.
Три слова. Всего три слова.
«Я влюбился. Прости.»
Ноги сами несут меня в спальню, открываю шкаф.
Его вещей нет. Пустые вешалки покачиваются, когда я открываю дверцу шире.
Кроме записки.
Она лежит в центре стола – белый прямоугольник на тёмном дереве. Почерк Олега, этот его характерный наклон влево, который я узнаю из тысячи. Подхожу медленно, словно записка может укусить. Беру в руки.
Три слова. Всего три слова.
«Я влюбился. Прости.»
Ноги сами несут меня в спальню, открываю шкаф.
Его вещей нет. Пустые вешалки покачиваются, когда я открываю дверцу шире.
- Ночь со мной, - сказал он тогда, глядя стальными глазами. - Шучу. Ты не в моем вкусе.
Я поверила. Убежала. Попыталась забыть. Но когда мою подругу выставляют лотом в жестокой игре «Дозор», где проигравшая становится трофеем, я возвращаюсь к нему. Потому что Демьян Князев - единственный, кто может спасти ее.
- Я сделаю всё, - шепчу, стоя на нетрезвых от страха ногах. - Только помоги ей.
- Хочешь встать на ее место?
- Что?! Нет, просто помоги ей избежать этой участи.
- Есть только один выход, мы меняем ее на тебя и делаем ставкой в бою. Если проиграю, ты достанешься победителю.
- А если выиграешь?
Он молчит. Смотрит так, что внутри всё замерзает.
- Тогда ты будешь моей.
Но я еще не знаю, что страшнее: проигрыш в этом бою или победа человека, чьи глаза режут своей сталью, а поцелуи сносят крышу.
Я поверила. Убежала. Попыталась забыть. Но когда мою подругу выставляют лотом в жестокой игре «Дозор», где проигравшая становится трофеем, я возвращаюсь к нему. Потому что Демьян Князев - единственный, кто может спасти ее.
- Я сделаю всё, - шепчу, стоя на нетрезвых от страха ногах. - Только помоги ей.
- Хочешь встать на ее место?
- Что?! Нет, просто помоги ей избежать этой участи.
- Есть только один выход, мы меняем ее на тебя и делаем ставкой в бою. Если проиграю, ты достанешься победителю.
- А если выиграешь?
Он молчит. Смотрит так, что внутри всё замерзает.
- Тогда ты будешь моей.
Но я еще не знаю, что страшнее: проигрыш в этом бою или победа человека, чьи глаза режут своей сталью, а поцелуи сносят крышу.
Выберите полку для книги