Книги по тегу «полная героиня»: ""
Я хотела найти работу, но мне не везло. Папа устроил меня к своему другу. Я думала, что буду заниматься лишь бумагами, а оказалось, что ему нужна скорее девушка по вызову. И что же делать? Отказаться и вновь искать работу или согласиться?
Неужели я могу быть кому-то интересна?
Неужели я могу быть кому-то интересна?
— Ваша дочь жива, Артём Павлович.
— Дочь? Мне шесть лет говорили, что ребёнок умер.
— Вам солгали. Девочку выносила Полина Рубцова. Сейчас она живёт в Светлогорске. Держит кондитерскую «Пышка». И растит вашу дочь как свою.
***
— Вы ошиблись дверью.
— Нет, Полина. Я пришёл туда, куда меня шесть лет не пускали.
— Если вы про Соню — уходите.
— Если бы я мог уйти, меня бы здесь не было.
Шесть лет назад мне сказали, что от девочки отказались. Я родила её, дала ей свою фамилию, свой дом и всю себя. А теперь на пороге моей кондитерской стоит Артём Ветров — миллиардер с ледяным взглядом и правдой, от которой у меня холодеют руки. Он говорит, что тоже потерял дочь. Только кто прав? И почему прошлое так боится, что мы узнаем правду?
— Дочь? Мне шесть лет говорили, что ребёнок умер.
— Вам солгали. Девочку выносила Полина Рубцова. Сейчас она живёт в Светлогорске. Держит кондитерскую «Пышка». И растит вашу дочь как свою.
***
— Вы ошиблись дверью.
— Нет, Полина. Я пришёл туда, куда меня шесть лет не пускали.
— Если вы про Соню — уходите.
— Если бы я мог уйти, меня бы здесь не было.
Шесть лет назад мне сказали, что от девочки отказались. Я родила её, дала ей свою фамилию, свой дом и всю себя. А теперь на пороге моей кондитерской стоит Артём Ветров — миллиардер с ледяным взглядом и правдой, от которой у меня холодеют руки. Он говорит, что тоже потерял дочь. Только кто прав? И почему прошлое так боится, что мы узнаем правду?
Я пришла в ресторан с двумя звёздами Мишлен, чтобы доказать: талант важнее размера одежды.
Но мой новый шеф Ян Левин с первого дня объявил мне войну. Он презирает десерты, выводит меня из себя и заставляет сердце биться чаще. Между нами — колкие перепалки, опасное притяжение и мечта о третьей звезде.
Только чем ближе я к успеху, тем сложнее понять, что важнее: карьера или мужчина, который способен разбить мне сердце.
Но мой новый шеф Ян Левин с первого дня объявил мне войну. Он презирает десерты, выводит меня из себя и заставляет сердце биться чаще. Между нами — колкие перепалки, опасное притяжение и мечта о третьей звезде.
Только чем ближе я к успеху, тем сложнее понять, что важнее: карьера или мужчина, который способен разбить мне сердце.
— Да будь он последним мужиком на планете, я лучше заведу сорок кошек!
Высказала я свое честное мнение о бабнике всея нашей компании, а по совместительству своем боссе.
Кто же знал, что всего через несколько дней мне придется лететь с ним в командировку, изображать модель и спасать многомиллионный контракт?
А вот с кошками я, кажется, погорячилась.
Высказала я свое честное мнение о бабнике всея нашей компании, а по совместительству своем боссе.
Кто же знал, что всего через несколько дней мне придется лететь с ним в командировку, изображать модель и спасать многомиллионный контракт?
А вот с кошками я, кажется, погорячилась.
🔥 КНИГА ЗАВЕРШЕНА!
🔥 ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
— Алинка, ты чего, как изваяние, встала? — в дверях появляется санитарка тетя Зина, в вечном своем накрахмаленном колпаке. — Мертвый, что ли?
Вздрагиваю. И она туда же.
— Нет, — отвечаю, не отрывая взгляда от моего личного дьявола. — Живой. Даже слишком.
— Ну и чего стоишь? Давай оформляй.
— Он мой бывший одноклассник, — выдыхаю зачем-то.
Тетя Зина поднимает брови домиком.
— О, дела. Любовь-морковь?
— В прошлом, — поправляю ее. — Сейчас — чистая неприязнь и желание поставить ему мильгамму или магнезию.
— Ну и поставь, — философски замечает тетя Зина. — Хуже не будет.
Остаюсь одна с этим ходячим, вернее, лежачим напоминанием о юношеских страданиях.
— Измайлов, — говорю в пустоту. — Ты хоть знаешь, как неудачно ты вписался в мою ночную смену?
🔥 ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
— Алинка, ты чего, как изваяние, встала? — в дверях появляется санитарка тетя Зина, в вечном своем накрахмаленном колпаке. — Мертвый, что ли?
Вздрагиваю. И она туда же.
— Нет, — отвечаю, не отрывая взгляда от моего личного дьявола. — Живой. Даже слишком.
— Ну и чего стоишь? Давай оформляй.
— Он мой бывший одноклассник, — выдыхаю зачем-то.
Тетя Зина поднимает брови домиком.
— О, дела. Любовь-морковь?
— В прошлом, — поправляю ее. — Сейчас — чистая неприязнь и желание поставить ему мильгамму или магнезию.
— Ну и поставь, — философски замечает тетя Зина. — Хуже не будет.
Остаюсь одна с этим ходячим, вернее, лежачим напоминанием о юношеских страданиях.
— Измайлов, — говорю в пустоту. — Ты хоть знаешь, как неудачно ты вписался в мою ночную смену?
Купить в магазине приколов флакончик и очнуться зельеваркой в Магической Академии? Легко, если ты бывшая медсестра! Опыта в магии ноль, зато медицинского цинизма хоть отбавляй. Правда, местное руководство выдало мне в придачу хроническое невезение, ведь современные медицинские знания в ином мире работают весьма специфически.
Я всего лишь хотела сварить безобидный эликсир силы, но вместо этого случайно приготовила мощнейший афродизиак! Теперь весь город сходит с ума от страсти, магический баланс нарушен, а меня обвиняют в государственном заговоре. А еще я, кажется, умудрилась влюбиться в самого обаятельного аптекаря в городе... Ну почему я не послушала ворона?
В книге:
- любовь и юмор
- неунывающая попаданка
- тайны прошлого
- завистливый враг
- настоящий мужчина
- мудрый ворон-ворчун Сократ
Я всего лишь хотела сварить безобидный эликсир силы, но вместо этого случайно приготовила мощнейший афродизиак! Теперь весь город сходит с ума от страсти, магический баланс нарушен, а меня обвиняют в государственном заговоре. А еще я, кажется, умудрилась влюбиться в самого обаятельного аптекаря в городе... Ну почему я не послушала ворона?
В книге:
- любовь и юмор
- неунывающая попаданка
- тайны прошлого
- завистливый враг
- настоящий мужчина
- мудрый ворон-ворчун Сократ
Я пришла в клинику на обычный чекап. Усталость, плохие анализы, витамины — ничего особенного.
Только вот мой терапевт оказался слишком внимательным. Слишком заботливым. Слишком привлекательным.
Каждый новый приём заставлял моё сердце биться чаще. Каждый взгляд говорил больше, чем следовало. Но врач и пациентка не должны переходить границы.
Только вот мой терапевт оказался слишком внимательным. Слишком заботливым. Слишком привлекательным.
Каждый новый приём заставлял моё сердце биться чаще. Каждый взгляд говорил больше, чем следовало. Но врач и пациентка не должны переходить границы.
Я пошла на аукцион артефактов ради бесплатных тарталеток с икрой. А вышла из этого места невестой грозного герцога Кресвальда и обладательницей самого запутанного контракта на магию из всех, что когда-либо видел Минстерский совет.
Сказать, что это не входило в мои планы — ничего не сказать. Мой жених считает эмоции финансовым убытком, а мою фигуру — идеальной для древнего ритуала наследия. Мне нужно позволить ему вычерчивать руны на моих ребрах, помочь спасти его ледяное королевство от крайне неудачных конкурентов и сделать вид, что я не умираю от смеха, когда этот холодный банкир случайно смеется в фамильном склепе.
Вопрос: как разжить сухарика? И самое главное — заставить его понять, что иногда лучше вложиться в живого человека, чем в золотой слиток?
Сказать, что это не входило в мои планы — ничего не сказать. Мой жених считает эмоции финансовым убытком, а мою фигуру — идеальной для древнего ритуала наследия. Мне нужно позволить ему вычерчивать руны на моих ребрах, помочь спасти его ледяное королевство от крайне неудачных конкурентов и сделать вид, что я не умираю от смеха, когда этот холодный банкир случайно смеется в фамильном склепе.
Вопрос: как разжить сухарика? И самое главное — заставить его понять, что иногда лучше вложиться в живого человека, чем в золотой слиток?
Я — юрист в белой блузке, которую он расстегнул зубами в первую же минуту. Мои пышные бёдра, моя тяжёлая грудь — всё, чего я стеснялась, стало его навязчивой идеей.
Он — байкер с татуировками, который спутал меня с девушкой по вызову, а потом заставил семь дней притворяться его девушкой на слёте клуба.
Семь официальных дней, и семь ночей без правил...
И самое страшное: я перестаю хотеть, чтобы это заканчивалось.
Он — байкер с татуировками, который спутал меня с девушкой по вызову, а потом заставил семь дней притворяться его девушкой на слёте клуба.
Семь официальных дней, и семь ночей без правил...
И самое страшное: я перестаю хотеть, чтобы это заканчивалось.
Марина привыкла прятаться. За белым кителем медсестры. За полнотой, которую мужчины на курорте рассматривают с презрением. Она не ждёт, что её заметят.
Двое братьев замечают. И делают её предметом спора. Пари на миллиард и контроль над сетью отелей. Условие: Только честная игра…
Но они не знают, что Марина уже давно играет по-своему. Что мягкое тело скрывает стальной стержень. И что в этой истории проигравший — не тот, кто остался без денег. Проигравший — тот, кто не понял, что любовь не покупается и не выигрывается.
Двое братьев замечают. И делают её предметом спора. Пари на миллиард и контроль над сетью отелей. Условие: Только честная игра…
Но они не знают, что Марина уже давно играет по-своему. Что мягкое тело скрывает стальной стержень. И что в этой истории проигравший — не тот, кто остался без денег. Проигравший — тот, кто не понял, что любовь не покупается и не выигрывается.
Выберите полку для книги