Книги по тегу «очень эмоционально»: ""

— Боишься? — его дыхание обжигает.
— Да…
— Хорошо. У нас есть правило. Скажешь «Красный», и все остановится.

Наш брак утонул в рутине, пока я не рискнула попросить его перестать быть джентльменом. Теперь в нашей спальне нет места словам — только его команды и мое безоговорочное доверие

❤️– Закрой дверь! Не видишь, мы заняты?! Я хочу показать твоей подруге, как выглядят настоящие мужчины. – Вика противно захихикала, когда Кирилл, опустил руки к её бёдрам.
– Ты пьян, ты не понимаешь, что делаешь! Мы женаты уже 5 лет! Кирюша... — дрожа от шока проговорила я.
Он перебил меня, его голос перешёл на крик.
– Проваливай из моего дома, Анастасия! Я тебя бросаю! Бросаю, слышишь?! И даже не умоляй меня передумать, хоть ноги мне целуй!
– Да как ты можешь так говорить?! – слёзы всё-таки предательски хлынули, – Посмотри, я жду ребёнка!
– Ты – моя ошибка! – муж кричал. – Она в сто раз лучше тебя, всё при ней! А тебе тридцать! Ребёнка, я заберу, как только ты его выносишь.
Да, он может. Кирилл заберёт моего ребёнка. Ничто его не остановит…
Если только…
– Это не твой ребёнок… - тихо, но уверенно солгала я.

ЗАВЕРШЕНО!
Я сглатываю комок в горле, читая текст сообщения на экране телефона моего мужа, который полосует меня острой бритвой прямо по сердцу:
«Милый, я знаю, что у вас сегодня годовщина свадьбы и все такое. Но если тебе станет скучно сидеть со своей ненаглядной женой, можешь придумать предлог сбежать от нее и приехать ко мне. Ты же знаешь, я вся твоя, и со мной ты точно не соскучишься».
А ниже фотография молодой девушки и ее тела нараспашку, подставленного под объектив камеры. Для моего мужа.
Шум праздника глохнет. Смех, музыка, голоса — все это проваливается в вакуум. Я стою посреди своей гостиной и слышу только оглушительный звон в ушах. В руке телефон мужа. Он обжигает мне ладонь, как клеймо предательства.

- Работа – это единственное, что может меня отвлечь от тебя, – говорит он, – ведь иначе я бы круглосуточно пожирал твоё тело глазами и думал о том, когда ты наконец сдашься.
- Тебе напомнить, что я говорила, перед тем как уехать с тобой? – я вновь освежаю этому плейбою память.
- Да помню я, помню! – Костя вскидывает вверх руки. – Никакого секса! По крайней мере до того момента, пока мы не сделаем ему больно!

Особняк Регины – это что-то. Современная архитектура, много стекла, плоская крыша, идеальный газон. Я паркуюсь и выхожу из машины.
Входная дверь приоткрыта. Странно. Звоню, жду. Никто не отвечает. Захожу внутрь.
– Регина? Вы здесь?
Слышу звук. Откуда-то сверху. Приглушенный смех. Женский. Потом мужской голос – низкий, знакомый.
Ноги сами несут меня к лестнице. Широкие ступени из светлого дерева, перила из стекла и хромированной стали. Я поднимаюсь на второй этаж. Здесь коридор с несколькими дверями. Одна из них приоткрыта.
Иду туда. В груди всё сжимается, дышать тяжело. Толкаю дверь.
Спальня. Огромная. Кровать с серым бархатным изголовьем, прикроватные тумбы из мрамора, торшеры с позолоченными абажурами. Панорамные окна от пола до потолка, через которые виден весь сад.
На кровати – Регина.
И… мой муж.
Он поворачивает голову и видит меня. На лице застывает выражение, которое я не могу описать. Шок? Страх?
– Валерия, – говорит он, вставая с кровати. – Что ты тут делаешь?

Я пытаюсь дозвониться – телефон выключен. В двенадцатом часу, измученная ожиданием усталость взяла своё, и я задремала.
Не знаю, сколько прошло времени, прежде чем я услышала звук открывающейся входной двери.
Затем я услышала смех. Женский смех. Игривый, лёгкий... абсолютно не мой.
Что-то внутри меня обрывается, когда я вижу их… сцепившихся в объятиях, вваливающихся в нашу спальню. Они не видят меня в темноте, не замечают, как я сижу на краю кровати, застывшая от ужаса. Максим и какая-то девушка. Они целуются так жадно, будто умирают от жажды, а их руки лихорадочно сдирают одежду друг с друга.
Я не могу произнести ни звука. Не могу вздохнуть. Время останавливается, а вместе с ним и моё сердце.
Он щёлкает выключателем, и свет заливает комнату.
Они видят меня одновременно.
– София? Что ты здесь делаешь? Ты должна была вернуться завтра, – шипит он.

— Ты — моя, твой долг не отработан, — рычит Дамир. — Будешь делать то, что я скажу.
— Я не вещь! — выдыхаю я, отступая к стене.
Он усмехается, приблизившись так, что я чувствовую его горячие дыхание на моих подрагивающих губах.
— А тебе, я смотрю, нравится играть в игры с хищником, — хрипло шепчет он и наши тела соприкасаются.

Это больше, чем ненависть. Глубже, чем страсть. Между нами наши самые тёмные инстинкты — слепая, всепоглощающая сила, против которой бессильны разум и гордость. Он — мой порок. Я — его наказание. Мы вынуждены обнять друг в друга, чтобы не упасть в бездну, но именно в этом падении мы и найдём своё спасение.

— Ты ко мне предвзято относишься, Арина, — выделяет мое имя, смакуя его по слогам
— Я ко всем мужикам отношусь предвзято. Особенно к тем, кто раздевается на публике и позволяет щупать себя за деньги — скривившись, дергаю плечом, начиная нервничать под взглядом этих проницательных глаз
— Тогда я просто обязан опровергнуть миф, что все стриптизеры испорченные развратники. Спорим, через месяц ты сама позовешь меня на свидание? — Самонадеянный капец. Аж бесит!
— От смеха можно прямо сейчас лопнуть или придется месяц ждать? Красавчики, которые себе цены не сложат не интересуют меня, даже как жанр
— Ошибаешься, я как раз себе цену знаю, потому что стриптизеры очень жадные наглецы. А я еще и талантлив — так и дала бы по роже за эту дерзкую улыбку
— Ты хоть понимаешь, что у тебя ноль шансов? Но, если ты такой рисковый и богатый, давай поспорим, мне лишние деньги не помешают!
— Надеюсь, ты догоняешь, что прикол именно в том, что ты выиграешь деньги, только если пригласишь меня на свидание

Долгие годы я жил ненавистью, думая лишь о мести врагам нашего королевства. Но вот мои родители, король и королева Иллидима, решили открыть "Университет магических искусств". Мы с сестрой не очень вписываемся в ряды учеников и постоянно попадаем в неприятности, но я намерен доказать отцу, что я - достойный потомок своего рода.

- Я купил тебя, - его голос звучит холодно, отстранённо, словно это обычное дело.
- Но разве можно просто купить человека... по-настоящему? - едва шевелю губами; тело сковывает нервозное оцепенение, коленки предательски дрожат. Мне страшно от того, что он может ответить.
- Для меня нет ничего невозможного. - Резкая мужская усмешка звучит, как контрольный выстрел. - Будь благодарна за то, что купил, потому что так ты, по крайней мере, остаёшься личностью с именем, а мог бы просто присвоить. Тогда бы ты тоже появилась в моём доме, но в совершенно другом качестве.
Гулко сглатываю, пока он продолжает:
- Я говорю - ты делаешь. Молча, без вопросов, - Вейга говорит негромко, не грубо, не резко, но очень внятно; тон ровный, очень, как нить... натянутая до звона. - И через неделю максимум через две уезжаешь отсюда с деньгами.