Книги по тегу «очень эмоционально»: ""
– А что скажет твоя жена, когда поймет, что ты используешь ее рецепты под моим именем?
Сердце пропускает удар. Замираю, боясь пошевелиться, боясь даже дышать.
– Лина? – Глеб усмехается, и от этого звука меня пробирает озноб. – Она давно превратилась в домохозяйку. Все ее разговоры только о доме и о том, когда же мы наконец заведем ребенка. Где тот талантливый шеф, в которого я влюбился? Теперь от нее осталась только оболочка. Скучная, предсказуемая женщина без амбиций.
Каждое слово… как удар ножом в сердце. Я прислоняюсь к стене, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
– И все-таки, – продолжает Алла, – рискованно использовать ее рецепты. А если она заявит свои права?
– Не заявит, – в голосе Глеба слышится самоуверенность.
Пауза, шорох одежды, тихий стон... Меня начинает тошнить, когда до сознания доходит… они не просто обсуждают кражу моих рецептов. Они... вместе.
– К тому же, – голос мужа становится интимным, таким, каким когда-то был со мной, – ты настоящая женщина, Алла.
Сердце пропускает удар. Замираю, боясь пошевелиться, боясь даже дышать.
– Лина? – Глеб усмехается, и от этого звука меня пробирает озноб. – Она давно превратилась в домохозяйку. Все ее разговоры только о доме и о том, когда же мы наконец заведем ребенка. Где тот талантливый шеф, в которого я влюбился? Теперь от нее осталась только оболочка. Скучная, предсказуемая женщина без амбиций.
Каждое слово… как удар ножом в сердце. Я прислоняюсь к стене, чувствуя, как земля уходит из-под ног.
– И все-таки, – продолжает Алла, – рискованно использовать ее рецепты. А если она заявит свои права?
– Не заявит, – в голосе Глеба слышится самоуверенность.
Пауза, шорох одежды, тихий стон... Меня начинает тошнить, когда до сознания доходит… они не просто обсуждают кражу моих рецептов. Они... вместе.
– К тому же, – голос мужа становится интимным, таким, каким когда-то был со мной, – ты настоящая женщина, Алла.
В один из ничем не примечательных дней Анна-Мария вдруг понимает, что её жизнь с супругом и стремление доказать свою значимость стали невыносимыми. Она чувствует себя красивой дорогой куклой, которую поставили на полку и забыли даже смахнуть пыль. Спонтанные поступки — не её стихия, но когда эмоции берут верх, она готова на самые безумные вещи! Она решает уйти от мужа и начать всё с чистого листа.
"Пусть катится колбаской муженек."
"Пусть катится колбаской муженек."
Он сильный молодой волк, будущий альфа большой стаи. Красавчик, мажор и любимец девчонок. Но в его сердце лишь она одна.
Ведьма. Сильнейшая в своем роде. Уникальная. И оттого недоступная.
Они с детства были вместе, не разлей вода. Лучшие друзья, как брат с сестрой. Но они повзрослели. И теперь между ними стоит ее тайна. Способная навсегда разрушить их связь.
В книге есть:
Настойчивый альфа
Нежная, но сильная ведьмочка
Эмоции на грани
Нецензурная лексика
Ведьма. Сильнейшая в своем роде. Уникальная. И оттого недоступная.
Они с детства были вместе, не разлей вода. Лучшие друзья, как брат с сестрой. Но они повзрослели. И теперь между ними стоит ее тайна. Способная навсегда разрушить их связь.
В книге есть:
Настойчивый альфа
Нежная, но сильная ведьмочка
Эмоции на грани
Нецензурная лексика
Все мы родом из детства, порой события из него вносят в нашу жизнь серьезные травмы, мешая принятию себя во взрослой жизни, постоянно напоминая о них. Так случилось с Ланой, которая в школе была рыжей толстушкой, а изменившись, боялась признать себя красивой, опасалась верить людям и не готова была к осознанию, что люди могут меняться. Иногда штампы мешают признать, что мажор, например, может быть не наглым и чванливым типом, а вполне человечным парнем…
- Карамель, чего жмешься? Под юбкой что-то прячешь? – поддел её Пашка Комов.
- А вот мы посмотрим, - заржал Бес, схватил ветку старого дерева и, зацепив её легкую юбку, приподнял её.
Как назло сегодня Кара надела очень простые хлопковые трусы. И тут началось!
- Две сардельки в трусах моей бабушки!
- У кого труселя одолжила?
- Самая модная модель в секонд-хенде!
- Надела, чтобы не приставал никто? Желающих и так нет!
- Почем бельишко эконом-класса?
Они изощрялись в остроумии, даже не понимая, насколько это жестоко.
- Карамель, чего жмешься? Под юбкой что-то прячешь? – поддел её Пашка Комов.
- А вот мы посмотрим, - заржал Бес, схватил ветку старого дерева и, зацепив её легкую юбку, приподнял её.
Как назло сегодня Кара надела очень простые хлопковые трусы. И тут началось!
- Две сардельки в трусах моей бабушки!
- У кого труселя одолжила?
- Самая модная модель в секонд-хенде!
- Надела, чтобы не приставал никто? Желающих и так нет!
- Почем бельишко эконом-класса?
Они изощрялись в остроумии, даже не понимая, насколько это жестоко.
Я слишком сильно любила мужа, чтобы отпустить его после развода. Григорий Андреевич, предложил идеальный способ, остаться рядом с Олегом. Только я не думала, что окунувшись с головой в месть, окажусь между бывшим мужем и его отцом.
- А-ну, вылезай из машины, овца! – рявкнул красавчик, и я открыла рот от возмущения.
Как он меня назвал? Может послышалось?
А-н, нет…
- Ты, тупица, так и будешь там сидеть или всё же соизволишь поднять задницу с сидения? Я прекрасно вижу, что ты не пострадала…
Глаза застила красная пелена ярости.
Резко распахнула дверь и вышла из машины.
- Вы что себе позволяете? – уперла руки в бока и свысока посмотрела на мужчину.
- … любовник купил права, а ты радуешься? Выучила бы сначала правила вождения, а потом за руль садилась! – долетели до меня обрывки слов.
- Слушай ты! – не на шутку разъярилась я, ткнув в грудь нахала указательным пальцем, - Гамадрил ушастый. Это я-то водить не умею? – моему возмущению не было предела, - Это ты летел как сумасшедший и меня подрезал! Так кто из нас купил права, самодовольный индюк?
Лицо мужчины пошло красными пятнами.
Ох, чую что-то сейчас будет.
Как он меня назвал? Может послышалось?
А-н, нет…
- Ты, тупица, так и будешь там сидеть или всё же соизволишь поднять задницу с сидения? Я прекрасно вижу, что ты не пострадала…
Глаза застила красная пелена ярости.
Резко распахнула дверь и вышла из машины.
- Вы что себе позволяете? – уперла руки в бока и свысока посмотрела на мужчину.
- … любовник купил права, а ты радуешься? Выучила бы сначала правила вождения, а потом за руль садилась! – долетели до меня обрывки слов.
- Слушай ты! – не на шутку разъярилась я, ткнув в грудь нахала указательным пальцем, - Гамадрил ушастый. Это я-то водить не умею? – моему возмущению не было предела, - Это ты летел как сумасшедший и меня подрезал! Так кто из нас купил права, самодовольный индюк?
Лицо мужчины пошло красными пятнами.
Ох, чую что-то сейчас будет.
Какова же новая пятая жизнь Инны Волковой, кто она в ней?
Жила себе девушка-креолка с бабушкой в индейском племени, и вдруг в один миг все изменилось. Ее поймали охотники за рабами, теперь она рабыня, на которую положил глаз похотливый хозяин. Но Тэсса не простая невольница, она имеет связь с духами, переданными ей бабушкой, а значит многое умеет, чем и пользуется, получая новые знания.
Жизнь её постоянно меняется, судьба подбрасывает новые ипостаси, но главной её ценностью остается свобода, с ней не сравнятся ни богатства, ни власть. Любовь придет, но не сразу, она ее просто не распознает. И, конечно, все закончится хорошо.
Жила себе девушка-креолка с бабушкой в индейском племени, и вдруг в один миг все изменилось. Ее поймали охотники за рабами, теперь она рабыня, на которую положил глаз похотливый хозяин. Но Тэсса не простая невольница, она имеет связь с духами, переданными ей бабушкой, а значит многое умеет, чем и пользуется, получая новые знания.
Жизнь её постоянно меняется, судьба подбрасывает новые ипостаси, но главной её ценностью остается свобода, с ней не сравнятся ни богатства, ни власть. Любовь придет, но не сразу, она ее просто не распознает. И, конечно, все закончится хорошо.
— Всё ясно. Мне какая роль отведена во всём этом? — спрашиваю, отпивая кофе.
— Ты должен жениться на моей дочери, — выпаливает Владимир Михайлович, а я от абсурдности его слов поперхнувшись, прочищаю горло. — Более подходящего кандидата не найти. Мне будет спокойно, зная, что она с тобой. Тебе я доверяю.
Его слова звучат как приговор, а не благословение.
Охренеть. Немного подаюсь вперёд, чтобы угомонить бурю мыслей. Я, конечно, ожидал, что придётся чем-то пожертвовать за покровительство, но договорной брак?
Это выходит за рамки моего понимания.
— Сколько ей лет? — вырывается у меня, голос звучит хрипловато. — И что она сама об этом думает? Она у вас хоть совершеннолетняя?
Вопросы сыпятся один за другим, отражая мой шок и недоумение. Владимира Михайловича, кажется, ничуть не смущает моя бурная реакция. Он прищуривается, предупредительно глядя на меня, словно оценивая, насколько я далеко зайду в своих высказываниях.
— Ты должен жениться на моей дочери, — выпаливает Владимир Михайлович, а я от абсурдности его слов поперхнувшись, прочищаю горло. — Более подходящего кандидата не найти. Мне будет спокойно, зная, что она с тобой. Тебе я доверяю.
Его слова звучат как приговор, а не благословение.
Охренеть. Немного подаюсь вперёд, чтобы угомонить бурю мыслей. Я, конечно, ожидал, что придётся чем-то пожертвовать за покровительство, но договорной брак?
Это выходит за рамки моего понимания.
— Сколько ей лет? — вырывается у меня, голос звучит хрипловато. — И что она сама об этом думает? Она у вас хоть совершеннолетняя?
Вопросы сыпятся один за другим, отражая мой шок и недоумение. Владимира Михайловича, кажется, ничуть не смущает моя бурная реакция. Он прищуривается, предупредительно глядя на меня, словно оценивая, насколько я далеко зайду в своих высказываниях.
Затылок пронзило неприятное ощущение, когда чувствуешь, что на тебя смотрят. Причем смотрят так, что хочется проверить, не прорвались ли шорты в самом неприличном месте. Я замерла с тряпкой в руке, и осторожно глянула между своих ног. Мужик! Обутый!
— Твою дивизию! — Выползая из-под стола, я уже готовила гневную тираду. Очередной хахаль хозяйки, видимо, решил, что здесь проходная комната.
— Совсем офонарели?! — я поднялась во весь рост и уперла руки в боки. — Пол только что вымыла! Только что! А вы тут в своих... запнулась, потому что передо мной стоял не типичный любовник моей работодательницы. Этот мужчина был... другой.
— И часто у Елены Сергеевны гости? — мужик так прищурился подозрительно, как будто допрашивает. Я аж себя в полиции почувствовала. Хоть никогда и не привлекалась. И тут до меня дошло!
— Так вы не... Вернее, вы... — я провела взглядом по пустой каминной полке, на которой отродясь семейных фото не было. — Вы и есть ее... "масик"?
— Предпочитаю все же Назар.
— Твою дивизию! — Выползая из-под стола, я уже готовила гневную тираду. Очередной хахаль хозяйки, видимо, решил, что здесь проходная комната.
— Совсем офонарели?! — я поднялась во весь рост и уперла руки в боки. — Пол только что вымыла! Только что! А вы тут в своих... запнулась, потому что передо мной стоял не типичный любовник моей работодательницы. Этот мужчина был... другой.
— И часто у Елены Сергеевны гости? — мужик так прищурился подозрительно, как будто допрашивает. Я аж себя в полиции почувствовала. Хоть никогда и не привлекалась. И тут до меня дошло!
— Так вы не... Вернее, вы... — я провела взглядом по пустой каминной полке, на которой отродясь семейных фото не было. — Вы и есть ее... "масик"?
— Предпочитаю все же Назар.
Выберите полку для книги