Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
Тёмной ночью оборотень спас вас от похищения и привёз в больницу?
Утром прибыл проведать, принёс цветы и велел раздеться, а потом, спасая от погони заставил прыгнуть вместе с ним в окно – так это про меня.
Потому, что мне всегда везло на психов.
Особенно на такого: красивого оборотня гренадёрского роста, с демоническими глазами
Утром прибыл проведать, принёс цветы и велел раздеться, а потом, спасая от погони заставил прыгнуть вместе с ним в окно – так это про меня.
Потому, что мне всегда везло на психов.
Особенно на такого: красивого оборотня гренадёрского роста, с демоническими глазами
— Не трогай его! — истошно визжит девчонка, вжимаясь в стеллаж и прикрывая живот руками. — Я беременна!
Замахиваюсь, но рука с тяжелой скалкой так и застывает в воздухе.
— Поля, подожди, я всё объясню! — лепечет мой идеальный муж, суетливо застегивая рубашку.
Объяснишь? Что именно? Что годами просил меня «подождать с детьми», пока сам делал ребенка двадцатидвухлетней официантке?
***
Моя жизнь рухнула прямо в день папиного юбилея. Я жестоко потеряла семью и свою самую заветную мечту, которую у меня цинично украл предатель. Точка невозврата пройдена. В слезах я сбегаю с праздника, жму по газам, не справляюсь с управлением... и на полном ходу влетаю в чужой внедорожник.
Только суровому и прямолинейному мужику, из чьей машины я только что сделала металлолом, абсолютно плевать на мои истерики.
И, кажется, он единственный, кто приведет меня в чувства.
Замахиваюсь, но рука с тяжелой скалкой так и застывает в воздухе.
— Поля, подожди, я всё объясню! — лепечет мой идеальный муж, суетливо застегивая рубашку.
Объяснишь? Что именно? Что годами просил меня «подождать с детьми», пока сам делал ребенка двадцатидвухлетней официантке?
***
Моя жизнь рухнула прямо в день папиного юбилея. Я жестоко потеряла семью и свою самую заветную мечту, которую у меня цинично украл предатель. Точка невозврата пройдена. В слезах я сбегаю с праздника, жму по газам, не справляюсь с управлением... и на полном ходу влетаю в чужой внедорожник.
Только суровому и прямолинейному мужику, из чьей машины я только что сделала металлолом, абсолютно плевать на мои истерики.
И, кажется, он единственный, кто приведет меня в чувства.
Она — деревенская простушка, поступившая в элитный универ на бюджет.
Он — наглый мажор, который поспорил с друзьями на то, что соблазнит её и бросит.
Но что-то пошло не так, и Матрёшка стала для него не просто игрушкой... Но кем?
Он — наглый мажор, который поспорил с друзьями на то, что соблазнит её и бросит.
Но что-то пошло не так, и Матрёшка стала для него не просто игрушкой... Но кем?
💖 ЗАВЕРШЕНА 💖
Влюбиться в своего парня-ровесника?
Скучно.
Влюбиться в его старшего брата, который по совместительству Мозгоправ?
О, это уже мой уровень сложности.
Я хотела доказать себе, что взрослая. Я хотела просто подразнить его, а он... он просто взял и забрал меня себе. Мы пропустили стадию «нормальных свиданий» и сразу перешли к стадии «я без тебя не дышу».
— А ты мне скажешь, когда полюбишь? Или опять утаишь, как всё остальное?
— Скажу, — прошептала, ощущая, как большой палец медленно поглаживает мою нижнюю губу.
— Смотри, Ясмина. Ловлю на слове. И учти, я очень внимательный слушатель.
Влюбиться в своего парня-ровесника?
Скучно.
Влюбиться в его старшего брата, который по совместительству Мозгоправ?
О, это уже мой уровень сложности.
Я хотела доказать себе, что взрослая. Я хотела просто подразнить его, а он... он просто взял и забрал меня себе. Мы пропустили стадию «нормальных свиданий» и сразу перешли к стадии «я без тебя не дышу».
— А ты мне скажешь, когда полюбишь? Или опять утаишь, как всё остальное?
— Скажу, — прошептала, ощущая, как большой палец медленно поглаживает мою нижнюю губу.
— Смотри, Ясмина. Ловлю на слове. И учти, я очень внимательный слушатель.
Поликлиника… Добираюсь до нужного кабинета и сажусь в очередь. Я достаю свой телефон, но не могу сосредоточиться на экране.
Что-то не так. Какое-то странное предчувствие давит на грудь, словно воздух стал гуще.
Поднимаю голову от телефона – и замираю.
В десяти шагах от меня, у стойки регистратуры, стоит мой муж. Сергей. Стоит и держит за руку девушку.
Беременную девушку.
Мир словно останавливается.
Девушка молодая, лет на двадцать три максимум. Живот заметно округлился – срок, наверное, месяцев пять-шесть.
И Сергей... Мой Сергей нежно гладит этот живот. Его рука ложится на округлость с такой осторожностью, с такой любовью, что у меня буквально перехватывает дыхание.
Что-то не так. Какое-то странное предчувствие давит на грудь, словно воздух стал гуще.
Поднимаю голову от телефона – и замираю.
В десяти шагах от меня, у стойки регистратуры, стоит мой муж. Сергей. Стоит и держит за руку девушку.
Беременную девушку.
Мир словно останавливается.
Девушка молодая, лет на двадцать три максимум. Живот заметно округлился – срок, наверное, месяцев пять-шесть.
И Сергей... Мой Сергей нежно гладит этот живот. Его рука ложится на округлость с такой осторожностью, с такой любовью, что у меня буквально перехватывает дыхание.
Она думала, что нашла своего ночного демона. Демьян Греховный — наглый качок, оказавшийся ненасытным любовником. Но и у него есть нюанс —сводный брат Вадим. Они живут вместе, тренируются вместе, делят всё пополам, включая Соню. Демьян уже застолбил её, но Вадим не привык отступать. Кого выберет Соня, когда тайны братьев окажутся страшнее, чем она могла себе представить?
- Кто она? - голос хриплый, глухой. - Чьи эти дети? Саш? Чьи они?
- Люб, я тебе сказал - забудь об этом! - его голос становится жёстче. - Это не твоя головная боль! Всё - вычеркни этот день из своей жизни.
- Что? - смеюсь истерически. - Как это? А? Как вообще ты это себе представляешь?
- Ты должна, - его голос остаётся ровным, невозмутимым, - если хочешь остаться со мной.
- Саш, - голос хриплый, измученный. - Один вопрос. И больше я не буду ни о чём спрашивать.
- Задавай, - небрежно бросает.
- Ответь честно, - сглатываю ком в горле. - Чьи это дети?
- Мои...
***
Сегодня я увидела мужа с другой женщиной и ребенком, мой мир разрушился от одного лишь слова «Мои». Но через год я узнаю правду и это вновь перевернет мою жизнь раз и навсегда…
- Люб, я тебе сказал - забудь об этом! - его голос становится жёстче. - Это не твоя головная боль! Всё - вычеркни этот день из своей жизни.
- Что? - смеюсь истерически. - Как это? А? Как вообще ты это себе представляешь?
- Ты должна, - его голос остаётся ровным, невозмутимым, - если хочешь остаться со мной.
- Саш, - голос хриплый, измученный. - Один вопрос. И больше я не буду ни о чём спрашивать.
- Задавай, - небрежно бросает.
- Ответь честно, - сглатываю ком в горле. - Чьи это дети?
- Мои...
***
Сегодня я увидела мужа с другой женщиной и ребенком, мой мир разрушился от одного лишь слова «Мои». Но через год я узнаю правду и это вновь перевернет мою жизнь раз и навсегда…
— Мне пятьдесят, мальчик! Руки убрал!
— Шикарная женщина. Сладкая, манящая, настоящая. Я перестану тебя ласкать, только если ты, глядя мне в глаза, скажешь твердое «нет».
Я открыла рот, чтобы возразить, но тут я слышу движение сзади. Их двое. И они не планируют отступать.
Я сдала квартиру двум студентам-спортсменам.
Если бы я только знала чем все это закончится…
🔥 По плану один сплошной пожар!
🔥 Всех благодарю за Звезду и Библиотеку, вы самые лучшие!
— Шикарная женщина. Сладкая, манящая, настоящая. Я перестану тебя ласкать, только если ты, глядя мне в глаза, скажешь твердое «нет».
Я открыла рот, чтобы возразить, но тут я слышу движение сзади. Их двое. И они не планируют отступать.
Я сдала квартиру двум студентам-спортсменам.
Если бы я только знала чем все это закончится…
🔥 По плану один сплошной пожар!
🔥 Всех благодарю за Звезду и Библиотеку, вы самые лучшие!
Он прижимает меня к кровати и ведет носом от шеи к ключице. И дышит, дышит мной.
– Ты все равно будешь моей, Алиса, – держит мои руки над головой, коленом распихивает бедра. – Моя, моя крошка…
– Ты же меня терпеть не можешь, ненавидишь! – всхлипываю я от обиды и от чего-то еще, чего никак не могу понять.
– Ненавижу, терпеть не могу, и ты выполнишь все, что я захочу, – рычит и впивается в губы.
Мы учились с ним в одной школе. Он издевался надо мной, а на выпускном я ему отказала. Но спустя три месяца, по воле родителей я оказываюсь с ним в одном доме и теперь он мой сводный брат. Сводный, который меня ненавидит. Который решил, что я стану его игрушкой.
– Ты все равно будешь моей, Алиса, – держит мои руки над головой, коленом распихивает бедра. – Моя, моя крошка…
– Ты же меня терпеть не можешь, ненавидишь! – всхлипываю я от обиды и от чего-то еще, чего никак не могу понять.
– Ненавижу, терпеть не могу, и ты выполнишь все, что я захочу, – рычит и впивается в губы.
Мы учились с ним в одной школе. Он издевался надо мной, а на выпускном я ему отказала. Но спустя три месяца, по воле родителей я оказываюсь с ним в одном доме и теперь он мой сводный брат. Сводный, который меня ненавидит. Который решил, что я стану его игрушкой.
В последний вечер перед отъездом мы сидели на качелях. Те самые, скрипучие, на которых качались с пяти лет.
— Обещаешь писать?
— Обещаю.
Он обнял меня. Крепко, отчаянно. Я уткнулась лицом ему в плечо и почувствовала, как по щекам текут слёзы.
— Я вернусь, Машка, — прошептал он мне в макушку. — Обязательно вернусь. И мы... мы всё наверстаем. Хорошо?
Я кивнула, не в силах говорить.
И он исчез из моей жизни.
Мы писали. Первые месяцы — часто. Потом реже. Жизнь закружила, завертела. Переписка сошла на нет.
Прошло тринадцать лет.
Я выросла. Но иногда, особенно по ночам, я думала об Игоре. Интересно, каким он стал? Где он сейчас? Женат ли? Счастлив ли? Помнит ли обо мне хоть иногда?
Я никогда не думала, что узнаю ответы на эти вопросы.
А потом случился тот день в аэропорту.
Я стояла в очереди в кофейню Шереметьево. Люди толпились вокруг. И вдруг я услышала голос.
Моё сердце остановилось. Я знала этот голос. Я узнала бы его из тысячи.
Я обернулась и увидела его...
— Обещаешь писать?
— Обещаю.
Он обнял меня. Крепко, отчаянно. Я уткнулась лицом ему в плечо и почувствовала, как по щекам текут слёзы.
— Я вернусь, Машка, — прошептал он мне в макушку. — Обязательно вернусь. И мы... мы всё наверстаем. Хорошо?
Я кивнула, не в силах говорить.
И он исчез из моей жизни.
Мы писали. Первые месяцы — часто. Потом реже. Жизнь закружила, завертела. Переписка сошла на нет.
Прошло тринадцать лет.
Я выросла. Но иногда, особенно по ночам, я думала об Игоре. Интересно, каким он стал? Где он сейчас? Женат ли? Счастлив ли? Помнит ли обо мне хоть иногда?
Я никогда не думала, что узнаю ответы на эти вопросы.
А потом случился тот день в аэропорту.
Я стояла в очереди в кофейню Шереметьево. Люди толпились вокруг. И вдруг я услышала голос.
Моё сердце остановилось. Я знала этот голос. Я узнала бы его из тысячи.
Я обернулась и увидела его...
Выберите полку для книги