Книги по тегу «предательство»: ""
Жизнь Вероники разделилась на до аварии на треке и после.
Она осталась не только с разбитым телом и мечтами, а также долгом на счёту.
Девушка выбрала легкий способ избавиться от проблемы, делать, то что получается лучше всего.
Жать педаль газа.
Что может быть проще? Забрала заказ и доставила.
Но одна случайная встреча, один не запланированный пассажир .... И...
Что это будет живительным спасением или самым ярким провалом, кем Сергей станет для неё?
Она осталась не только с разбитым телом и мечтами, а также долгом на счёту.
Девушка выбрала легкий способ избавиться от проблемы, делать, то что получается лучше всего.
Жать педаль газа.
Что может быть проще? Забрала заказ и доставила.
Но одна случайная встреча, один не запланированный пассажир .... И...
Что это будет живительным спасением или самым ярким провалом, кем Сергей станет для неё?
Мы заходим в мою квартиру. Я приближаюсь к Мише и целую его. Он робко отвечает на поцелуй. Я расстегиваю замок его куртки и трогаю холодными руками торс под свитером. Он резко прерывает поцелуй и тихо говорит:
– Что ты делаешь?
– Узнаю тебя лучше.
– Но… – мямлит он. – Я не это имел в виду.
– Замолчи, – шепчу я и снова впиваюсь в него поцелуем.
– София, подожди.
Миша отстраняется от меня. И тут я все понимаю.
– Ты что, серьезно пришел пить чай?
– Ну как бы да.
– Значит, ты все-таки девственник!
Миша удивленно-растерянно смотрит на меня. Я снимаю плащ и вешаю его в шкаф.
– Тогда проходи на кухню, не стесняйся.
– Наверное, мне лучше уйти, – говорит парень и через несколько секунд добавляет: – И я не девственник.
– То есть ты подошел к незнакомой женщине на улице, угостил ее чаем, проводил до дома без каких-либо намерений? И еще ты не девственник!
– Что ты делаешь?
– Узнаю тебя лучше.
– Но… – мямлит он. – Я не это имел в виду.
– Замолчи, – шепчу я и снова впиваюсь в него поцелуем.
– София, подожди.
Миша отстраняется от меня. И тут я все понимаю.
– Ты что, серьезно пришел пить чай?
– Ну как бы да.
– Значит, ты все-таки девственник!
Миша удивленно-растерянно смотрит на меня. Я снимаю плащ и вешаю его в шкаф.
– Тогда проходи на кухню, не стесняйся.
– Наверное, мне лучше уйти, – говорит парень и через несколько секунд добавляет: – И я не девственник.
– То есть ты подошел к незнакомой женщине на улице, угостил ее чаем, проводил до дома без каких-либо намерений? И еще ты не девственник!
Я решила сделать сюрприз — вернуться на два дня раньше. Войти в квартиру и сказать ему: "Ты станешь отцом".
Дверь в квартиру была не заперта. На полу я заметила женские туфли — красные лодочки на высоком каблуке. Рядом небрежно брошенный пиджак Стаса. А потом услышала голоса из спальни. Шорох простыней. Я пошла в сторону спальни. Тёплое, влажное дыхание двух людей, которым хорошо. Я не думала. Просто открыла дверь.
— Стас? — мой голос прозвучал как чужой.
Он полураздетый. Нависал над ней — светловолосая, растрёпанная, молодая. Она подняла голову и посмотрела прямо на меня. Спокойно. Дерзко. Ольга. Из офиса. Я помнила, как он говорил: «Умная. Спокойная. С головой». Она и правда с головой — прямо на его подушке.
— Да достало уже это всё! — он вдруг заорал. — Десять лет одно и то же! Может, не судьба? Может, хватит уже?
Я развернулась. И с того момента знала точно — он никогда не узнает. Ни про тест. Ни про снимок. Ни про будущее, которое я унесла с собой в этом чемодане!!!
Дверь в квартиру была не заперта. На полу я заметила женские туфли — красные лодочки на высоком каблуке. Рядом небрежно брошенный пиджак Стаса. А потом услышала голоса из спальни. Шорох простыней. Я пошла в сторону спальни. Тёплое, влажное дыхание двух людей, которым хорошо. Я не думала. Просто открыла дверь.
— Стас? — мой голос прозвучал как чужой.
Он полураздетый. Нависал над ней — светловолосая, растрёпанная, молодая. Она подняла голову и посмотрела прямо на меня. Спокойно. Дерзко. Ольга. Из офиса. Я помнила, как он говорил: «Умная. Спокойная. С головой». Она и правда с головой — прямо на его подушке.
— Да достало уже это всё! — он вдруг заорал. — Десять лет одно и то же! Может, не судьба? Может, хватит уже?
Я развернулась. И с того момента знала точно — он никогда не узнает. Ни про тест. Ни про снимок. Ни про будущее, которое я унесла с собой в этом чемодане!!!
Она: Я влюбилась в парня, на которого поспорила ради прикола. Теперь он ненавидит меня и не хочет со мной говорить. Я понимаю, что виновата перед ним и сделаю все, чтобы искупить вину.
Он: Впервые, после смерти своей девушки, я влюбился, а она оказалась избалованной мажоркой, которая на меня поспорила. Все, что она сейчас делает или говорит для меня лишь – пыль.
Но вот вопрос: куда деть свои чувства?
Он: Впервые, после смерти своей девушки, я влюбился, а она оказалась избалованной мажоркой, которая на меня поспорила. Все, что она сейчас делает или говорит для меня лишь – пыль.
Но вот вопрос: куда деть свои чувства?
Я прошу подругу-официантку отнести к столику, за которым сидят мой муж и любовница записку.
Виола с радостью соглашается.
В то время, когда я на сцене пою, подруга подносит к их столику две чашки и послание от меня.
Девица, увидев записку, хмурится, но все же читает. Я едва не сбиваюсь с ритма.
Там написано: “Этот мужчина женат!”
Нахалка оглядывается по сторонам и явно ищет того, кто написал ей это. Потом прищуривается, резко сжимает бумажку, что та превращается в ком и, не моргнув, поворачивается к Семёну, обхватывает его лицо ладонями и целует. Долго. С вызовом.
У меня дрожат руки. Голос почти срывается.
Но я продолжаю петь — сгорая от боли, не позволяя ей выйти наружу.
Потому что сцена — моё единственное оружие.
Виола с радостью соглашается.
В то время, когда я на сцене пою, подруга подносит к их столику две чашки и послание от меня.
Девица, увидев записку, хмурится, но все же читает. Я едва не сбиваюсь с ритма.
Там написано: “Этот мужчина женат!”
Нахалка оглядывается по сторонам и явно ищет того, кто написал ей это. Потом прищуривается, резко сжимает бумажку, что та превращается в ком и, не моргнув, поворачивается к Семёну, обхватывает его лицо ладонями и целует. Долго. С вызовом.
У меня дрожат руки. Голос почти срывается.
Но я продолжаю петь — сгорая от боли, не позволяя ей выйти наружу.
Потому что сцена — моё единственное оружие.
— Я должна быть уверена, — кивнув на контракт, произнесла я растерянно.
— Подпиши, другого выхода у тебя нет, — качнув головой, отозвался он и, указав на дверь, с усмешкой добавил: — Или уходи. Выход сама найдёшь?
— Но вы же обещали, — прошептала я, а по щекам потекли слёзы.
— Девочка, мы же все понимаем, что тебя ждёт. Не искушай судьбу.
Подруги называли меня везучей, но как же они ошибались!
Я готовилась к свадьбе, но накануне этого радостного события любимый расторг помолвку из-за проблем моего отца. Невеста без приданого и перспектив ему стала не нужна.
Шикарное свадебное платье не осталось без дела. На пороге нашего дома появился ОН. Каратель, мстящий моему отцу за ошибки прошлого. Он забрал всё! Бизнес, дом, деньги, но даже этого ему показалось мало. На сдачу он потребовал меня!
Чтобы помочь родным и не стать бесправной игрушкой в руках мстящего бандита, я нашла защиту у более влиятельного человека. Он не отказал, но предложил слишком спорный метод решения моих проблем.
— Подпиши, другого выхода у тебя нет, — качнув головой, отозвался он и, указав на дверь, с усмешкой добавил: — Или уходи. Выход сама найдёшь?
— Но вы же обещали, — прошептала я, а по щекам потекли слёзы.
— Девочка, мы же все понимаем, что тебя ждёт. Не искушай судьбу.
Подруги называли меня везучей, но как же они ошибались!
Я готовилась к свадьбе, но накануне этого радостного события любимый расторг помолвку из-за проблем моего отца. Невеста без приданого и перспектив ему стала не нужна.
Шикарное свадебное платье не осталось без дела. На пороге нашего дома появился ОН. Каратель, мстящий моему отцу за ошибки прошлого. Он забрал всё! Бизнес, дом, деньги, но даже этого ему показалось мало. На сдачу он потребовал меня!
Чтобы помочь родным и не стать бесправной игрушкой в руках мстящего бандита, я нашла защиту у более влиятельного человека. Он не отказал, но предложил слишком спорный метод решения моих проблем.
ЗАВЕРШЕНО!
— А это… кто там? — пытаюсь заглянуть подруге через плечо, услышав в ее квартире до боли знакомый голос.
— В смысле? Парень мой, — криво улыбается она и отводит глаза. — Ты извини, конечно, но ты немного не вовремя пришла.
— Подожди. Я только гляну… — бормочу я, но из-за прилившей к голове крови не слышу собственного голоса и на ватных ногах делаю несколько шагов вглубь квартиры.
— Стой, ты куда? Не иди туда! — нервничает Оля и пытается меня придержать.
А мужской голос снова звучит, и уже ближе:
— Оля, ну что за дела?
Я сперва вижу, как вышедший к нам мужчина завязывает поясок на халате, а затем поднимаю глаза… на своего мужа, который еще час назад говорил мне о любви.
*
«Ты достойна всего, чего хочешь!» — шептал мне муж… перед тем как изменить с моей лучшей подругой. Я верила ему. А он смеялся за моей спиной.
— А это… кто там? — пытаюсь заглянуть подруге через плечо, услышав в ее квартире до боли знакомый голос.
— В смысле? Парень мой, — криво улыбается она и отводит глаза. — Ты извини, конечно, но ты немного не вовремя пришла.
— Подожди. Я только гляну… — бормочу я, но из-за прилившей к голове крови не слышу собственного голоса и на ватных ногах делаю несколько шагов вглубь квартиры.
— Стой, ты куда? Не иди туда! — нервничает Оля и пытается меня придержать.
А мужской голос снова звучит, и уже ближе:
— Оля, ну что за дела?
Я сперва вижу, как вышедший к нам мужчина завязывает поясок на халате, а затем поднимаю глаза… на своего мужа, который еще час назад говорил мне о любви.
*
«Ты достойна всего, чего хочешь!» — шептал мне муж… перед тем как изменить с моей лучшей подругой. Я верила ему. А он смеялся за моей спиной.
Под ногами было сыро и зелёный мох казался мягкой, мокрой ватой.
Он подвёл её к краю глубокой ямы - охотничьей медвежьей ловушке. Схватил её за тонкие плечи.
- Не делай этого! - закричала она.
Но он силой столкнул её в эту яму. Следом бросил мешок с коброй.
Она упала ударившись спиной о землю.
Замерла от боли. Она видела как он вглядывается в эту сырую,тёмную яму. В этот холодный "колодец", который он превратил в её могилу.
- Вернись! Не бросай меня одну! Не дай мне умереть здесь! - кричала она в отчаянии.
- Я вернусь когда снова зацветёт клевер!-крикнул он в эту чёрную глубину и исчез.
У неё не было слёз. Красивые, волнистые волосы раскинулись на влажной мягкой подушке изо мха. Сквозь кроны деревьев, просачивался свет тонкими, бледными нитями. Раздался шорох и... из льняного мешка, появилась...
Она в яме на едине с королевской коброй, которая не за стеклом, а всего лишь в пол метре от неё.
Он подвёл её к краю глубокой ямы - охотничьей медвежьей ловушке. Схватил её за тонкие плечи.
- Не делай этого! - закричала она.
Но он силой столкнул её в эту яму. Следом бросил мешок с коброй.
Она упала ударившись спиной о землю.
Замерла от боли. Она видела как он вглядывается в эту сырую,тёмную яму. В этот холодный "колодец", который он превратил в её могилу.
- Вернись! Не бросай меня одну! Не дай мне умереть здесь! - кричала она в отчаянии.
- Я вернусь когда снова зацветёт клевер!-крикнул он в эту чёрную глубину и исчез.
У неё не было слёз. Красивые, волнистые волосы раскинулись на влажной мягкой подушке изо мха. Сквозь кроны деревьев, просачивался свет тонкими, бледными нитями. Раздался шорох и... из льняного мешка, появилась...
Она в яме на едине с королевской коброй, которая не за стеклом, а всего лишь в пол метре от неё.
Участвует в конкурсе:
– Значит, ты любишь ее. Ты ведь так написал?
– Женя…
– Тогда почему не сказал мне, почему не признался?
– Она для меня ничего не значит.
Папа был прав, когда сказал, что Сергей испортит мою жизнь. А я не поверила.
Я всегда считала, что мой отец ошибся насчет Сережи. Но, похоже, папа увидел в моем муже больше, чем я.
– Ты ей то же самое про меня говоришь? – спросила, но зачем мне его ответ? К чему выяснение отношений? Наш брак рухнул. И теперь, что бы муж не сказал, нас ждет развод и расставание. – Я собираю вещи и уезжаю.
Открыла шкаф и начала доставать из него свою одежду, но резким рывком за локоть, Сережа развернул меня к себе.
– Постой. Я ошибся. Прости. Давай не будем рушить все из-за какой-то интрижки. Ну, сама подумай, кому ты нужна бесплодная.
– Женя…
– Тогда почему не сказал мне, почему не признался?
– Она для меня ничего не значит.
Папа был прав, когда сказал, что Сергей испортит мою жизнь. А я не поверила.
Я всегда считала, что мой отец ошибся насчет Сережи. Но, похоже, папа увидел в моем муже больше, чем я.
– Ты ей то же самое про меня говоришь? – спросила, но зачем мне его ответ? К чему выяснение отношений? Наш брак рухнул. И теперь, что бы муж не сказал, нас ждет развод и расставание. – Я собираю вещи и уезжаю.
Открыла шкаф и начала доставать из него свою одежду, но резким рывком за локоть, Сережа развернул меня к себе.
– Постой. Я ошибся. Прости. Давай не будем рушить все из-за какой-то интрижки. Ну, сама подумай, кому ты нужна бесплодная.
- Нет! – продолжает справа капризничать капризуля, - Это – Гуччи! Максик, я Гуччи не хочу!
- Но, котёнок, - примирительно басит неожиданно знакомый голос, - почти сорок тысяч за очки, по-моему, это слишком.
- Ну, Макси-и-ик! Ну, пожалуйста! Представь, как я буду выглядеть в купальнике Пуччи и в очках Гуччи! Это же пошло!
Пошло?
Почему-то, в этих обстоятельствах, резануло именно это слово.
Пошло.
О, да! Это – очень и очень пошло! Через, почти тридцать лет безоблачного брака, наткнуться в магазине на подгулявшего мужа и его... как бы выразиться... претенциозную мадам...
...
- Лена, подожди! Всё не так... – «Максик» бросается догонять и бормочет мне в спину.
Не скандал же закатывать? Публичное шапито – это из вотчины визгливых, дорогостоящих девок.
Опять же, надо же как-то переварить. Надо же принять реальность! Принять то, что прожила большую часть жизни с дефективным «Максиком», который больше трёх десятков лет ловко прикидывался, что он – Максим...
- Но, котёнок, - примирительно басит неожиданно знакомый голос, - почти сорок тысяч за очки, по-моему, это слишком.
- Ну, Макси-и-ик! Ну, пожалуйста! Представь, как я буду выглядеть в купальнике Пуччи и в очках Гуччи! Это же пошло!
Пошло?
Почему-то, в этих обстоятельствах, резануло именно это слово.
Пошло.
О, да! Это – очень и очень пошло! Через, почти тридцать лет безоблачного брака, наткнуться в магазине на подгулявшего мужа и его... как бы выразиться... претенциозную мадам...
...
- Лена, подожди! Всё не так... – «Максик» бросается догонять и бормочет мне в спину.
Не скандал же закатывать? Публичное шапито – это из вотчины визгливых, дорогостоящих девок.
Опять же, надо же как-то переварить. Надо же принять реальность! Принять то, что прожила большую часть жизни с дефективным «Максиком», который больше трёх десятков лет ловко прикидывался, что он – Максим...
Выберите полку для книги